В руке рука +45

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Камша Вера «Отблески Этерны»

Основные персонажи:
Арлетта Савиньяк, Арно Савиньяк, Валентин Придд, Вальтер Придд
Пэйринг:
Арно/Валентин
Рейтинг:
G
Жанры:
Романтика, Драма, Психология, Повседневность, Hurt/comfort, AU, ER (Established Relationship)
Предупреждения:
OOC
Размер:
Мини, 4 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Модерн АУ. Валентина сбивает на пешеходном переходе машина.

Посвящение:
Автору работы, вдохновившей меня на этот фик. И всем любителям Приддоньяка.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Написано как сиквел к фанфику "Изнанка" автора Earel
https://ficbook.net/readfic/3718687
29 октября 2015, 19:10
      Что такое боль? Это белые стены, ровный потолок, ветка за окном, что раскачивается от ветра. Это запах лекарств, дезинфекции и еще чего-то на редкость неприятного.
Арно думал, что так пахнет беда – своя и чужая.

Прошло три дня, а Валентин так и не пришел в себя. Врачи разводили руками, показывали снимки, которые младший Савиньяк рассматривал тщательно и въедливо. И сыпали терминами, среди которых он уловил один, пугающий;
«вдавленный перелом черепа»

- Неудивительно, - пожал плечами хирург, молодой, но уже с усталостью и безразличием в глазах, прикрытых блестящими стеклами очков, - к счастью, удалось избежать энцефалопатии и гнойной инфекции.
Хотелось спросить, сможет ли восстановиться Валентин после всего этого, но Арно удержал себя от расспросов. Врачи – не боги, они делают все положенное. Вообще, в Центре Хирургии и Ортопедии, куда привезли Тино после жуткой аварии, все было, так сказать, на уровне.
Это подтвердил и Лионель, который примчался поддержать брата.

И тогда Арно уткнулся в жесткую куртку старшего – как когда-то,в детстве. Вот только плакать не получалось – не было слез.
А тот, молча, гладил растрепанную шевелюру братишки, мысленно обзывая себя болваном. Но слов утешения не находилось. Сказать, что все будет хорошо? Что Валентин непременно поправится? Что сумеет восстановиться?
Все будет звучать глупо и нелепо.

К тому же, Арно многое знает сам из курса медицины. Как и то, что после травм головного мозга могут проявиться психические расстройства, вплоть до сильнейших психозов.
Арлетта появилась с пакетом бутербродов, термосом кофе и ноутбуком младшего. Не поленилась заехать на их квартиру за ним. За последнее Арно был благодарен больше всего.

Он хотел его тотчас включить, но тут заработал телевизор на стене холла.
Хорошо поставленным голосом диктор произнес:
- Как известно из источников правоохранительных органов, пойман водитель, находившийся за рулем внедорожника…
Камера высветила машину с характерной вмятиной на капоте. Затем показали спину виновника ДТП. Пытались высветить и лицо, но тот демонстративно отвернулся и натянул на голову капюшон.

      Арно узнал его. Эстебан Колиньяр, сын обер-прокурора. Он начинал учиться вместе с ним, только на другом потоке, ушел, не проучившись и семестра. Точнее, выгнали за абсолютно безнадежную лень и пропуски без уважительной причины более половины занятий. Эстебана видели на лекциях и семинарах пару раз. Типичный «мажор» - наглый, самодовольный, считающий себя центром вселенной за папины деньги и связи.
И теперь эта мразь ходит, дышит и даже что-то отвечает репортёрам – в то время, как сбитый им Валентин лежит в палате экстренной терапии, куда не пускают даже родственников.

Арно сжал кулаки в бессильной ярости.
- Остынь, - донеслось будто издалека.
Лионель положил руку на плечо.
- Иди, - сказал он, - разрешили посмотреть через стеклянную дверь.

      Палата была маленькая, на две койки. Та, на которой лежал Валентин, стояла ближе к окну, но Арно сумел рассмотреть друга. Точнее, неподвижное тело, вокруг которого деловито попискивали датчики приборов. И белую повязку-«чепчик» на голове, через бинты которой не выбивались пряди каштановых волос.

«Значит, перед операцией его обрили наголо, всё правильно», - подумал Арно.
А сердце словно сжала чья-то сильная безжалостная рука. До дрожи захотелось упасть на колени перед этой больничной койкой и молить Создателя, Высший Разум, да хоть Абвениев, чтобы Валентин выжил. Вот только любые силы безразличны к судьбе отдельного человека. Даже если он – лучший на свете.

В холле он встретил Вальтера Придда и его супругу. Ангелика беззвучно плакала, отец держался строго и прямо. Арно вспомнил, как неохотно Валентин говорил с отцом, как подолгу смотрел в одну точку после их телефонных разговоров.
И захотелось крикнуть ему в лицо: «Может, теперь вы сумеете ценить сына».

Возвращаться на квартиру не хотелось. Все напоминало о Валентине. Его книги, его вещи, его листы, что были сложены в папку и аккуратно подшиты.
Арлетта позвала домой – поесть, отоспаться.
- Мне же потом на работу. Доделать кое-что надо, - отозвался Арно.
- Дома и доделаешь, все равно ноутбук с собой.

Только сейчас он вспомнил, что мать привезла с собой. Включил, бегло просмотрел почту, залез «вконтакт». Машинально вышел на страницу, и отмотал назад – с летних фотографий он улыбался самому себе. Валентин хранил серьезность. И на каждой они стояли плечом к плечу.
- Не надо, - Арлетта заглянула через плечо, - не трави душу. Да и вообще, почему вы все решили, что дело безнадежное? Пока человек жив, надо надеяться.

«Пока жив. Пока пищат датчики, а линия кардиографа чертит зигзаги, отмечающие удары сердца. Он жив… он выживет, просто не может быть иначе».


      Дома Арно не стал ничего делать, залег на диван, глядя в потолок невидящим взглядом. Он знал, какими могут быть последствия травмы.

"Это - тяжелейшая травма, которая сопровождается повреждением одной или нескольких костей, входящих в основание мозгового отдела черепа – височной, затылочной, клиновидной, решётчатой. Данное состояние возникает при падении с высоты, при автомобильных авариях…"
Перед мысленным взором возникли снимки. И явственное смещение привычного положения костей.
А кроме черепно-мозговой травмы еще и множественные переломы ребер, открытый перелом лодыжки, вывих плечевого сустава…

Внедорожник попросту перемолол пешехода, как гигантская мясорубка.

Арно почувствовал, как к горлу подкатил тяжелый комок. В висках заломило. Усилием воли он заставил себя пойти в ванную, плеснуть на лицо ледяной водой.
«Успокойся, - мысленно приказал он себе, - ему в тысячу раз хуже».

Эмиль позвонил и сказал, что Колиньяры пытаются отмазать сыночка от заключения. Мол, машина резко потеряла управление, это не его вина.
- Да только хрен у них это выйдет, - зло бросил он, - там камеры зафиксировали скорость, под двести шел. Ни о какой потере управления и речи нет.

- Ты видел запись?

- Да, конечно. И вот еще…
Эмиль замялся, словно не зная, что сказать.

- Там видно, как Валентин резко бросается вперед. Я специально прокрутил запись еще раз. И как будто он нарочно бросился. Скажи, он не мог…

- Не мог, - хрипло ответил Арно, - не мог, точно, я знаю.

- Тебе виднее, - протянул Милле – а то у него брат погиб, я думал из-за этого…

- Нет.

Арно и сам удивился, отчего голос стал таким. Будто на жаре выпил ледяной воды.

Он положил трубку, но через минуту звонок раздался снова.

- Знаешь, - снова раздался голос Эмиля, - я еще раз просмотрел, качество ужасное, но я видел, как он бросается вперед… и будто выдергивает из-под колес кого-то.

- Слушай, привези, а? –попросил Арно, - хочу сам увидеть.

Они вдвоем пересмотрели запись еще раз, и теперь было видно, как Валентин дернул за руку девочку, что шла впереди.

- Выходит, Тино спас человека?

- Выходит, - эхом отозвался Эмиль.


      Привезли Эстебана – просить прощения у родных сбитого им человека. Вальтер Придд ничего не ответил, смерив юного мажора тяжелым взглядом. Ангелика прошептала, пряча покрасневшие глаза:
- Не приведи Создатель вам оказаться на его месте.

Арно был готов убить Колиньяра, тем более ясно видел, что тот боится за собственную шкуру и нисколько не думает о сбитом им человеке. И о том, что едва не сшиб ребенка.

В тот день, когда Валентина перевели в обычное травматологическое отделение из реанимации, приехала Арлетта. И сказала как бы невзначай:
- Когда выпишут, можете жить у нас. Все равно квартира стоит пустая. А ему уход будет нужен. Ты же не сможешь бросить работу. А у меня найдется время и на книги и на Тино.

- Да, конечно. Спасибо, мам.

Арно снова почувствовал, что к горлу подкатил комок, дыхание перехватило… И слезы хлынули потоком, он еле успел отвернуться и закрыть лицо руками.
Арлетта не успокаивала, только протянула платок. И сказала, когда сын успокоился.
- Иди, умойся. Тебя уже звали.
Медсестра, провожавшая его в палату Валентина, спросила:
- Вас ведь Арно зовут?
- Д-да, - он слегка оторопел.
- Это было первое слово, которое сказал ваш друг. Идемте же.

Валентин лежал, точнее, полусидел на кровати необычной конструкции. Увидев Арно, слабо улыбнулся.

- Спасибо тебе, что вытащил меня… оттуда.

- Это тебе спасибо, - на полном серьёзе ответил Арно, - что захотел вернуться.

      В коридоре сидела семья. Мать, отец и девочка лет девяти.
- Мы хотели поблагодарить юношу, что спас нашу дочь. Если бы не он…
Мать девочки прижала платок к глазам.
Девочка улыбалась, держа в руках ярко-оранжевый шарик. Похожий на зимнее солнце, что лениво всходило над горизонтом.

***



- Готов? Голова не кружится?

- Ты уже спрашивал меня минуту назад, - ответил Валентин.

- Ну, мало ли, вдруг что…

- Если «вдруг», я тебе скажу, - успокоил его Валентин.

Арно подхватил его под руку. Сегодня Валентин делал первый шаг после аварии. А солнце – уже весеннее, яркое, радостное светило в окно, заливая своим желтым светом больничную палату.

Желтым, как новый шарик, что был привязан к изголовье кровати, и никак не вязался с больничной обстановкой.

Отношение автора к критике:
Не приветствую критику, не стоит писать о недостатках моей работы.