Шаман

«Люди отличаются друг от друга цветом кожи, у них разные нравы и обычаи, но в общем, природа у всех одинакова. У каждого человека есть душа».

Высокий молодой человек путешествовал по равнине пешком, но такой способ передвижения совсем его не тяготил, а наоборот, помогал погрузиться в себя, создать внутри коридоров сознания иной мир, где правили законы, далекие от реальности. Мерлин мог довольно долго блуждать, находясь в особом трансе, и не важно, день или ночь царила вокруг. В его длинных волосах блестели мелкие украшения-бубенчики, а красные ленточки обвивали темные локоны двух толстых кос. Смуглое лицо скрывала белая краска, полоска красного цвета шла через глаза от одного виска к другому – предупреждение: «Опасайся! Перед тобой воин!» Мерлин отлично стрелял как из лука, так и из оружия чужаков-бледнолицых. У него имелось ружье, добытое им в бою пару лет назад. На левой щеке индейца чернела пятиконечная звезда, заключенная в круг – знак аданти, колдуна. На шее болталось ожерелье из перьев и когтей совы и ворона. Накидка из шкуры медведя покрывала его плечи и прямую спину. Мерлин привык к одиночеству, посвятив всего себя жизни вдали от людей, да и нечасто ему выпадал случай столкнуться с кем-то (свои обходили стороной, не разговаривая, а чужаки умирали прежде, чем успевали приблизиться), а уж увидеть лежащего на песке у большого камня полумертвого бледнолицего так тем более. Неподалеку, зарывшись носом в кустарник, стоял конь, с хрустом уминая сочные листья. «Человек вскоре умрет. Не стоит ли мне продолжить свой путь дальше?» – на миг пронеслась мысль у бывшего когда-то главным шаманом в своем родном племени индейца. «Ты слишком долго общаешься лишь с духами, Мерлин, и совсем забыл о своем прямом долге шамана – спасать жизнь, если есть такая возможность! Пусть даже остальные давно не считают тебя им!» - отругал себя молодой человек. Незнакомец лежал на животе лицом вниз, у поясницы виднелось красное пятно крови. Да, он на краю двух миров, покачал головой Мерлин, осторожно разрезая ножом одежду вокруг ранения и осматривая повреждения. Пуля, кажется, застряла в сухожилиях. Необходимо было как можно скорее вытащить ее, а затем провести обряд изгнания духа смерти. Мерлин посмотрел на горизонт, солнце уже поднялось довольно высоко. Человек пролежал здесь всю ночь. Удивительно, что он еще дышал. В любом случае, здесь не совсем подходящее место для ритуала исцеления. Необходимо перетащить больного ближе к невысокому деревцу, бросавшему хоть какую-то тень. Аккуратно перевернув мужчину, Мерлин наконец смог увидеть его лицо. Светловолосый молодой человек обладал волевым подбородком, приятными чертами, а небольшая горбинка на носу лишь придавала его образу очарования. Шаман ощутил, как по телу прошла дрожь от хлынувшего к нему потока Силы воина, шедшей от белого человека. Он видел их в бою, ему приходилось убивать своих врагов, но еще никогда не был он так близко к живому бледнолицему. Тут в глаза бросился медальон, висевший на груди. О Великий Дух, возможно ли это?! Или это очередной туман иллюзии, посланный свыше? Индеец дотронулся до гладкого металла и провел по контурам изображения ворона, затем пальцы пробежали по многочисленным узелкам на веревке украшения. Если это то самое послание вождя племени Серебряного Ворона, пропавшего еще до рождения Мерлина во времена юности его отца, то откуда оно у белого человека? Мерлин, как и другие индейцы, знал легенду о Земле Богов, дорогу к которой однажды нашло племя, бежавшее от преследования бледнолицых. Мерлин впервые услышал ее от отца еще мальчишкой. Тот рассказывал, что спустя какое-то время после исчезновения целого племени, не оставившего никаких следов, шаманов стали посещать духи предков, постоянно твердившие о том, что вот-вот должен появиться некий знак, что в итоге и произошло через несколько месяцев. В одно из поселений забрел индеец с изображением птицы на плече, а такие отметки носили лишь люди из племени Серебряного Ворона. Его лихорадило, и все время, пока он боролся с духами болезни, он то бредил о Земле Богов, откуда пришел, то сожалел о потере послания вождя вместе с медальоном, проклиная тот день, когда его ноги покинули место Силы у реки, дававшей жизненные соки. Перед тем, как навсегда уйти в мир Духов - шаман боролся девять долгих лун за его жизнь, но все тщетно, сильна была неведомая хворь - индеец попытался описать дорогу к Земле Богов, но как только он начинал говорить, вместо слов из его горла доносились лишь хрипы. «Медальон, найдите его! Он укажет вам путь туда… К миру!» - закричал несчастный, понимая, что сделал все, что мог. Последний вздох… и он обмяк на ложе из волчьих шкур, душа покинула его тело, обретя покой. Многие поначалу пытались отыскать медальон или сам путь к Земле Богов, но потерпели поражение, оставив эту затею. Осталась лишь легенда, со временем обраставшая все новыми и новыми подробностями, как это обычно и бывает. Мерлин решил, что если чужак выживет, он обязательно выяснит, откуда у того медальон. Впрочем, шаман уже знал, что если не получит вещь, когда попросит белого человека добровольно отдать ее, то возьмет силой, ведь медальон принадлежал индейскому народу. Мерлин разделся, сняв накидку, и расстелил ее под деревом, потом вернулся за молодым человеком и перенес его в тень ветвей. Индеец быстро развел огонь, достал из черного мешочка на поясе сухие веточки и кинул их в костер, прошептав при этом несколько ведомых только ему слов. Из другого, уже зеленого мешочка Мерлин высыпал на ладонь порошок, цветом похожий на медь. Плюнув на порошок, он растер его в руках и приложил к ране мужчины. Затем достал стрелу, сунул наконечник в пламя костра и при помощи раскаленного металла достал из раны пулю. Отбросив стрелу в сторону, шаман вытянул руки, соединив ладони, и снова коснулся ранения. Какое-то время Мерлин не двигался, не отнимая ладоней; закрыв глаза, он впал в транс исцеления, собирая силы духов природы. Огонь, земля, вода и воздух – древние стихии всего живого помогали ему творить ворожбу. А затем шаман сел ровно и начал петь, немного приглушенно, но слова его тайной песни достигали границ, скрытых от глаз миров, соединяясь между собой рифмами, плавно перетекая, как вода в ручье. Он изгонял темные силы, призывая духов-покровителей. Закончив ритуал песнопения, Мерлин замолк. Огонь в костре давно догорел, мелкие угольки даже не тлели, вобрав в себя холод земли, а солнце ушло за горизонт. Дотронувшись до белого, индеец понял – болезнь покинула тело, а дух смерти, почти добравшийся до сердца, давно ушел, значит, к утру мужчина очнется. В нем жил сильный дух, который и помогал шаману, давая дополнительную подпитку для излечения. Подумав, что поутру бледнолицему понадобится еда, Мерлин решил до рассвета отправиться на охоту, а пока нужно снова развести костер…