Осколки +1

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Ориджиналы

Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Романтика, Ангст, Драма, Эксперимент, ER (Established Relationship), Антиутопия
Размер:
Мини, 4 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Их уютный мирок начал распадаться на яркие осколки с пронзительным воем сирены.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Буду рада конструктивной критике
16 ноября 2015, 18:11
Они шли по серому темному туннелю, держась за руки и не обращая внимания на спешащих вокруг людей. Они были заняты. Они были влюблены. Они не могли насмотреться друг на друга. Не могли наговориться. Они открыли друг в друге целый новый мир и не могли представить, как жили раньше. Их уютный мирок начал распадаться на яркие осколки с пронзительным воем сирены, созывающей всех в главный зал на собрание.

Осколок первый: она не помнит, как они разминулись и почему она сидит на коленях у Рэя – долговязого кудрявого парня, с которым ее познакомил он. Он что-то украдкой пишет на клочке бумаги, у нее едва успевает мелькнуть мысль, насколько это опасно, как громкий окрик разрезает только установившуюся тишину. От неожиданности ручка выскальзывает из его длинных пальцев и скатывается на бетонный пол. Ей стыдно за то облегчение, которое ее охватывает, когда она понимает, что окрик надзирателя был адресован не им. Ей стыдно за то, что ей не жаль девушку в сером рабочем комбинезоне, из заднего кармана которого торчит блокнот, за эту неосторожность лишившуюся жизни, хотя вскрик перед тем, как голову девушки пронзает пуля, она еще долго слышит по ночам. Зато она не слышит поучительной речи надзирателя, волнуясь больше за то, чтобы никто не увидел прикрытую подошвами ее ботинок укатившуюся ручку. Она ни сколько не сомневается, что Рэй тоже прослушал больше половины – чувствует, как дрожат колени, на которых она сидит. Она не помнит, как заканчивается собрание, как они отдают честь, как они оказываются возле него. Первым делом он бросается не к ней, а к Рэю и что-то быстро и взволнованно шепчет тому на ухо. Рэй лишь кивает и один раз, застыв, кидает на нее странный взгляд, но тут же отводит глаза. После он оборачивается к ней, притягивает за плечи, коротко целует в лоб и растворяется в непривычно тихой толпе прежде, чем она успевает спросить, что все это значит.

Осколок второй: она не видит его вот уже полторы недели, и все это время Рэй практически не отходит от нее ни на шаг. Он специально просится на дежурство и работы вместе с ней, хотя от своих обязанностей его никто не освобождает. Она боится представить, как они сейчас выглядят: измученные бессонными ночами, тяжелыми работами, волнением за близких и становящимися все более невыносимыми опытами в лаборатории. По ночам они в изнеможении забиваются угол большого темного зала, который они окрестили своим, и лежат без сна, прижавшись спинами друг к другу. Рядом с ними, неизменно пустой, еще один тюфяк. Его тюфяк. Они не решаются взять его и положить сверху на свои. Они все еще ждут его.

Осколок третий: у нее постоянно раскалывается голова. От этой невыносимой боли хочется плакать. Любое резкое слово надзирателей, любое резкое движение оборачиваются горячими слезами на глазах. Она знает, он когда-то говорил ей, что слезы для тюремщиков словно к р а с н а я т р я п к а д л я б ы к а. Она не совсем понимает этого выражения, этой м е т а ф о р ы, но убеждена, что именно от этого, на нее сыпется все больше тычков в спину, а время, проводимое в лаборатории, увеличивается. Рэй, ставший за этот месяц ее тенью и братом-близнецом, ничем не может помочь и только стискивает кулаки в беспомощной злости.

Осколок четвертый: обессиленная, она лежит на столе, руки и ноги стянуты ремнями – кровавые мозоли от них не заживают уже несколько недель. Между зубами зажата деревянная палочка, на щеках подсохшие дорожки слез. Последний разряд тока, пропущенный через тело, выбил из нее все те крохи сил и воли жить, которые она старательно подпитывала воспоминаниями о нем. Она не видела его уже несколько месяцев, она слишком устала, она больше не выдержит, она не хочет. На границе сознания маячат фигуры в белом, они что-то нажимают на своих странных приборах, иногда подходят к ней и трогают безвольное кукольное туловище. Она их не видит. Слепящий свет лампы выбивает из реальности, тело покоится в странной невесомости – она готова уйти. Она сдается и закрывает глаза.

Осколок пятый: она чувствует сильные руки, поддерживающие ее спину и ноги – ее куда-то несут. Сделав первый вдох, она чуть не задыхается от знакомого запаха. Он немного заглушен запахам пота и отчего-то железа, но это точно его запах. Она резко открывает глаза и тут же щурится от яркого света. Да, это точно он, лицо перемазано пылью и грязью, волосы всклокочены, на щеке длинная царапина. Но это он. И он куда-то бежит с ней на руках. Чуть повернув голову, она видит бегущего рядом Рэя – его комбинезон порван на руках и груди, лицо грязное и блестящее от пота. В руках у него она замечает автомат. Она удивленно округляет глаза и открывает рот, чтобы задать вопрос, но тут на нее обрушивается пугающая лавина звуков: стрельба, удары, крики. Она зажмуривается и тянет руки к ушам. Лишь бы не слышать этого, лишь бы это прекратилось. Почувствовав легкое прикосновение ко лбу, испуганно распахивает глаза. Они остановились. Он взволнованно смотрит на нее. Она не выдерживает, обхватывает его лицо ладонями и приникает к искусанным губам. Рэй дергает его за рукав, и он нехотя разрывает поцелуй.

–Бежим, – ставит ее на пол и берет за руку.

И она бежит. Впереди, расталкивая всех, бежит Рэй. За ним с автоматом в одной руке и ее рукой, зажатой в другой, бежит он. Она тянется за ним изо всех сил, путаясь в длинной серой рубашке.

Люди вокруг кричат, падают, дерутся, то тут, то там видны вспышки стрельбы. Ей хочется прикрыть голову и забиться в угол, но парни уверенно бегут вперед.

Они петляют по плохо освещенным коридорам, людей становится все меньше. За очередным поворотом утыкаются в стену. Она взволнованно смотри на него, но он отчего-то спокоен. Рэй ныряет в темноту и откуда-то сверху появляется неаккуратно сплетенная из тряпок лестница. Рэй начинает подниматься первым. Он успевает добраться лишь до середины, когда он резко поворачивается и отталкивает ее за спину. Охранник. Он сильно потрепан, из рассеченной брови течет кровь, а еще он ужасно зол. Он бросается на него с голыми руками, и ему приходится стрелять в упор. Когда он оборачивается к ней весь в крови, она шарахается в сторону, вжимаясь в стену. Он горько усмехается, и ей становится стыдно за свое поведение. Она снова открывает рот, но он не дает ей извиниться, подталкивая к лестнице.

Она карабкается по наспех связанным тряпкам, щурясь от яркого света и постоянно поглядывая вниз. Он сказал, что полезет за ней. Рэй хватает ее за руки и вытягивает в ненормально яркий мир. Она тут же бросается на землю и заглядывает в отверстие, л ю к, он уже ступает по неровным ступенькам и делает это увереннее, чем она. Внезапно он резко останавливается и оглядывается куда-то в темноту, а затем, к ее ужасу, спрыгивает с лестницы и кричит Рэю:

– Уводи ее!

Рэй хватает ее за руку, но она вырывается. Она его не бросит! Больше нет! Она смотрит, как он отстреливается от людей в форме, их много. Он тяжело дышит, но поднимает голову и, улыбаясь уголком губ, говорит:

– Я догоню, иди.

Она хочет ему поверить, но что-то настораживает ее. Пока она пытается понять, что именно, кто-то хватает ее поперек живота и оттаскивает от люка. Секунду Рэй смотрит вниз, и, вздрогнув, закрывает люк. Она вырывается, она бьется, кричит и рыдает. Рэй подходит и мягко говорит ей, что они должны идти дальше, он догонит. Сейчас, расправится с этими уродами и пойдет следом.

Она замирает в руках второго парня, которого не замечала до того, как он оттащил ее. Она вглядывается в такие знакомые глаза и пытается понять, правду ли он говорит. Наконец она кивает и позволяет увести себя. Стоящий рядом парень наклоняется и повязывает ей на босые ноги куски плотной ткани, а Рэй накидывает на плечи взятую не пойми откуда куртку. Только тогда она понимает, что там, где они оказались, ужасно холодно. Все вокруг белое, глаза слезятся от слишком яркого света. Рэй ведет ее мимо больших и раскидистых д е р е в ь е в. Она ошеломленно озирается.

– Где мы?

– На свободе, – усмехается второй парень, Марк.

Они взбираются по крутому холму и останавливаются под низкими ветвями ели. Внизу на широком белом поле виднеется серое пятно, з д а н и е, из которого, как говорит Рэй, они вырвались.

– Что мы будем делать теперь?

– Ждать, – мрачно ответил Рэй, вглядываясь в белизну под ними.

Они стоят и ждут, не шевелясь и не разговаривая. Когда зубы начинают стучать, Рэй притягивает ее к себе и крепко обнимает. Он не отводит глаз от здания ни на секунду. Марк, тоже пристально смотрит вниз. Напряжение в воздухе можно р е з а т ь н о ж о м, она удивляется возникшему в голове выражению.

Неожиданно раздается самый громкий звук, который ей когда-либо доводилось слышать. Парни валят ее на землю и прикрывают собой. Когда все постепенно утихает, они ошарашено смотрят на место, где находилось здание, где теперь в развалинах бушевало яркое п л а м я.

Рэй ударяет кулаком о землю и сгибается пополам. С его носа капают прозрачные капли. Марк сидит, притихнувший и подавленный. И тогда она понимает и вскакивает на ноги. Она топчется на месте, хочет кинуться вниз, спрятаться за деревьями. Она кричит, срывая горло, и падает рядом с Рэйем. Он притягивает ее к груди и тихонько укачивает, пока она давится слезами.

Он обещал! Обещал! – тянет она.

– Да, – повторяет Рэй, мрачно смотря на руины. – Обещал.

Осколок шестой: они выходят из леса к ровной серой полосе д о р о г и, когда она понимает, что не помнит его имени.