Seven years

      Пару дней Бэкхён просто не мог встать с кровати и заставить себя поесть, не то, чтобы пойти в школу. Родители омеги не замечали, как их сын с каждым днём всё глубже окунается в отчаяние, но их нельзя судить: они с раннего утра и до поздней ночи трудились на работе для материального благополучия семьи. Никто не звонил, не интересовался, случилось ли что-нибудь у Бёна, но это не мудрено, ибо почти никто не знал его номера. Омега и не возражал, ему, наоборот, нужно было побыть одному.       В школе Лухан, как и Чен, стал сильно беспокоиться о друге уже на второй день его отсутствия. Чанёль опять разгуливал по коридорам школы с многочисленными омегами, которых альфа менял как перчатки, а на его лице красовался эгоистичный и самодовольный оскал. Через четыре дня Бэк так и не появился в школе, и Лухан, собрав всё своё мужество, подошёл к Паку, охмуряющему какую-то очередную омегу, в надежде разузнать, не произошло ли чего с младшим. Хань был почти на сто процентов уверен, что Чанёль знает, где сейчас его омега. До этого улыбавшийся парень сразу же посуровел, хмуро сжав губы и нервно дернув плечом. Лу поразило, сколько яда было в словах парня, когда тот отвечал ему. «Не знаю я, что с Бэкхёном» – резко проговорил Пак, после чего просто ушёл. Откуда столько безразличия наравне с неприязнью в голосе того, кто оказался истинным для его друга? Как такое вообще могло случиться? Хотя... Лухан как раз этого и боялся. Боялся, что этот обольститель омежьих сердец – совсем не тот человек, который сумеет сделать Бэка счастливым. Чену он не стал говорить о своих печальных догадках, но тот и сам все понял. Хань порывался навестить Бэкхёна, но Ким сказал, что не стоит: он успел хорошо узнать одноклассника и сделал вывод, что в данный момент не стоит тревожить ушедшего в себя омегу своим приходом. Он прекрасно понимал, что они ничем не помогут, а, может, сделают ещё хуже, добавив масла в огонь.       Бэкхён, и правда, не хотел, чтобы кто-то стал его тревожить или решил узнать, что произошло между ним и Чанёлем. Всплывет ещё больше воспоминаний и не только счастливых, но и самых ужасных. Ему это не нужно было: он хотел оставить в памяти лишь те моменты, которые хоть когда-нибудь смогут вызывать у него улыбку. Те, когда Бён не желал большего, чем имел.       Юноша проснулся рано утром. В такое время он вставал, когда собирался на учёбу. Это уже вошло в привычку, не очень уместную на данный момент. Бэк с радостью поспал бы дольше, а не отгонял бы постоянные мысли о своём истинном. Не зная, чем бы себя занять, паренёк нащупал рукой свой телефон, лежавший на полу рядом с кроватью. На автомате он открывает сообщения. А переписка там лишь с одним человеком. Юноша равно выдыхает и начинает всё перечитывать, ясно понимая, что ничем хорошим это не закончится. «Бэкки, подожди меня часик. Я хочу вместе пойти домой, но у меня ещё один урок»       И Бэк помнит, как под удивленными взглядами одноклассников остаётся сидеть на первом этаже, ожидая своего альфу. В одиночестве он прождал даже больше, чем должен был. Пак появился спустя почти два часа в компании своих друзей да ещё парочки омег, которые не просто так дефилировали перед парнем. Юноша до сих пор помнит их презрительные взгляды, направленные в его сторону. Но тогда он не обращал (точнее, старался не обращать) внимания на них. Он тогда ещё пытался уверить себя, что всё наладится, но этого не случилось. И, похоже, уже никогда не случится... «Бэкки, спасибо, это был прекрасный сюрприз! Я люблю тебя, малыш»       Тот день он помнил так, будто всё произошло вчера. Чанёль опять был в плохом настроении. Омежка пытался как-нибудь подбодрить своего парня, но тот лишь небрежно просил его не мешаться. Бэкхён не хотел сдаваться, а потому принял пугающее для себя решение. На следующей перемене (по воле случая, она была самой длинной) юноша хватает Пака за руку и молча ведёт его в мужской туалет. Альфа до последнего не мог понять, что мальчишке нужно от него, однако, когда младший запер их в кабинке, усадил Ёля на крышку унитаза, а сам залез к нему на колени – всё стало ясно. На лице ушастого парня появилась ухмылка, когда Бэкки эротично провёл языком по своим губам. Пак властно притянул парнишку ближе к себе, сразу же забираясь ему под рубашку, а Бён нежно поцеловал его. Пара мгновений, и Чанёль слышит звук расстёгивающегося ремня. Запах лакрицы будоражит сознание и множит наслаждение оттого, как чужая рука уже забирается под резинку трусов и медленно поглаживает член. Чанёль тяжело вздыхает в поцелуй, блаженно закрывая глаза. Раз уж Бэкки решил доставить ему удовольствие, то и Пак должен подарить то же самое в ответ. Разорвав поцелуй, Чанёль сразу прильнул губами к шее, то засасывая белоснежную кожу, то покусывая её. Бён не выдерживает и тихо стонет, сильнее сжимая в руке уже сочащийся член. Омега заведён не хуже своего альфы и прекрасно чувствует, как его анус уже сочиться в предвкушении. Он перестаёт надрачивать Паку и встаёт на ноги, но лишь для того, чтобы снять с себя штаны. Когда брюки оказываются на полу вместе с боксёрами, Бэкхён смотрит на парня мутным взглядом, который давно уже заволокло пеленой желания. Старший уже хотел усадить Бэкки обратно, но тот и сам это делает, прижимаясь к нему как можно плотнее. Обхватив одной рукой паковскую шею, и прогнувшись в спине, Бён бессовестно облизывает свои тонкие и длинные пальчики, а затем вводит их себе в анус. Конечно, это несравнимо с тем, как растягивает его альфа, но в этот раз юноша хочет подготовить себя сам. Паренёк прекрасно видит, что Чанёлю уже не терпится, а потому не стал слишком долго разрабатывать колечко мышц. Вытащив пальцы, выпачканные в собственной природной смазке, Бэк ещё раз проводит рукой по возбуждённой плоти парня и приподнимается. Пак придерживает омегу за талию, и юноша приставляет член к анусу и сразу начинает насаживаться на него. По началу было не слишком приятно, но Бэкхён не хотел останавливаться, да и Чанёль не позволял, надавливая ему на талию. В какой-то момент боль стала невыносимой, и юноша вскрикнул, когда член резко вошёл в него до конца. Чанёль протиснул язык в ротик своей омеге и стал помогать мальчишке приподниматься и опускаться, тем самым начиная движение внутри него. Оторвавшись от сладких губ Бэкхёна, он стал осыпать юношеское тело нежными поцелуями. Добравшись до сосков, парень сначала лизнул один из них, а затем несильно прикусил, вырывая из Бэкхёна стон наслаждения. Оба прекрасно понимали, что, как бы не было печально, а перемена не длится вечность, поэтому нужно торопиться. Бэкхён быстро ускорил темп, в то время как Пак стал надрачивать своему парню. Вскоре, Бён перестал двигаться, а буквально через мгновение кончил в руку Чанёля. Он медленно слез с альфы и пристроился между его ног, чтобы завершить начатое. Для Бэка это было чем-то новым, но он надеялся, что сделает всё правильно. Ради любимого Чанёля. Проведя языком по напряжённому до предела члену, он сразу взял его в рот, начиная посасывать. Пак совсем такого не ожидал и подавился воздухом, получая ни с чем несравнимые ощущения. Кто бы мог подумать, что этот милый, постоянно краснеющий омежка окажется тем ещё развратником. Чанёль никогда бы и не подумал заниматься сексом в школьном туалете, ну, а сейчас его и не спрашивали. Альфа понимал, что Бэк впервые взял в рот член, но его действия приносили небывалое наслаждение, и парень не выдержал этой прекрасной муки, изливаясь омеге в рот. Бэкхён всё проглотил и, смущённо улыбаясь, вытер губы тыльной стороной.       После этой перемены Пак ходил с замечательным настроением, а Бён был рад, что сумел порадовать своего истинного альфу. Однако это настроение надолго не задержалось…       Сейчас Бэкхён надеется, что его мысли о том, что Чанёль начал встречаться с ним только ради секса, сильно противоречат действительности. Но ведь и такое имеет место для существования. Сердце защемило, от чего омега зажмурился, стараясь глубоко дышать. Руки начали дрожать, а на глазах опять появлялись слёзы. Он стал перечитывать каждое чанёлевское сообщение и по одному удалять. Бэк много вспомнил различных моментов, пока встречался с альфой, так сладко пахнувшим анисом. С каждым удалённым сообщением, юноше казалось, что становиться легче, а вопрос о том, насколько лживы были те признания в любви, появлялся всё чаще. «Бэкки, я соскучился по тебе» Ложь? «Малыш, я тоскую по твоему прекрасному запаху» Ложь… «Когда-нибудь, я тебя обязательно познакомлю с моими родителями!» Ложь. «Бэкки, я уже несколько дней хотел с тобой поговорить. Такое чувство, что ты заразил меня: когда я вижу тебя, то мне сложно успокоиться, а сердце учащённо бьётся. Что ты со мной сделал? И я постоянно думаю о тебе… Теперь я точно знаю, что люблю тебя. Я люблю тебя, Бэкки!» ЛОЖЬ!       Слёзы не заставили себя долго ждать. Бэкхён, стирая ладонью солёные дорожки, с остервенением удаляет это сообщение, до сих пор храня в памяти этот момент, как, будучи нетрезвым, рыдал от счастья и доказывал одноклассникам, какой прекрасный у него альфа. А верит ли в это теперь сам Бэк, когда истинный бросил его, морально уничтожив? Он не хочет в это верить, но что ещё остаётся делать? А Чанёль больше не приходил и не писал… и наверняка, пока младший пытается смириться с ужасным настоящим, тот обхаживает следующего «счастливчика». Омега всегда надеялся, что, встретив своего, судьбой уготованного альфу, будет всегда рядом с ним. Он будет и горе, и счастье разделять вместе с истинным. Они всегда будут любить друг друга… Но, в его случае, любовь оказалась невзаимной. Почему именно ему, Бэкхёну, кто-то свыше предназначил такую страшную судьбу? Как бы не было смешно, а порой омега уже представлял свою свадьбу с Чанёлем, их детишек. Омега в любой момент готов был согласиться забеременеть от любимого, если бы этого захотел его альфа.       Сейчас Бён не хочет ничего, лишь бы повернуть время вспять, и сделать всё от него зависящее, чтобы не допустить расставания с Паком. Если альфа его действительно не любил, то юноша сделал бы всё, что угодно, чтобы его полюбили всем сердцем. Сколь бы много не сделал Чанёль плохого омеге, а тот всё равно его любит.

И Бэкхён только сейчас ощутил это в полной мере.

***

      Началась последняя неделя учёбы, и пареньку ни в коем случае нельзя её пропускать (хоть и хотелось). Его друзья облегчённо вздохнули, наконец увидев омегу в школе. Только теперь Бён не похож на того счастливого и беспечного парнишку, каким был ещё совсем недавно. От того Бэка не осталось ни следа: он совсем не улыбался, часто молчал, был в крайней степени подавлен.       Бэкхён старался не встречаться с Чанёлем в коридорах школы, а, когда это происходило, совсем не смотрел в его сторону. Точно также поступал и альфа. Но однажды, когда Чен с Бёном сидели в классе в ожидании начала урока, Пак зашёл к ним в кабинет. Он окинул взглядом всех присутствующих, задержался на Бэкхёне, но в следующую секунду позвал Сыльги и с улыбкой вышел в коридор вместе с девушкой. Чондэ был взбешён таким поведением Пака. Заметив, как друг сжимает с силой кулаки, а его губы дрожат, он остыл и неуверенно обнял омегу за плечи.       Тогда Бэкхён не выдержал и, крепко обняв Кима, начал отчаянно плакать, не заботясь о том, что его было слышно даже за пределами кабинета.       Состояние юноши ухудшилось. Бледный цвет кожи, впалые щёки и постоянно дрожащие руки выдавали его с головой. Всем было ясно – омега не справляется с болью, причинённой самым любимым человеком. Он почти не ел, но здравые доводы одноклассников и друзей не помогали. Просто кусок в горло не лез. От случая к случаю паренёк становился рассеянным, чувствовал недомогание и головокружение. Всё чаще болело сердце.       Однажды, уже перед самыми летними каникулами, случилось то, что напугало и взволновало многих. Класс Бэкхёна дружно направлялся на следующий урок. Омега усердно вчитывался в учебник, но в глазах все буквы двоились и превращались в немыслимую кашу. В нос резко ударил запах аниса, из-за чего тот оторвал взгляд от книги, зная наперёд, какую картину увидит перед собой: мимо него проходит Пак, увлечённо болтая со своим другом, но всё-таки мельком посматривает на омегу с лакричным запахом. Так они молча проходят мимо друг друга… и в следующее мгновение головокружение усиливается. Омега останавливается. – Бэкхён! – доносится до Чанёля испуганный возглас.       Альфа не может не обернуться. Парень, с которым только недавно беседовал ушастый, еле заметно улыбается, глядя на то, как Пак несётся обратно, излишне взволнованно зовя Бэкки. Его омега лежит без сознания посреди коридора, а рядом на коленях сидит альфа с кофейным запахом и пытается привести того в чувства. Чанёль злобно убирает чужие руки от паренька, расстёгивает пару пуговиц на рубашке омеги, чтобы обеспечить доступ кислорода, после начинает осторожно похлопывать по щекам, продолжая звать его по имени. Но Бэкхён так и не приходил в сознание. – Я отнесу его в медпункт. – быстро проговорил Чанёль. – Твоя помощь не нужна! – огрызнулся Чондэ, но его не слушали. Ёль аккуратно поднял омегу на руки и незамедлительно понёс его к школьному врачу, нежно прижимая к себе.       Бэкхён еле открыл глаза, но сразу же поморщился, ибо солнечный свет ослеплял. Когда глаза привыкли к яркой освещённости, то юноша стал осматриваться. Каково было его удивление, когда он увидел Чанёля, сидящего возле койки и хмуро уставившегося в телефон. Бэк постарался присесть, хотя это казалось непосильным трудом, а во всём теле чувствовалась усталость. Юноша не помнит, что произошло, и как он здесь оказался. Мысли путаются, и к адекватному умозаключению прийти никак не удаётся. – Полежи ещё, Бэкки. – заметив, что омега очнулся, парень тяжко выдохнул. – Тебе нужно восстановить силы. – Что произошло? – Ты упал в обморок, и я тебя принёс сюда. – …Спасибо.       Повисло неловкое молчание. Бён вообще думал, что альфа скоро покинет его. И, оставшись в одиночестве, он сможет вновь дать себе слабину и всласть наплакаться. Но Чанёль продолжал сидеть на месте, опустив голову. Бэк с каплей безразличия и апатией смотрел на своего истинного, пытаясь угадать, о чём же тот думает. – Скажи, Чанни, – рвано выдохнув, паренёк отвёл взгляд, – только честно, я прошу тебя… Ты правда любил меня, когда мы встречались? – Любил, – медленно кивает Пак, на секунду прикрыв глаза, – и люблю до сих пор. – услышав такой ответ, омега расширил от удивления глаза, с силой сжав кулачки, чтобы дрожь была не так заметна. – Но… я пока не готов вновь предложить тебе встречаться.       Бэкхёну и не нужно было это сейчас. Главное, что Чанни всё ещё любит его.       «Я подожду…» – думал омега, крепко сжимая в своей ладони руку Чанёля.

***

      К началу летних каникул, Бён начал чувствовать себя значительно лучше. Какое-то время его ещё терроризировали частые обмороки, но вечность это не продлилось.       На день рождения Бэка его родители сделали подарок в виде поездки в Париж. Омега был бесконечно рад такому событию, даже несмотря на то, что он проведёт в чужой и далёкой стране всего несколько дней. Лухан с Ченом слёзно умоляли своего друга привезти сувениров и сделать миллион фотографий в среднем. Общение с Чанёлем быстро наладилось. Они даже хотели вместе провести их общий день рождения, но в это время Бэк будет слишком далеко от альфы. Когда юноша сообщил ему эту новость, кажется, Пак огорчился. Он сказал, что непременно позвонит ему в этот день. А Бэкхён всё ещё боялся верить словам и обещаниям Чанёля.       Второго июня Бэкхён уже был полностью зачарован красотой Парижа и постоянно что-то фотографировал. Любая мелочь, казавшаяся омеге чем-то удивительным (а таким оказалось почти всё, что попадалось ему на глаза), было запечатлено на камеру телефона. В этот же день юноша посетил «Дисней Лэнд», и его восторженные вопли затихли лишь, когда он улёгся на мягкую кровать в гостинице и сразу уснул. На следующее утро, в день своего рождения, паренёк решил прокатиться на экскурсионном двухэтажном автобусе, а также посмотреть на Эйфелеву башню воочию. Она (одна из самых известных достопримечательностей) была настолько высока, что, казалось, достаёт пиком до лениво проплывающих мимо облаков в небе. Бён аж разинул рот от восхищения. Он должен во что бы то ни стало оказаться на самом верху и увидеть здешние красоты с высоты птичьего полёта. В очереди на лифт, который поднимал людей на башню, Бэк простоял больше часа, но настроение от этого ни на йоту не упало. – Ваааааа, какая красота! – пролепетал Бэкхен, когда створки лифта разъехались в стороны, открывая взглядам туристов волшебные городские пейзажи.       Омега засеменил к самому краю, чтобы рассмотреть всё в мельчайших подробностях. Отсюда можно было увидеть всемирно известный парк аттракционов, где он вчера получил массу удовольствия и адреналина. Как раз с высоты было ярко выражено различие Сеула и Парижа. Этот город совсем другой, начиная от построек, заканчивая людьми, что жили здесь. Их отличала не только расовая принадлежность, но и свои устои, традиции и открытость сердец. Если в столице Южной Кореи не слишком любят туристов, то здесь всё наоборот: любой человек готов был тебе помочь, если это было нужно.       Архитектура Парижа была не слишком близка Бэкхёну, но это не запрещало ему с интересом её рассматривать. Смотровая площадка имела круглую форму, чтобы Париж можно изучить со всех сторон, и оборудована специальными биноклями, в которых можно было рассмотреть поближе то, что привлекло твоё внимание. А Бэка привлекало всё. Когда одно из таких устройств освободилось, омега подбежал и заглянул в объективы, но увидел лишь черноту. Озадаченный юноша стал думать, как же оно работает, но тут к нему подошёл молодой парень-француз и сунул монету в специальное отверстие, на которое русый паренёк даже не обратил внимания. Незнакомец дружелюбно улыбнулся и жестом руки пригласил ещё раз посмотреть в бинокль. Восторженно воскликнув, Бён начала поворачивать чудо техники в разные стороны, наслаждаясь красотами столицы Франции. Через пару минут, вместо красивой картинки, юноша вновь увидел черноту и понял, что время, отведённое ему, закончилось. – Спасибо. – поблагодарил Бэк на корейском, но сразу же замялся, ведь тут его вряд ли кто-то поймет. – Э-э-э... м-м-м...       Француз засмеялся, смотря на стушевавшегося Бэкхена. – Я тебя понял, не переживай. – широко улыбнулся парень. – Я учился в Корее. – Ой... - ещё пуще смутился омега. – Извини. – Ничего страшного. – продолжал улыбаться обаятельный молодой человек. – Я довольно долго наблюдаю за тобой. Ты такой милый.       Бён опустил голову, чувствуя, как краснеют кончики ушей. Юноша даже не знал, как ответить на комплимент, но ему это не понадобилось: парень вновь заговорил. – Ты надолго приехал в Париж? – Нет, послезавтра уже возвращаюсь обратно. Но, честно говоря, этот город настолько красивый, что недостаточно нескольких дней, чтобы налюбоваться им. – Я рад это слышать. – парень на несколько секунд задумался, а затем продолжил. – А можно с тобой поближе познакомиться?       Бэкхён в который раз потерял дар речи, то открывая рот, то закрывая. Он не мог сказать, что против нового знакомства, да вряд ли этот альфа рассчитывал только на дружеское общение. Омегу спас неожиданный телефонный звонок. Извинившись, он полез в карман ветровки и посмотрел на дисплей. Только увидев, кто же ему звонит, он сразу поднял трубку, счастливо улыбаясь. – Я думал, ты не позвонишь. – волнительно проговорил паренёк. – И я же говорил, что сюда очень дорого звонить. – Я ведь обещал. – бархатный смех согревал омежье сердце. – И мне для тебя ничего не жалко, Бэкки.       Бён, не переставая светиться от счастья, закусил губу, чтобы не расплакаться от разрывающих его чувств. – Бэкки, ты, что, плачешь? – удивлённо спрашивает Чанель, слыша тихие всхлипы. – Малыш, не плачь. – Х..хорошо. – пробормотал Бэкхён, вытирая ладонью влажные от слёз глаза. – Я обещал позвонить, поэтому позвонил. С днём рождения, Бэкки. Надеюсь, ты весело проводишь своё время. А я уже соскучился по тебе. – И тебя с днём рождения, Чанни. – слёзы вновь увлажнили светло-карие глаза, но стирать их юноша не торопился. – Я тоже по тебе сильно соскучился. Мне кажется, что прошел уже год, а не каких-то пару дней! Я хочу поскорее вернуться к тебе... Знаешь, Чанни, здесь очень красиво. А вообще, Париж ведь – город влюблённых... Я бы хотел сюда приехать с тобой. – Возвращайся скорее, – в голосе проблёскивали нотки нежности, – а когда окончишь школу, мы обязательно вместе побываем в Париже. И не только там! Мы можем объехать весь свет, если захочешь. – Ты не представляешь, насколько я счастлив от твоих слов... – Я это слышу. – тихо посмеялся парень. – Ты ведь до сих пор плачешь. Нельзя плакать в свой день рождения. – Я больше не буду, честно. – пробубнил омега. – Я люблю тебя, Ёль. – Я тебя тоже. – ласково произносит Пак. – А теперь успокойся. Жду твоих фотографий из города влюблённых. Представь, что я с тобой и улыбайся. – Хорошо, – закивал Бэкхён, – до встречи. – До скорой встречи, Бэкки.       Разговор закончился, и Бэкхён поднял глаза, смотря куда-то в даль. Слабый ветерок дул ему прямо в лицо, развивая русые прядки волос. Сейчас Бэк чувствовал себя самым счастливым на свете. Прямо как тогда, когда альфа предложил ему встречаться, или когда он первый раз занялся любовью с Чанёлем. Тогда, когда он первый раз в жизни держался за руку с истинным, когда первый раз с ним поцеловался. Много чего у Бёна было в первый раз, и именно с его любимым и желанным Чанёлем. И, сколько бы боли не испытал омега, он до конца будет любить его... – Это твой парень звонил? – немного печально вздохнул француз.       И Бэк задумался. Они не встречаются, но любят друг друга, так есть ли у омеги право называть его своим парнем? – Мой истинный. – с толикой грусти ответил Бэк. – О, это, можно даже сказать, редкость. Вижу, что ты его очень любишь. Твоему альфе очень повезло. – улыбнулся парень. – Спасибо. – смущённо улыбнулся омега в ответ. – А ты можешь сделать мне одолжение и сфотографировать меня на фоне Парижа? – Конечно. – посмеялся парень, беря в руки бэкхёновский телефон.       Встав ближе к ограде, Бэк сделал смешную рожицу и приставил к лицу ладонь в излюбленной манере Пака: так, чтобы пальцами образовывалась «V».       Альфа, что фотографировал его на телефон, заливисто смеялся, пока Бён шутил и менял позы, становившееся с каждым разом всё смешнее. В итоге, не сказав ничего пареньку, он стал снимать видео. Омега прекратил кривляния спустя несколько минут. С его уст не слетала улыбка, и француз в который раз подумал о том, как повезло истинному альфе этого солнечного мальчика. Он предложил Бэку стать его личным экскурсоводом на остаток этого дня, и тот легко согласился, благодаря нового знакомого.       Парень водил его по различным местам, рассказывая удивительные истории, иногда и пугающие. Поздним вечером, когда небо озарилось красноватым оттенком от заходящего солнца, уставшие и довольные парни наблюдали ещё одно чудо света, сидя на скамейке в парке. – Ты мне так понравился. – вздыхает парень. – Жаль, что ты уже нашёл свою судьбу. Но ты не подумай ничего, я даже рад, что есть человек, который защитит тебя от всего.       Бэк грустно улыбнулся. Он тоже надеялся, что нашёл такого человека, но из-за недавних событий эта уверенность подрастерялась. Омега надеялся, всей душой желал, чтобы слова, которые сегодня произнес Чанёль, не оказались ложью. – Он у меня самый лучший. – тихо посмеивается Бэк. – Я хочу всегда быть с ним, и чувствовать себя нужным и незаменимым. – Я буду молиться, чтобы у тебя было счастливое будущее.       Встреча с французом осталась у Бэка в памяти надолго. Хоть альфа сказал, что больше не будет мешаться юноше, тот хотел бы продолжить дружеское общение. Но вместо того, чтобы сказать об этом, Бён лишь пожелал ему удачи. Если бы не Чанёль, то он бы с радостью познакомился с этим улыбчивым и добрым альфой. Может быть, у них бы что-то получилось, однако, чтобы не думать об этом, Бэк решил не оставлять подобное воспоминание. Оно не сразу ушло, и весь следующий день (последний, проведенный в Париже) омежка часто вспоминал француза.       Последний день паренёк решил заняться важным делом – покупкой сувениров. Сувениры можно было купить на небольшом рынке возле Собора Парижской Богоматери: там довольно оживлённо, и большую часть прохожих составляли такие же туристы, как и он сам. Различные сувенирные лавки располагались по обеим сторонам довольно просторной улочки.       Слишком заморачиваться он не стал, выбирая обычные, но безумно милые подарки для друзей. Заприметив оленёнка, покрашенного во французский флаг, омега без раздумий взял его для Лухана. С Чондэ было немного сложнее, но и для него быстро нашелся подарок в виде музыкального альбома одной из любимых групп альфы. Теперь осталось дело за малым (хотя для Бэкхёна было все как раз иначе): найти подарок для Чанёля. Юноша не представлял, что можно было привезти ему из этого замечательного города. Прошёл час, а ничего не нашлось. Тогда Бэк заходит в небольшой ювелирный магазин. Колокольчик сообщает о новом покупателе, и к омеге сразу подходит работник, представляясь ему и спрашивая, откуда тот и разговаривает ли посетитель на английском. Однако английский не понадобился, ибо приятной наружности девушка знала корейский. Она спросила, что бы хотел приобрести юноша, но тот смущённо пожал плечами. Он лишь сказал, что хочет привезти из Парижа что-нибудь своему любимому, и девушка заулыбалась, предлагая посмотреть, что можно найти. Взгляд Бэкхёна упал на парные кольца, на которых выгравировано «Париж - город влюблённых» красивым французским языком. Не раздумывая ни секунды более, Бэк покупает эти кольца, представляя, как одно из них надевает на чанёлевский палец.       Теперь Бэкхён не мог дождаться отъезда. Конечно, в Париже ему очень понравилось, но одному здесь очень тоскливо. Везде гуляют влюблённые парочки, а те, кто ещё не нашёл любовь – бродят по улицам в её поисках. Бэкхён же не относился ни к одной из этих категорий, ведь в Сеуле его ждёт истинный.

***

      По приезду домой, Бэк первым делом написал Чанёлю. Он хотел с ним как можно скорее увидеться и подарить от чистого сердца небольшой подарок. Своё кольцо он уже носил на безымянном пальце левой руки.       На следующий день, они назначили время и место встречи. В полдень альфа уже ждал своего ненаглядного Бэкки в парке, недалеко от дома омеги. Этот парк хранит много их общих воспоминаний, и сейчас собирается сохранить ещё одно.       Когда Чанёль посмотрел на кольцо, красовавшееся теперь на его руке, он не сдержался и нежно поцеловал омегу в губы. В тот день Бэкхён почувствовал безмятежное спокойствие, ведь был уверен, что всё начинает налаживаться.       Начался второй месяц каникул, а Бэкхёну пришлось уехать к бабушке в деревню. Омега неустанно переписывался с Чанёлем, постоянно счастливо улыбаясь, даже не замечая, как его бабушка неодобрительно смотрит на него, ощущая непривычный аромат аниса, смешавшийся с природным лакричным.

***

2011 год       Начало нового учебного года не принесло счастья, на которое так надеялся Бэкхён.       В классе Бёна появилось несколько новых учеников: альфа и двое омег. Все сразу догадались, на кого новичок положил глаз, и Бэкхен входил в это число. Тем более что этот альфа (Бэк удостоился чести первому узнать его имя), Чан ДонУ, постоянно ходил за ним по пятам и даже сел с омегой за одну парту. Чен, конечно, не слишком был этому рад, но ведь он не мог сказать, что место рядом с Бэкхёном официально его. Поэтому ему пришлось ютиться за партой с пришедшим в этом году молчаливым и странным омегой.       Всё шло своим чередом. Бэкхён как всегда со счастливой улыбкой после каждого урока убегал к своему альфе, а тот тепло улыбался, когда замечал его.       Юноша часто стал заседать в интернете, в особенности, в одной из социальных сетей. Он там почти ни с кем не общался: омега постоянно заходил на страничку Чанёля и смотрел, что же у него происходит. И вот однажды, спустя меньше месяца, произошло то, что насторожило Бёна. Мало того, что Пак стал отдаляться от него, так ещё появились фотографии Чанёля в обществе какого-то милого паренька и запись на страничке «только ты» – всё это поселило в сердце паренька тень сомнения. – Чанёль! – почувствовав аромат аниса, а затем и заметив альфу в толпе, Бэкхён подбежал к нему, взял за руку и отвёл в сторону. – Что такое, Бэкки? – удивился Пак. – Я... хотел спросить. – неуверенно пробормотал тот, отведя взгляд в сторону, но после устремив его на Чанеля. – Та запись. «Только ты»... кому она адресована?       Чанёль прекрасно видел в глазах омежки закравшееся волнение и переполнявшую его надежду. Парень тепло и чуть смущённо улыбнулся и погладил юношу по русым волосам. – Конечно, тебе. Бэкки…       Бён счастливо улыбнулся своему истинному в ответ и крепко обнял, подарив нежный и трепетный поцелуй.

Но камень с души так и не сдвинулся.

      Вскоре Бэк узнал, что это был за незнакомец на фотографии. Чжан Исин - новый ученик школы. Он был младше Бэкхёна на год. Тоже омега, чему не стоило и удивляться. У него чудесная улыбка и ямочка на левой щеке. Он был выше, красивее (что высказал сам Бэкхен). А поведали ему об этом Исине совершенно посторонние люди, которые ещё и уверяли, что Пак Чанёль его любит и скоро предложит тому встречаться. Бэкхён не хотел в это верить. Но глубоко в душе уже знал, чем эта история на самом деле кончится. – Чанёль! Ты ведь клялся, что это всё ложь! – чуть ли не кричал Бен, судорожно дыша. - Неделю назад ты говорил, что ты не влюблен в этого Исина, а сейчас что?! Ты с ним встречаешься! Ты лгал мне... Опять! – Бэкхён, я не врал тебе. – сдержанно произнес Чанёль. – Да что ты, - съязвил омега, – что, узнал от меня про эту новость и заинтересовался им сразу? За неделю влюбился, да? Такого не может быть...       Пак молча ушёл, вновь оставив Бэкхёна с разбитым сердцем. А Бён ведь знал, что так всё и произойдёт, но он просто не мог не верить своему истинному альфе. Он ведь его любит...       Бэкхён опять был подавлен. Скоро вся школа знала, с кем на этот раз встречается Пак. Лухан первым, не считая Чена, прибежал к омеге и сделал попытку его ободрить. Но ничего бы не помогло. ДонУ не спрашивал, что произошло у Бэкхёна: он и так всё знал и сам для себя решил, что это его шанс.       А сам Бэкхён решил не гнаться больше за неосуществимым счастьем (хоть оно судьбой предназначено именно ему). Он поговорил с Чанёлем. Он решил, что, если не может стать парой для альфы, то постарается стать его лучшим другом. Это было тяжело, но так омега мог хоть иногда находиться со своим Чанни рядом. Бён познакомился с Исином. Оказалось, что живут они недалеко друг от друга, и ехать им надо было на одном автобусе. Так, частенько, они втроём - Чанёль, Исин и Бэкхён - ходили до остановки вместе. Точнее, Пак провожал своего нового парня, а Бэк просто шёл с ними. Исин оказался очень добрым и мягким человеком, Бён очень быстро нашёл с ним общий язык. Иногда даже Чжан просил Пака подождать Бэкхёни-хёна, чтобы всем вместе отправиться до остановки. Иногда альфа все же уговаривал Исина не ждать, а пойти вдвоём. Бён не мог возражать, он ведь всего лишь друг. Когда же надо было ждать Исина, Пак бесцеремонно тащил Бэка вон из школы и провожал его до остановки. Омега не мог до конца понять, чего добивается Чанёль.       Однажды, когда все трое закончили учёбу в одно время, Чжан попросил с ним дойти до определенного места, а потом уже пойти на остановку. Никто не был против. Бэкхён, чуть замерзая, засунул руки в карманы куртки и плёлся немного позади ворковавшей парочки. Чанёль постоянно что-то делал такое, от чего Бэк вспоминал те моменты, когда и сам с ним встречался. Исин не замечал, как с каждой секундой парнишку всё больше захватывало отчаяние. Бэкхён сам решил стать чанёлевским другом, он знал, что это будет непросто, но всё равно пошёл на это. И сейчас расплачивается.       Омега с милой ямочкой на щеке попросил их подождать на улице, а сам зашёл в здание.       Бэкхен устало прижался спиной к ограде, опустил голову и закрыл глаза. Он уже замёрз настолько, что стучат зубы. А ведь папа говорил, что пора одеваться теплее... – Бэкки, ты замёрз? – бархатный тембр голоса и запах аниса вывели Бэкхёна из задумчивости. Он поднял голову, и взгляд его сразу столкнулся с взглядом пленительных карих глаз. - Вон, шея вся открыта. Ты ведь заболеешь.       Бэк почувствовал холодные пальцы на открытой коже, рисующие незамысловатые рисунки. Омега поёжился и хотел было уже отойти от альфы, но тот не позволил, поставив перед ним руку, а другой обвил юношескую талию. – Что ты делаешь? – осторожно спросил паренёк, сверля взглядом Чанёля. - А если Исин сейчас увидит? – А что я такого делаю? – усмехнулся парень, приблизив свое лицо к лицу Бёна. - Мы ведь с тобой друзья, разве друзья не могут обниматься? – Могут, но не так. – поморщился омега, пытаясь оттолкнуть Чанёля.       В этот раз Чанёль поддался и отошёл от омеги, который сразу же переместился подальше от него. Он, конечно, рад, безумно рад тому, что Пак обращает на него внимание, может даже заигрывает с ним. Но ведь он сейчас встречается с Чжаном, как так можно?.. И пяти минут не прошло, как Чанёль опять подошёл к омеге, обворожительно улыбаясь. – Бэкки, как у тебя дела? – Нормально, – покосился Бён на парня, – к чему этот вопрос? – А, что, мне нельзя узнать, как дела у моего друга?       Бэкхён явно слышал насмешку в голосе альфы, от чего невольно поморщился. То этот ушастый парень мило улыбается, то начинает насмехаться над ним, даже не думая о его чувствах. Он так со всеми поступает? Почему именно такой человек является истинной парой для Бэкхёна? Почему именно в него угораздило паренька влюбиться? Омега до этого момента никогда не испытывал те чувства, что сейчас кипят в душе. Он никогда ни с кем не встречался. И первый опыт вышел... отвратительным. А сможет ли Бэк забыть своего альфу, чтобы стать когда-нибудь с кем-то другим счастливым? Почему-то он ещё сомневался в этом. И опять юноша стал вспоминать все прекрасные дни, от которых сердце обливается кровью.       Бэк зажмурился и опустил голову так, что чёлка закрыла глаза. Сердце начинало неприятно колоть, но успокоилось, как только юношеские ладони оказались в широких, теплых ладонях альфы. И Бэкхён не хотел, чтобы время продолжало идти. Время слишком спешит, а это мгновение хотелось задержать, вцепиться в него и слёзно умолять остановиться. И остаться не только в воспоминаниях. - У тебя такие прекрасные руки. - тихий голос будоражил сознание Бэка. - И нежная кожа, а на холоде она может потрескаться. Я не хочу чтобы твои руки потеряли свою красоту.       Чанель сжал сильнее ладони омеги в своих, придвинулся ближе. Он знал, что Бэкхён не отстранится, прекрасно знал, что творится в его душе.       Пак переплёл их пальцы, и осторожно положил руки в карманы своей куртки, от чего Бэкхён уже находился с парнем в интимной близости. Омега повернул лицо в сторону. Как бы не хотелось признаваться самому себе, но Бэкхёну нравилось вот так вот стоять с Чанёлем. Только... парень ведь встречается с другим. Бэк всегда был таким: главное, не причинить боль другим, а сам как-нибудь справится. - А если Исин увидит? - грустно спрашивает омега. - Ну, а что в этом такого-то? - хмыкнул Пак. - Ты не умеешь отличать любовь от дружбы.       Бён резко поднимает голову, расширяя в ужасе глаза. Он готов был истерить, не жалея голосовых связок, на глаза наворачивались слёзы от злобы и безысходности. Если бы не Исин, подошедший очень вовремя, Бэкхён бы не сдержался. - Бэкхён-и, ты замёрз? - взволнованно пролепетал Чжан. - Да, - холодно ответил тот, смотря альфе в глаза и резко вытаскивая руки из карманов, - но сейчас уже всё в порядке.       Когда Бэк оказался в квартире, эмоции нахлынули с новой силой. Его комната приняла удар на себя, и под конец истерии в ней не осталось ничего живого. Юноша лежал на полу, свернувшись в позе эмбриона, и глубоко дышал. Он уже не плакал, не кричал. Он просто лежал, стараясь ни о чём не думать.       Как же так? Слова Чанёля эхом звучали в голове, и не хотели затихать. Почему Чанёль так жесток со своим истинным омегой? Он ведь прекрасно знает о чувствах Бёна, но даже не пытался не причинять боли. С каждым разом альфа всё сильнее терзал маленькое сердце, которое вряд ли сумеет стерпеть все жестокие слова и поступки. Бэкхён ничего не может сделать с этой слепой любовью. Он бы хотел ненавидеть Пака, ведь это намного проще, чем безответно любить. Но, видимо, Бэкхён ненормальный, раз у него выходит всё наоборот. Он - мазохист. Ведь быть другом для того, кого любишь – чистое наказание. И, наверное, самое жестокое, которое могла уготовить человеческая судьба. Однако омега сам того захотел, а теперь пожинает плоды. Никто ему в этом помочь не в силах, да и нужно ли это.       Бэк предпочёл сделать вид, что не слышал тех чудовищнейших слов. Пак тем более.       В классе у Бэкхёна произошли некоторые изменения. ДонУ всё продолжал показывать свою заинтересованность в нём, а он просто решил с ним подружиться. Также, Бэк странным образом познакомился с одним из новеньких омег его класса.       Тогда Бэкхён с тяжёлым вздохом смотрел в спину шагающему по коридору Паку. С одной стороны идёт его закадычный друг, с другой же – Исин, который мило и нежно держит альфу под руку. Как научиться понимать Чанёля? - Не пытайся его понять. - неожиданно раздаётся спокойный голос со стороны. - Он и сам тебе не сможет сказать, что движет его поступками.       Бён вздрагивает, лишь заслышав голос, и поворачивает голову в сторону. Рядом с ним стоит низенький омега с большими бездонными глазами. Тот смотрит вслед троице, но, когда та скрывается из вида, перемещает взгляд на Бэка. - До Кенсу. - представляется он. - Бён Бэкхён. - в ответ говорит омега.       Так они и познакомились. Юноша сразу догадался, что этот пучеглазенький Кенсу в будущем будет психологом. И оказалось, что у них довольно много общего. В итоге, Бэкхён находит в нём лучшего друга. Они медленно, но верно раскрывались друг другу, их дружба крепла. И с ним можно было позабыть о горе и тяжёлой ноше, что повисла камнем на шее русого паренька и тянула на дно.       Оказалось, что Кенсу давно уже хотел познакомиться с Бэкхёном, ведь догадывался, что они похожи. Их связывали не только интересы и хобби, но и ещё одна немаловажная деталь – безответная любовь. Бён удивился, когда дослушал до конца историю омеги. Кто бы мог подумать, что тот, в кого влюблён До – этот тот самый друг Чанёля? Ким Чонин – красивый, статный альфа, который, по какой-то неясной никому причине, не сильно любит с кем бы то ни было общаться. Он всегда ходит с Паком, на его лице почти всегда еле виднеется улыбка, либо вообще ни одной эмоции. Он сдержан и ведёт себя всегда гордо и величаво, но эту черту характера нельзя назвать отрицательной – Чонин (или Кай, как его назвал Кенсу) просто не считает себя хуже всех. И правильно делает.       Кенсу знал Кая с раннего детства: их матери хорошо общались, а потому и мальчики не остались непричастными. Они часто играли в песочнице вместе. Став старше, они вместе катались на велосипедах, играли в догонялки и всё в таком духе. Однако когда Чонин пошёл в первый класс, До пришлось уехать в другой город и вернуться лишь через пять долгих лет. Ещё до отъезда, омега понимал, что расставание со своим другом будет для него мукой. А, вернувшись обратно, Кенсу не поверил тому, что происходило: Чонин будто забыл его, и совсем не обращал на него ни малейшего внимания. Говорить о любви в таком возрасте, наверное, ещё рано, но сейчас – самое время. Хоть Кенсу с Чонином не являются истинными, большеглазый юноша любил этого альфу, но, что делать с этими чувствами, он понятия не имел.       Бэкхён тогда внимательно слушал повесть Кенсу. Ему понятна горесть, высасывающая из его друга всё хорошее, оставляя место лишь боли и страданию. Он прекрасно это чувствовал и сам…       Бэкхён не останавливал попытки стать лучшим другом для Чанёля, хотя с каждым днём становилось невыносимее. Но он старался изо всех сил. Юноша прекрасно понимал, что Пак этого не ценит и пользуется его слабостью, как только может. Он никого не слушал, продолжая делать всё, что попросит его истинный. Не раз, когда Бён слышал это грустное паковское «поговори со мной», он тотчас бросал все свои дела. Однажды Ёль вот также позвонил ему и сказал лишь эту фразу. Через пару минут Бэк начал собираться на вечернюю прогулку с парнем.       Оказалось, что альфа поругался (притом довольно сильно) с Исином. И Бэкхён, услышав историю ссоры, не был удивлён в том, что виноват оказался именно Чан. На вопрос, хочет ли Чанёль извиниться и продолжить с ним отношения, тот согласно кивает. Тогда Бэк придумывает план, как можно красиво и чувственно извиниться, чтобы Чжан наверняка его простил за всё. Бэк не только придумывает, но и помогает в исполнении. Конечно, этакий небольшой сюрприз не был сверхъестественным, но выглядел он безумно мило. Бён бы всё отдал, чтобы именно к нему Чанни шёл с виноватой, но счастливой улыбкой, а в руках держал бы роскошный букет и много-много воздушных шариков. Паренёк нахмурился и отвернулся тогда, когда альфа ласково поцеловал омегу. Но, ладно, главное – Чанёль и Исин счастливы. А Бэкхён как-нибудь справится.       И так, пытаясь пересилить убивающие эмоции, Бэкхён в одиночестве справлял новый год.

***

2012 год       Исин, пока шли зимние каникулы, уехал к родственникам. Видимо, именно поэтому Пак иногда вспоминал о Бэке и звал его прогуляться. В один из таких дней, когда Бэкхён договорился с Чанёлем о встрече, началась течка. Всё бы ничего, но в последнее время проходила она чересчур болезненно. Неприятный зуд распространялся по всему телу, а анус обильно сочился, видимо, из-за того, что квартира Бэкхёна просто насквозь пропахла анисом давным-давно, и этот запах никуда не хотел пропадать. Приготовив себе горячую ванну, юноша сразу залез в неё, позабыв мобильник в комнате. Он забыл и о том, что так и не предупредил альфу, что не сможет прийти на встречу. От высокой температуры воды, Бэку казалось, что и его собственная зашкаливает, от чего болезненные ощущения увеличились. Он стал ругать себя, что сглупил, ведь надо было набрать прохладной воды. Чтобы хоть как-то усмирить боль, он стал прикасаться к себе. Когда омега с изнурёнными стонами кончил, то кое-как включил себе прохладный душ, сливая заодно воду. Это немного помогло юноше, но ненадолго.       Парнишка тяжело выдохнул, выходя из ванной комнаты. Одет он был в домашние штаны и безразмерную футболку, а на плечах висело полотенце, которым он всё ещё сушил свои волосы.       Неожиданно раздаётся дверной звонок, и Бэкхён медленно бредёт к двери, чтобы впустить нежданного гостя. У Бёна никогда не было привычки смотреть в глазок, или хотя бы спрашивать, кто пришёл. Он только открывает дверь, как обольстительный аромат аниса заставляет бедного омежку заскулить, прислоняясь к стене и скатываясь по ней. – Бэкхён! – альфа быстро закрывает за собой дверь и опускается рядом с юношей. - Что такое? Тебе плохо? Но Пак и сам получает ответ на свой вопрос, когда вдыхает усилившийся запах лакрицы. – Чанни... – губы омеги дрожат, а все тело пробивают судороги.       Пак больше не слышит ничего, его разум захватил этот пленяющий лакричный запах истинного. Парень притягивает Бёна к себе и крепко обнимает, усыпая шею легкими поцелуями. Совсем скоро эротично звучит первый стон. Омега чувствует, что его домашние штаны сильно намокли от обильной течки, но остатки разума не позволяют попросить Пака о помощи. Мальчишка лишь ловит ртом воздух, продолжая находиться в крепких объятиях альфы.       Позже Чанель поднимается на ноги и заставляет встать и юношу, а потом прижимает его грудью к стенке. Теперь Бэкхён чувствует явный бугорок, которым Пак прижимается к нему, слышит расстегивающуюся пряжку ремня. Бён хотел бы остановить альфу, но жажда ощутить его в себе снова не позволяет даже заикнуться об этом. Чанёль уже успевает приспустить тканевые штаны омеги и провести членом между ягодиц. Смазки действительно даже слишком много, и она уже стекает по внутренней стороне молочных бёдер.       Бэкхён понимая, что никто и не думает о том, чтобы дойти до кровати, поставил руки на стенку и прогнулся в пояснице, эротично постанывая и прося альфу не мучать его больше. Пак и сам был только рад перейти к следующему действию. Парень, даже не удосужившись растянуть анус, сразу стал входить. От узости внутри Бэкхёна, Пак издал какой-то животный рык, резко толкаясь вперёд, тем самым вогнал свой член до конца. Дыхание у омеги перехватывает от бури эмоций, он уже кричит, когда его любимый начинает в нём двигаться, сразу ускоряя темп. В какой-то момент Чанёль остановился, прижимаясь к спине юноши и кладя ладони поверх омежьих. Бэк расфокусированным взглядом смотрит на их руки и замечает на пальце Чанни то самое парное кольцо, что он привез из Парижа. В следующую секунду Пак вновь начинает двигаться, а Бэк закрывает глаза и вскидывает назад голову, тихо повторяя имя альфы, как молитву.       В этот раз Бэкхён вновь ощутил что-то новое. Когда ему уже не так долго осталось до разрядки, альфа вышел из него, получая в ответ недовольный стон. Парень поворачивает омегу лицом к себе и страстно целует в губы, почти сразу разрывая поцелуй. Он опускается на колени перед Бёном и начинает ласкать плоть сначала только рукой, чуть погодя добавляя язык. Ноги в какой-то момент свело судорогой, и парнишка кончил, чувствуя горячий рот альфы. Уставший Бэк опустился рядом с Чанёлем, прекрасно зная, что не оставит того без благодарности. Парень хрипит, получая неземное удовольствие от минета и изливаясь Бэкхёну в рот.       Теперь Бэкхёну очень стыдно смотреть Исину в глаза, а Паку, кажется, ничего не мешает целовать омегу, обнимать и говорить, как он его любит. Бён знал: если бы не течка, он бы ни за что не занялся сексом с Паком. Он грустно смотрит на паковскую руку, где до сих пор покоиться то самое кольцо, которое Бён привёз альфе в качестве подарка. «Париж – город влюблённых. И Чанёль обещал своему Бэкки посетить это прекрасное место вместе». Почему юноша до сих пор надеятся, что так и будет? Это ведь так глупо – надеяться на подобное в его ситуации.

***

      Время шло, а ситуация лишь накалялась. ДонУ, которому надоело то, что он всё ещё безуспешно пытается достучаться до ничего не замечавшего вокруг себя Бэка, сильно разозлился, когда они вместе шли домой, а омега опять стал говорить о своём истинном. – Да забудь ты его! – взрывается парень. – Он не единственный альфа на земле! Заведи уже новые отношения и пошли на хуй этого уёбка! – ДонУ, ты не понимаешь, – горестно качает Бён головой, – Чанни никакой не уёбок, и послать я не могу его. Я его люблю, и не могу полюбить никого больше.       Альфа после этого перестал вовсе разговаривать с Бэкхёном.       В отношениях Чжана с Паком тоже не всё было спокойно и безмятежно, но, по крайней мере, присутствовало постоянство. И всё же ураган начался внезапно. – Сыльги, что с твоим лицом? – восклицает один из одноклассников, глядя на огромный засос на щеке девушки.       Та лишь смущённо улыбается и молчит. Однако слухи распространились быстро: кто-то рассказывал, что видел, как Чанёль зажимал Сыльги у её собственного дома. Что было дальше, можно было бы и не гадать. И часть этого слуха оказалась далеко не слухом. – Чанёль, это правда? – обессиленно выдыхает Бэк. – Нет, всё это – ложь. – А я так не уверен. – с нажимом произносит омега. – Ты постоянно врёшь. Тебя действительно видели с Сыльги, даже фотографии предоставили! Ты хоть понимаешь, что творишь?! Пак Чанёль, ты же встречаешься с Исином! Какого хрена ты творишь?!! Ты подумал бы для начала, каково будет ему слышать от других, что его парень изменяет! – Заткнись! – орёт Чанёль и ударяет Бэка со всей силой по лицу. – Не тебе читать нотации! Что ты из себя изображаешь невинного ангела, а?! Сам не так давно пищал от восторга, пока я тебя трахал! Что сейчас-то ты решил поиграть в мою совесть? – У меня тогда была течка. – сквозь зубы выговаривает омега, прикрывая горящую щеку. – Если бы её не было, я бы ни за что такого не допустил. А ты воспользовался мной. Ты всегда именно так и поступаешь! А Исину я до сих пор не могу спокойно в глаза смотреть после того случая! Почему ты так с ним поступаешь? Чем он это заслужил?.. – Он сам как шлюха. – ненавистно выплюнул альфа, но после чуть поостыл. – И тобой я никогда не пользовался. – Да что ты говоришь… – горестно усмехнулся русоволосый юноша. – Ты просто не достоин Исина, он слишком добрый и хороший человек, а ты ему не раз делал больно. И мне ты делал больно… Но я ни на что не обращал внимания и даже позволял потакать собой. – Знаешь, что, – с новой силой взбесился Чанёль, сжимая кулаки, – иди ты на хуй! Строишь из себя тут добродетеля и пострадавшего! О, ты ж собирался стать моим лучшим другом. Но, знаешь, ты даже не пытался!       Чанёль больше ничего не хотел слушать, его настрой окончательно испортился. Он, грубо задев Бэкхёна плечом, ушёл восвояси, а омега всё стоял на месте, закрывая лицо дрожащими руками.

Теперь он точно потерял своего Чанни.

      Не прошло и месяца, как по школе разнёсся новый слух о следующей пассии Пак Чанёля. Исин был безнадёжно разбит после того, как расстался с альфой, а Бён не мог его поддержать, ведь, в каком-то смысле, и сам виноват в этом. Юноша больше не докучал Паку, ведь в последнем разговоре тот ясно дал понять, что у них больше не может быть никаких отношений. Ни дружеских, ни, тем более, любовных. Это больно, но нужно смириться, свыкнуться с зияющей дырой в сердце и жить дальше.       Только это будет сложно: Чанёль в следующем году будет уже выпускником. Последний год Бён сможет лишь издалека любоваться своим истинным альфой. А потом год закончится…

… И Бэкхён больше никогда не увидит Чанёля...