Красавица для чудовища

Наверное, так было гораздо лучше. Шотландец дал понять, что больше ждать не может. А Летиция так и не приняла решение, тем более – не обсудила его с родителями. Так что, получив сообщение, девушка поначалу взяла паузу, чтобы обдумать, как лучше ответить. Но так и не придумала как, а пока думала, пришла к выводу, что судьба все решила за нее. По всему выходило, что они не пара: она не сможет строить свою жизнь в Шотландии так, как ей бы хотелось. Конечно, сейчас Летиция была влюблена, но напоминала себе, что однажды это чувство схлынет. И ей останутся жалобы скучающих теток и деревенские алкаши, от которых она будет выть. Нужно было дать ответ самой и прямо написать, что эта сказка ей не подходит. Она затянула – и Колум понял все сам… Все эти мысли вгоняли девушку в тоску. Она засела дома с вином и сладостями, забросив всю учебу. Думать больше ни о чем не получалось, Летиция просто гнала от себя все воспоминания о ласках этого мужчины. Еще порой в голове появлялась картинка, как если бы он все же подлечился и у них была бы иная ночь… Неделя депрессии переросла уже в тихую грусть, девушка пыталась бороться со своими воспоминаниями и все же анализировать происходящее, то есть хотя бы наконец разобраться в плюсах и минусах того, что она уже потеряла. Единственное, тем не менее, до чего она смогла додуматься, это то, что ей нужны новый отдых и новые впечатления. Еще раз все обдумав, Летиция решила, что это и вправду неплохая мысль. Вот только не очень понятно, как лучше поступить: поехать на курорт, куда собирался отправиться Колум, чтобы на месте разобраться в чувствах к нему, или не травить себе душу и выбрать место, где его точно не будет. Приезд родителей ненадолго прервал ее попытки размышлять над своим будущим и какими-то попытками изгнать чувства. Летиция догадывалась, что явились они не просто так, вероятно, что-то разузнали о ее учебе. Но ничего объяснять не собиралась, у нее не было чувства, что она в чем-то виновата. Это ведь ее учеба, ее жизнь – ей незачем перед кем-то отчитываться, даже если этот кто-то – ее родители. А вот о чем догадывались они, стало понятно, когда разговор за чаем резко изменился, больше они не вспоминали общих знакомых. - Лети, дорогая, что с тобой происходит? – прямо спросил отец. – Прости, я понимаю, что это личный вопрос и, судя по твоему виду, ответ тоже относится к очень личной сфере. Но, я надеюсь, ты не торопишься вступить в брак? - А если бы поторопилась? – немедленно окрысилась девушка. – Разве это не мое личное дело? - Разумеется, твое, - поспешила ответить мать, чтобы разговор не превратился в склоку. – Папа просто хочет тебя предостеречь. Ты еще молода, тебе сложно оценивать человека. Сейчас тебе может казаться, что твой выбор – это на всю жизнь, но уже через неделю совместной жизни ты будешь думать совсем иначе… - Каким будет мой выбор – верным или ошибочным - неважно, но он будет моим. Я прошу запомнить, что я уже совершеннолетняя и могу определять и свою учебу, и свою карьеру, и свою личную жизнь! - Ах вот как! – аж задохнулась от такого отпора «противница». – Теперь я понимаю! Ты не просто собралась замуж, ты собралась куда-то переезжать, так?! - А если даже и так? Вы же не собираетесь мне мешать? - Ну конечно, - на этот раз перехватил инициативу отец. – Лети, поверь, мы вовсе не вмешиваемся. - Мы лишь хотим предостеречь, - уже подхватила матушка. – Менять что-то сейчас грозит потерей диплома, а следом и стажа. Ты понимаешь, что означает переезд? И куда ты вообще собираешься переезжать? - Это пока еще нерешенный вопрос, - пробормотала Летиция, идя на попятный. – Однако я прошу… - Нет, это я тебя прошу! – хмурился отец. – Если ты считаешь себя взрослой, то действуй, как взрослая. Оцени, чем обернется твоя привязанность. Куда тебе спешить и сразу оформлять брак? Чем плохо просто встречаться порой? Возможно, ты веришь, что вы проживете душа в душу, но представь на минуточку, если вы все же разойдетесь. Что будет с тобой, скажи? Ты вернешься сюда, потеряв весь стаж, кому ты будешь тут нужна? - Я непременно все это обдумаю, - вздохнула Летиция. Ругаться не хотелось, тем более, что многое из слов родителей было вполне справедливо. Даже, пожалуй, ей следовало их поблагодарить, что они точно подкинули ей несколько минусов, которые она как раз собиралась подбирать и анализировать, а уж плюсы она напишет и сама. Родители, не получив поддержки, но не слыша и прямого сопротивления, были вынуждены просто собраться и уехать. Летиция же, оставшись одна, не раздумывая записала все названные родителями минусы в блокнот, дав себе слово, что после посмотрит на них трезвым взглядом, не рассерженная подобными беседами. А после засела смотреть билеты на самолет и стоимость отелей… Девушке подумалось, что одно другому не мешает. Да, ей необходимо отвлечься и попробовать с кем-то познакомиться, но одновременно ей надо понять и то, может ли она уже отказаться от Колума, а для этого ей надо его увидеть. Лучше бы ей к тому времени еще и проработать свои чувства… Может быть, это и получится, все же бронировать отдых она собиралась не на завтра. Она не знала, когда и куда именно поедет Колум. Но решила положиться на случай. *** «Необходимый» приказ так и не прозвучал – старший Маккензи не в силах был сказать младшему, чтобы он действовал. В конце концов, решил Колум, это может и подождать, остается ведь шанс, что Летиция именно обиделась, пытается подавить в себе ревность, но пока получается плохо. А может, она ничего толком не увидела и не поняла, то, что она узнала о нем, ей и вправду некому рассказать. В Шотландии она больше не появится, друзей тут отыскать не успела, чтобы с ними списываться. Колум пытался просто выбросить из головы француженку, но она упорно пробивалась в его мысли. Ну а с чего он взял, что она будет молчать впоследствии, узнав что-то о не самых честных операциях корпорации? Конечно, страх может действовать, и ему Летиция наверняка подвержена, как и другие. Вот только она, со своим острым умом, найдет способ выбраться даже из запертого замка и передать важную информацию полиции. Ее страх не остановит, скорее подстегнет. Постепенно Колум внушал себе, что Летиция была не столь идеальна, что он просто недостаточно изучил ее характер. Идеала не существует – он это знает великолепно. Его мысли о том, что все обязанности надо как-то разделить, уже превратились в уверенность. Он не мог объявить о своем физическом состоянии, по этой причине не мог усыновлять или искать суррогатную мать. Как не мог он и доверять экономке, даже если ей хорошо платить (и все равно это «хорошо» должно быть меньше, чем жене, все-таки не ставить же их наравне - не по статусу). Что бы он ни говорил брату, но сейчас был вынужден признать, что вряд ли сможет осуществить свой план. Ему придется снизить требования. Если передать хотя бы часть дел экономке, это упрощает задачу. Правда, желательно, чтобы за этой экономкой следил знающий человек, которому он доверяет – самому Колуму уже было непросто тянуть на себе все. Миссис Фиц-Гиббонс, которая ныне занималась делами дома и замка, была весьма хозяйственная дама, она неплохо справлялась с бытовыми вопросами и в них Колум мог на нее полностью полагаться. Однако же он понимал, что даже такая женщина не упустит случая запустить руки в его финансы. А уж поручать ей деликатные вопросы и вовсе нельзя. Миссис Фиц-Гиббонс была прямолинейна и достаточна проста, она не сможет проявить чуткость и тонкость – то, что свойственно даме высокого происхождения. Такие вопросы не часто, но возникали. Вот, скажем, еще год-другой и кому-то надо будет вплотную заняться вопросом брака Джейми – их с Дугалом племянника. Ему нужно будет подобрать невесту, но сделать так, чтобы сам молодой человек не понял, что за него уже все решили. При этом нужно добиться того, чтобы Джейми автоматически ушел из числа наследников семейного бизнеса, потому что уже сейчас многие видят в нем именно грядущего управляющего всем и желают превратить те несчастные 10% акций, которыми владел молодой человек, как минимум в 50. Если этим делом займется сам Колум, то его намерения будут очевидны всем – лишить Джейми решающих голосов на совете учредителей. На самом деле, даже если этим займется жена старшего Маккензи, это будет подозрительно. Потому и надо сделать все так, чтобы молодой человек сделал выбор вроде бы сам. Да и просто дорого это выходит все. Оплата экономки, оплата массажистки, без которой он обходиться пока не мог (а ей приходилось платить еще огромные деньги за молчание), оплата иных вопросов, которые он никак решить не мог. Летиция бы смогла… Колум опять отмахнулся от самого себя – хватит уже думать об этой девушке, он слишком ее идеализирует. - Вот и посмотрим, что теперь будет! С этими словами в кабинете старшего Маккензи появился довольный собой младший братец. - Что ты посмотришь? – насторожился Колум. - Ну ты же сам говорил, что не уверен насчет того, что может знать или не знать твоя рыжая француженка… - Дугал! Что ты вытворил? - Ничего я не вытворял… Однако довольная ухмылка говорила сама за себя. Под хмурым взглядом брата усмешка пропала. - Да я просто пообщался с твоей пассией. Колум едва не зарычал от досады: если Дугал о чем-то поговорил с Летицией, то теперь она точно ненавидит их обоих, даже если до того и вправду любила и даже ревновала и обижалась. - Что именно ты ей написал? - Пустяки, - отмахнулся Дугал. – Я… намекнул ей, что если в дальнейшем она свяжет свою жизнь с тобой, то должна понимать, какие делишки ты проворачиваешь. - Делишки?! - Именно. Заодно как раз и проверим, насколько она спокойно к этому отнесется. Если это ее взволнует… Колум скрипнул зубами. Если все так, то потом у него просто не будет выбора: девушку надо будет устранить до того, как она что-то кому-то сообщит. Вот только как теперь вообще узнать ее реакцию? - Покажи сообщение, которое отправил ей! *** Уж чего Летиция никак не ожидала, так это послания от брата Колума. Когда же девушка его открыла… то вовсе опешила. «Привет, киска! Слышал, ты решила кидануть моего братца? Думаешь, это вот так легко?! Так запомни: никого из клана Маккензи нельзя так просто продинамить! Смотри, как бы однажды твоим родителям не пришлось тебя оплакивать!» Летиция несколько раз перечитала сообщение, написанное в духе бандитов прошлого века. Все это выглядело неудачной шуткой. И, если припомнить поведение Дугала, вполне подходило под такое определение. Расстроенный из-за брата он вполне мог перейти к угрозам – такие, как он, любят поиграть мышцами на публику. Да, она бы посчитала все это шуткой… Вот только почему-то внутри нее что-то противилось этому определению, интуиция шептала, что в этой шутке есть лишь доля шутки. Разумом она понимала, что ни один настоящий убийца, желающий разделаться с обидчицей, не станет писать такие сообщения – это же прямая улика против него! Даже если после какой-нибудь хакер это подчистит, найдутся знатоки, которые восстановят послание, и оно станет решающим доводом в суде. Да и зачем ему что-то вообще писать? Он мог приехать и свои угрозы проговорить ей лично, чтобы немедленно увезти ее обратно в Шотландию. Но это все были логические доводы. А вот интуиция шептала, что Дугал приоткрыл ей часть правды. Клан Маккензи - уже не какой-то средневековый, не просто семейный, а преступный, он реален, и Колум его возглавляет. Пожалуй, старший брат и вправду подходил на такую роль… Летиция даже содрогнулась, представив Колума в виде эдакого крестного отца, хладнокровно раздающего приказы об убийстве всех неугодных ему и мешающих достичь высот. А ведь там, в Шотландии, на старшего Маккензи и вправду поглядывали несколько… со страхом? Девушка не могла дать оценку этим взглядам, но была уверена тогда, что это просто огромное уважение, которое испытывают к человеку, который возглавляет местную атомную станцию, а также преподает физику в университете. Однако же теперь ей думалось, что в этих взглядах было что-то еще… Самой Летиции он всегда казался добродушным и приятным, но, если вдуматься, в нем и вправду был некий стержень. Достаточно припомнить, как беспрекословно слушался его младший брат. Но если все так… выходит, она связалась с главой преступного клана. И тогда угроза может быть вполне реальной. Хотя если все именно так, то каково должно быть влияние этой семьи, что они ничуть не боятся так открыто угрожать? Как жаль, что последний раз она так недружелюбно рассталась с родителями, можно было бы попросить отца попытаться разузнать что-то о семье Маккензи, что о них вообще говорят… В этот момент высветилось уведомление – Колум прислал ей сообщение. И если до того Летиция еще сомневалась, то теперь в ужасе застыла. Конечно же, старший Маккензи ужаснулся той выходке, которую позволил себе младший, просчитал последствия этих угроз и написал, что все это глупости, им не следует придавать значения… ну и все такое подобное. Но именно вот такие уверения и выдают главное – Дугал написал правду, а Колум теперь пытается… Девушка заставила себя все же взять себя в руки, ни о чем не гадать, а нажать на сообщение, чтобы прочитать. И едва не расхохоталась. Колум просто переслал чье-то еще сообщение – репост о выставке, которую планируют провести в ближайшее время. А она-то уже вообразила нечто страшное, даже представила, как ее будут прятать спецслужбы, оплачивая пластическую операцию!.. Хотя старший Маккензи мог просто и не знать о том, что вытворил младший. Или же полностью это одобрять… Ну и ладно, решила для себя Летиция, нет смысла ломать себе голову над этим. Дугалу она напишет, например, чтобы он поискал другие способы кадрить девок, на нее подобные не действуют. Или даже вовсе ничего писать не станет. А вот Колуму что написать? Любопытным было то, что выставка проходила не в Париже, а в Монпелье. Значит ли это, что шотландец отправится на отдых в те края? Или это был просто знак внимания: он ухватился за возможность отправить ей хоть что-нибудь, чтобы напомнить о себе, ведь она до сих пор молчала? Немного подумав, девушка отстучала сообщение: «Привет! Прости, что долго молчала, было много работ в ВУЗе. А тут получила угрозу от твоего брата, испугалась и решила поскорее ответить (в этом месте был вставлен подмигивающий смайлик). Мне кажется, идея отдохнуть где-то близ Монпелье очень неплохая, в это время года там тепло, но если отправишься в Сет, имей в виду, что море там будет холодным – сказываются подводные течения. Насчет вечеров ничего подсказать не смогу – не знаю, кто именно бывает там в это время года. Но, может быть, тебе повезет с важными знакомствами». Перечитав и убедившись, что сформулировала верно, Летиция нажала «отправить». Что ж, если Колум не знал про сообщение брата, теперь знает – и станет ясно, как среагирует. А вот насчет отношений она не сказала ничего, хоть и намекнула, что не будет так уж остро против. Теперь ход за ним.