Мушкетерши и кардинальша +9

Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
Зена – королева воинов (Ксена – принцесса-воин), Дюма Александр (отец) «Три мушкетёра» (кроссовер)

Пэйринг или персонажи:
Шарлотта Д'Артаньян (она же Зена)/фэмРишелье (Габи и Надежда в одном лице), Шарлотта Д'Артаньян (она же Зена)/Милорд (Шарль Баксон, он же... Цезарь), Шарлотта Д'Артаньян (Зена)/Оливия де Ла Фер (Атос и... Алти), Милорд (Шарль Баксон, он же... Цезарь)/Оливия де Ла Фер (Атос, она же... Алти и не только) и другие
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Романтика, Фэнтези, Стёб
Предупреждения:
BDSM, OOC, Нецензурная лексика, Групповой секс, Секс с использованием посторонних предметов, Зоофилия, Смена пола (gender switch), Элементы гета, Элементы слэша, Элементы фемслэша
Размер:
Миди, 41 страница, 7 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Революция! Мушкетеры и кардинал - дамы!
Кроме того, будут параллели с "Зеной". Воспоминания о прошлой жизни и встречи с людьми из Прошлого гарантированы!

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Глава третья Муж Оливии. Подвески королевы.

20 ноября 2015, 16:37
Девушки-мушкетерши продолжили празднование победы над гвардейцами. Но в голове Шарлотты засел один вопрос. Она направилась к столу, за котором в гордом одиночестве сидела Атос и, подлив ей еще вина, хотя та уже порядком захмелела, проговорила: 

— Ты сказала, что тот блондин — твой муж… Расскажи об этом поподробнее.

Та только взглянула исподлобья.

Шарлотта посмотрела на Оливию и спросила: 

— Почему ты желаешь смерти своего мужа? Странные у вас отношения. Расскажи мне все.

Красивое, хоть и безобразно пьяное, личико Оливии скривилось, и она принялась плакать пьяными слезами. Наконец, овладев собой, она выпила еще для храбрости и мрачно проговорила: 

— Хорошо, пусть будет по-твоему… Я расскажу. Итак, одна моя подруга, а не я, запомните хорошенько, графиней была из Берри, как и я… ну, то есть, соседки мы были. Молодая она и дурная была и влюбилась в шестнадцатилетнего юношу-блондина, прекрасного, как Купидон. Красивенький да нежный, словно барышня. Он не просто нравился — он опьянял. В общем, влюбилась она в него… безмозглая дура!

— Лучше скажи мне правду, — проговорила Шарлотта, — этой молоденькой дурочкой была ты?

Гасконка была умной девушкой и прекрасно могла отличить ложь от правды. Оливию выдавали ее эмоции. Она принялась истерически рыдать, немилосердно икая.

— Ик… я! — выговорила она. - Увы, мой белокурый ангел обернулся демоном. Этот мерзавец, подлец, дегенерат изменил мне с лучшей подругой! А еще он был извращенцем и порол меня!

— Оливия, тебе уже хватит пить! — сказала ей Шарлотта. — А мне этот юноша показался очень даже приятным молодым дворянином с прекрасными манерами. Может, ты заслуживала порки? Никто почти и не любит алкоголичек.

— Так ты на его стороне?! — вскричала Атос. — Предательница!

— Успокойся, — проговорила Шарлотта и, не зная, как урезонить подругу, девушка не придумала ничего лучше, чем поцеловать Оливию в губы. Шарлотта закрыла ротик своей подруги долгим и нежным поцелуем.

Та заморгала и замотала головой, но на поцелуй гасконки ответила. У нее так давно никого не было, но ее смущала одна вещь: она никогда не была с женщиной.

Шарлотта, наконец, перестала целовать свою подругу. Парочка подвыпивших гвардейцев смотрела на девушек.

Глядя на целующихся дам, парни возбудились.

— Дамы, не составить ли вам компанию, а то, как я погляжу, вам мужчин не хватает? — спросил один из них.

Шарлотта взяла графин с водой и вылила его на головы двух гвардейцев.

— Охладитесь, мальчики! — проговорила девушка и посмотрела на свою подругу. — Пошли отсюда.

Но Атос уже напилась, как сказала бы Арамис, до положения риз и не могла уже ни идти, ни даже внятно разговаривать. Промычав что-то нечленораздельное, она упала лицом в салат.

Шарлотте пришлось буквально на своей спине тащить свою подругу. Когда мушкетершу-алкоголичку вывернуло наизнанку, она, по крайней мере, уже не так сильно качалась.

Оливия посмотрела мутными глазами на Шарлотту и проговорила: 

— О нашем разговоре в таверне не должен узнать никто.

— Успокойся, Оливия, я не буду разглашать твои семейные секреты, — улыбнулась Шарлотта. — Слово дворянки.

— Знаешь, — вдруг произнесла Атос, — я так одинока. После этого мерзавца у меня, ведь, никого не было…

Шарлотта посмотрела на подругу и спросила: 

— Ты о чем?

Иногда юная горячая гасконка была похожа на крестьянскую девчонку, которая боится странностей или чего-то нового. Поцелуй, которым она тогда наградила Оливию, был для нее необычным шагом, изумившим ее саму.

— Твой поцелуй в таверне… — начала Оливия. — Это было так… так нежно, чувственно. Может, повторим?

— Но… я не знаю, — проговорила Шарлотта, смотря в глаза подруги. — Ты как себя чувствуешь?

— Нельзя столько. — добавила она со спокойными нотками в голосе. — Пошли тогда к тебе?

— Идем, милая, — улыбнулась еще немного пьяной улыбкой Оливия, обняв подругу за талию. Так, они направились на улицу Феру, где квартировала Атос…

В это самое время, в Лувре королева Анна Австрийская — обладательница изумрудных глаз, знаменитой габсбургской губы и шикарной груди, любезничала с английским посланником — герцогом Бэкингемом, министром и, по совместительству, любовником английского короля Якова Первого, а, кроме того, врагом Франции, то есть страны, в которой она, Анна, являлась королевой.

— Герцог, — жеманно спросила королева, —, а как будет в переводе с английского «I want you»?

— Я вас хочу! — подкрутив пшеничный ус, ответил герцог.

— Что? Прямо здесь?!

Герцог ухмыльнулся и принялся покрывать поцелуями чудесную грудь королевы.

— Ах, Джордж, щекотно… ваши усы! — хихикала та.

Потом молодой мужчина стал играть языком с ее нежно-розовыми сосками, как вдруг вошел обладатель увесистых оленьих рогов… его величество король Людовик Тринадцатый.

— Что вы делаете?! — возмущенно воскликнул король-рогоносец.

— Ну, я же говорила, что он — глупец! — хмыкнула его жена.

Молодой король с длинными черными волосами и нежными чертами лица, в которых было что-то женское, налетел на герцога Бэкингема с кулаками.

Мужчина сделал несколько смешных ударов, а потом проговорил: 

— Вы… вы… я велю арестовать вас, бросить в Бастилию, казнить!

Бэкингем полунасмешливо-полуснисходительно посмотрел на него. Он знал, как разговаривать с королями, обладающими слабой волей и… некоторыми наклонностями. В этом у английского герцога был большой опыт.

— Ваше величество, будьте спокойны, — примирительно заговорил он, — я нахожусь здесь… ради вас!

— Я вам не верю, — хмуро проговорил Людовик, но потом все же сменил гнев на милость. — Может быть, вы хотите вина, ваша светлость?

— Лучше шампанское. — проговорил Бэкингем с легкой улыбкой.

Оставив Анну одну, мужчины ушли в покои короля. Но Анна не стала долго горевать, так как к ней вскоре должна была приехать подруга и наставница герцогиня-де Шеврез.

Молодой король с легкой усмешкой проговорил: 

— Я бы мог приказать отсечь вам голову. Но я знаю о ваших связях с Яковом Первым и даже его наследником. Неужели вы так хороши?

«Должно быть, этот проклятый кардинал поведал об этом коронованному болвану-лягушатнику!» — подумал английский герцог, а вслух сказал: 

— Его величество Яков почтил меня своим дружеским расположением. Он даже как-то сказал: «У Христа был Иоанн, а у меня есть мой Джордж».

— А я, — хитро улыбнулся король, — слышал из достоверных источников, что Яков называет вас в письмах своей женой…

— Может и так, — спокойно ответил герцог. — Но я не люблю Якова, я с ним из благодарности и в сугубо меркантильных целях. Я люблю… вас.

Немного помолчав, герцог спросил: 

— А хотите знать, насколько я хорош, сир?

— Я бы хотел это узнать, — Молодой король посмотрел на герцога, а потом осторожно и с присущей ему пылкостью поцеловал его в губы.

Джордж отвечал на его поцелуй со страстью, которую, как могло ошибочно показаться Людовику, он испытывал на самом деле.

— Выпьем за любовь, сир? — ласково спросил он.

Молодой мужчина оторвался от губ герцога и проговорил: 

— За что же нам еще можно было бы выпить, как не за любовь?

Луи налил в бокалы шампанского.

Джордж готовил ему сюрприз. Он набрал в рот немного шампанского и, удерживая его во рту, приспустил королевские штаны, взял в рот член Луи и принялся «купать» его в шампанском, одновременно лаская языком.

Молодой король Франции Людовик Тринадцатый сейчас был на седьмом небе от таких изысканных ласк. Мужчина поглаживал герцога по волосам. С его уст слетали нежные стоны.

Джордж стал заглатывать «шпагу» короля едва не полностью, не прекращая ласк, пока Луи не кончил ему в рот. Англичанин проглотил все до капельки, заставив французского короля улыбнуться, ведь у него только что отсосала вся Англия в лице своего министра. Их упоительный диалог был продолжен в алькове, и Луи был очень доволен его итогами. Его заставляло досадовать лишь то обстоятельство, что его собственного министра, кардинала Ришелье, похоже, не прельщает мужская любовь…

Ловкий англичанин, закончив постельные баталии с королем, ухитрился встретиться и с королевой. Анна Австрийская для виду изволила надуть губки на его измену с ее собственным мужем, но очень быстро простила его, в знак примирения подарив ему некий розовый ящичек, в коем хранились двенадцать алмазных подвесок, в свою очередь, подаренных ей мужем. Королева не знала, что в этот момент за ними следил некий изящный блондин в черном, имевший странное прозвище Милорд…

Возможность оставлять отзывы отключена автором