В реальности за гранью

Большая комната, поделенная на несколько отсеков, тонула в полумраке. В среднем отсеке, на полу, в форме для душевнобольных лежал мужчина. Прямоугольные очки перекосились, волосы были растрепаны. Едва он раскрыл глаза, как к нему приблизились двое в защитных костюмах. Один из них, чье лицо не было закрыто маской, поднял с пола и усадил его в кресло. Второй зафиксировал ему руки, лишая его даже крохотного шанса на побег.  — Откройте глаза. Вам можно не просыпаться, просто откройте глаза, — с ласковой интонацией обратился к пациенту первый. Через секунду, потеряв терпение, он ударил его по лицу. Его коллега никак на это не отреагировал.  — В чем дело? Кто-то ударил вас? — С насмешкой спросил ученый. — Сюда, позвольте помочь. Мужчина, возможно, и ответил бы, но агрессор уже склонился над ним и лизнул его за ухом. Пациента передернуло от отвращения, он окончательно пришел в себя.  — Эндрю, вы позаботитесь об этих сигналах безопасности? — обратился кто-то к ученому.  — Я типа здесь занят, — с легкой долей раздражения ответил Эндрю, не желая отвлекаться от своего занятия.  — Это звучит, как настоящая беда. В морфогенетическом двигателе. Говорят, что Хоуп усовершенствовал что-то. — В голосе слышалась тревога.  — Билли Хоуп. Черт. И они этому не рады? — Он слегка склонил голову, лицо стало мрачным и нахмуренным, когда услышал новость. — Нет.  — Черт, черт, черт. — Эндрю старался не терять самообладание. — Ну, давай же. Стеклянная бронированная дверь закрылась за ним, оставляя свою жертву там, в помещении. Мужчина смотрел на экран, зажженный десятком секунд ранее. Перед глазами замелькали картинки. „Тест Роршаха или что-то в этом роде“, — пронеслась в его сознании мысль. Сил смотреть на изображения не было, но и закрыть глаза он не мог. Смотрел, собственно, не на экран, а в мрачную кутерьму своей души, в хаос, что сносил ему голову. Это был болезненный хаос — чувство радости и  какой-то лучистой надежды, и  тут же следом чувство жуткого отчаяния, уныния, неистовой ярости, неуверенности в себе, от которой стынет кровь и нарастает ужас и тревога, и снова чувство радости, снова отчаяние и тоска смертельная… 2 часа назад

Мы не знакомы, но я Ваш давний поклонник. Постараюсь сильно не затягивать. Они могут следить. Я две недели проводил консультации о программном обеспечении в «Психиатрических исследованиях „Меркоф“ и Маунт-Мессив». Меня заставили подписать кучу договоров о неразглашении и сейчас я их грубо нарушаю. Ну и хрен с ними. Здесь творится что-то ужасное. Я не понимаю. Не верю и в половину увиденного. Местные доктора говорят, что терапия зашла слишком далеко. Говорят, они нашли то, что дожидалось их в недрах горы. Владельцы клиники „Меркоф“ зарабатывают на людских страданиях. Люди должны знать правду.

Дмитрий Куплинов сидел перед ноутбуком в каморке, заставленной мощными компьютерами, напоминавшими ему вычислительную технику послевоенных годов. Он всматривался в монитор, перечитывая письмо.  — Чё это за тест на проверку знания английского? Эй! — В какой-то момент воскликнул мужчина. — Дайте почитать нормально. Он нервно одернул ворот рубашки и потянулся к клавиатуре, ставя последнюю точку. Секунду спустя, когда Дмитрий закончил читать последнюю строку, дверь в каморку открылась и требовательный голос спросил: „Кто здесь?“  — Отправляйся же ты быстрее, — полушепотом сказал шатен, нажимая на кнопку. — Давай полегонечку. Я… Я нажимаю на кнопку. Бля, да я нажимаю же на кнопку, сука! Программа никак не хотела отправлять письмо.  — Да иди на фиг тогда, к черту тебя, — сердито прошипел он, захлопывая крышку ноутбука. — Очень долго всё это происходит.  — Что ты здесь делаешь? — удивился служащий компании, когда Дмитрий приблизился к распахнутой двери. — Они уже три раза вызывали вас. Там что-то срочное в кондиционировании. Летсплейщик лишь скупо кивнул и быстрым шагом направился к концу коридора.  — Все таки что тут делаешь? Я думал, что ты просто компьютерщик, — донесся до него голос сотрудника, в котором явно чувствовалось сомнение.  — „Я думал…“ Он думал, — с насмешкой вполголоса прокомментировал шатен его слова, убедившись, что к нему никто не прислушивается. „Вейлон Парк, сотрудник 1466, немедленно пройдите к системе контроля морфогенетического кондиционирования“, — раздался холодный, безэмоциональный мужской голос. Мужчина прошел мимо ученых и лаборантов, лица которых были скрыты за масками. Они обсуждали опухоли, расходы нейролептиков и антидепрессантов, планы на выходные и возможности увидеться со своими близкими.  — Господи, Вейлон, наконец-то, — произнес один из охранников, указывая на металлическую раздвижную дверь. "О, у тебя вместо пистолета палец! Да ты опасный мужчинка-то! — с насмешкой мысленно отметил Дмитрий. — Вообще беспредельщик". — А, Парк, — сказал один из лаборантов в защитной маске, заметив шатена, — вы режете слишком близко, следующий пациент уже на подходе, а артериальный спин ещё не ясен. Ты нужен в переднем терминале. — А, какого хера! — недовольно воскликнул один из ученых, стоящих около терминалов. — Они вытащили Глускина из своей камеры. Вызовите его снова, теперь нам здесь нужен этот Парк. Скажите ему, что у него есть 15 секунд, чтобы сохранить свою работу. Боже… Летсплейщик только хмыкнул на это. Постояв секунду, он подошел к одному из рабочих столов и сел в кресло.  — Парк. Наконец-то, где вы были? — сказал ученый, заметив его. — Функциональный интерфейс изображений не отвечает на ASL. У нас пациент, который тридцать секунд в отключке, а мы ничего не видим внутри его головы.  — Я могу позвонить в камеру, попросить их отложить…? — неуверенно кто-то обратился к врачу. Тот отмахнулся от него, словно от назойливой мухи. — Нет, мне не нужна еще одна оценка функционирования. Мистер Парк все починит, мы даже не успеем опомниться. Так ведь, мистер Парк? Дмитрий старался игнорировать его вопросы. Он уставился в мониторы, размышляя над дальнейшими действиями. "Командная строка… Ага! … Что я теперь только что сделал? Нормал… нормал… Что-то плохо… что-то плохо, а так везде всё нормально. Что мне дальше делать?"  — Мы счастливы, мистер Парк? — А, Стив? — Ученого окликнул коллега с той стороны. — Томография все еще не точная.  — Вы сомневаетесь в нашем друге Вейлоне Парке, — весьма спокойно проговорил Стив. — Я считаю, это более, чем недружелюбно — относиться так к его опыту в программировании и существенной преданности корпорации "Меркоф". Да, мистер Парк? Продолжая не обращать внимание на Стива, летсплейщик запустил компиляцию морфогенетического двигателя. Перевел свой взгляд на зал внизу. Это было просторное помещение, величиной напоминавшее футбольное поле. В центре находился сам двигатель, над которым работало несколько ученых и лаборантов, по бокам — стеклянные сферы-капсулы. Дмитрий видел только три сферы, но рассмотрев, насколько это было возможно, из своего места комнату, предположил, что их должно быть еще три штуки. — Ах! Черт подери! — внезапно рявкнул Стив, заставляя мужчину поморщиться от громкого голоса. Одна из боковых дверей нижнего помещения открылась и в зале появились двое охранников, которые силком тащили пациента к морфогенетическому двигателю.  — Я знал, что это случится. — Отчаянно вопила жертва. — Твои проклятые грязные машины. Твои чертовы машины! Нет! Нет, только не это снова. Нет! Нет! Чертовы уроды, я знаю, что вы со мной делали. Я знаю, что вы делали… Помогите! Помогите мне! Помогите мне, они собираются меня изнасиловать. Насилуют! Насилуют! Мою голову. Мои зубы. Мои ебучие… Я вырос в аду, твари поганые. Лжецы! Почти сразу после этого поднялась паника. Пациент попятился и упал на пол. Его сопроводители грубо пытались поставить его на ноги, но неожиданно он вырвался из их хватки и заметался по комнате, убегая от них. Охранник, стоявший у двери зала с терминалами напрягся и вытащил пистолет.  — Он освободился! Хватай его! Пациент, оторвавшись от преследования, поднялся по лестнице и налетел на стеклянную стену. Он встретился взглядом с Дмитрием.  — Помогите мне! Не дайте им этого сделать. Не позволяйте им! Вы! Я знаю, что вы можете это остановить! Вы должны мне помочь! Вы должны… Лаборанты и охранники с оружием подбежали к больному и, схватив его, оттащили от стены. "Да ну тебя на фиг", — подумал мужчина, вскакивая из кресла и продолжая глядеть на психопата, которого пытались затолкнуть в сферу. — Эй! Успокойтесь. — шатена схватил за локоть один из охранников, предостерегающе держа руку на поясе с оружием. — Здесь высокий уровень защиты… Неизвестно чем бы это закончилось для него, если бы не успокоительные слова Стива.  — Все в порядке, агент. Мистер Парк просто не ожидал. Я уверен, что он спокоен и полон желания закончить свою работу. Присаживайтесь. "Спасибо, товарищ в комбинезоне", — мысленно проговорил Дмитрий, возвращаясь на свое место и продолжая набирать команды.  — Быстрее, мистер Парк. Нужно будет повернуть голову, если мониторинг перфузии не будет активен, когда они положат его в двигатель морфогенетического кондиционирования. Проблема была решена и тут же на мониторе возникло изображение того несчастного пациента. Изо рта и ноздрей торчали какие-то трубки, а тело было опутано проводами.  — Артериальная Спин Маркировка снова подключена.  — Настраиваем плоскость изображений… "О, чувак, что с тобой?" — спрашивал про себя летсплейщик, видя, что лицо испытуемого за считанные секунды покрылось сыпью и язвами. Стив развернул его лицом к себе, не позволяя смотреть в монитор.  — Вы закончили, мистер Парк. Можете идти. Не ожидайте ничего, кроме честной оценки вашей работы в моих отчетах. "И куда мне теперь? Возвращаться в ту комнатушку, где я отправлял и-мэйл? Чё ты там говоришь? — обернулся мужчина к ученому. — Постою ещё немного".  — Смотрите вниз и не останавливайтесь, пока не доберетесь до своей дыры, — приказал ему Стив. Видя, что на его слова не реагируют, его голос приобрел более раздраженный тон. — Идите, Вейлон Парк. Я устал от вас, даже когда вы были здесь полезны. Наконец подчинившись, Дмитрий покинул зал с терминалами. Миновав охранника, он начал негромко комментировать происходящее.  — Какое дичайшее и завораживающее начало сей игры! Я просто не представляю… Отвлекаясь на табличку "C BLOCK" и продолжая что-то говорить себе под нос, шатен не заметил, как, держа дистанцию, за ним следовали двое охранников. Оказавшись внутри каморки, хотел высказаться по поводу неё, но не успел.  — Кто-то рассказывал истории за пределами нашего класса, — послышался холодный ироничный голос. Дмитрий обернулся на звук. Взгляд выхватил из полумрака темно-русого мужчину с лицом типичного администратора, одетого в строгий, элегантный деловой костюм. Внезапно кто-то схватил его за руки и повернул к себе.  — На пол! Вниз! Держите руки, чтобы я их видел!  Его, не понимавшего происходящего, повалили на землю и стукнули головой об стену. На несколько секунд перед глазами всё поплыло. Незнакомец встал, держа в руках ноутбук, из которого была произведена попытка отправить сообщение, и заговорил холодно и отчетливо:  — Мистер Вейлон Парк, контракт на оказание консультационных услуг 8208. Инженер-программист с разрешением службы безопасности 3-го уровня. Закончил с отличием университет Беркли, но все еще недостаточно умен, чтобы понять: последнее, что муха должна делать в паутине — ерзать. На этих словах он демонстративно уронил ноутбук. Послышался звук разбитого стекла. "Ты за это заплатишь, сука", — в мысли летсплейщика закралась легкая обида. Человек склонился над ним, продолжая разглагольствовать:  — Настолько глуп, что думает, что заимствованного ноутбука, маршрутизатора и брандмауэра будет достаточно, чтобы обмануть ведущего мирового поставщика биометрической безопасности. Тупица, мистер Парк. Более, чем просто тупица, на самом деле это сумасшествие. Я бы диагностировал дереализацию и нарциссизм. Биполярные и пограничные расстройства личности. С большой вероятностью диспареунии, бредовыми расстройствами и недержания в будущем. — Он выпрямился и резко сказал: — Боюсь, что нам придется вас взять это на себя. Мистер Парк, вы добровольно попросите принудительное заключение? Вы слышали, агент?  — Он сказал:"да", мистер Блэр, — ответил охранник, не моргнув и глазом.  — Прекрасно. Ах, и… Мне это не послышалось, вы только что сказали, что будете добровольцем программы морфогенетического кондиционирования?  — Это то, что я услышал, мистер Блэр. К Дмитрию пришло осознание того, что его ожидает. Ему стало не по себе.  — Это очень храбро с вашей стороны, Вейлон. Корпорация "Меркоф" и непрерывно двигающийся прогресс ценят вашу храбрость и жертву. Может вы можете назначить мистеру Парку легкий анестетик? — обратился Блэр к агенту.  — C удовольствием. "Ну да, такой легкий, я бы сказал, один из самых дешевых анестетиков", — с иронией отметил шатен, когда его начали осыпать ударами по голове. Несколько ударов вполне хватило для того, чтобы лишить его сознания. Он еще не знал с какими ужасами ему придётся столкнуться.