Контроль над сердцем

      — Давай начнем с улыбки.       Мне было не по себе от радостного лица Килгрейва, словно он получил давно желанную игрушку. Я улыбнулась, как можно шире. Это было ужасно, потому что я не могла сопротивляться его контролю. Всё законченно. Он выиграл.       Килгрейв наклонился над моим ухом, убрал прядь моих волос и томно прошептал:       — Скажи, что любишь меня.       Я закрыла глаза, зажмурилась и из всех сил сжала кулаки, противясь контролю этого напыщенного британца. Прикусила губу, чтобы сдержать эти слова в себе, всё тщетно.       — Я люблю тебя.       Промямлила я. Я буквально ненавидела себя за слабость и беспомощность, которую проявляла прямо сейчас.       Я подняла взгляд на Триш. Блондинка стояла возле яхты, закрыв рот руками, явно не веря в то, что только что услышала; по её щекам текли слезы, капля за каплей. У меня было только одно желание: свернуть шею Килгрейва, затем подбежать к Триш и крепко обнять.       Из моих глаз тоже потекли слезы. Я решила держаться, поэтому вынуждена была отвести взгляд от подруги и посмотреть в глаза монстра, что стоял напротив меня. Килгрейв ухмылялся, смотря прямо в мои влажные от слез глаза. Я опустила подбородок, но не прошло и секунды, как Килгрейв снова его поднял.       — Теперь ты моя, — прошипел он едко. — Нам пора, дорогая. Яхта нас ждет, — голос его смягчился, и он, нежно приобняв меня за талию, повёл в сторону яхты.       Я последовала за ним, но возле самой яхты я остановилась.       — Дай мне попрощаться, — сухо попросила я.       — Конечно, я же не зверь какой-то, — тут же ответил Килгрейв, — но не вздумай бежать, иначе милая Пэтси прыгнет в воду. Так ведь, Пэтси?       Блондинка кивнула. Я подошла к подруге и крепко обняла её, в пределах нормы, конечно, чтобы не сломать ей ребра.       — Беги от него, — шепчет мне на ухо Триш.       — Не могу, Триш, я... не могу. Прости.       — На глазах снова поступали слезы, я глубоко вздохнула, чтобы не сорваться.       — Пора, Джессика.       Как только британский акцент добрался до моих ушей, я тут же разорвала объятия и направилась в сторону мужчины.       Зайдя на яхту, я стала возле бортика, конечно же с позволения Килгрейва, но при условии, а точнее приказе, что я не посмею даже думать о самоубийстве.       Яхта быстро отплыла от берега. Вдалеке ещё виднелась фигура Триш, но она очень быстро растворилась. Я зашла на палубу, где за обеденным столом сидел Килгрейв.       — Прошу, присаживайся, Джессика. Я покорно села, хотя это был вовсе не приказ, а просьба, и, тем не менее, я исполнила её.       — Куда мы плывем, — грубо отчеканила я.       — В Британию, милая, в Британию. Голос Килгрейва был на столько нежным и спокойным, что только за этот голос мне хотелось его задушить. Я собираюсь убить его. И я убью. Я найду хоть три секунды, чтобы вонзить ему нож в сердце.       — Тебе стоит отдохнуть. Спальня внизу, я скоро подойду.       Я, как хорошая кукла, слушаюсь его и направляюсь в спальню.       Когда я спустилась вниз, я осознала, что спальня на яхте только одна. Само собой эта мысль повергла меня в ужас, поэтому на кровать я легла, не сняв ни одной тряпки со своего тела.       Я лежала уткнувшись в подушку и тихо похлипывала, захлебываясь слезами. Заснуть не могла, точнее боялась. Я и раньше спала с Килгрейвом, но тогда я не испытывала на столько сильного отвращения к нему.       Он заявился где-то через минут 20. Я сделала вид, что сплю крепким сном. Его рука легла на моё плечо, я вздрогнула.       — Не спишь, значит, — шептал Килгрейв мне на ухо своим изящным британским языком.       Его рука начала опускаться ниже, пока я не ощутила её под майкой. Он не сказал мне, чтобы я не сопротивлялась, похоже, он, так же как и я, понимал, что в этом нет смысла, мне всё равно придется повиноваться. Но я не могла это терпеть, не сейчас, никогда.       — Стой, — я положила свою руку поверх его, останавливая дальнейшие движения, но, тут же осознав, что сейчас он потребует, чтобы я расслабилась, я добавила: — Послушай меня.       Как не странно, Килгрейв решился выслушать меня.        — Если ты хочешь, чтобы я действительно была твоей, — начала было я, — то не стоит добиваться меня силой. Ни тебя, ни в особенности меня это не удовлетворит. Если ты действительно любишь меня, то позволь хоть в постели мне быть свободной.       Я блефовала как могла, лишь бы как можно больше оттянуть время, чтобы придумать план побега, а ещё лучше избавления от Килгрейва.       Британец принял мою просьбу.       — Ты права.       Только и всего. Всё, что он произнес. Он поцеловал меня в лоб и, встав с кровати, вышел из комнаты. Убедившись, что он не вернется, я спокойно заснула.