Контроль над сердцем

      Я стояла в зале ожидания и пялилась на табло. Я как безумная оборачивалась раз за разом, надеясь не найти позади себя Килгрейва. Я ушла, и он, скорее всего, уже узнал это.       Из легкой задумчивости меня вывел телефонный звонок. Я ответила.       — Джессика, вернись ко мне, — пропел на том конце провода британский акцент.       — С чего бы это?       — Потому что ты хочешь?       — Я... — запнулась. Сказать, что я не хочу? Возможно совру, а возможно скажу правду. — Я не могу.       — Джессика, вернись, я умру без тебя, ты знаешь.       — Славно, сделаешь одолжение и мне, и себе.       — Я знаю, ты не...       — Слишком много "знаю" в твоей речи. Перебарщиваешь, Килгрейв. Я не вернусь к тебе. Потому что на этой планете есть люди намного лучше тебя, и к одному из таких людей я лечу. И, знаешь, она действительно любит меня. Не такой извращенной любовью, как ты.       — Джесс... — голос его был таким жалостливым, словно он действительно был на краю жизни. — Ты ведь знаешь я могу тебе приказать.       — Если бы ты хотел, ты бы сделал это раньше. Даже если ты снова найдешь меня и заберешь, я снова сбегу. И я буду делать это раз за разом, раз за разом. Я буду бороться с тобой всю мою жизнь. Каждый раз, когда я буду сбегать от тебя прямо из-под носа, я буду причинять тебе дикую боль. У тебя только один вариант, два, на самом деле: убить себя или убить меня. Выбирай.       — Я люблю тебя, Джессика Джонс, — выразительно выдал он.       — Мне плевать, — безразлично кинула я и бросила трубку.       Я направилась на посадочную полосу, к самолету, по пути выбросив телефон в мусорную корзину .       Прошло два года. Он больше не появлялся. Я всё ещё одна, к слову. Кроме Триш у меня никого нет. Уже как год мы пытаемся разгадать загадку о происхождение тех самых химикатов, в которые когда-то врезался мой папа. Всё тщетно. Все сведения стерты. Нет никакого смысла. Но я ведь никогда не сдаюсь, верно? Ах, черт, неверно, я сдалась, два года назад, с Килгрейвом, тогда я сдалась. Не то, что бы я винила себя... Если он всё ещё не вернулся за мной, то возможно он мертв. От этой мысли становилось как-то не по себе. Я, вроде бы, вполне желала этого, но с другой стороны, без него моя жизнь теряет какой-либо смысл. У меня больше нет врага и нет такого дела, ради которого я бы умерла.       Я взглянула на часы. Дерьмо, опаздываю на ланч с Триш. Я подобрала телефон, ключи и побежала на встречу.       К кафе я пришла, оказывается, раньше Триш. Но вскоре и блондинка появилась. Подруга помахала мне с другой стороны улицы и пошла мне навстречу. В следующий миг я просто не поняла, что случилось. Машина на огромной скорости, в центре города, сбила Триш прямо на моих глазах. Все машины по максимуму начали останавливаться. Я со всех ног побежала к подруге, спустя пару секунд шока.       Один взгляд на её полумертвое тело и...       Я спускаюсь на колени, чтобы проверить пульс. О, Господи, его нет!       — Триш, нет, нет, нет, ты чего, не смей уходить, — На меня нападает приступ паники, я, захлебываясь слезами, судорожно начинаю делать блондинке непрямой массаж сердца. — Очнись, сейчас же.       Это продолжалось, пока не приехала скорая. А смысл? Они просто забрали тело.       Я шла по хорошо отстриженному зеленому газону, рассматривая надписи на камнях. Подойдя к нужному, я пристроилась в толпе людей и начала слушать речь мисс Уокер. По щеке текла слеза, которую я даже не заметила.       Я дождалась пока закончатся похороны и всем эти мнимые скорбящие разойдутся. Я осталась одна. Не только на кладбище, но и по жизни. Сейчас мне, как никогда раньше, хотелось, чтобы появился Килгрейв, чтобы у меня появился смысл в жизни — убить его.       — Мне жаль.       Черт. Не может быть. Я оборачиваюсь и вижу его.       — Ты следил за мной?       — Малость, — признается он.       От переполняемых меня чувств, я вешаюсь ему на шею.       — Мне нужен хоть кто-то, плевать, что этот кто-то ты.       Слеза за слезой лились из моих глаз. Около минуты я висела на его шее. Килгрейв явно не был против.       — Забери меня отсюда, навсегда, — прошептала я еле слышно, сама не веря в то, что сказала.       Мы стояли неподвижно несколько минут, пока он не произнес то, что я так боялась услышать:       — Я всё ещё люблю тебя, Джессика Джонс.