Вторник +19

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Шерлок (BBC), Дойль Артур Конан «Шерлок Холмс» (кроссовер)

Основные персонажи:
Джон Хэмиш Ватсон, Шерлок Холмс
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Юмор, AU, Пропущенная сцена
Предупреждения:
OOC
Размер:
планируется Макси, написано 28 страниц, 3 части
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
"Вот Джона я бы отравил - раз плюнуть. Он неразборчивый едок. Я подсыпал ему химикаты - он и не замечал. Как-то он потерял вторник и не понял почему".

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Собственно, вариация на тему потерянного Джоном вторника. AU - действие происходит до и после второй серии, при этом третьей не существовало. Жанры и предупреждения будут добавляться по ходу повествования, рейтинг проставлен сразу.

Часть 1. Глава 3 - Твистер

15 декабря 2015, 00:23
– Заканчивай свои дела быстрее. Я уже придумал тебе несколько вопросов, и хочу, чтобы ты на них ответил! – повысив громкость голоса, бросил Шерлок в сторону ванной комнаты. – И руки не забудь помыть!

– Ох, ты меня еще учить будешь?! – перекрикивая шум воды, не сдержался от комментария Джон.

Когда Шерлок немного пришел в себя после того, как очередная доза алкоголя бурей влилась в его организм, он чуть тряхнул головой и наклонился, рассматривая на полу разноцветные коробки. Среди них была игра «Клюэдо», которую он поднял, бережливо отряхнул, проверил, чтобы все содержимое было на своем месте, и положил обратно на каминную полку, остальное отпихнув от себя ногой.

И тут тошнота подступила снова, так что Шерлок принял положение сидя, усаживаясь на пол и прижимаясь спиной к спинке кресла. Он чуть запрокинул голову, закрыл глаза и начал дышать ртом, чтобы вдруг не испортить рвотой и без того потрепанный его опытами ковер.

Закончив и приведя себя в порядок, Джон вернулся в гостиную, чтобы продолжить их необычный и многообещающий досуг. Шерлок всем своим видом выражал, что хотя бы со штрафными он не смухлевал. И, более того, выглядел он вообще не самым лучшим образом. В какой-то мере Джону было искренне жаль друга, каким бы невыносимым тот порой, а особенно несколько минут назад, ни был.

– Думаю, нам нужно для тебя придумать другой вид штрафов, – Джон обошел кресло, возле которого устроился Шерлок, сел на подлокотник, и, положив ладонь на темную макушку, начал успокаивающе поглаживать. – Мы все еще играем в «Правду или вызов»? Опыт мне подсказывает, что ты и без игры задашь мне все те вопросы, которые в нормальном обществе считаются невежливыми. И я по-прежнему не согласен на «Клюэдо». Выбери игру, которая не потребует от меня интеллектуальных затрат.

Прикосновение к волосам успокаивало Шерлока вне зависимости от того, кто ему их предоставлял. Он бы принял это и от Андерсона, если бы только подпустил его к себе настолько близко. Так что сейчас, когда его гладил Джон, Шерлок задышал глубже, и постепенно расслабился. Тошнота постепенно отступила, а он сам едва сдержался от желания боднуть ладонь, напрашиваясь на дополнительную ласку, словно огромный кот. Хотя из-за усов котом по-прежнему был Джон.

Шерлок на всякий случай вспомнил, где у них хранится спирт, которым он будет отмывать маркер от лица друга, когда тот уснет в следующий раз, чтобы у того не осталось совершенно никаких напоминаний об этом вечере. Слишком сложном и двусмысленном вечере. Но одно слово «спирт», мелькнувшее в мыслях, заставило горло детектива сжаться, и тот чуть тряхнул головой, неловко сбрасывая с себя руку Джона.

– Я не разбираюсь в играх, – вздохнул Шерлок, перекатываясь в сторону и садясь теперь неподалеку от ног Джона, поближе к оброненным с камина немногочисленным играм, и принялся бездумно их ворошить. – Выбирай сам.

Шерлок подхватил весь ворох цветных коробок и поднялся на ноги, опуская их все на колени Джона. Правда, отпустить при этом коробки он забыл, так что вскоре его ладони оказались уже на чужих бедрах. Совершенно не почувствовав никакого смущения, он поднял сначала одну руку, чтобы опереться ею на дружеское плечо. Но чувство равновесия его подвело, так что Шерлок качнулся вперед, заставляя Джона опуститься в кресло окончательно, и, более того, удобно прислониться и спиной.

Шерлок сначала не понимал, каким образом он все еще, в странном положении, но все же стоит на ногах, и приоткрыл зажмуренные глаза, замирая. Оказывается, он уткнулся лбом в лоб Джона, и сейчас с легким удивлением встретил его взгляд. Шерлок приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, и тут же его закрыл по неизвестной причине. Он впился пальцами в чужое плечо сильнее, немного отстранился, теперь задев нос Джона кончиком своего, и замер снова, напряженно заглядывая в глаза соседа. Секундами спустя он хотел приблизиться обратно, уже явно с другой целью, но едва успел заставить свое тело (хотя не мозг) передумать.

Медленно улыбка Джона сошла на нет, когда Шерлок оказался непривычно близко. Он положил одну ладонь на поясницу Шерлока, не давая тому упасть на пол и получить сотрясение своего гениального и безбожно пьяного мозга. И только встретившись взглядом со сбитым с толку Шерлоком, Джон понял, насколько двусмысленно их положение. Он на долю секунды опустил взгляд ниже, а потом мысленно дал себе подзатыльник за то, что пялится на губы Шерлока. После всего, что произошло между ними сегодня, его тело, кажется, решило, что все это абсолютно нормально.

Но Шерлок выпрямился и опустился в противоположное кресло, прижимая одну ладонь к вмиг покрасневшему лицу, словно ему просто стало жарко от алкоголя. Сделал он это как раз в тот момент, когда Джон уже было начал наклоняться навстречу, окончательно решив для себя, что не такие уж они и друзья, и можно попробовать другой вид отношений. Джону пришлось поспешно скрывать разочарование за удивлением.

Желая как-то сгладить неловкость момента, Джон поспешил сказать хоть что-нибудь и опустил взгляд на колени, где теперь были коробка от шахмат, среди которых не хватало несколько растворенных в кислоте фигур, «Операция» без пинцета, который теперь использовался для химических опытов, и несколько других игр.

– «Твистер»! – почти тут же воскликнул Джон и поднялся на ноги. – Спорим, я тебя обыграю, несмотря на то, что ты высоченная каланча с порнографически длинными ногами?

О том, что его подсознание выбрало игру, в которой близкое положение может повториться, а так же о том, что он назвал какую-то часть тела Шерлока порнографической, Джон старался не думать. А не думать, по мнению самого великого ума Лондона, у него получалось отменно.

– Что? – немного неуверенно переспросил Шерлок.

Своим вопросом он пытался узнать, не выругался ли Джон на него в ответ, потому что некое слово «Твистер» не внушало никаких положительных чувств. Хотя оно не внушало чувств вообще. Также Шерлок переспросил себя, уверен ли Джон, что он сможет обыграть его, ведь даже в покер, научившись ему за шесть минут, гений смог несколько раз одержать победу. И, наконец, он уточнил, действительно ли его друг выдал столь необычный комплимент. Детектив заставил себя снова подняться на ноги, когда был уверен, что устоит на них, и что тошнота окончательно ушла. Вытряхнув содержимое коробки на пол, Шерлок принялся ожидать начала игры, пока Джон расправлял в центре гостиной игровое поле.

– Надеюсь, дверь закрыта, – вздохнул Шерлок, взяв картонку с прикрепленной стрелкой и наклонившись. – Хотя еще больше слухов быть уже не может.

Коротко рассмеявшись, он, как и указала стрелка, оперся левой рукой на красный кружок, остальные части тела держа за пределами расстеленного пластика. Так что положение в итоге оказалось достаточно оригинальным, учитывая еще и то, что он находился спиной к упомянутой двери.

– Если мои ноги придется перекинуть через тебя в процессе, то они не станут порнографическими, они станут тяжелыми, – на всякий случай прояснил ситуацию Шерлок, намекая на то, что радоваться заранее совершенно бесполезно.

– Почему Гарриэт вообще запила? – решил он продолжить свои допросы, раз уж он, по словам Джона, они могли поднимать неловкие темы и без игры. – Ты рассказывал, что это генетическое и что это было еще до Клары. Но ведь должен был быть какой-то повод.

– Правая нога на синий, – огласил Джон и встал позади Шерлока*, делая шаг на заданный круг. – Не знаю, это же Гарри. Возможно, когда-то она отмечала что-то с друзьями, выпивала, а потом решила, что если напиваться каждый день, а не только изредка по праздникам, то жизнь становится красочней и веселей.

Подождав, пока Шерлок снова запустит стрелку и сделает свой ход, Джон застыл в небольшой растерянности. Чтобы дотянуться до необходимой ему картонки, ему нужно было или перегнуться через Шерлока, или присесть и просунуть руку между его ног, что выглядело бы в любом случае двусмысленным. Решив, что выбирает меньшее из зол, он наклонился вперед, практически ложась на друга, и потянулся к рулетке. Внезапно Джона настигло чувство дежавю, что даже немного отвлекло его от любопытства насчет того, какой ход ему придется сделать следующим. Он нахмурился, пытаясь понять, почему столь щекотливая поза вызывает в нем это странное ощущение, но потом отмахнулся от этой мысли, потому что стрелка остановилась, а ему пора было прекратить наваливаться на Шерлока всем телом, чтобы это не считалось мошенничеством с его стороны.

– Поначалу она говорила, что пьет, потому что где-то у кого-то сегодня день рождения. А когда это стало нездоровым, то и вовсе стала отрицать, что что-то пила, даже если при этом едва стояла на ногах. Почему ты решил пользоваться услугами эскорта, с твоей-то внешностью? – тут же просил Джон, решив для себя, что если Шерлоку можно задавать любые вопросы, то и ему тоже, тем более, когда была вероятность, что из-за похмелья тот не сможет на утро этого вспомнить. – Я хочу сказать… ты бы пользовался успехом, если бы кого-нибудь к себе подпустил. И мог бы даже не платить за выпивку.

– Сантименты, – коротко и просто ответил Шерлок. – Даже если кто-то и говорил, что готов на это, после первой встречи они упорно лезли целоваться. Я отказывал и слал их куда подальше, и после нескольких неудачных попыток окончательно перешел на оплачиваемых парней. Тем-то как раз и нужен был только секс, поэтому они оказались идеальным решением. Более того, поцелуи им тоже не нужны, так что я до сих пор…

Шерлок неловко кашлянул и замолчал, протягивая руку и крутя стрелку в очередной раз. Пришлось немного подумать, проявлять или нет чудеса своей гибкости, чтобы впечатлить соседа. В итоге он изогнулся, ставя под угрозу свою устойчивость, зато добавляя эффектности. Одно его колено при этом было немного согнуто, но игрового поля не касалось. Хоть брюки стали еще более тесными, чем раньше, зато теперь Шерлок смог повернуть голову и ехидно посмотреть на своего соседа, который до сих пор над ним нависал. Проявив щедрость, он толкнул стрелку за него, и, посмотрев на результат, понадеялся, что им сейчас не вскружит голову. Джону в буквальном смысле, а ему самому от еще более тесного контакта, от которого и без нового положения сносило крышу.

– И я не так часто пью, чтобы оплата кем-то моей выпивки являлась таким уж сильным преимуществом. Давай, левую руку на желтое, – на всякий случай произнес он, и сделал как можно невозмутимый вид, словно они здесь не играют в какую-то глупую игру, а засели за дружеским чаепитием. – Расскажи о своем первом поцелуе, у тебя-то он уж точно был.

Решив, что скрывать ему этот необычный факт уже незачем – все равно проболтался – Шерлок крайне любопытно посмотрел на Джона из такого положения, чтобы, в случае падения, удариться не лбом или носом, а затылком. Ушиб на затылке можно скрыть, а ушибленный нос, особенно если сильно ушибленный, до синяка, не будет его украшать.

– Зависит от того, какой из них ты будешь считать первым, – ответил Джон, размышляя, сколько именно информации предоставить Шерлоку. – Когда мне было семь, меня оставили с четырехлетней дочкой соседей. И она носилась за мной по всему дому, чтобы поцеловать, а я от нее убегал. Моей ошибкой было спрятаться от нее в ванной, где она смогла меня догнать. Стоило лезть на чердак, она боялась пауков и ни за что бы за мной туда не полезла. А следующий раз был уже в старших классах, с девушкой из параллельного класса на танцах в канун Рождества. Было мило.

Смена положения, как полагал Джон, шла только на пользу, потому что это позволяло отвлечься от общения с той частью тела Шерлока, с которой общаться было как-то немного невежливо. Согнув колени, Джон наклонился и оперся одной ладонью на нужный круг, а вторую руку предусмотрительно засунул в карман джинсов, чтобы не было соблазна случайно опереться рукой и раньше времени проиграть.

– Эм… знаешь, учитывая наш рост, мы сможем правильно встать, только если я тебя нагну, – заметил Джон, когда пришло время для следующего хода. – Хотя, если ты немного раздвинешь колени, я смогу встать у тебя между ног. Да, вот так.

Теперь Джон просунул одну ногу между бедер Шерлока, занимая свободный круг между его ногами. Он тоже развернулся немного боком, чтобы они могли смотреть друг другу в лицо, хотя никто не давал гарантий, что от этого станет менее неловко. Но одного он отрицать не мог – это было так же весело, как когда приходилось играть в подобные игры в студенческом общежитии.

Положение было до безумия двусмысленным. Стоило раздвинуть под Джоном свои «порнографически длинные ноги», и все мгновенно исказилось. Оказывается, можно быть еще ближе, чем их заставила игра до этого момента. Он понимал, что выбора у них просто не было («Твистер» и «Клюэдо» были единственными играми без потерянных частей), но все равно казалось, что кто-то из них выбрал эту коробку намеренно, чтобы смутить друг друга еще больше. А ведь совсем недавно Шерлок игрался с пирсингом в члене своего друга.

– Если ты никогда не пробовал, откуда можешь знать, что это не для тебя? – спросил Джон, решив, что если он успеет задать вопрос до того, как его задаст Шерлок, то можно считать, что снова его очередь. – Со стороны это может показаться лишь обменом бактериями, но если увлекаться тем, с кем это проделываешь, можно получить немало удовольствия.

– Увлекаться? – переспросил Шерлок, делая свой ход и вставая в чуть более удобное положение. – Я увлекся одним человеком. Я за ним бегал, говорил с ним, даже когда его не было в комнате, называл его именем других людей, в том числе тех, кто был, в свою очередь, увлечен мной. Они злились, а я даже не замечал, что что-то не так.

От короткой речи Шерлока на несколько секунд Джон даже затаил дыхание, боясь любым неосторожным вздохом прогнать этот мираж, если происходящее было миражом. Уже который раз за вечер Шерлок говорил о нем что-то потрясающее, во что не было сил поверить, даже когда все звучало настолько прямо и не завуалированно.

Совершенно забыв про то, что Джону тоже надо делать ход, а он случайно отпихнул картонку со стрелкой в неудобное для него положение, Шерлок тихо выдохнул, снова смотря в глаза Джона и замирая. Он пообещал себе извиниться перед Мэри, если запомнит эту часть вечера, и решил, что больше тянуть с этим не может.

Шерлок закрыл глаза, чтобы набраться смелости, и потянулся к Джону, неумело и робко прижимаясь легким поцелуем к его губам. Дальше простого прикосновения он не заходил не только потому, что боялся и своей, и Джона, реакции, но и из-за того, что просто не знал, как нужно действовать в подобных ситуациях. Все просматриваемые фильмы с подобными сценами стирались из памяти, как совершенно ненужные в дальнейшей жизни.

А Джона, в свою очередь, короткое быстрое прикосновение губ наконец-то убедило в том, что все это не сон и происходит на самом деле. Он замер, не смея и шевельнуться, словно боялся, что Шерлок, так откровенно прижимающийся к нему, растворится в воздухе.

Шерлок отвлекся на то, что прислушивался к своим ощущениям, и в итоге слишком поздно обнаружил, что заваливается на бок и теряет равновесие. Конечно, он мгновенно отстранился, но восстановить равновесие не успел, и все же упал на пол, утянув за собой Джона и запутавшись, где чьи ноги и руки.

Первым, о чем Шерлок подумал, было то, что Джону неприятно лежать на пластмассе, так что он поспешил потянуться в сторону его плеча и высвободить из-под него ту самую картонку со стрелкой.

– Думаю, мы оба проиграли, – заключил Шерлок, хмыкая и опуская взгляд, но тут же теряя улыбку, которая сменилась показательным равнодушием, когда он осознал, что практически развалился на Джоне.

– Да, проиграли, – шепотом согласился Джон, совершенно не имея в виду игру. – А сейчас заткнись, я хочу кое-что сделать, потому что ты этого стоишь и иногда нужно делать исключения.

Джон положил обе ладони на лицо Шерлока, ненавязчиво удерживая его рядом с собой.

И это «рядом» было еще ближе, чем когда-либо за этот вечер, так что сомнений в намерениях Джона не должно было остаться и вовсе.

– Просто молчи, – едва слышно попросил он и коснулся губ Шерлока своими, так же легко, как это сделал сыщик минуту назад.

Но в отличие от Шерлока, Джон не торопился отстраниться сразу. Он пообещал себе, что один поцелуй ничего не изменит. Мэри его поймет. Ведь она сама была из тех, кто подшучивал на тем того, насколько близки были детектив и его блоггер, и не стоит ли ей, если она забудет купить Джону подарок на день рождения, просто пригласить Шерлока присоединиться к ним в постели. Так что, технически, пока они не разорвали этот контакт губ, это все еще был один поцелуй, пусть Джон уже и успел перейти от простого касания губ к губам к изучению рта Шерлока языком, лишая этот поцелуй скудных остатков невинности.

За эти мгновения в Шерлоке смешалось нетерпение и испуг. И пока он думал, как ему следует отреагировать, все происходило настолько быстро, что отступать уже было слишком поздно. Он попытался образумить друга, но его протест лишь оказался коротким возмущенным мычанием в чужой горячий рот. И когда они оба пошли дальше, Шерлок замер и зажмурился, стискивая пальцами игровое поле под ними и не решаясь как-то отвечать или проявлять хоть какую-то инициативу.

Поцелуй прекратился спустя несколько напряженных секунд, и Шерлок плотно сжал губы, не открывая глаза – ему было весьма неловко. Он хотел, чтобы этот поцелуй получился легким, не выдающим такому опытному в этой сфере Джону неопытность Шерлока, а его вовлекли в нечто большее, от чего краснели щеки, а в штанах становилось еще более тесно. Шерлок упорно молчал и не двигался, опустив голову, чтобы хоть немного скрыть свое выражение лица.

И как только Джон перестал удерживать его возле себя, Шерлок поднялся и поспешно скрылся в своей комнате, чтобы переждать ночь. Это было совершенно инфантильным поступком с его стороны, но поступить иначе он не имел никакой возможности. Этот эксперимент был достаточно успешным, оправдавшим каждое ожидание, и то, что произошло в конце, было перевыполнением его несуществующего плана. Он отказывался засыпать лишь потому, что у него было еще полно дел – следовало отмыть лицо Джона, прибраться и в следующие дни сделать вид, что ничего не было.

А все, что еще оставалось сделать в этот странный вечер Джону – это перебраться с пола на диван и уснуть еще до того, как мысли о том, что он сделал с Шерлоком (возможно, против его желания) лишили бы его покоя.

КОНЕЦ I ЧАСТИ




* Согласно правилам, второй игрок начинает игру с другого конца поля, но правил не знают ни Шерлок, ни Джон.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.