part four.
15 января 2016 г., 07:33
Наверное, что-то странное Гарри должен был заподозрить еще года три назад, когда он, в возрасте 16 лет, посмотрел фильм, главную роль в котором играл 18-летний мальчишка с длинными и мягкими карамельными волосами и гладкой, бархатной кожей. Это был, возможно, первый раз, когда сердце Гарри перестало биться, и он тогда задержал дыхание, упиваясь голосом юного актера, стараясь расслышать любое изменение в нем, и запереть его где-то глубоко в коре головного мозга, чтобы после воспроизвести в памяти и наслаждаться. И это был, наверное, первый раз, когда Гарри хотел остановить мир, чтобы сойти вместе с тем мальчишкой с глазами цвета океана и губами цвета нежного коралла.
Дешевая мелодрама, в которой снимался мальчик, стала не такой сопливой и приторной только благодаря ему. (То есть она все еще была до нелепости сопливой, наивной и нелепой, но Гарри не замечал этого, так как все его внимание было обращено на карамельного мальчика, и каждый раз, когда он говорил, Гарри задерживал дыхание, чтобы лучше слышать). Может, именно из-за этого мальчика, любимый чай Гарри — карамельный. Может, именно этот мальчик помог разобраться Гарри с его ориентацией.
Но...
16-летний Гарри — ураган, движущийся со скоростью 186 тысяч миль в секунду. Он перемещается от одного занятия к другому, забывая о том, где и с кем был вчера или даже час назад. Он ищет что-то новое каждую звездную минуту, так что, неудивительно, что через несколько недель он забывает о нежном мальчике из фильма.
И все было бы хорошо, если бы через полтора года Луи не напомнил бы о себе, появившись в главной роли в комедии "Temporary Fix". И Гарри знал, что с тех самых пор Луи больше не карамельный мальчик. Его волосы стали жесткими, а кожа лица обросла щетиной, но глаза были такими же чистыми и морскими. Гарри никогда не признается, но, возможно, любовь к этому парню была заперта в каком-то крохотном уголочке его юного сердца. Возможно, он был влюблен в него с 16.
Но все это неважно. 18-летний Гарри знал, что это не имеет значения.
Потому что гнаться за Луи — это как преследовать облака.
Поэтому Луи так и остался его северным сиянием, тихоокеанской мечтой, небесным морем.
После просмотра "Love You Goodbye" Луи стал постоянным жителем в сердце Гарри. Просто кудрявый мальчик точно знал, что где-то глубоко в его галактике есть звезда по имени Луи Томлинсон, и это просто то, что есть, это часть его личности. Луи стал тем самым идеалом, недостижимой планетой. И в каждом человеке Гарри искал схожесть с ним.
Сейчас, когда Гарри узнал настоящего Луи, он не был разочарован. Он всегда боялся, что вся та мерзость и грязь, которой поливают актера в СМИ, окажется правдой, (тогда звезда взорвется со всей чертовой галактикой), но Луи — ангел. В конце-концов, он ненавидит то, что его заставляют делать ради пиара. Иногда он звонит Гарри, и его голос — дождливый; он рассказывает, как сильно ненавидит шоу-бизнес, свой менеджмент и лгать. И этот дождь в голосе Луи заставляет сердце Гарри болеть. В такие моменты Гарри понимает, что любит его. Любит и хочет, чтобы он был счастлив и свободен. Гарри хотел бы освободить Луи, но он просто студент-второкурсник. Он ничем не может помочь, и каждый раз, когда он слышит дождь в голосе Луи, он говорит всего одну вещь:
— <Люди с деньгами иногда пытаются указывать нам, что делать, Луи... но у них нет цветов>.
И даже если ему кажется, что это совсем не помогло, Луи всегда отвечает:
— <Иногда ужасно тяжело быть самим собой, Гарри>. Я рад, что ты это ты.
И Гарри хочет пролиться грозовым дождем каждый раз, когда слышит это.
В любом случае, он рад, что именно он научил Луи видеть плюсы и получать удовольствие от собственной славы и влиятельности. Помимо дорогих машин, хорошего шампанского и личных самолетов есть кое-что более важное. Благотворительность. И Гарри, честно говоря, был слегка разочарован, когда узнал, что Луи не состоит ни в одной благотворительной организации. Он прочитал актеру целую лекцию о животных, которых ожидает смерть, о бездомных людях, подростках, больных раком, которые вряд ли доживут до 18, и детях из неблагополучных семей. И он видел целую бурю в глазах Луи, когда привел его в онкологическое отделение. В тот день Гарри впервые видел, как Луи плачет, как его светло-голубые морские глаза становятся темными, когда в них начинается шторм. Луи выкурил пять сигарет за час после этого, постоянно ругаясь и проклиная Гарри.
И все-таки теперь он присоединился к благотворительной организации "Comic Relief", куда часто жертвует кругленькую сумму, а также он навещает детей в детских домах и больницах, и это заставляет сердце Гарри трепетать.
Он действительно влюблен в него.
Он осознает это, но пока не придает значения.
Луи появляется в комнате Кита одним поздним осенним вечером за час до конца смены Гарри. От него пахнет дождем и дорогим парфюмом, он одет в серый свитер и темные джинсы, и он мокрый после дождя.
А еще он абсолютно счастливый, когда налетает на Гарри, сжимая в своих объятиях и падая вместе с ним на огромную пружинистую кровать старичка, который отправился на процедуры.
— Я свободен, Гарри! — радостно кричит он и целует мальчика в обе щеки. — Ты можешь это представить? Я закончил с этим дерьмом!
Он крепко обнимает Гарри, и студент чувствует себя таким же счастливым в этот самый момент, он ярко смеется, вдыхая холодный аромат волос Луи и желая быть еще ближе к нему.
— Больше никакой Брианы, ты можешь в это поверить? Все кончилось, Хазз, — счастливо бормочет Луи, зарываясь лицом в розовый вязаный свитер Гарри.
Его голос такой счастливый, наполненный облегчением. И Гарри действительно рад за него. Он рад, что актер, наконец, разобрался с этим дерьмом; он рад, что Луи больше не надо лгать о таких вещах.
Они лежат на кровати лицом в потолок, плечо Гарри соприкасается с плечом Луи, который возбужденно дышит и улыбается.
— Я просто так рад, что все закончилось, — признается Луи, не способный сдержать улыбку облегчения.
— Я рад, что теперь ты будешь самим собой, — отвечает Гарри, также улыбаясь.
Луи только вздыхает на это.
— Я надеюсь на это, малыш Гарри.
Улыбка медленно сползает с его лица, когда он задумывается всего на несколько минут; прежде чем Гарри начинает паниковать, он вдруг усмехается и хитро смотрит на студента.
— Жаль, что я не ты — тогда бы никто не поверил, что я могу сделать кого-то беременным.
Гарри хмурится и непонимающе смотрит на Луи.
— Что ты хочешь сказать? — спрашивает он, и Луи поворачивается на кровати так, чтобы коварно посмотреть на него.
— Уверен, что если бы ты был знаменитостью, то твоими фанатами были бы девочки в возрасте от 5 до 12, которым было бы плевать, чем ты занимаешься, потому что они одержимы только твоими кудряшками и ямочками на щеках, — хихикает Луи, и Гарри даже не знает: расценивать это все, как комплимент или оскорбление. — И если бы кто-нибудь сказал, что ждет от тебя внебрачного ребенка, девочки бы решили, что она изнасиловала тебя, чтобы получить его. Потому что ни за что не поверили, что малыш Гарри не такой уж и невинный, — смеется Луи, довольный своей теорией, и Гарри морщится. Такой Луи ему не нравится. Ему не нравится, когда Луи вот так говорит о нем, будто он уже наклеил на него ярлык. Гарри ненавидит ярлыки.
Мальчик какое-то время молчит, думая, что ответить на это. И ему вдруг так грустно.
— А ты бы поверил в это? — спрашивает он. — Ну, что я сделал кого-то беременным?
Луи заливисто смеется, и Гарри смотрит на него, как на предателя.
— Никогда, — отвечает он. — Это нонсенс. Девственники не могут сделать кого-то беременным.
Гарри вспыхивает и сжимает кулаки, резко садясь на кровати и смотря прямо в лицо Луи, буравя того взглядом.
— Но это не так! — вскрикивает он, Луи просто закатывает глаза на это, словно он утомлен. Словно Гарри его утомил.
— Гарри, я не осуждаю тебя. Это дело каждого, — говорит он этим снисходительным и до противного заботливым тоном, поглаживая руку студента. Гарри сейчас вырвет от этого.
Он одергивает руку, злобно смотря в спокойные, словно море во время штиля, голубые глаза.
— Я. не. девственник, — рычит он, и Луи фыркает. Он правда это делает, зля Гарри еще больше.
— Гарри, ты краснеешь каждый раз, когда кто-то говорит 'секс', будто это Слово Которое Нельзя Упоминать. Мне иногда кажется, что ты физически не можешь выговорить слово на букву 'с', будто его просто нет в твоем словаре, — уверенно доказывает Луи, и Гарри кажется, что он слышит, как лопаются его сосуды.
— Я могу! — уже кричит он, вставая с кровати. — Я, черт возьми, могу! Что плохого в том, что я предпочитаю не говорить об этом? Что плохого в том, что я считаю, что об этом не нужно говорить? — спрашивает он у начинающего беспокоиться актера. — Я просто не зациклен на этом, как некоторые, Луи, — ядовито выплевывает он, и выражение лица шатена меняется с беспокойного на злое.
— Да, у тебя просто никогда не было этого, — язвит тот, и Гарри разворачивается к нему спиной, бросая заключительное:
— Да, пошел ты.
И выходит из комнаты, громко хлопая дверью.
Он не позволит Луи разговаривать с ним, как с ничтожеством. Ради Бога, ему 19, не 16. Почему Луи думает о нем такое? Неужели, Гарри настолько плох, что выглядит, как девственник? Неужели, он недостаточно хорош, чтобы быть желанным?
Может, так и есть? И Гарри кажется Луи жалким маленьким студентом-волонтером, застрявшем в этом доме?
Луи догоняет Гарри в коридоре через 10 минут, хватая за рукав свитера и останавливая. Гарри не оборачивается, продолжая упорно смотреть вперед.
— Хазз? — неуверенно начинает Луи, обходя Гарри, чтобы заглянуть ему в лицо.
Мальчик опускает голову, рассматривая ботинки.
— Гарри, не злись, прошу, — стонет Луи. — Я перегнул, да, извини. Я верю тебе, ладно?
Гарри ненавидит это. Ему не нужно это снисхождение. Он поднимает голову, смотря Луи в глаза и стараясь показать все свое презрение и обиду.
— Не надо лгать мне, Луи. Я прекрасно понял, что ты хотел сказать. Я прекрасно понял, что не способен кому-нибудь понравиться, — холодно отвечает он и отводит взгляд, выворачиваясь из хватки Луи и собираясь двигаться в обратную сторону.
Второй раз за день Гарри поворачивается к Луи спиной. И актер стоит на месте, смотря, как он удаляется от него, пребывая в шоке от слов Гарри.
— Но ты все равно ни черта не понял, Гарри! — кричит вдруг он. — Это абсолютно не то, что я хотел сказать.
И это останавливает студента, заставляя снова сжать кулаки. Ему не нужны эти оправдания, но он правда хочет их услышать. Он подходит к Луи вплотную, грозно смотря на него.
— А что ты хотел сказать, Луи? По-моему, ты довольно четко дал понять, что я жалкий, что я не могу нравиться кому-то в этом смысле. Я недостаточно хорош, да, Луи? — рычит он, и Луи вдруг толкает его в грудь, будто он оскорбил его, а потом цепляется за свитер, снова притягивая к себе и крича в лицо.
— Да достаточно ты хорош, ясно? Ты, может, один из самых красивых людей, которых я знаю! — выпаливает он и краснеет.
У Гарри перехватывает дыхание.
— Так, в чем тогда дело, Лу? — на этот раз спокойнее шепчет он, стоя в непосредственной близости от актера.
Шатен тяжело дышит, смотря Гарри прямо в глаза. И мальчик ждет.
— Просто, — начинает он и осекается, — просто ты такой ребенок, — сердце Гарри останавливается и начинает работу только после следующих слов Луи: — Очень красивый и сексуальный ребенок, но все еще юный и... неприкасаемый?
— Луи, мне 19, — напоминает Гарри, но Луи только пожимает плечами.
— Ты ребенок, застрявший в теле взрослого, — отвечает он и вдруг коварно улыбается. — В очень горячем теле, между прочим.
Гарри смеется, а Луи получает по плечу.
Они смотрят друг другу в глаза, и о ссоре уже забыто.
Потому что этим глазам Гарри простит, что угодно, но он чувствует, что должен кое-что прояснить.
Он вздыхает и опускает взгляд, изучая паркет.
— Луи, я просто по-другому отношусь к сексу, ладно? — бормочет он, все же краснея. Может, Луи частично, но прав насчет него. — Я не люблю, когда это называется так. Мне больше нравится, когда это называют 'занятием любовью', потому что это можно делать только с любимым человеком. Тогда в этом есть смысл... — признается Гарри, закусывая губу. Он боится, что Луи посмеется над ним, обвинит в старомодности, или как называют людей, которые все еще верят в секс по любви?
Но когда Гарри поднимает глаза, он не видит насмешки. Луи хмурится, и его глаза цвета грозового неба.
— Ты был влюблен, Гарри? — серьезно спрашивает он, и в горле пересыхает.
— Нет, — тихо отрицает мальчик. — Нет, я не был. Я просто... Я просто был глупым тогда.
Он чувствует руку Луи на своей и снова видит бурю в его глазах.
— Ты не глупый, понятно? — громыхает он. — Ты замечательный. И я уверен, что тот парень был просто недостоин тебя.
Гарри смущенно улыбается и кивает, опуская голову и чувствуя, как Луи гладит его щеку. Он заливается краской.
Луи назвал его красивым и замечательным. Луи сказал, что он достаточно хорош.
Мальчик чувствует, как актер заставляет его поднять голову, держа за подбородок. Он смотрит ему в глаза и нежно улыбается, а потом приближается к его лицу, переводя взгляд на губы, и Гарри очень хочет, чтобы Луи поцеловал его. Все ближе и ближе, и Луи неуверенно смотрит ему в глаза, зеленые против голубых, будто спрашивает разрешения, и Гарри собирается кивнуть и-
— Мальчики, где вы были? Я искал вас по всему Лондону! — голос Кита раздается совсем близко, и они отскакивают друг от друга на добрые полмили, тяжело дыша и растеряно моргая.
— Прекрасный день сегодня, — как ни в чем не бывало, продолжает Кит. — А новая ассистентка Барбара просто прелесть, — мечтательно говорит он. — Ммм, конфетка, — смеется старичок.
Момент определенно упущен, но они быстро забывают об этом, смеясь вместе с добродушным стариком. Он рассказывает про красавицу Барбару, и Луи громко хохочет. Гарри смотрит на него влюбленным глазами. Мысль о том, что он влюблен, снова проскальзывает в его голове, но он вновь не придает ей значения. Он просто любит его. Очень-очень сильно.
Когда они выходят из здания, Гарри чувствует тоненькую дымку неловкости между ними, будто они сделали что-то неверно.
Луи собирается подбросить Гарри до дома, но мальчик надеется уговорить его остаться на ночь. За лето он так привык спать с ним в одной кровати, что чувствует себя одиноко в собственной постели, если Луи не остается. Даже Барри отказывается спать с ним, если актера нет рядом.
Самое странное происходит, когда они все-таки выбираются из здания.
Гарри видит людей. Много людей. Мужчин с камерами и блокнотами, они в черных куртках и очках, и они выглядят действительно устрашающе. Луи с силой сжимает челюсть и хмурится. Рядом с ними нет его постоянного охранника, Пола, поэтому приходится выкручиваться самим. Луи заботливо кладет ладонь на поясницу Гарри, ведя его за собой и закрывая своим телом от несносных репортеров, которых просит отступить назад и дать им пройти. Сначала паника охватывает мальчика, и он ничего не слышит, кроме жужжащего шума, его уши закладывает, словно он спал во время полета в самолете. Но потом он чувствует теплую ладонь Луи на своей пояснице, и мир перестает вращаться, а слух резко возвращается, разрывая барабанные перепонки криками настойчивых репортеров.
— Луи! Луи! Это правда, что Вы не являетесь отцом ребенка Брианы Джангвис? — кричит мужчина с отвратительным шрамом на лице.
— Луи, все это было подстроено?
— Это правда, что Ваша бывшая девушка Элеонор Колдер вернулась к Вам?
Луи ведет Гарри через толпу репортеров. Он молчит и смотрит вниз, Гарри просто повторяет за ним.
— Луи, кто отец ребенка?
— Луи!
— Луи!
Гарри садится в машину, и последнее, что он слышит, прежде чем закрыть дверь черного Range Rover, это:
— Луи Томлинсон, кем Вам приходится Гарри Стайлс?
Актер оглядывается на молодую репортершу, которой от силы лет 20, а потом быстро забирается в салон и пристегивается. Гарри растеряно моргает, думая о том, что теперь всем известно его имя, но он может справиться с этим. Это ничего не изменит, он думает.
Луи остается на ночь. Они смотрят "Секс по дружбе", и Гарри краснеет во время всех постельных сцен, но он абсолютно согласен с Луи, когда тот говорит, что губы Джастина Тимберлейка определенно не такие уж и красивые. Он думает, что у Луи красивее. Утром Гарри готовит им завтрак, состоящий из блинов с карамелью и лавандового чая, потому что это любимый чай актера. Он специально делает это в одних боксерах, поэтому когда Луи заходит на кухню, то присвистывает и звонко шлепает Гарри по этой самой маленькой заднице. Гарри делает вид, что это не то, чего он добивался.
Луи по утрам — это отражение солнца, нежный лучик в обрамлении карамельных блестящих волос с кожей еще более бархатной и сияющей после сна, и он мягкий, словно молочная зефирка, и теплый, будто чай. Гарри хочет завернуть его в одеялко и носить на руках, словно младенца. Он хочет вдыхать запах его горячей кожи и ощущать ее легкую влажность. Гарри хочет видеть Луи каждое утро. Он, наверное, сходит с ума, но его все же можно понять. Ведь единственный недостаток Луи в том, что он лишен недостатков.
Иногда Гарри не понимает: любит он Луи или просто привык к нему настолько, что хочет улететь в открытый космос каждый раз, когда видит его. <Чувства сложны и не всегда имеют смысл>, думает он. И с этим правилом он совершенно согласен. Потому что так легко он никогда не влюблялся, а принять то, что он бесповоротно влюблен невероятно сложно. Потому что когда он закрывает глаза и представляет настоящее счастье, он видит улыбку Луи, его морские глаза и золотистую кожу; он видит, как шатен проводит рукой по его щеке и целует под звездами или северным сиянием, как они спят в одном спальном мешке, как их свет побеждает мрак, и им достаточно всего одной искры. И они могли бы танцевать под бесконечную музыку, вальсируя между звездами и планетами, перемещаясь из одной галактики в другую. Потому что, кто они такие? Они просто преследуют бесконечность.
Гарри очень хотелось бы всего этого.
И Луи почему-то больше не кажется таким далеким и недоступным. Луи с ним рядом каждый день. Он просто хочет, чтобы актер вечно обнимал его, пока он спит, и целовал в волосы. Ему нравится эта стабильность, и он слишком боится что-то менять. Он пока не готов что-то менять.
В октябре, когда оранжевые листья путаются в кудрях Гарри, а его ботинки вечно в мерзкой грязи, Луи нужно уехать. На полмесяца, может, на месяц. Он начинает готовится к главной роли в "If I Could Fly", и Гарри знает, как важен этот фильм для Луи. Он буквально откроет ему дверь в большое кино. Но Гарри все равно виснет на актере, как коала, и хнычет.
— Не уезжай, — скулит он. — Не уезжай.
— Хазз, всего две недели, клянусь, — нежно смеется Луи и гладит его по отросшим кудрям. — Я туда и обратно, ты даже не заметишь, тыковка.
Гарри только по-детски надувает губы, зарываясь носом в шею Луи.
— Я не смогу спать без тебя, — стыдливо бормочет он, и ему вдруг хочется заплакать. Пусть только Луи останется.
— И я без тебя, детка, — шепчет актер и целует его в холодные волосы. — Но мы ведь справимся, да, малыш?
Гарри грустно кивает, и они отодвигаются друг от друга как раз в тот момент, когда входит Кит.
— Мальчики, мне кажется я помолодел лет на 20! Думаете, Барбара пойдет со мной на свидание? — спрашивает старичок, и парни хихикают, смотря на него.
Они болтают с Китом, а потом Луи прощается с ним, крепко обнимая старика.
— Позаботься о Гарри, дедушка, — шепчет Луи ему в ухо.
Кит кивает и серьезно отвечает:
— Я позабочусь о твоем мальчике, Луи. Езжай спокойно, но не задерживайся надолго, ладно, дружок? Удачи, дорогой.
Луи улыбается ему, а потом идет к Гарри, который бросается в его объятия и вдыхает его запах, словно в последний раз.
— Хазз, позаботься о дедушке, ладно? — бормочет Луи. — Я- я буду очень сильно скучать по тебе, малыш.
— Я тоже, Лу. Я буду скучать до облаков.
Луи дождливо смеется и целует Гарри в висок, а потом в щеку.
— До встречи, малыш, — говорит он, поджимая губы и сжимая руку Гарри в своей.
Он последний раз улыбается уголками губ и уходит.
Гарри смотрит, как Луи уезжает на своем черном Range Rover.
Весь вечер он лежит с Китом в одной кровати и смотрит "Drag Me Down", поедая мятное мороженное. Ему кажется, что он не должен был отпускать Луи.
Гарри понимает это одной ночью, когда в десятый раз пересматривает "Love You Goodbye". И осознание бьет по нему так сильно, что он начинает задыхаться. Он, на самом деле, не может дышать, как при приступе астмы, когда понимает, что действительно влюблен в Луи Томлинсона. Два часа ночи, и он звонит Найлу в истерике.
На следующий день они с Луи говорят по Skype, и Гарри счастлив. Луи, словно солнечный цветочек, и его улыбка освещает всю комнату. Гарри чувствует тепло даже через монитор. Да, Луи не особо разговорчив и иногда хмурится, но объясняет это волнением из-за новой роли. Он будет играть юного летчика, который пожертвует собой ради победы в войне. Роль сложная, и это неудивительно, что актер волнуется. Его карьера зависит от этого фильма.
— Ты справишься, Лу, — широко улыбается Гарри. — Ты был рожден для этой роли.
Луи смущенно улыбается, но все же не кажется убежденным.
— Спасибо, love, — бормочет он, не смотря в камеру. — Увидимся завтра, Хазз, — говорит он, слегка улыбаясь.
— До завтра, — счастливо шепчет Гарри.
Осталось совсем немного, и Гарри признается ему. Гарри собирается рассказать ему о своих чувствах, и почему-то ему кажется, что Луи не отвергнет его. Почему-то Гарри кажется, что их чувства взаимны. Конечно, он боится, потому что, когда он сделал это в прошлый раз, его сердце осталось разбитым. Но это Луи. Его прекрасный, смелый Луи. Луи, который ненавидит сплетни, дискриминацию, жестокое обращение с животными и черный кофе. Луи, у которого глаза цвета океана, а улыбка ярче солнца, и он пахнет домом и теплом. Луи никогда не сделает ему больно.
На следующий день Гарри превращается в сплошной сгусток энергии. Он пьет лавандовый чай с утра и надевает рубашку Луи, которая порядком узковата в плечах, но пахнет дорогим парфюмом. Он сидит на парах по биологии, но на самом деле все его мысли закручены вокруг совсем другой вселенной. ЛуиЛуиЛуи. Он не слышит, что говорит преподаватель, и даже когда Найл рассказывает, что, наконец, пригласил ту официантку из KFC на свидание, Гарри не реагирует.
Во время второй пары ему приходит смс, и оно, конечно, от Луи. Гарри начинает лихорадить.
только что прилетел, love. скучаю по тебе. буду там к 4 хххх
надеюсь, все хорошо. приеду, как только закончатся пары, Лу. скучаю ххх
жаль, что не можешь встретить меня, малыш хххх хххх
У Гарри болит челюсть из-за перманентной улыбки. Он, наверное, слишком громко улыбается, потому что все в аудитории смотрят на него.
Оу. Его просто вызвали к доске.
Он отвечает Луи через 10 минут, сияя, словно звездочка, потому что даже когда он безнадежно влюблен, то все равно умудряется учить материал.
я встречу тебя прямо в комнате Кита с молоком, розами, булочками и ягодами.
Потому что это лучший способ отметить возвращение кого бы то ни было домой.
ты даже не представляешь, насколько я скучал по тебе, sweetheart.
И все, о чем думает Гарри до конца пар, — это, как он врывается в комнату Кита и видит Луи, сидящего на кровати и мило, слегка нахально, улыбающегося. И Гарри собирается накинуться на него и зацеловать до смерти, потому что губам Луи было предназначено быть на губах Гарри. И между поцелуями Гарри будет беспрерывно шептать одно и то же слово: "люблю, люблю, люблю тебя". И все это похоже на сказку, потому что Гарри знает, что как только их губы соприкоснутся, планета остановится.
И когда он, наконец, распахивает эту чертову дверь и видит Луи, сидящего на кровати, он понимает, что это судьба. Он налетает на него, запрыгивая на колени, что-то бормоча, и Луи прижимает его к себе, поглаживая по спине.
— Так скучал, так скучал.
— Я тоже, love, я тоже.
Гарри отрывается от Луи, поднимая голову, и смотрит в голубые и такие родные глаза. Луи нежно улыбается ему, запутывая руку в кудрях.
— И где мои розы и булочки, солнце? — спрашивает он.
Я кину все розы к твоим ногам, только будь моим, думает Гарри. Сейчас самое время признаться.
— Я должен тебе кое-что сказать, — говорят они одновременно.
Гарри счастливо улыбается и пытается понять, что хочет сказать Луи. Потому что глаза актера вдруг грустные, и это напрягает. Гарри, сам того не понимая, отодвигается от него, но Луи крепко держит его, вцепившись руками в поясницу. Улыбки на лице Гарри как ни бывало. Что-то идет не так.
— Меня утвердили на роль, Гарри, — осторожно начинает актер, и Гарри не понимает в чем дело.
— Да, я знаю, Лу, — шепчет он растеряно. — Я очень рад за тебя.
Луи вздыхает и продолжает:
— Съемки... съемки будут проходить в Лос-Анджелесе, милый, — бормочет он, и Гарри все еще не видит связи.
— Я уезжаю, малыш, — наконец поясняет Луи. — На год или полтора.
Он смотрит на Гарри своими космическими глазами, и, кажется, Гарри слышит, как разбивается его сердце.
Руки Луи ослабевает на его талии, и Гарри встает с его колен, чувствуя холод. Луи улетит. В чертов Лос-Анджелес. Он оставит его позади. Как пройденный этап. Луи забудет его.
И самое главное: Луи не любит его в ответ. Он бросает его одного. И улетает. И почему Гарри думал, что кто-то такой прекрасный, как Луи, сможет полюбить такого, как он. Он всего лишь второкурсник, тощий мальчишка, застрявший в доме престарелых. Что он может дать Луи? Боже, он такой глупый. Как так получилось, что он влюбился в звезду, в голубоглазую блестящую звезду? Он просто был обречен на провал.
Луи смотрит на него виновато и грустно и обещает:
— Но я буду звонить тебе, ладно? Каждый день. И писать. Хорошо, love?
Гарри смотрит в одну точку немигающим взглядом.
— Да, конечно.
Он не будет. Гарри знает, что он не будет. Может, только первый месяц, а потом он забудет, ему надоест.
— С нами все будет хорошо, Хазз, — шепчет Луи, но Гарри знает, что никаких нас нет и не было. Есть Луи Томлинсон — актер, подающий надежды, и просто Гарри — мальчик с разбитым сердцем. Все кончено.
Анна-Мария говорила найти свою любовь и полностью утонуть в ней. Но как так получилось, что любовь снова выплюнула Гарри на поверхность?
Когда Луи садится в самолет, Гарри знает, что видит его в последний раз. Если бы он мог летать, он бы полетел за Луи.
Потому что, на самом деле, Луи — его дом.
Луи улетает, забирая с собой еще один кусочек сердца Гарри, оставаясь всего лишь морским воспоминанием.
...
