Глава 13.
22 сентября 2013 г., 12:31
«Настоящая любовь не между телами, а между душами.»
Сидя с ним, в маленьком ресторанчике спустя три или четыре часа, я думала только о том, что происходит сейчас. Йен направлялся ко мне за столик с подносом в руках, что немного удивило меня, ведь тут должны быть официанты. Он положил на стол свежую газету со своей фотографией на первой странице.
— Оу, везде-то тебя можно встретить! — заметила я, забирая свой клюквенный морс и кусок пирога. — А рядом с тобой…
— Ты, — кивнул мужчина, откусывая кусок от пирога. — Но, слава Богу, фото сделано так, что твоего лица не видно. Это нам на руку, — запив это дело чаем, добавил. — Есть даже предположения, что я снова встречаюсь с Ниной.
Я молча смотрела на него, пьющего чай и не могла найти подходящих слов.
— Что значит «это нам на руку»? Ты не хочешь, чтобы нас видели вместе? — мне кажется, или это почти что наша первая ссора. Ух, ты.
— Нет, я не хочу потерять тебя и место твоей Музы, — объяснил он. — Контракт гласит, что между нами не может ничего быть.
— Да уж… Нелегко быть публичным человеком, — заметила я, вздыхая.
— Кстати, что ты наденешь на концерт Skillet? Футболку с их логотипом?
— Нет, у меня такой нет. Я думала просто кофту и джинсы, а что?
— Ничего, — замотал головой Сомерхалдер. — Просто хочу соответствовать.
— Это мне тебе нужно соответствовать.
***
Концерт в самом разгаре, а я стояла одна в середине зала. Джон и Джен исполнили «Героя», а Йен куда-то делся. Тут кто-то обнял меня, и раздались первые чудесные ноты «Американского шума». Пальцы Кори нежно бегали по клавишам, и голос Джона возрождал душу. — Потанцуешь со мной? — знакомый голос, не смею отказывать ему. Я повернулась и сразу положила руки на широкие мужские плечи. Йен придвинут меня ближе. -Под эту песню вряд ли можно танцевать медленный танец, но я все-таки попробую, — сказал он мне на ухо. — Хорошо. Где-то в конце песни, когда вокруг все стали прыгать и подпевать, Йен поцеловал меня. Да, он снова это сделал. И снова сделал это в Париже. — Давай уйдем отсюда? — предложил он, отстраняясь. Его глаза горели, а у меня пропала речь, поэтому я лишь кивнула.***
Наш номер (а Йен взял смелость снять один номер на двоих) находился на третьем этаже. Мы проехали на лифте, и все было хорошо, пока Йену не взбрело в голову понести меня на руках до двери. — Ну, давай же! — Нет, я слишком тяжёлая и вешу не меньше сотни килограмм! Мужчина смирился с этим, позволив мне дойти своим ходом до номера. Не знаю, может, это Париж так действует на людей или что-то еще, но как только дверь за нами закрылась, он поцеловал меня. Не снимая верхнюю одежду и обувь, прямо с порога. Я с удивлением ответила на поцелуй, который становился все более страстным. — Йен… мне… мне трудно дышать… — прошептала я, кладя ему руки на грудь. Он понимающе отстранился, снимая пальто и ботинки. Потом помог раздеться мне. — Ты… — начала я, но потом замолкла, боясь задать этот вопрос. — Что «я»? — Ты хочешь меня? — наверное, я уже покраснела. Он посмотрел на меня так, будто я сказала что-то невероятно глупое, и подошел ближе. Его ладони легли на мои бедра, и мужчина ответил на мой вопрос: — А почему я не должен хотеть тебя? — его губы нашли мои, запечатлев поцелуй. Не прошло и секунды, как он поднял меня на руки. Я завизжала, но он заткнул мне рот поцелуем. Так мы добрались до кровати, на которую он аккуратно положил меня. Я лежала и смотрела на него снизу вверх, не в силах поверить в то, что сейчас произойдет. Мы займемся сексом. Настоящим сексом, ёлки-палки! О Боже… Он встал коленями на покрывало кровати и протянул ко мне руки. — Помоги мне с рубашкой. Мои дрожащие пальцы сразу же потянулись к пуговицам. Он расстегнул мой ремень на джинсах, пока не решаясь их снять. Рубашка полетела на пол, за ней его черные джинсы, потом мои джинсы, наши носки. — Ты мне тоже поможешь с кофтой или мне самой? — Я помогу! — будто пытался кого-то опередить, ответил мужчина. Он медленно стянул с меня кофту, потом и белье. Теперь мы оба были обнажены. Я, стесняясь, стала прикрывать низ живота и грудь. — Дай-ка мне посмотреть на тебя, — произнес Йен, убирая мои руки с живота. — Ты же видишь меня. — Я и раньше тебя видела, — возразила я. — Тем более ты не в праве лишать меня удовольствия. Он говорил так, будто всерьез был увлечен мной. Может, это всего лишь очередной мой сон? Может, сейчас я открою глаза и проснусь в своей старой комнате в России? Может, это розыгрыш? — Ты со мной? — его голос вывел меня из раздумий. — Да, я… с тобой, — помолчав, добавила. — Неужели ты серьезно? — О чём ты? — Мне просто не верится, что ты действительно сейчас займешься со мной сексом… — Любовью, — перебил он, от чего я пропустила вдох. — Что? — Я займусь с тобой любовью, — он аккуратно толкнул меня на кровать и навис сверху. — Прямо сейчас. Его пальцы опаляли кожу бедер. Он медленно раздвинул мои ноги, придвигаясь ближе. Я часто дышала. «О, Боже, это мой первый раз! Разве я смогу?.. О боги…» — Я люблю тебя, — и он вошел в меня. Едва ощутимая боль пронзила живот, мгновенно растекаясь по телу. Я сжалась вокруг него, ожидая продолжения. «Погоди что? Что он только что сказал? Йен сказал, что любит меня?» — Расслабься, я начинаю двигаться… Его первые движения были такими медленными и нежными. Он будто прощупывал минную почву. Я стала дышать через каждые два толчка, и постепенно приноровилась, ловя странный новый ритм. Йен немного ускорился, скользя руками по моим плечам. Его губы целовали мои щеки и шею. Нежные длинные пальцы сжали грудь, отчего я резко выгнулась по дуге ему навстречу. — Тише… — шептал мой парень, еще ускоряя темп. — Помни, что я с тобой… — Я знаю… — застонала я. — О, Йен… После этого мы вместе приняли душ, где я краснела, лицезрев обнаженного Сомерхалдера. Но когда он придвинул меня к себе со словами «мы только что впервые занимались сексом, расслабься», я лишь улыбнулась. Он называл это по-разному, но смысл вкладывал один: он любит меня. Когда я сказала, что это был мой первый раз, Йен обнял меня и успокоил: — Я знал это. — Что? Откуда? — Я понял это, когда мы впервые ночевали рядом, — его губы коснулись моего виска. — Пойду, заменю простынь.***
Мы лежали в обнимку в теплой постели, и сладко вздыхали в унисон. Йен накручивал мои распущенные волосы на указательный палец, а я выводила узоры на его ладони. — Ты так и не сказала мне кое-чего, — вдруг произнес мужчина, слегка повернув голову в мою сторону. — Чего именно? — я напряглась, лежа у него на груди. — Что любишь меня. — Ты это знаешь, — попробовала отшутиться я. — Скажи это мне, — попросил он, поднимая мое лицо за подбородок, заставляя наши глаза встретиться. — Скажи мне, что любишь меня. — Я люблю тебя, Йен, — любимые мягкие губы снова впились в мои собственные.
