Инь-Янь

Что? Нет, он не мог этого сказать. Он же сам мне говорил, что я ему нужна, что он любит меня, что никогда не предаст меня. А что сейчас получается? Он говорит, что нам надо расстаться! И из-за чего это все произошло? Я пошла за Джеймсом, чтобы узнать, где работает Итан, потому что он сам говорить не хочет. А теперь из-за его дурного характера я осталась виноватой. Просто отлично! Я смотрю на Итана таким же взглядом, как и он. Если он думает, что я сейчас заплачу и брошусь ему на шею со словами: «Прости, Итан, я была такой дурой», то он глубоко ошибается. — Хорошо, — произношу я, ровным голосом. — Расстаемся, так расстаемся. Я кидаю ему ключи от машины, но он их не ловит, и они падают на землю, около его ног. Что не ожидал, что я такое скажу? Плохо ты меня знаешь, милый! — Вещи заберу завтра, — заканчиваю я и, отвернувшись, иду к тротуару. Я даже не знаю, куда мне идти. Денег нет, ничего, кроме телефона нет, что мне делать? Слышу позади себя шаги. Вот что пристал? — Это окончательный ответ? — спрашивает Итан, идя сзади меня. — Да, — киваю я. — Ты же сам сказал, чтобы мы расстались. Я подтвердила. Если ты не веришь мне, то какой смысл нам продолжать отношения? Действительно, смысла нет. И почему я не плачу и не пытаюсь вернуть его? Может, потому что я уже устала от наших отношений? Может, они были ошибкой? А что, у каждого человека в жизни есть ошибочные отношения. И, кажется, у меня только что такие прошли. Ошибочные? Сердце начинает ныть, давая мне понять, что они не были ошибочными. Все те чувства, которые я приобрела и пережила вместе с Итаном, не могут быть ошибочными. Я слишком сильно его люблю, чтобы считать это все ошибкой или случайностью. — Что ты делала в комнате с Джеймсом? Конечно, в этом вся суть Итана. Сначала скажет какую-нибудь фигню, а только потом спросит действительно стоящий вопрос, который может поменять его мнение. — Ничего, — резко отвечаю я и сворачиваю на другую улицу. Если бы он сразу спросил, а не делал поспешных выводов, я бы ему ответила нормально. Итан берет меня за руку и разворачивает к себе. Я даже не сопротивляюсь. Мы встречаемся взглядами, и мне почему-то хочется ему хорошенько врезать! — Вот что ты идешь за мной? — спрашиваю я, вымещая свою злобу словами, а не рукоприкладством. — Сказал, расстаемся, я ответила да, нет, он еще идет за мной! Иди отсюда! Мне очень хочется, чтобы он ушел. Такое состояние у меня впервые. Обычно я хочу, чтобы он был рядом, но сейчас я видеть его не хочу. Я зла на себя и на него, но от себя я избавиться не могу, а от него вполне могу. Он отпускает мою руку и делает шаг назад. — То есть все? — поднимает он бровь. — Это конец? — Да! Я разворачиваюсь и быстро шагаю вдоль дороги. Тут он меня резко поворачивает и впивается своими губами в мои. Я чувствую, как он этим поцелуем передает все свое отчаяние, боль, непонимание, ярость в меня. Я не колеблясь, отвечаю на поцелуй и обхватываю его шею руками, чтобы быть еще ближе к нему. Такого поцелуя у нас еще не было. Этот поцелуй злой, яростный и страстный до дрожи в коленях. Черт, как я соскучилась по его губам, даже таким жестким как сейчас. Итан отрывается от меня, и я протестующе стону. — Я хочу тебя, — говорит он сбившимся дыханием. — Николь, черт, я не хочу никому тебя отдавать! Я согласно киваю в полном отчаянии. Все тело горит, а рассудок не просто затуманен, он вообще выключен. Итан хватает меня за руку и чуть ли не бегом идет обратно к дому. Я не понимаю, чего он хочет, но все-таки иду за ним. Если он предложит заняться сексом в туалете, комнате Пола или еще где-нибудь, то я тут же соглашусь. Сейчас для меня никого нет, кроме человека, который тянет меня за собой. Итан отпускает меня около его машины. Достает ключи, которые я ему кинула и быстро открывает дверь. Я залезаю на пассажирское сидение. Итан садится за руль и изо всех сил давит на газ. Куда мы едем? Я не задаю ему этот вопрос, потому что мне совершенно плевать куда, главное, что с ним и только с ним. Мы со всей скоростью несемся по Сиэтлу, хорошо, что в эту ночь движение не такое сильное. Я не отрываю взгляд от Итана. Глаза у него затуманены, но он не отрывает взгляд от дороги. Руки крепко вцепились в руль. Губы сжатые и все еще влажные после нашего поцелуя. Я не могу оторвать от него взгляд. Даже когда он злой, он все равно красивый, как черт. Или как ангел. В нем уживаются эти две сущности. И я не знаю, какую люблю больше. Пока я его разглядывала, даже не заметила, что мы выехали из города. Ох, то место. Неужели, Итан хочет поговорить? Он серьезно? Он останавливает машину почти там же, где и в прошлый раз и выключает двигатель. Мы сидим в полном молчании, прерываемом плеском волн. — Зачем мы здесь? — спрашиваю я, прерывая тишину. — Я думала, что мы… ну, не поговорить едем. Итан поворачивает ко мне голову и усмехается. — Я сюда привез тебя не для того, чтобы говорить, — отвечает он. — Просто меня мучает один вопрос. — Какой? —Мне интересно, что у него там в голове. О чем он вообще думает? — Спроси, я отвечу. Он закусывает губу, и во мне снова вспыхивает волна желания. Я неосознанно тянусь к нему и касаюсь пальцами его губ. Его дыхание становится неровным, таким же, как и мое. Он целует мой палец и всем корпусом поворачивается ко мне. Я откидываюсь назад, и он наваливается на меня, закрыв мне рот поцелуем. По моему телу бегут мурашки, скапливаясь, горячим узлом внизу живота. Боже, я всегда буду так реагировать на любые прикосновения Итана. Машина ужасно тесная, нам не хватает места. Итан это понимает, садится на свое сиденье и чуть-чуть откидывает его назад. — Иди сюда, — требует он, хлопая по своим коленям. Я снимаю кроссовки, куртку и залезаю к нему на колени. Так намного удобнее. Руки Итана по-хозяйски обнимают мое тело, а губы оставляют на шее после себя горячие следы. Я запрокидываю голову назад, чтобы ему было легче касаться меня. Я очень, очень сильно соскучилась по его ласкам. Итан стягивает с меня кофту и тянется мне за спину, чтобы расстегнуть лифчик. Вскоре моя верхняя одежда валяется на заднем сиденье. А затем туда присоединяются куртка и футболка Итана. Поверить не могу, что мы действительно это делаем прямо здесь, в машине. И это после того, как мы поссорились. — Блин, Николь, я не взял презервативы, — стонет Итан. — Плевать, — задыхаясь, говорю я. — Ничего не будет. — Нет, Николь, я не хочу стать папашей в восемнадцать лет. Я прекращаю его целовать и отстраняюсь, ударившись спиной об руль. — Вот ты как всегда! — во мне начинает просыпаться злоба. — Когда не надо, ты эти презервативы пачками с собой таскаешь, а потом забываешь в стиральных машинках! А когда надо, так их у тебя нет! Я кричу на весь салон. Я разъяренная и неудовлетворенная девушка. Самые плохие качества во мне, да и во всех женщинах. — Ну, конечно, давай всю вину сваливать на меня, — начинает беситься Итан. — Ты забыла эту чертову пачку в машинке, а не я! И вообще, откуда я знал, что сегодня дойдет вот до такого? Откуда я черт подери тебя, знал, что ты начнешь за моей спиной глазки строить этому извращенцу?! Что? — Да не строила я ему глазки! — ору я, пихая его в грудь. — Я пошла с ним только ради того, чтобы узнать, где ты работаешь! Ты ведь мне не говоришь! Это из-за тебя все случилось. Если бы ты мне раньше все рассказал… Итан расстегивает ширинку, подхватывает меня за талию и прислоняет к себе. Я чувствую, как он возбужден. Он быстро тоже самое проделывает и с мои замком и опускает мои джинсы и трусы до колен. Я хватаюсь за его ремень и стягиваю его штаны. Итан берет меня за бедра, я приподнимаюсь и медленно начинаю опускаться на его член. О, Боже, это просто волшебно снова ощущать его после нескольких дней воздержания. Но теперь я каждой клеточкой чувствую его, да, без защиты определенно лучше. Слышу наш сдвоенный стон и сажусь почти до упора, вскрикивая его имя. Итан целует мне грудь, шепча какие-то слова. — Что? — полуспрашиваю полустону я. Итан поднимает на меня взгляд и говорит: — Ты же не была с ним? Не была же? Я прислоняюсь к Итану и шепчу ему на ухо: — Ты — единственный, кого я впустила в себя. Если бы не ситуация, я бы никогда в жизни не произнесла бы таких слов, но при Итане и в такой момент это самые подходящие слова. Он стонет и говорит: — Я так и знал. Ты не можешь больше никому, кроме меня принадлежать. Я киваю и приподнимаюсь, чтобы потом снова опуститься. Где-то на краешке сознания я понимаю, какой это риск — заниматься сексом без презерватива, но сейчас меня больше волнует Итан, чем незапланированная беременность. Окна в машине уже давно запотели от нашего горячего дыхания. Итан подстраивается под мой ритм, и через какое-то время я в бессилие падаю ему на грудь. Итан целует мою вспотевшую шею и гладит своими сильными руками спину. Я тяжело дышу и слушаю, как быстро бьется его сердце. Мое сердце, наши сердца, которые превратились в одно. — Как же иногда полезно проораться, — смеется Итан. Я тоже смеюсь, но мой смех переходит на хрип. Достал этот кашель. Итан не обращая на мои протесты никакого внимания, сажает меня на мое сиденье и лезет назад, чтобы взять наши вещи. Я застегиваю ширинку и беру лифчик с кофтой. Фу, не хочу одеваться, хотя в машине уже становится прохладно. Итан включает мотор и печку. Я провожу по стеклу пальцем, вырисовывая сердце, а в каждой половинке пишу первую букву наших имен. Все это время Итан наблюдает за моими действиями и улыбается. Я поворачиваюсь к нему, и на моем лице тоже проступает улыбка. Как же стало хорошо. Я прям чуть ли не чувствую каждую мысль и чувства Итана. Так хорошо нам уже давно не было. — И что будем делать? — спрашиваю я. Этот разговор все равно далеко от нас не ушел. — Не знаю, — пожимает плечами Итан. — А что ты хочешь? — Хочу, чтобы все встало на свои места, — твердо отвечаю я. — Теперь мне надо задать тебе пару вопросов. Он напрягается, но все же кивает. Я облизываю губы и начинаю: — Ну, во-первых, ты приехал на мотоцикле. Это значит, что ты его не продавал. А это в свою очередь доказывает, что машину ты купил без помощи денег от мотоцикла. Я права? Он снова кивает, а я продолжаю: — Ты мне наврал. И о каком взаимопонимании может идти речь? Итан немного краснеет. Ого, это прям отличный результат в его покаянии за вранье. Ладно, простила, идем дальше. — Хорошо. Во-вторых, если ты не продавал мотоцикл, то где же ты взял деньги? Я не поверю тебе, если ты скажешь, что накопил. Столько денег школьник накопить не может. А я видела по бумагам, сколько стоит эта машина. Так, где ты деньги взял? Он выпрямляется и начинает стучать пальцами по рулю. — Заработал, — отвечает он медленным и тихим голосом. Я верю ему, что он их заработал, но как? Как подросток столько может заработать? Да и где? Я ни разу не видела, чтобы Итан куда-то уезжал надолго, мы все время проводили вместе. — Верю, — говорю я и тоже выпрямляюсь. — Где? Если ты мне не скажешь правду, то я уйду от тебя. Какими бы жестокими эти слова не были, но, тем не менее, они правдивы. Я не хочу, чтобы наши отношения были в сплошных обманах и ссорах из-за этих обманов. Итан испуганно смотрит на меня, и я чувствую, что ему тяжело и страшно… страшно, что его ответ я могу не принять. Его страх передается мне, и я начинаю дрожать. Хочу ли я именно сейчас узнать правду? Нет, я не готова. Мне многое надо обдумать, чтобы услышать ответ. Итан уже открывает рот, но я его закрываю своей ладонью. — Не надо. — Ты уходишь от меня? — испуганно спрашивает он и быстро блокирует двери. — Я готов тебе все рассказать. — Я не готова, Итан, — говорю я. — Столько всего произошло, и я поняла, что просто не вынесу, если твой ответ будет не таким, каким хочу слышать его я. Давай повременим до лучших дней? — Да, — облегченно выдыхает он и крепко обнимает меня. — Да, Николь, давай подождем. Я кладу голову ему на плечо и успокаиваюсь. Надо подождать. — Но знаешь с чем ждать нельзя? — спрашивает Итан, когда мы уже едем по дороге. Я пожимаю плечами. — С противозачаточными таблетками. Я, конечно, люблю тебя, но к детям еще не готов. Тем более у нас дома и так бегает маленькая бестия. Я хохочу. Он прав, беременность меня в данный момент не к чему хорошему не приведет. В голове всплывает картинка, о которой я давно мечтаю. Мы с Итаном уже взрослые, на его шее сидит маленькая девочка, чем-то напоминающая Эйвис. А я иду рядом и улыбаюсь им, им: моему мужу и маленькой дочке. Внутри что-то щемит, я боюсь, что это может быть только в моем воображении. Долго ли еще простоят наши с Итаном отношения? Да, мы все время находим выход из сложившихся ситуаций, но когда-нибудь его может и не быть. Нет, он обязательно будет. Мы должны с этим справиться, ведь я так люблю его, а он любит меня. Наша любовь должна преодолеть все: огонь, воду, медные трубы, Джеймса, Барбару, маму, всех, кто хоть как-то недоволен нашей любовью друг к другу. Надо просто верить, что однажды все будет так, как нарисовано у меня в голове.