Отражённая в зеркале

— Ты нелегальный контрактор... — Взгляд Брейка потемнел, сам он напоминал самую мрачную тучу. Но минута потрясения прошла, и Шляпник с силой сжал руки, удерживая Войда на месте. Понимание, что его раскрыли, вывело графа из шока, и он стал неистово вырываться. Чудом вывернув руку из хватки Брейка, Де Моубрей побежал к двери, но Зарксис снова схватил его. — Отпусти меня! — Метнув на мужчин яростный взгляд, рыжеволосый снова изловчился вырваться. Но у Войда не было времени на передышку, он что было сил рванул из музыкального зала и устремился куда-то по коридору. Чертыхаясь, Брейк кинулся следом. Пролет сменялся пролетом, а Шляпник всё продолжал корить себя за то, что не сумел догадаться. Поведение Войда действительно наталкивало на подозрения в том, что замешана цепь. Но Анна умело отводила взгляды от своего "брата". Тут только одно объяснение. Войд является порождением Пондеро. Копией, созданной с помощью отражателя. А печать нелегального контрактора, что Зарксис увидел на его груди, ни что иное, как зеркало печати Анны. Вот и ответ на вопрос, почему он так переполошился. Жизнь его хозяйки в опасности. Если умрет оригинал, копия тоже долго жить не будет. Проклиная коридоры поместья за их похожесть и путанность, Брейк уже с отчаяньем пролетел очередной поворот, когда увидел распахнутые двери. Плохое предчувствие начало зарождаться в груди Шляпника, и он поспешил. Но стоило ему лишь шагнуть в комнату, как он замер. Комната была перевернута верх дном, не было ни единой целой вещи. И посреди этой разрухи, прислонившись спиной к книжному шкафу, лежала Анна. Девушка зажимала рану на животе. Её рука окрасилась в алый, а рядом с ней была лужа крови. Войд, который придерживал её, наклонил голову. Графиня Де Моубрей что-то сказала ему, Шляпник видел лишь, как шевелились её губы. А после Анна Де Моубрей, графиня практически вымершего герцогского дома, перестала дышать. Войд провел пальцем по её щеке, а затем поднялся. В этот момент тело Анны распалось на множество искр, которые очень быстро исчезли. — Значит, это ты был оригиналом, — Брейк не мог поверить, что ошибся. Он цепким взглядом рассматривал каждую черту лица Войда, пытаясь понять, что обманывало его. Неужели, всё было игрой? Такой искусной, что обманулся сам Шляпник? — Я всегда был лишь Верумом. Испорченным искажением яви, — парень усмехнулся, не сводя взгляда с того места, где совсем недавно была Анна. Сейчас же, воспоминанием о ней служила лужа крови. — Что это означает? — Брейк сощурил глаза и чуть склонил голову. — Верум означает явь, Айлуд — другая, — безразлично отозвался Войд, смотря на свою руку. — Но это не важно. Правда в том, что скоро исчезну и я. — Сжимая руку, парень посмотрел на пол. Рядом с лужей крови лежал какой-то предмет. Подняв его, он замер. Брейк подошел ближе, заглядывая рыжеволосому через плечо. В руках парня находился портрет женщины, мужчины и ребенка. Как понял Шляпник, там были изображены родители Войда и он сам. — Нужно было давно сжечь его, да Анна не позволяла. — Его пальцы чуть сильнее сжали рамку. А после он развернулся и пошел к дверям. — Ты никуда не пойдешь. Или ты забыл кто я? — избегая взглядом графа, Шляпник слишком пристально изучал взглядом книги в стеллажах, удивляясь, куда же делся весь его напор. — Я скоро исчезну, Брейк, в этом нет необходимости, — Войд усмехнулся и последний раз посмотрел на Зарксиса. — Спасибо... Вскоре шаги в коридоре стихли. Брейк с силой сжал руки, коря себя последними словами. Он обещал, что никто не пострадает. Что это будет лишь единственный раз, когда он использовал эту семью. Он обещал Шерон. А в итоге?..

***

— Что ты хочешь этим сказать? — не понимая, Анна нахмурилась и в ожидании пояснений посмотрела на "брата". — А разве тебе не интересно увидеть то, ради чего к нам проявлен столь ярый интерес? — пряча очередную усмешку в чашке, Войд немного прищурил глаза. — Мне вот очень интересен последний аккорд их выступления. Это забавляет. — Они тоже разыскивают их? — отпивая из чашки, Анна не сводила взгляда с Войда. Хоть ответ и был очевиден, ей требовалось подтверждение. — Да. И могу сказать более. Они используют нас в качестве приманки. — Рыжеволосый отставил чашку и подошел к окну. — Это будет конец? — Анна несмело подала голос. Она была подавлена, но старалась не показывать этого. Будущее пугало её. Пугало своей неизбежностью. — Для нас — да, — очень тихо ответил парень, не сводя взгляда с ночного неба. Звезды сияли ярко. Даже ослепляли.

***

Двери раскрылись, со стуком ударяясь о стены. Войд замер, не в силах и пошевелиться. У него перехватило дыхание, перед глазами появилась неясная пелена. Он растерянно моргнул и почувствовал, как по щекам побежали слёзы. Смахнув их рукой, парень увидел Анну. Оказавшись рядом, рыжеволосый присел и с болью во взгляде посмотрел на девушку. Она еле заметно улыбнулась. Переведя взгляд ниже, Войд заметил рану. Графиня лишь сильнее прижала руку, надеясь хоть немного остановить кровь. Анна закашлялась, и из уголка её рта побежала кровь. Парень придержал её за спину, давая возможность хоть немного расслабиться. — Это конец? Вот так он выглядит? — цепляясь за руку "брата", медноволосая пыталась понять, что именно она чувствует. Усмехнулась, и новая порция крови побежала изо рта. — Видимо, я всё же навсегда останусь копией. Отражением без права на жизнь. Айлудом. Войд сильнее ухватился руками за Анну и сжал губы. Он не верил, что это происходит. Ждал, когда наступит конец этому фарсу, но не думал, что это так больно. — Ты не должен переживать, — Анна слабо поманила его рукой, прося наклониться. — Стань тем, кого невозможно повторить. Уничтожь эту цепь. И... — она на мгновение посмотрела куда-то в сторону и слабо улыбнулась. — доверься. В следующий миг аметистовые глаза превратились в безжизненные стекляшки. Свет исчез из них. С ним ушла и жизнь. Войд на мгновение сильнее прижал её к себе, а после отпустил. Выпрямившись, он смотрел, как тело Анны распадалось на искры, а после и вовсе исчезло.

***

Карета отъезжала от поместья Де Моубрей. Войд провожал взглядом удаляющийся силуэт своего дома. Сердце снова начало щемить. Отдернув руку от занавески, парень отшатнулся от окна. Прикрыв глаза на мгновение, он сильнее сжал губы.

Вдох. Выдох. Дыши. Просто дыши. Спрячь эту боль, уничтожь. Не дай ей прорваться наружу, Потоком лавы стереть мир с лица. Вдох. Выдох. Чувствуешь? Стало легче. И не важно, что слёз не сдержать. Ты привычно глаза закрой И представь, что всё это сон. Нет ни боли, ни слёз, Ни огня внутри сердца. А знакомые лица — Актеры, не больше. Никто не умрет, Никто не исчезнет. И история с цепью — Не больше чем блажь. Вдох. Выдох. Дыши. Просто дыши. Позволь Бездне все чувства мраком покрыть. Тебя этим сном отравив, Пепел развеять от сердца.