Отражённая в зеркале

В какой момент пропало это желание — оставаться в четырёх стенах, не слышать кого-то постороннего, не видеть тех, кто знает слишком много — Ванесса не знала. Просто проснулась утром и поняла — достаточно. В этот день Джереми наконец смог облегченно вздохнуть, видя, что его госпожа пришла в себя. Он с легкой улыбкой наблюдал, как герцогиня металась по комнате, пытаясь найти что-то. Но это было гораздо лучше той апатии, которую Цайер наблюдал на протяжении последней недели. Она вновь надела тот в чём-то нелепый мужской костюм, что висел у неё в шкафу. Но почему-то именно сегодня он шел ей как никогда. Этот тёмно-синий цвет, шахматная клетка. Так непривычно для неё, но и в тоже время кажется правильным. Вскоре девушка приказала подать ей повозку, что было исполнено незамедлительно. Как и всегда. С неким воодушевлением Ванесса уехала из поместья, не желая оставаться внутри ещё хотя бы минуту.

***

Карета как-то издевательски медленно подъезжала к поместью Рейнсворт. Солнце время от времени скрывалось за облаками, давая краткую передышку, а после начинало палить ещё жарче, словно навёрстывая упущенное. Стоило лошадям только остановиться, как девушка резко выскочила из повозки, спеша укрыться в спасительной прохладе особняка. Преодолев крыльцо, Ванесса настойчиво постучала в дверь. Никто не любит нежданных гостей. Но рыжеволосая верила, что Шерон будет ей рада. Ведь она не была виновата в том, что произошло около декады назад. Не она. Дворецкий открыл дверь, склоняясь в почтительном поклоне. Де Моубрей с улыбкой вошла и сразу же направилась в гостиную на первом этаже, где младшая Рейнсворт часто проводила время. Шатенка оказалась на месте. Шерон задумчиво преподнесла чашку ко рту, но так и не сделала глоток. Со вздохом девушка поставила её обратно на блюдце. — Шерон? — немного неуверенно позвала герцогиня, привлекая внимание вздрогнувшей от неожиданности девушки. Шатенка рассеянно перевела взгляд на гостью. Что ни говори, а Де Моубрей всё равно переживала. — Ванесса? — бездумно спросила она, а после моргнула, и пришла в себя. — Ванесса! — Герцогиня поспешно встала с дивана и практически подлетела к рыжеволосой, заключая её в железные объятия. — Как я тебе рада! — Что-то случилось? — напряжение, прозвучавшее в голосе Ванессы, быстро влепило Шерон подзатыльник, вынуждая хоть немного успокоиться. Девушка отошла от Де Моубрей и смущенно отвела взгляд. — Не то чтобы... — замялась шатенка, поджимая губы. — Ты, наверное, слышала о том, что недавно произошло в Сабрие... — Да, — Ванесса кивнула, — слышала. Но я не понимаю, как это связано с твоим состоянием? — Девушка нахмурилась, а после чуть сощурила глаза. — Брейк снова погеройствовал? — как-то устало спросила она, и всё стало ясно по тому, как Шерон часто заморгала. — Понятно. Герцогиня незаметно сжала ладонь, впившись ногтями в кожу, чувствуя, как начинает жечь и пульсировать плоть. Боль отрезвляет? Наглая ложь. Ванесса стремительно развернулась и чеканя шаг дошла до лестницы. Замявшись всего на мгновение, девушка тряхнула головой, прогоняя все сомнения, что сейчас так настойчиво грызли её изнутри. Ступеньки она преодолела тоже быстро, как и путь до комнаты Брейка. Вот только перед дверью она нерешительно замерла. Что она увидит, если сейчас откроет дверь? Насколько он пострадал в этот раз?! Зажмурившись, девушка почувствовала, как защипало глаза. Глупый, глупый Брейк! Безрассудный, наглый, никого не слушающий! Не постучав, Ванесса открыла дверь.

***

В комнате царил самый настоящий мрак. Плотно задёрнутые шторы не пропускали даже намёка на свет. Но этого было мало. Зарксис завернулся в простыню и сидел спиной к дверям. Раскачиваясь взад-вперед очень медленно, размеренно и практически незаметно. Он усиленно концентрировался на темноте, что окружала его. Говорят, когда пропадает зрение, обостряются другие чувства. Слух, к примеру. Сейчас у Шляпника выпала возможность узнать, правда ли это. Ведь если ложь, то его обман раскроют играючи. Наверное, это будет впервые за всю жизнь Зарксиса Брейка. Но не Кевина Регнадра, верно? Звук открываемой двери вывел мужчину из раздумий. Кого принесло на этот раз? Наверное, Рейм пришел. Он единственный, кто часто заглядывал к пепельноволосому. Убедиться, что всё в порядке, помочь или просто поговорить. Парень всегда находил повод, чтобы зайти и проверить как он. Не сломался ли окончательно. Слишком проницательным стал. Может быть, это Шерон. Госпожа не должна сюда заходить, но это же Шерон. Возможно, заехал Оз с его вечно-шумной компанией, и теперь решил убедиться, не показалось ли ему, навестив старика... — И во что ты вляпался на этот раз? — несколько раздраженный голос полностью выбил из Шляпника весь воздух. Вынудил низко опустить голову, практически сжаться. Зачем ты пришла? Звук шагов, слишком громкий после оглушающей и вязкой тишины. — Зарксис?.. — Остановилась так близко, что он почувствовал запах её духов. Неуверенность в голосе, и, кажется, она протягивает к нему руку. Брейк дернулся в сторону и понял, что правильно истолковал шуршание одежды. Он почувствовал несостоявшееся прикосновение. Ощутил, как от этого внутри всё сжалось. — Ты что творишь? — Шляпник готов поспорить, что сейчас она растерянно разглядывает его. Пытается понять. Не делай этого. — А что ты ожидала от меня, м? — Его голос прозвучал слишком тихо и хрипло для него самого. Но Ванесса, вроде бы, не поняла всю плачевность положения Брейка. — Ну, уж точно не то, что, приехав, узнаю, что ты чуть ли не при смерти! — повысив голос, девушка зарылась рукой в волосах. — Почему, навестив тебя, я не могу просто прислониться к двери и спросить: "Скучал ли по мне"?! — Мужчина слышал, как Ванесса отошла на несколько шагов, а после вернулась. — Почему ты просто не можешь обнять меня и сказать, что всё будет хорошо?! — Де Моубрей сорвалась на крик. Шляпник просто понял, что не выдержит, если она заплачет. Если она так реагирует на это, то что будет, когда она узнает?.. Если она узнает. — Ты так соскучилась по моим объятиям? — усмехнувшись, Брейк протянул к ней руки, приглашая получить желаемое. — Чего ждём? У меня уже руки затекли. — Ещё пару мгновений сохраняя прежнее положение, Зарксис всё же опустил руки и хмыкнул. — Тебя не понять, дорогая. Рыкнув, Ванесса отошла от мужчины и уперлась руками в комод, пытаясь успокоиться. — Ты сильно пострадал в Сабрие? — уже придя в себя, девушка обернулась к нему, но Шляпник продолжал смотреть перед собой. — Да нет, камушек на голову упал, а ты же знаешь, что с возрастом здоровье становится совсем никакое. Но ситуацию сильно преувеличивают. Я в порядке. — он улыбнулся, и повернул голову в сторону, где думал, находится Де Моубрей. Ванесса вздохнула и отвернулась. Вроде, пока ни чем себя не выдал. — Что у тебя за цепь? — неожиданная смена темы ввела Зарксиса в лёгкое оцепенение. — Сколько я тебя знаю, так и не поинтересовалась, — объяснила своё любопытство рыжеволосая. — Безумный Шляпник, — напряженно ответил мужчина. — А второй контракт, что, никак не влияет на тебя? Поспешно отвернувшись, Брейк попытался взять себя в руки. Нет, она не может знать. Не может! — Почему же, — Шляпник облизнул пересохшие губы, пытаясь справится с комом в горле, — цепь часто пытается своевольничать, да и это ограничивает её силу. Мне же... это доставляет лёгкий дискомфорт. — Он бы всё отдал, чтобы видеть сейчас её лицо. Понять... поверила или нет? — Понятно. Брейк... а почему ты мне в глаза не смотришь? — Сердце Зарксиса замерло, а после болезненно сжалось. Уходи, Ванесса. Уходи. — Сегодня что, спецдопрос от герцогини Де Моубрей? Вроде я на своей двери не видел табличку «Приёмный день». Мне прописали пастельный режим. Попрошу всех удалиться, мне нужен отдых. — Мужчина показательно плотнее завернулся в простыню и повалился на кровать. — Зарксис... — растерянно позвала Ванесса. — Где дверь ты знаешь. Ещё какое-то время Брейк прислушивался к тишине, а после облегченно услышал, как твёрдые шаги преодолели путь до двери, и как громко захлопнулась она за девушкой. Если ты сможешь меня когда-нибудь простить, я надеюсь, что это время никогда не наступит. Я сделаю всё, чтобы ты никогда не поняла меня. Чтобы держала эту боль в себе до конца. Чтобы винила меня. Ненавидела. Но не поняла.

***

Когда Ванесса спускалась по лестнице, Шерон нетерпеливо переминалась с ноги на ногу у её подножия, не сводя с девушки удивленного взгляда. Неестественно прямая спина. Уже позабытая маска отчужденности. Взгляд, обжигающий холодом. Что могло произойти? — Ванесса? — Шерон взволнованно сжала подол платья в руках. — На этом наша дружба, мисс Шерон, подходит к концу. — Поравнявшись с шатенкой, Де Моубрей смотрела перед собой, чуть выше макушки девушки. — Могу сказать, что мне жаль. Я хотела сделать это позже, но новые обстоятельства переубедили меня, — монотонный голос, без хоть малейшего проблеска эмоций. Шерон передернуло от ужаса. Потерянно изучая лицо рыжеволосой, шатенка всё силилась понять, что произошло наверху? То, что к состоянию Ванессы приложил свою руку Брейк девушка не сомневалась. Но что он ей сказал? — При встрече не здоровайтесь со мной. Лучше сделайте вид, что мы вовсе не знакомы. С моей стороны ожидайте этого же. Прощайте. — Короткий мужской поклон, и Ванесса, чеканя шаг, скрывается за входными дверями.

***

— Что ты натворил, Брейк?! — Шерон открыла дверь, фурией залетая в спальню Шляпника. Слёзы беспощадно бежали из её глаз. — Что ты сказал Ванессе?! — Оказавшись с не шевелившимся Зарксисом, девушка практически сдернула его с кровати, приподнимая за ворот рубашки. И откуда в ней столько силы? Брейк не отвечал.

Тряпичная кукла. Марионетка. Играйте, я в ваших руках. Подумаешь, сломаны части, Я всё тот же, ведь так? Не смотрите, что порван местами, Вместо глаз — одна темнота. Я сломан внутри, снаружи лишь маска. Желаю покончить с этим раз навсегда. Солома внутри, снаружи обёртка. Мои мечты и желанья никому не нужны. У куклы тряпичной нет ни пути, ни судьбы А свои я сам так нелепо разрушил.