Отражённая в зеркале

TK from 凛として時雨 – white silence acoustic

Погода была на редкость хорошей. Не жарко, не холодно. Солнце тёплое, а ветер немного прохладный. Очередной порыв ветра побеспокоил кроны деревьев, как и траву во дворе. Рыжеволосая девушка направлялась к одному из больших деревьев с пледом и книгой в руках. Она удобно устроилась в тени и, довольно щуря аметистовые глаза, по закладке раскрыла книгу. Это было умиротворение. Спокойствие. Мир существовал только здесь и сейчас. На переплётах страниц, в шелесте травы и листьев. В каждом порыве ветра и вдохе. Над головой что-то треснуло. Рыжеволосая от неожиданности выронила книгу, резко переводя взгляд на источник звука и закидывая голову. Её взгляд пересекся с другим. Алые глаза с любопытством рассматривали девушку. Их обладатель склонил голову к плечу и мёртвой хваткой вцепился в ветку, на которой устроился. Ещё один порыв ветра растрепал короткие пепельные волосы. Мужчина смотрел не отрываясь, и глаза его в удивлении распахивались. Какой-то пакет выпадает из его ослабевших пальцев. Леденцы градом устремляются на голову девушки. Она зажимает один между пальцев и с интересом рассматривает. После поднимает недовольный взгляд на любителя сладкого. — Извини, — отвечает тот поспешно, спускаясь с дерева. На очередной ветке нога соскальзывает, и пепельноволосый чудом не падает на землю. Рыжеволосая коротко вскрикивает, зажимает рот ладонью и вскакивает с места. — Ты в порядке? — громко спрашивает, обеспокоенно следя за действиями мужчины. Он спустился, отряхнул рубашку и с ехидным прищуром направился к ней. — Ч-что? Скалолаз подошел слишком близко, вынуждая пятиться. Робкий взгляд аметистовых глаз, и девушка заливается румянцем. Пепельноволосый хмыкает. — Меня зовут Зарксис Брейк, — он протягивает леденец. — Хочешь конфетку? — В-ванесса Де Моубрей, — отвечает, изумлённо смотря на сладость перед глазами. — Я знаю, — Брейк улыбается и слегка щурит глаза. Теплота в голосе и грусть в глазах. Это всё отзывается тяжестью в груди и неожиданно рваным дыханием. Эти слова. Почему... почему мне так больно от них? А в следующий миг перед глазами проносится жизнь. Не её, чья-то другая. Но... почему она видит себя? И его? В голове всплывает всего одна фраза: «Я буду ждать». Слёзы застилают глаза. Движение происходит как-то слишком естественно — Ванесса просто вцепляется в него, прижимаясь до боли. И в голос плачет. Брейк осторожно обнимает в ответ, прижимая к себе и зарываясь пальцами в огненных волосах. — Так ты будешь конфетку? — тихо спрашивает на ухо, и Де Моубрей отстраняется, шмыгая носом и стирая слёзы пальцами. — Давай сюда, — бурчит, счастливо улыбаясь. Даже Бездна бывает благосклонна. Она единственная знает, насколько пугает безграничное одиночество и страх пустоты. Именно поэтому теперь... ...настало их время.