Время взрослеть +169

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Пэйринг или персонажи:
альфа/омега; гамма/омега
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Экшн (action), Омегаверс
Предупреждения:
Насилие, Изнасилование, Нецензурная лексика, Групповой секс, Мужская беременность, Смерть второстепенного персонажа
Размер:
планируется Макси, написано 125 страниц, 16 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
«Отличная работа!» от фафнир
«Чертовски захватывающе!» от Kavamori
Описание:
Нельзя строить отношения на лжи! Отношения нужно строить на прочном фундаменте из наркотиков, насилия и секса.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
История Кима Ронвуда: Подножка судьбы -
https://ficbook.net/readfic/3812313;
История Ричарда Ронвуда: На шаг впереди -
https://ficbook.net/readfic/3725602;
История Маска и Роберта Ронвуда: Игроки -
https://ficbook.net/readfic/4106261;

Фик был переименован из "Я не знаю ничего, кроме войны"

01. Сложная беременность

5 января 2017, 19:10

_____________________________________________________________________________________



Для тех, кто читал старую версию:



Здесь вы встретите тех же героев, что и в прошлом варианте: их характеры и судьбы не изменятся. (У главных героев - точно (◣_◢))А вот сюжет претерпел серьезную реконструкцию и переделку. Буквально в каждой главе будет что-то новое, отличное от изначальной версии.

_____________________________________________________________________________________



======== Первая глава ========
========== Сложная беременность ==========



      Дэвид вздрогнул во сне и резко проснулся. Странное чувство опасности холодком пробежало по позвоночнику и сжалось внизу живота. Он осторожно поднял голову и прислушался, стараясь не дышать. Рядом похрапывал Яр. Он был гораздо крупнее Дэвида, а раскинув руки и ноги, вовсе занимал большую часть кровати. От него разило пивом и сушеной рыбой, которую он ел на ужин и по обыкновению не потрудился почистить зубы перед сном. В комнате было темно, по крыльцу и откосам стучал дождь. Обычно такие звуки успокаивали, но сейчас сердце Дэвида колотилось и сбивалось дыхание. Он подозревал, что мог засветиться где-то и привлечь к себе ненужное внимание. Если так, то его в любой момент могли найти. Или это развилась мания преследования и никакой опасности на самом деле нет? Все же он, осторожно скинув с себя покрытую густой светлой растительностью ногу Яра, неловко перегнулся через край кровати, потянулся за бейсбольной битой и тихо вытащил ее. Около дюжины гвоздей торчали из края в разные стороны, превращая спортивный атрибут в грозное оружие.

      Стараясь не разбудить спящего рядом с ним альфу, Дэвид убрал одеяло и встал. Он был лишен природной стеснительности, но в случае, если его нашли и придется убегать, это удобнее делать хотя бы частично одетым. Поэтому Дэвид быстро и бесшумно влез в джинсы и босым двинулся из комнаты с битой в правой руке. Яр пробубнил что-то во сне и, кряхтя, перевернулся на другой бок. Дэвид хорошо ориентировался в темноте благодаря своему чуткому обонянию. Он спустился на наземный этаж и подошел ко входной двери. Яр не использовал замок, ограничиваясь щеколдой. Альфа считал, что у них попросту нечего красть, поэтому воры не полезут, а Дэвиду это добавляло перчинки и адреналина, который сейчас плескал через край. Он осторожно сдвинул щеколду и приоткрыл дверь, прислушиваясь и вглядываясь в дождливый мрак. Он несколько раз коротко втянул воздух носом, стараясь разобрать посторонние запахи, но безуспешно. Озон обрывал все и был бы приятен, если бы не тревога, пульсирующая в висках у Дэвида. Он не мог решить, откуда появилась эта мнительность. Чего ему бояться? Даже если его выследили — все равно не тронут. Закон, запрещающий причинять вред универсальному полу, действует по всему миру и предполагает полную безопасность гамм. Вот только здравый смысл подсказывал, что его могут и не спросить, какого он пола, а значит, опасность реальна и стоит всерьез опасаться за свою жизнь. Присев на корточки, он на четвереньках выполз на крыльцо и попытался лечь животом на мокрый пол. Дэвид признал, что лежать семимесячным пузом на деревянных холодных досках неудобно. Но вариантов остаться незамеченным было не так и много. По голым плечам хлестал дождь, февральский холод пробирал до костей, но Дэвид откинул мысли о неудобствах и прижался подбородком к крыльцу.

      У дороги он заметил движение и прищурился, хотел разглядеть получше. Сомнительно, что кто-то из соседей потащился выгуливать собаку в такую погоду, да и простой полуночник создавал бы больше шума и старался поскорее убраться с улицы, чтобы не вымокнуть до нитки. Вывод напрашивался сам собой — кто-то крался к дому. Дэвид мог полагаться только на слух и зрение, чтобы определить количество противников. Крупные капли стучали по крыльцу, мешая как следует прислушаться, а в щелочку, еще и в темноте увидеть можно было не так уж и много. Дэвиду показалось, что гостей двое. Первый чуть впереди, другой следом, прикрывает — похоже, тетовцы. Дэвид хищно оскалил белые зубы и наморщил нос. Он здраво оценивал свои силы. Один, с огромным пузом наперевес и вооруженный единственной битой с гвоздями — он был почти бессилен против агентов. Но и бежать не мог. Попросту некуда. Машина Яра в гараже, ключи наверху в каких-то из штанов альфы — отыскать их банально не хватит времени. Пешим далеко не уйдешь. Босая нога быстро найдет на земле обо что пораниться, а личинка пихается не вовремя. Нужно попробовать совладать с ними. Так, по крайней мере, есть шанс победить.

      Место на крыльце было удачным. Скоро он уже сумел разглядеть альф в узкий просвет между полом и оградой, а вот его увидеть было невозможно. Он решил подпустить агентов поближе и воспользоваться эффектом неожиданности. Крепче сжав в ладони биту, Дэвид ждал. Он весь был в напряжении — попытка всего одна. Когда первый альфа шагнул на ступеньку, тут же получил удар по ноге. Гвозди впились в ступню легко пробив насквозь и ее, и ботинок. Агент глухо зарычал и наклонился вперед. На этот раз Дэвид саданул в лицо. Второй, не видя происходящего в темноте, ринулся к напарнику, тот тяжело упал на крыльцо без чувств. Теперь Дэвид поднялся в полный рост и быстро нанес еще удар. Попал в горло агенту, он вскинул руки, выронив пистолет. Брызнула кровь, пачкая Дэвиду лицо и грудь. Со злобной и торжествующей усмешкой он размахнулся и, вложив полную силу, впечатал биту в висок второму альфе. Раздался глухой хруст и короткий предсмертный хрип.

      Дэвид не двигался с места, пока не убедился, что двое альф у ног на самом деле мертвы. Беспокойство и тревога медленно улетучивались, дыхание выравнивалось. Ледяные струи стекали в джинсы и смывали с лица, груди и живота чужую кровь. Ребенок внутри болезненно лягнулся и стал ворочаться. Ночная беготня Дэвида разбудила его, и он еще долго не уймется. Времени мало! Теперь они точно знают, где он, и обязательно вернутся. Нужно убираться из этого дома, прежде чем за ним пришлют подкрепление. Забрав с земли пистолет агента, он нырнул назад в дом и поднялся в спальню.

      — Что такое, Дэви? — сонно проговорил Яр.

      Не обратив на него внимания, Дэвид кинул биту и оружие на кровать и направился в смежную ванную. Зажег свет и стянул промокшие насквозь джинсы, измазанные грязью и кровью, отбросил на пол. Когда адреналин отступил, вернулось чувство холода, пробирающее до ломоты в костях. Он включил воду и подождал, пока она немного нагреется, прежде чем шагнуть под струи.

      — Эй, ты чего не отвечаешь? — к нему вошел Яр. Он щурился от света и прикрывал сонные, опухшие глаза ладонью. Белесые волосы растрепались, а такие же, только вьющиеся были у него в паху, и сейчас он демонстрировал их, так как ни Яр, ни Дэвид не оделись после вечернего секса.

      Дэвид молчал. Он стоял с закрытыми глазами под горячей водой — смуглый подтянутый юноша девятнадцати лет с мокрыми рыжими волосами, которые доставали до плеч. Из его образа выбивался только большой живот — круглый, как баскетбольный мяч. Дэвиду было не до глупых разговоров. Необходимо придумать, как действовать дальше. Самое логичное — вернуться в Сент-Луис. Там он будет в безопасности. Но как добраться туда? Ехать на машине или на поезде? Что знают о нем тетовцы? Только где живет или внешние приметы, может, даже имя?

      — Дэви, что? Началось? — не унимался Яр. Он заметил окровавленные джинсы и истолковывал их по-своему.

      Дэвид отмахнулся от альфы, закрутил кран и сдернул с крючка белое махровое полотенце. Протиснувшись между Яром и косяком, вернулся в комнату, обтираясь на ходу и подсушивая волосы. Хлопнул по выключателю. Как же не вовремя проснулся альфа и теперь только путался под ногами.

      — Анатэ* твоего за щеку, какого хрена происходит! — уже сердито рыкнул Яр, поспешив за Дэвидом. Он попытался схватить его за предплечье, но не сумел, соскользнув по влажной коже.

      Дэвид откинул полотенце на пол и отыскал в шкафу белье, другие джинсы и любимую футболку. Он злобно зашипел оттого, что та не натягивалась на пузо, а джинсы сошлись едва-едва. Таскать шмотки для беременных он упорно отказывался, но эти стали жутко неудобными. Яр непонимающе наблюдал за ним из угла комнаты, время от времени опасливо поглядывая на окровавленную биту с вколоченными в нее кривыми гвоздями и выцарапанными на древе именами: Чарльз и Дэвид. Никогда прежде он ее не видел и мог только недоумевать, как она и пистолет попали сюда и кто такой Чарльз. На мгновение задержав на альфе взгляд, Дэвид скривился. Сейчас его осенило, что время, прожитое с ним, было попросту выброшено на ветер. Он мог бы придумать другой план, как заманить его в роддом, нежели ждать собственных родов. Яр работал на рыбном комбинате раздельщиком, убить нужно было вязальной спицей в роддоме, а в качестве подарочка — детали домино. Теперь уже выполнить условия игры не получится, но и оставлять его живым нельзя. Без сомнений и сожалений Дэвид шагнул к кровати, подхватив с нее биту и размахнувшись, продырявил Яру голову. Тот даже не понял, что умер. Так и свалился на пол с расширенными от удивления глазами и залитым кровью лицом.

      Дэвид безразлично перешагнул через тело. Чужая смерть его ничуть не трогала. Он вытащил из комода экстренную сумку. В ней хранилась смена одежды и белья, минимальный набор медикаментов, документы, деньги, с десяток жетонов для телефонных аппаратов и оружие. Туда же он сунул пистолет агента. Пошарив по карманам Яра, он отыскал ключи от машины. Надев толстовку, Дэвид повесил сумку на плечо и прихватил биту. Не обращая больше внимания на труп, он покинул комнату и спустился вниз. Из прихожей он набрал по памяти нужный номер.

      — Какого черта? Три часа ночи! — послышался сдавленный ото сна голос.

      — Сэй, это Дэвид Джонс. Узнай, когда следующий поезд из Блумингтона в Сент-Луис, — распорядился Дэвид. Он накрыл живот ладонью. Ребенок совсем уж разбушевался. Гамма до сих пор помнил и обижался на красавчика-альфу, зачавшего его. Никогда прежде он не чувствовал такой притягательный и приятный запах. Он хотел бы провести с ним больше времени, но мерзавец исчез наутро, оставив после себя подсадку.

      — Только автобус до Спрингфилда, а оттуда в девять четырнадцать скоростной, — спустя минуту ответил уже пободревший голос. — Заказать тебе билет?

      — Я доберусь до Спрингфилда, — решил Дэвид. Он перекатил во рту передатчики. От них тоже нужно избавиться. Ясное дело, что он неслабо наследит: три трупа, машина Яра, брошенная в другом городе… Но это будет неважно, когда он окажется в Миссури. — Заказывай билет на поезд, и пусть меня встретят в Сент-Луисе на вокзале.

      — Хорошо, как скажешь, — согласился Сэй и повесил трубку.

      Дэвид решил добавить тетовцам работенки, чтобы не сразу разобрались в произошедшем и поломали голову. Он прошел в гараж и забросил в машину сумку, завел мотор и открыл выездную дверь. Низ живота болел, и он уже хотел поскорее родить и забыть это дурацкое чувство. Больше никто не заставит его забеременеть! Лучше уж будет в роли альфы, чем инкубатора. Отыскав канистру с бензином, он вернулся в дом и вылил содержимое в кладовке. Осторожно, стараясь не обрызгаться и не наступить с горючую жидкость. Одного за другим он перетащил трупы агентов и Яра туда, уложил рядом и полил остатками из канистры. Чиркнув спичкой для гриля, гамма бросил ее на пол, и пламя тут же занялось. Прежде чем оно покинуло пределы кладовки, Дэвид закрыл дверь и поторопился в гараж. Он выехал на дорогу. Дождь, превратившийся в ливень, не позволит пожару сильно разгореться. Но вот с задачей уничтожить трупы, щедро политые бензином, огонь вполне справится.

      Ночная трасса пустовала. Дэвид свернул на объездное шоссе и прибавил газу настолько, насколько могла старая колымага Яра. До Спрингфилда он доберется за час, а там уже и до Сент-Луиса рукой подать.

****



      Чарльз широко зевнул, щелкнув челюстью, и упер подбородок в ладонь. Он сидел в просторной, до блеска начищенной кухне и, прихлебывая из стоявшей рядом чашки кофе, читал криминальную колонку в газете. Неизвестного, который прикончил троих альф в Блумингтоне, до сих пор не удалось найти. Предположительно, орудием убийства был ударный предмет с острыми частями вроде гвоздей. Его тоже не обнаружили. Следствие продолжалось две недели и зашло в очередной тупик: зачем преступник поджег трупы? Чарльз ухмыльнулся и вспомнил, как старательно Дэвид Джонс вырезал их имена на своей бите. Гамма говорил, что это очень символично. Еще одной громкой новостью был затонувший в тихом океане крейсер. Кроме экипажа на нем по неподтвержденным данным находилось около пятисот юных агентов Теты, которые закончили обучение в США и их переправляли в Европу. Причины катастрофы не оглашались, но ответственность за нее приписывали международной террористической организации Дельта. В последнее время любое более или менее громкое и дерзкое преступление вешали на омег-экстремистов, державших всех в страхе не один десяток лет и набравших небывалую силу.

      Телефон в гостиной зазвонил. Чарльз тяжело поднялся со стула и вразвалочку отправился отвечать. Ему было все сложнее передвигаться, большой живот тяготил, а ребенок не давал покоя ни днем, ни ночью. Беременность не шла Эдвардсу и превращала в толстого инвалида: под глазами синяки, щеки впали, на ключицы хоть вешалку цепляй.

      — Слушаю, — с явным австралийским акцентом ответил Чарльз, сразу же опускаясь в кресло. От долгого стояния поясница и ноги начинали сильно ныть.

      — Добрый день, мистер Эдвардс. Я звоню по приказу господина Гурана. Он хочет видеть вас в Сент-Луисе завтра вечером, для того чтобы присоединиться к заданию…

      — С кем я говорю? — недовольно перебил Чарльз. Его бесили разговоры вслепую. К тому же самочувствие было ни к черту и делало раздражительным. Что за задание, когда у Чарльза пузо формата «балкон» и он не закончил игру?

      — Луис Джанко, личный помощник господина Гурана.

      — Знаешь что, Джанко, передай своему хозяину — я еще две недели в отпуске, а после приеду, — шикнул Чарльз и бросил трубку.

      Уже через полминуты он понял, что погорячился. Не подчиняться приказам главы Дельты и огрызаться в такой грубой форме было неразумно. Но перезванивать он не стал. Чарльза выводило из себя наполовину недееспособное состояние и невозможность вернуться к полноценной жизни. Но ведь Гуран сам захотел, чтобы он залетел, и разрешил участвовать в игре, какие могут быть претензии?

      Чарльзу Эдвардсу — высокому, хорошо сложенному омеге — было всего восемнадцать. Янтарные глаза словно улыбались, темно-каштановые волосы немного вились и спускались до ворота. Губы могли растянуться в ухмылке или превратиться в тонкую линию, не предвещая ничего хорошего. Три месяца Чарльз жил в квартире напротив своей жертвы и выжидал подходящее время, чтобы убить его. Альфа-бизнесмен часто разъезжал по командировкам или находился в чьей-то компании. Для того чтобы выполнить условия, Чарльз должен был подстеречь его одного. По мнению омеги, ему досталось очень простое задание. Убить альфу нужно в квартире, голыми руками, а возле трупа оставить битые зеркала. И от того, насколько оно было простым, Чарльз сильнее злился. Живот рос и представлял все большую проблему. Он откинулся в кресле и прикрыл глаза, чтобы подремать. Каким же всё-таки ленивым и неповоротливым он стал из-за этого ребенка!

      Его разбудил громкий и настойчивый стук в дверь. Омега помял переносицу. Теперь, ко всему прочему, заболела еще и голова. Он не знал, долго ли спал или успел лишь моргнуть. Со стоном поднявшись, придерживая ноющий живот, он зашагал ко входу. На пороге никого не оказалось. Чарльз огляделся по сторонам и выглянул на лестничный марш. Там, на пару этажей ниже, мелькнула чья-то тень. Он недовольно выругался и хотел захлопнуть дверь, когда заметил на коврике небольшой конверт.

      «Шесть вечера. БЦ ВебСити. 8 этаж», — гласила записка. Она была написана не от руки. Каждая буква вырезана из газеты или журнала и приклеена.

      Чарльз вздохнул. Похоже, что он все-таки перегнул палку и не стоило злить своего босса, особенно, если он чокнутый на всю голову психопат. Эдвардс смял бумажку, сунул в карман брюк и неторопливо поплелся в ванную. На душе стало неспокойно, он нервно погладил себя по животу. Во время беременности дельтовцы не узнавали пол будущего ребенка, но Чарльз уже чувствовал — будет альфа. Опять…

      Без десяти шесть Чарльз был в бизнес-центре. Лифт доставил его на нужный этаж. Он вошел в небольшую, обставленную в современном стиле приемную. Но кроме предметов мебели никаких опознавательных знаков не было. Этот кабинет сдавался арендаторам и не служил долго одним хозяевам. В углу на стуле сидел альфа-охранник — высокий красавчик. От него пахло так знакомо, что Чарльз изменил своим привычкам и остановился, чтобы рассмотреть. Все верно! Тот самый ебарь, который на базе в Сент-Луисе зачал в нем этого ребенка. Что может значить его появление здесь? Кроме альфы, за высокой стойкой сидел невзрачный бета с русыми волосами, разделенными на аккуратный пробор, и большими нелепыми очками с толстыми стеклами в коричневой роговой оправе. Лицо было уставшим и отталкивающим, не хотелось смотреть в его сторону, чтобы не заразиться унынием. Это и был Луис Джанко. Он работал личным помощником у Гурана уже шесть лет, дольше, чем любой из его предшественников. Выполнял он свои обязанности настолько прилежно, что даже у такого самодура, как глава Дельты, не нашлось к чему придраться. Заметив Чарльза, бета вскочил со своего места и распахнул перед ним дверь в кабинет хозяина. В ответ же получил только пренебрежительный взгляд Эдвардса.

      Первое, что сразу же заметил Чарльз — родильное кресло, стоящее посреди комнаты. Сердце колотилось от ужаса, и показалось, будто невидимый капкан смыкается над ним. Чарльз сглотнул и постарался не проявить страха. На небольшом диванчике, закинув ногу на ногу, сидел высокий тощий омега лет сорока пяти — Гуран. В лице были восточные черты, и назвать его красавцем не повернулся бы язык. Глаза сверкали живым и пытливым разумом, а губы сложились в надменную усмешку. Он стоял у руля Дельты восемнадцать лет, и с ним организация превратилась из компании мелких пакостников в обширную преступную сеть, имеющую базы по всему миру, военную технику и насчитывающую огромное число последователей. Зная это, Чарльз немного трясся оттого, что сегодня Гуран пребывал не в лучшем настроении. Это не сулило ничего хорошего. Рядом с ним стоял его истинный альфа — невзрачный, ниже ростом и моложе самого Гурана. Он был сильно избит, что подтверждало мысли Эдвардса о паршивом расположении босса.

      — Добрый день, Чарли, — холодно поздоровался Гуран, сверля Чарльза злым взглядом. — Я приехал сюда узнать, что это у тебя за отпуск такой?

      — Рожать через две недели, — неохотно ответил Чарльз. Он встретился с боссом взглядом и не отводил его, так же хмурясь.

      — Только это причина твоего неповиновения? — его губы перекосила неприятная усмешка.

      — Я хочу закончить игру.

      — Конечно, — кивнул Гуран. — Что ж. От бремени мы избавим тебя незамедлительно. Раздевайся.

      Чарльз поежился, но ослушаться приказа не рискнул. Все это он уже проходил не один раз. Только отчего-то к горлу подкатывала паника. Хотелось выскочить за дверь и сбежать подальше от Гурана. Спастись от него самому и, может быть, получится спасти ребенка. Но эти мысли Чарльз гнал от себя. Что за чушь? Куда бежать? Кого спасать? Если он хочет выжить, то должен выполнять приказы и уж точно не совершать глупости. Чарльз разделся и остался стоять. Гуран рассматривал его живот с выражением презрения на лице. Всем было известно, что сам он родить так и не смог, даже от истинного.

      — Альфа! — крикнул он. На зов в комнату тут же вошел ебарь из приемной. — Трахни его. Пожестче, нужно роды спровоцировать, — он кивнул в сторону Чарльза.

      Тот ожидал чего-то такого. Ненапрасно он вытянул ремень из шлевок, прежде чем снять брюки. Когда альфа решительно двинулся к нему, Чарльз подхватил пальцами ног пряжку и ловко, особенно для своего положения, подкинул ремень в воздух. Поймав его, он размахнулся и врезал альфе по лицу. Тот на мгновение опешил. Следующим ударом Чарльз порвал ему левое ухо и оставил глубокую царапину на щеке. Но садануть третий раз не успел. Ебарь набросился на него и сбил с ног. Омега едва не потерял сознание, ударившись затылком о пол. Сильная рука рванула одну ногу в сторону, и Чарльз впился ногтями в рану на щетинистой щеке. Альфа взвыл, схватил его за волосы и разбил голову о пол. Чарльз болезненно зашипел, в глазах потемнело, и боль в затылке на пару секунд лишила способности сопротивляться. Альфа звучно чиркнул молнией на брюках и пристроился членом к дырке, без раскачки и смазки толкнулся внутрь. Из-за препаратов, которыми ебарей пичкали в Дельте, его прибор без осечек реагировал на омег и всегда готов к спариванию. Он двигался быстро и грубо, с большой амплитудой, буквально вбиваясь в тело Чарльза. Увлекшись, он несколько раз ударил омегу в живот и укусил за ключицу. Эдвардс взвыл и потянулся к его лицу, чтобы выдавить глаз, но тот перехватил руку и сломал пару пальцев. Чарльз почувствовал, как околоплодный пузырь лопнул и в заднице захлюпало влагой, но взбешенный альфа не останавливался. Его взгляд был безумным и пустым, рот приоткрыт, он часто, по-собачьи дышал. Член казался Чарльзу таким большим, что доставал до ребенка в матке. Он постарался абстрагироваться от боли и потянулся здоровой рукой за ремнем. Ебарь не заметил, как Чарльз осторожно накинул ему петлю на шею, а потом вдел конец в пряжку. Он затянул удавку, когда тот кончил. Альфа не сразу понял, почему не хватает воздуха. Не позволяя опомниться, Чарльз изловчился, уперся ему в грудь ступнями и со всей силы дернул. Он больно ударился спиной о пол, когда ремень с глухим хлопком порвался. Чарльз вскочил, готовый к драке, но альфа со сломанной шеей остался на полу.

      — Какой же ты бойкий, Эдвардс. Вот за это я тебя и люблю, — раздался насмешливый голос Гурана. Он с хищным видом наблюдал за всем происходящим, перебирая в пальцах два металлических шарика. — А теперь давай, сделай себе стимулирующий укольчик, чтобы схваточки были повеселее, будь хорошим мальчиком. Мы ведь не хотим сидеть здесь целый день. Ты порадовал меня этим зрелищем. Так что я разрешу тебе закончить игру.

      Адреналин в крови заглушал боль, Чарльз тяжело дышал и с ненавистью смотрел на мертвого альфу. Он ненавидел их всех! Хорошо, что Гуран позволил убить. Чувство власти и радости оттого, что удалось отнять чью-то жизнь, переполняли. Он оказался сильнее, даже в своем незавидном положении всё равно победил! Чарльз на ватных ногах подошел к небольшому столику рядом с родильным креслом. Там лежал уже заправленный необходимым веществом шприц. Здоровой рукой он затянул резиновый жгут выше локтя и, взяв шприц поудобнее, прощупал безымянным пальцем пульсирующую венку на запястье и ввел иглу. По бедрам стекала теплая влага, она пахла его будущим ребенком — альфой.

      В приемной хорошо были слышны звуки борьбы и крики. За шесть лет работы личным помощником у Гурана Луис привык к подобному. Он невозмутимо продолжал заниматься своими делами. Когда все покинули кабинет, он спокойно собрал вещи и вызвал службу уборки. Перед тем как уйти, он сунул руку в свой портфель и выключил записывающее устройство.

_____________________________________________________________________________________



*Анатэ/атэ - родитель-омега

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.