Clavus clavo pellitur (Deathbeds 2)

— Гарри, Доктор Лектер интересуется, не у тебя ли скрывается его любимый пациент? — координатор даже не пытался скрыть своего раздражения. Не стоило и наедятся, что Эггзи не будет пытаться уклониться от лечения. И сегодня была уже не первая попытка. — Я думал, Эггзи сейчас с ним, — ответил Гарри. Хотя в этом не было ничего особенного, факт отсутствия Эггзи насторожил его. Вчера Лектер согласовал со своими пациентами, что Эггзи придет к нему с утра. Поэтому Гарри его и не ждал в штабе к началу рабочего дня. Лектер, тем не менее, уже час ждал Эггзи. Сначала он списал все на черту, передавшуюся агенту вместе с позывным — специфическую пунктуальность. Но такая задержка не свойственна даже Харту, поэтому Лектер сообщил об этом Мерлину. Мало ли, срочная работа требовала отменить сеанс, а Эггзи никогда не сообщал ему о подобных изменениях. — Пробовал связаться с ним? — спрашивает Артур, хотя заранее знает ответ. Если координатор сообщил ему, значит, все действительно плохо. — Связь не работает. И датчики в кэбе тоже. Он свернул в противоположном направлении от ателье и пропал с радара. — Камеры? — Все чисто. Даже подозрительно чисто. Как будто кто-то качественно смонтировал видео, стерев часть записи. — Общий сбор, Мерлин! — Уже, Артур. На поиски пропавшего агента ушел целый день. Безрезультатно. Вот же глупый мальчишка! Вместо того, чтобы сообщить в штаб и вызвать подмогу, увел машину неизвестном направлении, позволив себя похитить. Было очевидно, что мальчика похитили, так как сам он не успел бы все это провернуть. К тому же, после первого побега за ним тщательно следили. Но если это не Эггзи, то ситуация только усложняется. Потому что вместе с обычными уличными камерами были взломаны камеры Кингсмен. Все это могло означать лишь одно — не всех предателей удалось найти. Более того, они засели в техническом отделе, что осложняло ситуацию, потому что Мерлин готовит своих сотрудников безупречно, а значит разоблачить их будет непросто даже самому координатору. В невиновности же самого Мерлина сомневаться не приходилось, иначе от агентства уже ничего бы не осталось. Остальные сотрудники могли оставаться нераскрытыми, только сливая информацию малыми порциями. Дополнительная сложность состояла в том, что предатели несколько раз наводили на ложный след, подставляя агентов и сотрудников и порождая недоверие и подозрительность в их рядах. Одним из первым под подозрение попал Оуэн. Потому что особо крупная утечка информации произошла вскоре после того, как он, превысив полномочия, отправил врагам своего отчима компрометирующие файлы. Тогда же выяснилось, в файлах был зашифрован код доступа к той самой информации. И хотя Мерлин уже успел сто раз пожалеть о том, что взял на работу двух неуравновешенных подростков с кучей проблем личного и семейного характера, он до последнего не верил в виновность Хескета, и только благодаря этому парень до сих пор жив. Подтверждение о похищении агента пришло вечером, когда Гарри по настоятельному «дружескому» совету Мерлина все же отправился домой. — Почта, сэр, — сообщил Стюарт, протягивая конверт. Обратного адреса не было. Как и любой другой информации. Только место, куда ему следует прийти. Естественно, одному. Похоже, он снова имеет дело с любителем старых шпионских фильмов. — Об этом никому ни слова, — бросил Гарри, выходя из ателье. — Да, сэр.

***

Проникнуть в указанное в письме здание оказалось проще, чем он предполагал. Ему велено было приходить одному, но никто не гарантировал, что отправитель письма никого не приведет. Но наемники, охранявшие внушительного вида особняк, на вид казавшийся неприступной крепостью, практически не сопротивлялись. Напротив, они как будто старались не вступать в бой. Опытного агента это должно было насторожить, но Гарри сейчас волновало только спасение Эггзи. Избавившись от последнего врага, Харт оказался перед комнатой с тяжелой стальной дверью. Артур толкнул дверь. Та на удивление легко поддалась. Хотя, чему тут удивляться? Все ему давалось слишком легко. От неожиданности Гарри пролетел на добрую половину комнаты вперед и оказался перед самой кроватью с распятым на ней Эггзи. В один короткий момент до него дошло. Голый Эггзи, привязанный к огромной кровати, да что там, целому траходрому, в весьма вызывающей позе. Звон в ушах, совсем тихий, но раздражающий. Он словно медленно разъедает мозг. Гарри уже слышал этот звук в схожей ситуации — в ту самую ночь. А потом в церкви перед бойней. За звоном последовала тошнота и головокружение — начало работать защитное поле, встроенное Мерлином в очки. Разработка на данном этапе сырая и малоэффективная, так что нужно убираться отсюда как можно скорее. Гарри попятился к двери, но та уже была заперта. Сработал автоматический замок. Он оказался в ловушке. — Гарри! — голос Эггзи слабый, но ровный. Бедный мальчик, чего ему только стоило пребывание здесь. Старый дурак! Если уж он о себе не думал, стоило подумать, что будет с Эггзи. Мало того, что сам подставился, так ещё и парня заставил страдать. Он должен был сразу же сообщить Мерлину. Мальчик и так ещё не успел оправиться от травмы, лечение даётся ему с трудом. И теперь снова переживать всё заново. — Гарри, развяжи меня! В голосе Эггзи почти нет паники. Это хорошо. Агент Кингсмен должен контролировать свои эмоции, в какой бы заднице он не находился. Вот только у самого Артура это получается из рук вон плохо. Тело будто горит и Гарри спешно избавляется от пиджака и рубашки. Харт отступает к двери, но ноги не слушаются. Он словно со стороны наблюдает, как подходит к кровати, к которой привязан Эггзи. Стоит ему попытаться оказать сопротивление, голова тут же взрывается адской болью, обволакивая пространство темнотой. А когда он очнулся, то обнаружил себя нависающим над парнем. Делая над собой последнее усилие, не обращая внимания на разрывающую мозг боль, Гарри пытается развязать веревки. И тут же лишается очков, которые летят куда-то в сторону. Последний защитный барьер разрушен. — Что ты… делае…шь? — язык заплетается, хочется просто трахнуть его без лишних слов. — Спасаю твою дурью башку! Гарри, какого хрена ты полез меня спасать? Гарри тем временем принял последнюю отчаянную попытку спасти их обоих. Нужно всего лишь найти устройство и уничтожить его. Он отодвинул ящик прикроватной тумбочки, но там не нашлось ничего кроме тюбика со смазкой. Предусмотрительные ублюдки! Гарри не успел проверить нижний ящик, потому что Эггзи притянул его к себе. И это стало последней каплей. Дальше он мог лишь наблюдать за происходящим со стороны, полностью потеряв контроль над телом, но прекрасно осознавая все, что с ним происходит. Словно не его Эггзи притягивает ближе к себе и неумело целует. Не он сначала отвечает на поцелуй, а потом перехватывает контроль и начинает хозяйничает во рту парня. Не он освобождаясь от остатков одежды, разрывает веревки одним резким движением, а затем грубо переворачивает Анвина на живот. Не он вводит сразу два пальца, смазанные лубрикантом, так заботливо оставленным в тумбочке их тюремщиками, не забывая при этом оставлять засосы на спине и плечах Эггзи. Который, кстати говоря, даже не пытается сопротивляться. И будто бы не он начинает двигаться, быстро наращивая темп. Сначала Гарри слышит сдавленные стоны, но потом стихают и они. Все заканчивается внезапно. Он просто понял, что снова в состоянии контролировать свое тело. Эггзи лежит под ним неподвижно, пальцами вцепившись в края простыни. Крови нет, только синяки на бедрах и на плечах. Гарри с ужасом представлял, что будет дальше. Каково было парню переживать все во второй раз? Он слезает с кровати и осторожно касается парня. — Эггзи… Анвин внезапно разворачивается, так что Гарри не успевает увернуться от крепкого удара. Он определенно теряет хватку. — Гарри, ты кретин! — от следующего удара все же удалось увернуться. — Я знаю, Эггзи, я знаю, — он перехватывает руки парня, который в общем-то не особо уже старается наносить удары, и прижимает его к себе. Тот к его удивлению не сопротивляется и не пытается вырваться. Хоть Эггзи и понимал, что сам виноват в сложившейся ситуации, он был зол на Гарри. Да, он сглупил, решив заняться самодеятельностью и нарушив инструкции. Какая к черту разница? Если его хотели похитить, сделали бы это в любом случае. Но Гарри знал, что это ловушка и все равно пошел сюда в одиночку. Теперь они оба оказались в ловушке, вынужденные следовать задуманному Поппи сценарию. Гарри пытается сопротивляться, но Эггзи не может этого допустить. Он не может потерять Гарри второй раз. Харт отстраняется в поисках устройства. Плохая идея. Хоть и очевидная. И конечно же, устройство защищено от попыток уничтожения. Стоит Гарри попробовать повредить его, комната взлетит на воздух. Эггзи и сам не понял, как сделал то, что сделал. Тело отреагировало быстрее мозга, и излучение тут вовсе ни при чем. Эггзи не знал, почему, но на него эта хреновина по-прежнему не действовала. Он притянул Гарри к себе. Поцелуй вышел столь же нелепым, как и тогда, когда он пришел к Гарри домой. Но сейчас ему было плевать, потому что его действия оказывают нужный эффект. Харт перестает сопротивляться. Анвин даже не чувствовал движений Харта внутри себя. Он вообще ничего не чувствовал. Единственное, о чем он думал в тот момент, это чтобы с Гарри все было в порядке. Как физически, так и психически. Но когда все кончилось, он не нашел ничего лучшего, как хорошенько ударить наставника. Не за себя и за то, что ему пришлось вновь пережить. Хотя нет, за себя. За то, что Харт вновь подверг себя смертельному риску. В конце концов он позволяет себя обнять и сам крепче прижимается к наставнику. Интересно, он хоть кому-то сказал, куда пошел? Наверняка нет. Но судя по доносящимся снаружи голосам, о его местонахождении уже догадались. Вот в комнату входят двое агентов Кингсмен. Вот они расцепляют не желающих отпускать друг друга пленников. Осматривают сначала одного, потом другого. Теперь все будет Хорошо. Теперь можно дать волю слабости и с чистой совестью сбежать в спасительную темноту, что он и делает.