Моя боль. Моя любовь.

Мальчик стоял посередине комнаты блуждая глазами в будоражащей душу тьме. Мальчик не понимал, почему здесь так жутко воняет страхом и смертью. Тени заползали в душу, оставляя после себя горькое послевкусие и чтобы избавится от надоедливого запаха, мальчик прижал руки к лицу. Затем вспыхнул свет. — Почему я должен находится здесь, в обществе этих мертвых игрушек?! — вскрикнул мальчик, пытаясь привыкнуть к свету. — С ними нельзя поиграть! — А разве ты не наигрался с их телами? — Телами? Я вижу только остывшие трупы. Здесь холодно, я хочу домой. — А где твой дом, Шинья? Мальчик напрягся и выдавил из себя издевательскую полуулыбку. — Это хорошо что ты называешь меня по имени. Как долго я должен оставаться здесь? — Пока из тебя не выйдет все зло. — Зло? Какое зло? Посмотри на меня, Махиру, я ангел и ты это знаешь. Та, что звалась Махиру сделала шаг и сцепила пальцы за спиной. — Ты больше не будешь играть, ты убил всех детей, которые с тобой были. — Я не убивал. Они сами споткнулись и упав разбили себе головы. — Тогда почему кровь на твоих руках, Шинья? Мальчик поднял на неё сияющие от возбуждения голубые глаза и встретился с её, янтарного цвета. — А разве не этого от меня желали настолько сильно, что запихнув сюда, дали мне свободу действий. — Шинья… — И разве не твоя семья нацепила на меня этот ошейник используя мою минутную слабость перед тобой, Махиру. — Он не позволит тебе убить меня. — О, а я должен? Должен ли… Шинья покосился в сторону Махиру и начал подходить ближе. Девочка не двигалась. С жалостью и страхом смотря в глаза своему названному брату она испытала приступ ненависти к своей семье. Она не хотела видеть Шинью таким. — Я не желаю тебе зла… — Заткни свою пасть! — Шинья кинулся к ней, но тут же, едва коснувшись края её аметистовых волос повалился на пол, содрогаясь в новых приступах боли. Тело пронзило током, а в глазах заплясали искры. — Проклятие… — Только не нужно притворятся. Я знаю кто ты и на что способен. — Неужели? — Шинья вновь поднял глаза сталкиваясь взглядом с Махиру и продолжил: — Ну и кто я? — Человек хранивший в своем сердце дьявола. Я знаю тайну твоего рождения и знаю почему ты сдесь. — Я скучаю по былым временам, когда еще можно было почувствовать вкус свободы на алых от крови губах, — Шинья встал и его голос слегка напрягся, — моя мать… — Умерла, пытаясь заодно избавится и от тебя. В ней жил демон, который так яро желал твоей смерти, что в конце концов, руками своего носителя начал разрывать плоть, пытаясь добраться до тебя. Ты хранишь в себе часть этого демона и моя семья хочет обуздать его силу. — Пусть попробует, — Шинья улыбнулся и тут эже упал на колени, — я устал. — Я знаю, — Махиру опустилась рядом с ним и коснулась рукой его влажных светлых волос, — ты веришь мне? — Ты будешь моей, — Шинья говорил серьезно, словно и не был ребенком вовсе, словно ему не было всего девяти лет, — они так сказали. Мы поженимся когда я стану старше. И будь уверена, Махиру, что получив взрослого себя я использую все возможности, чтобы насладится тобой. Ты станешь моей местью. — Тогда позволь и мне стать твоей силой, — Махиру пронзила его взглядом полным томной печали и Шинья нахмурился. — Силой? Ты хочешь использовать мои возможности? — Я спасу тебя, — Махиру наклонилась, почти что касаясь холодными губами его горячего рта, а затем, щелкнув чем-то на шее Шиньи сняла ошейник. Глаза мальчика расширились, он выждал несколько слишком длинных секунд, пока ошейник не оказался брошенным на пол, а затем резко отпрыгнув ударился об стену. — Что тебе нужно? — шипел он. — Что тебе нужно?! — Я боюсь, Шинья. — Меня? — демон, что пожирал его душу смотрел на девочку красными глазами. — Нет, другого. Я боюсь потерять человека. Уже потеряла. — Как это понимать? — Сегодня я была очень счастлива, Шинья. Я увидела мальчика, черноволосого, с удивительными фиолетовыми глазами, которые прожигали меня насквозь. Мы лежали на траве, наблюдая за облаками и солнцем. Ветер ласкал нашу кожу и пальцы в один миг переплелись… А затем, пришли они, те, что зовутся семьей и избили его, а меня забрали… — Махиру не могла закончить так как начала плакать. — Я знаю почему. Он что-то вроде боковой ветви на огромном дереве власти, крыса или мусор, как его назвали старшие братья. Но я люблю его, он нужен мне. — Больше чем я? — серьезно спросил Шинья. — Тебя я люблю тоже, но его сильнее. Прости. — Хмм, — Шинья спрыгнул со стены и мягко приземлился на пол, — ты так и не сказала, чего хочешь от меня. — Помоги мне победить их, — тихо шепнула Махиру, когда Шинья приблизился к её лицу, — помоги одолеть эту семью, уничтожить её до корня. Я ненавижу Хиираги. — Я тоже, — на одном выдохе прошипел Шинья и их руки сплелись в взаимной ласке. — И какие средства ты будешь использовать? — Сначала, я хочу, чтобы человек живущий внутри этого тела вернулся в мир. — Но, тогда тот, кого ты знаешь сейчас умрет. — Нет не умрет. Ты получишь силу, я дам её тебе, со временем. Ты будешь единственным из всех который не будет одержим демоном. — И что это будет? — торопливо спросил Шинья. — Светлая магия, не связанная с демонами, ну, или почти не связанна. Я дам тебе то, что сильнее черной магии Хиираги. Шинья расхаживал между трупами обдумывая сказанное Махиру. Он, рожденный от демона станет человеком? Да это посмешище на весь его проклятый род. — А мой отец, ты знаешь где он? Махиру умолкла и Шинья схватил её за плечи. — Что с ним сделали эти проклятые людишки? — Убили, — тихо проговорила Махиру и опустила глаза, — он хотел спасти тебя и он смог бы если бы… — Если бы что? — глаза Шиньи наливались гневом, он все сильнее сжимал плечи девочки, пока под его побелевшими от нажима пальцами не стали появляться красные капли. — Ты убил его, Шинья, — Махиру положила ладони на руки мальчика пытаясь удержать его, - то, что внутри тебя погубило его, как и твою мать. Вот почему ты должен поверить мне, ради меня и собственного спасения. Шинья тяжело повалился на пол. Папа… Мама… и эта девушка. Она… она любит его? — Ты любишь меня? — Шинья преданно посмотрел ей в глаза. — Как любила бы мама или отец… — Да, — Махиру была честна, она яро прижала худое тело мальчика к себе, — я люблю тебя даже сильнее, потому что хочу спасти всего тебя, братик Шинья. Глаза мальчика стали наливаться слезами и Махиру поднялась с колен удерживая его за руку. Когда уже почти у двери она обернулась, чтобы посмотреть на него то ужаснулась: вместо слез, по бледным щекам стекала кровь, касаясь края губ и скатывалась по подбородку. — Спаси меня, — прошептал Шинья, — я помогу тебе избавится от семьи, чтобы ты смогла жить в мире со своей любовью так же, как я буду жить человеком, — он замолчал, а затем добавил: — Достойным. Когда его легкие впитали в себя теплый весенний воздух, демон закрыл глаза, чтобы упасть в объятия темного, абсолютного ничто и спустя два дня свет мира открылся не черному существу, а светлому, полному любви и ненависти в своем прекрасном противоречии человеку, чьи синие глаза с нежностью ласкали взглядом Махиру.