"Не твоя война"

Она стояла к нему настолько близко, что Сергей, при желании, мог спокойно дотронуться до нее, не вытягивая руки. Но он продолжал стоять как вкопанный, глядя в серые почти прозрачные глаза обрамленные множеством морщин. Сам не понимая почему, но он боялся пошевелиться. Словно не хотел спугнуть, чтобы добраться до истины, которая была сейчас так необходима ему. И он продолжал стоять, медленно водя взглядом, чтобы узреть хотя бы маленькую деталь, способную дать подсказку. Серое платье с медалями, цветастый платок, трость, старенькие туфли и… - Помогите мне, сынки, - ее голос уже не пугал, а заставлял прислушиваться, чтобы не упустить ничего из ее речи. - Как? – слегка охрипшим голосом спросил Филатов, боясь, что после этого вопроса все закончится. Но к его удивлению она помотала головой, шагнула назад, начиная растворяться в наползающем тумане, и еле слышно произнесла: - Они никого не пощадят. А вы спасете. Я знаю. И ее образ начал расплываться, заставляя Сергея в отчаянии распахнуть глаза… *** Яркий свет, пробивающийся между досок, больно резанул глаза, заставив Филатова поморщиться. На то, чтобы вернуть себе зрение, пришлось потратить около минуты. Но когда взгляд смог сфокусироваться, Сергей замер в недоумении. Перед ним, тревожно глядя в его лицо, сидела незнакомая девушка. Ее белокурые волосы слиплись от пота и грязи, торча в разные стороны. Бледная кожа была перепачкана, на тонкой губе запеклась кровь, а серые глаза, в которых, казалось, не осталось жизни, безотрывно смотрели на Сергея, даже заставив его сглотнуть. - Ты кто? – охрипшим голосом выдавил из себя Филатов, быстро приняв сидячее положение и тем самым немного напугав девушку. Она попятилась назад, но взгляда не отвела. - Таня, - ответила она, и уголок ее губы слегка дернулся. - Где мы? – задал следующий вопрос Сергей. - А ты как думаешь? – усмехнулась девушка и, поднявшись на ноги, отошла в другой конец помещения, усевшись на старое перевернутое ведро. Только сейчас Сергей смог увидеть место, где он находился. Небольшой сарай, сколоченный из деревянных досок, которые местами пропускали солнечные лучи. На полу сырая холодная земля, застланная сеном, которое от времени и сырости начало гнить и издавало довольно неприятный запах. Обведя помещение взглядом и на секунду задержав его на девушке, которая наблюдала за ним из угла сарая, Сергей вскочил на ноги и, подбежав к стене, прильнул к расщелине, стараясь разглядеть то, что происходит снаружи. - Не старайся, - подала голос Таня, привлекая к себе взгляд Филатова. – Кроме елок ничего не увидишь. - Мы в лесу? – повернулся к ней Сергей. - Нет, - мотнула головой девушка. – Мы в деревне. А сарай на отшибе у леса. только сбежать не пытайся даже. Тут охрана хлеще чем у комендатуры. Нахмурившись и глядя на девушку, Филатов отошел от стены и, сгребя ногой сено, опустился на землю. - Нас трое было, - вдруг тихо сказал он, уже давно поняв, что друзей здесь нет, и он остался один. Но на лице девушки проскочила полуулыбка. Она была измученной, но в то же время словно успокаивающей. - Ночью гроза была и ветер сильный. Провода у комендатуры оборвало, вот всех пленных и угнали на работы. Твой друг в себя быстрее пришел. - А девушка? – обеспокоенно спросил Сергей. – С нами девушка была… - Забрали ее утром, - пожала плечами Таня, для которой все это было видимо уже в порядке вещей. – В комендатуру увели. Допросят и вернут. Друга твоего уже водили. Скоро и за тобой придут. И так пару дней, пока вы им не скажите то, что им надо. - А что потом? – насторожился Филатов, хотя ответ уже знал. - Они никого не пощадят, - мотнула головой Таня. Фраза, сказанная девушкой, заставила молодого человека насторожиться. Она будто эхом отдавалась в его голове, заставляя мысли бегло вертеться в голове и строить логические цепочки. - А ты как сюда попала? – настороженно спросил Сергей. - Да как и большинство пленных, - усмехнулась девушка. – Из Ленинграда мы все. Я в обороне участвовала, когда наше командование разведгруппу решило собрать, чтобы отыскать главный штаб, ну и бахнуть по нему из артиллерии. В общем, не рассчитали силы… По мере рассказа девушки, глаза Сергея раскрывались все шире. Худенькая, невысокого роста с серыми глазами… Неужели это была правда и все могло закончиться в любую минуту?! И Сергей незаметно даже ущипнул себя, боясь, что это окажется сном. Но Таня так и продолжала сидеть в углу, никуда не исчезая. «Как же все просто, - подумал про себя Филатов, чувствуя, как губы расплываются в улыбке». *** Несмотря на то, что в комнату, обставленную под рабочий кабинет, проникало яркое солнце, она казалось мрачной, пропитанной болью и злобой. Но Вере было уже все равно, и она продолжала смотреть на долговязого мужчину в форме полковника СС словно играя с ним в игру «Кто кого переглядит». Руки дрожали, глаза смотрели исподлобья. Но мужчина только усмехался, в какой-то степени поражаясь стойкости этой девчонки. Еще раз криво улыбнувшись, он покачал головой и по комнате снова раздался насмешливый голос с противным (так казалось Вере) акцентом. - Наивная маленькая девочка! – начал снова говорить полковник после некоторого молчания. – За что ты борешься? – он встал с места и, заложив руки за спину, заходил по комнате. – За Советскую власть? За страну, которой скоро не станет? – он подошел к Вере и, наклонившись к ней лицом к лицу так, что она ощущала его дыхание, добавил: - Вы - слабая нация и вам никогда не победить Великую Германию! Вера с силой сжала зубы, искренне желая ударить или хотя бы плюнуть в лицо этому самоуверенному «палачу», но вместо этого лишь растянула в улыбке разбитые в кровь губы и произнесла, глядя в довольные глаза немца: - Нет. Это вы слабая нация и скоро мы победим вашу Великую Германию! Мы будем отмечать победу, а вы побежите, как трусливые собаки! Последние слова она произнесла с такой яростью, что улыбка слетела с лица мужчины и он, выпрямившись, сделал несколько шагов назад, стараясь отойти подальше от девушки, лицо которой выражало какое-то безумие. Он смотрел на нее с пару минут, затем подошел к двери, приоткрывая ее, и что-то крикнул. Что, Вера не знала, но вскоре поняла, что за ней пришли, когда в комнате появился здоровенный солдат. Как маленького котенка, он поднял Веру за шкирку и буквально поволок ее за собой, уводя все дальше от комендатуры, в которой девушка провела, как ей казалось, не меньше четырех часов. Теперь, оставалось только надеяться на лучшее и верить незнакомой пленной девушке, по слова которой их убьют не сразу. И когда вдалеке замаячил дощатый сарай, Вера шумно выдохнула, не в силах сдержать в себе чувство облегчения. *** На улице уже давно стемнело, и в сарай проникал лишь тусклый свет от фонаря, висевшего на улице. Вымученная дневным допросом Вера забылась тяжелым сном и теперь лежала неподалеку от Сергея, который шепотом разговаривал с Олегом, изредка поглядывая на Таню, которая лежала у противоположной стены, закинув руки за голову, и разглядывала потолок. - Серег, значит, нам повезло, - тихо усмехнулся Олег, но тут же поморщился, дотронувшись до разбитой скулы. – Это получается, что та бабка просила спасти ее в 43-ем и ели учесть, что сейчас она жива, то у нас все получилось. - Выходит, что так, - кивнул Филатов, лицо которого украшали ссадины после дневного допроса в комендатуре. – Остается только свалить отсюда. - Как? - Тут земля мокрая и осевшая, - засуетился Сергей, быстро подобравшись к стене, где между досками и землей был небольшой просвет. – Если сделать подкоп, то окажемся на стороне леса. - Там же охрана, - выпучил глаза Олег. - Хочешь помереть здесь в 43-ем, пожалуйста, - произнес Филатов. – А я еще пожить хочу… в свое время. И бабку эту, - он кивнул в сторону Тани, - спасти, чтобы спать спокойно! - Да я тоже кони двигать не собираюсь, - возмутился Олег и на коленках пополз по земле в поисках хотя бы чего-то, что могло помочь сделать подкоп. Их передвижения по сараю привлекли внимание Тани и разбудили Веру. Переглянувшись друг с другом, девушки уставились на молодых людей, которые продолжали методично исследовать сарай и набросанное сено. - Этим пробовать надо, - изрек Филатов, беря в руки ведро. - Вы подкоп решили сделать? – воскликнула Таня. - Тихо ты, - шикнул на нее Васильев. – А то даже копнуть не успеем, фашисты сбегутся. - Они же нас всех перестреляют! – произнесла Таня, поджимая губы. - Не успеют, - мотнул головой Сергей. – Я эти места знаю, - сказал он, вспоминая историю. – Нам бы только лес миновать, а дальше немцев нет и быть не может. - Ты уверен? – тихо спросила Вера, подходя к Филатову. Он тут же встал на ноги, выпрямляя спину, и взглянул в ее обеспокоенное лицо. - Уверен, - кивнул Сергей даже не подозревая, как же он ошибается. *** Крики, лай собак и выстрелы разрушали тишину заканчивающейся ночи, но четверо людей продолжали бежать вперед, иногда пригибаясь ближе к земле и вскрикивая от очередной пули, просвистевшей над головами. - "Уверен я! Немцев там нет и быть не может!" – в очередной раз прикрыв голову руками, проворчал Олег, продолжая бежать вперед. – Историк, твою мать! Сергей промолчал, потому что был абсолютно согласен с другом, поскольку из-за неточно просчитанного места теперь могли погибнуть все, поскольку немецкий патруль, на который нарвались сбежавшие пленные, практически наступал им на пятки не давая даже остановиться. И они продолжали бежать, почти не чувствуя своих ног. Падали и снова поднимались, пытаясь спасти свои жизни. Не умереть в далеком 43-ем и спасти двух девушек, которым, возможно, предстояло еще прожить долгую и счастливую жизнь. - А-а-а! – визг Веры противно резанул слух Филатова, заставив его резко развернуться. - Не останавливайтесь! – крикнул он Олегу и Тане и метнулся к девушке, на ходу подхватывая с земли тяжелую палку. Опрометью подбежав к Вере, Филатов замахнулся палкой раз, потом второй, третий… И немецкая овчарка, настигшая их и вцепившаяся в ногу Веры, жалобно заскулила и рухнула навзничь. - Все, все, - заключая в объятия девушку, приговаривал он, чувствуя, как она трясется в его руках от страха, от боли. – Ты идти сама сможешь? Но Вера не ответила на его вопрос. Она лишь подняла испуганный взгляд и, взглянув в глаза Сергея, спросила: - Мы умрем и я больше никогда не увижу тебя. - Никто умирать пока не собирается, - усмехнулся Сергей. - Все равно, - мотнула головой Вера. – Я могу больше никогда не увидеть тебя. Теперь промолчал Сергей. Она была права. Скоро это их путешествие закончится. Они вернуться в свое время, она останется в своем и их пути больше никогда не пересекутся. Хотя, возможно, когда-нибудь они все-таки встретятся. И возможно она даже узнает его, но не поверит свои глазам, а он просто пройдет мимо старой седой морщинистой старухи, даже не поняв, что это Вера – медсестра, которая с самого начала проникла в его сердце и… Дальше додумать Сергей не успел. Дрожащие губы Веры приникли к его губам, запечатлевая на них последний, прощальный поцелуй, который через секунду был прервал криком Олега, требующего поторопиться. И они снова бежали, слыша лай собак, крики и выстрелы, приближающиеся к ним с каждой минутой. Когда, добежав до оврага, снова послышался женский выкрик, молодые люди не сразу поняли кому он принадлежит, но когда Таня, схватившись за ствол дерева, начала оседать на землю, выпучив глаза, то вопросов уже никто себе не задавал. Тут же кинувшись к девушке, в попытке помочь, Олег и Сергей были отогнаны Верой, методично и со знанием дела начавшей осматривать ранение. Но спустя минуту, которая отнимала у них драгоценное время, а немцем давала возможность приблизиться, девушка со страхом взглянула на молодых людей. - Что? – непонимающе спросил Олег. - Да не жилец я, - ответила за Веру Таня, чувствуя, как во рту появляется металлический привкус. - Не, не, не! – хором воскликнули молодые люди, в панике соображая, что надежда вернуться домой угасает вместе с жизнью девушки. - Давай, поднимайся, - Васильев попытался помочь девушке приподняться, но Таня не сделала и попытки пошевелиться, лишь тяжело дышала и улыбалась уголком губ. Все это время Вера со страхом оглядывалась по сторонам, слыша, что немцы приближаются к ним все быстрее, а на молодых людей поглядывала с удивлением. Она не могла понять причину такого беспокойства за незнакомую им девушку. Да, ей тоже было жаль ее, но молодые люди вели себя так, словно теряли родного человека или лучшего друга. И такому поведению Вера не могла дать объяснений. Выстрелы прекратились уже давно. Видимо, заслышав Танин крик, немцы расслабились, решив, что беглецы не смогут скрыться далеко, таща за собой раненого. Но лай собак становился все отчетливей, и через пару минут Вера выпучила от страха глаза, глядя на силуэты, замелькавшие вдалеке. - Ребята… - тихо позвала она, сглотнув подступающий к горлу ком. Олег и Сергей, которые держали под руки полумертвую Таню, медленно подняли взгляды и замерли. На них, вскинув автоматы и держа за поводки рвущихся собак, шли немцы. Сколько их было, они не могли сосчитать, поскольку нервы были натянуты, а внутри разразилась такая паника, что мозг просто отказывался работать. - Все, - нервно хохотнул Васильев. Сергей хотел что-то ответить, но почувствовав теплую руку Веры, вцепившуюся в рукав его кителя, перевел взгляд на девушку. Она смотрела на него в упор. Но в ее взгляде помимо страха брезжила какая-то надежда. Словно она просила его, умоляла и знала, что он поможет, что он сделает все, чтобы они выжили. И Сергей, внезапно, будто по инерции, вдруг толкнул Веру от себя. - Все будет хорошо. Только и успела услышать девушка, прежде чем покачнуться, оступиться и кубарем полететь в овраг, чувствуя, как мелкие камни и ветки больно впиваются и царапают кожу. Очутившись на дне, Вера не сразу открыла глаза, еще плохо понимая, что произошло, но три выстрела быстро привели ее в чувства, заставив зажать рот руками, чтобы подавить крик. Все было кончено. Она больше никогда не увидит их. Не увидит Его. Его улыбку, взгляд. Не почувствует прикосновения его рук. Из глаз потекли слезы, а взгляд смотрел вверх, ожидая, что сейчас мелькнет силуэт, обтянутый вражеской формой, прозвучит еще один выстрел и она почувствует, как свинец пробивает ее тело. И от этих мыслей голова начала кружиться, а боль в ноге нарастать с каждой минутой так, что вскоре пелена закрыла глаза и Вера провалилась в темноту. *** Осознание того, что все закончилось, пришло не сразу. Они долго стояли, как вкопанные, глядя друг на друга и ощупывая себя, чтобы убедиться, что они целы. Уставший мозг отказывался верить во все, что произошло, что все закончилось. Они смогли, выбрались из этой игры времени. Но на душе было так противно, что до трассы Сергей и Олег шли молча, изредка поглядывая друг на друга. - Почему мы вернулись? – охрипшим голосом вдруг поинтересовался Олег, прерывая тишину. – Мы же не спасли ее. - Я не знаю, - мотнул головой Сергей, смотря себе под ноги. – Главное, мы вернулись. Но последнюю фразу он буквально выдавил из себя, понимая, что где-то в душе, он хотел остаться там в 43-ем, чтобы видеть Ее, чувствовать прикосновения, наслаждаться голосом. Только все это осталось лишь в воспоминаниях, которые больше напоминали сон. А сейчас была реальность, в которой никогда уже не будет Ее. *** Когда двое молодых людей влетели на территорию отделения милиции, никто даже не обратил на них внимания, поскольку эти люди были частыми гостями ОВД. А знакомый капитан, стоящий у крыльца, обреченно закатил глаза, понимая, что ему опять хотят подкинуть сверхурочную работу. - Ты уверен, что хочешь этого? – на ходу спросил Олег, еще раз с сомнением взглянув на друга. - Уверен, - кивнул Сергей, подлетая к капитану. - Вы че, как черти из табакерки? – усмехнулся тот, смотря на взмыленных друзей. - Лех, помощь твоя нужна, - быстро проговорил Филатов. - Что на этот раз? - Человека помоги найти. - Ну как всегда. Кого опять? Владельца медали, портсигара или… - Деву… - начал было Филатов, но тут же поправился: - Бабушку. Тулякова Вера… - он с сомнение взглянул на Олега. - Вроде Ивановна, - пожал плечами тот, вспоминая, как тогда, в госпитале, один из солдат с уважением обращался к молоденькой медсестре. - Чего?! – тут же вскинув брови и растянув губы в усмешке, переспросил Алексей. – На кой вам эта бабка полоумная сдалась? - Какая бабка? – в недоумении переглянулись друзья. - Так, которая вас вот здесь дворе поймала, - снова усмехнулся капитан. – Приходит каждый день и помощи просит. Хотя, пару дней нет ее уже… При этих словах Олег и Сергей ошарашено переглянулись. - Я, кажется, начинаю понимать, - произнес Филатов, уже не обращая внимания на Алексей, который удивленно смотрел на них. – Она сказала, что они никого не пощадят, а мы спасем. Я столкнул ее в овраг. Они не нашли ее. Капитан все это время недоуменно смотрел на друзей, пытаясь понять, всерьез они или бредят. - Ребят, с вами все нормально? - Нормально, - находясь в ступоре, кивнул Олег, теперь тоже понимая, что все это время та, которую они хотели найти, была рядом с ними. - Лёх, адрес ее дай, - все еще находясь в небольшом шоке, попросил Сергей. Капитан снова усмехнулся, помотал головой, достал блокнот, быстро черкнул адрес и, вырвав листок, протянул Филатову. - Ну, держи, - улыбнулся он, но тут же, спохватившись, сказал: - Щас, подождите, - он махнул рукой, быстро скрылся в здании, но тут же вышел, держа в руке цветастый платок. – Туляковой отдайте, - протянул он Сергею платок. - На лавке оставила. Филатов лишь закивал и, развернувшись, вместе с Олегом направился к воротам, стараясь понять, что делать дальше. *** Они долго стояли возле двери с нужными цифрами и не могли нажать на дверной звонок. Можно было развернуться и уйти, забыв обо всем, как о страшном сне, но Сергей будто чувствовал, что ему нужно идти до конца. Поэтому, крепко зажав в руке платок, он вытянул руку и указательным пальцем надавил на кнопку. Раздались приятные трели и почти сразу распахнулась дверь, являя взорам друзей молодую женщину с припухшими от слез глазами. - Вы к кому? – поинтересовалась она, увидев незнакомых людей. - Тулякова Вера Ивановна здесь живет? – с опаской спросил Сергей, ловя себя на мысли, что он боится услышать ответ. - Здесь, - нахмурилась женщина. – А вы кто? - Мы… Вот, - быстро сообразил Филатов и протянул платок. – Она возле ОВД оставила. - А, вы из милиции, - вздохнула женщина, забирая находку. – Нет бабушки. - Умерла? – нахмурился Филатов. - Да типун вам на язык, - отмахнулась женщина, шмыгнув носом. – В больнице она. Все это время, пока Филатов разговаривал с женщиной, Олег осматривал ту часть прихожей, которая виднелась из-за спины хозяйки квартиры. Неожиданно его взгляд остановился на комоде, где стояли несколько рамок с фотографиями и Васильев сглотнул, ловя себя на мысли, что от перемещений во времени его разум помутился. - Серег, - толкнул он друга в бок и кивнул в направлении комода, глядя на него «страшными» глазами. Выглянув из-за плеча хозяйки квартиры, заинтересовавшись тем, что так напугало друга, Филатов обомлел. На одной из фотографий были изображены пятеро: мужчина и женщина в возрасте, хозяйка квартиры, которая стояла перед ними на пороге, та старушка, просившая о помощи и… Вера. Его Вера. Такая же милая, с блестящими глазами и улыбкой, которая всегда так завораживала его. - А это кто? – обалдело выпучил глаза Сергей, бесцеремонно пройдя в коридор и взяв в руки фоторамку. - Это? – недоуменно спросила женщина, поразившись наглости гостей. – Это сестра моя. Бабушка к ней в больницу уехала, - и она неожиданно начала всхлипывать, выпуская скопившиеся слезы. - Она из дома неделю назад ушла. Бабушка в милиции все пороги оббила. Помощи просила, чтобы нашли. А ее вчера только нашли где-то в области. Не знаем даже, что произошло… То ли с обрыва упала, то ли… Вера всегда была себе на уме. Музыка эта странная, одежда… Бабушку совсем не уважала. На парад с ней не пошла. Говорит, что не нужен уже никому этот праздник. Я с ней поругалась, она и сбежала. А после того, как нашли, ее словно подменили… Дальше друзья уже не слушали длинную речь женщины, поскольку, все встало на свои места. Только сейчас у друзей сложилась вся картинка произошедшего. Только теперь они поняли, какой помощи ждала та бабка во дворе ОВД и кого просила спасти. - В какой она больнице? – вдруг спросил Сергей. - В третьей городской, - недоуменно произнесла женщина, даже перестав плакать. Больше не сказав ни слова, друзья переглянулись и, как ошпаренные, метнулись вниз по лестнице, оставив женщину так же недоуменно стоять в дверном проеме. *** Боль в сломанной ноге совсем не чувствовалась, зато в груди все сжималось раскаленными тисками. Но Вера уже не плакала, лишь смотрела на обеспокоенную бабушку, сидящую возле больничной койки, и прокручивала в голове все то, что произошло с ней за год. «Нет, не год, - пронеслось в голове Веры. – Всего неделя. Здесь прошла всего какая-то неделя. Как это может быть?!». Но за эту неделю, которая прошла тут, и за год, который остался там, сознание Веры полностью изменилось. Только теперь, пройдя все то, что довелось испытать людям в то ужасное время, девушка поняла, как дороги эти воспоминания, как значим праздник, объединяющий всю страну, и как ценен он для ее бабушки, в честь которой и была названа Вера, полностью являясь ее тезкой. - Бабуль… - дрожащим голосом произнесла девушка. – Прости меня… - Ну что ты, моя голубка, - Вера Ивановна, - я не сержусь. Вера прерывисто вздохнула, ощущая, как бабушка с любовью поглаживает ее по волосам. А в голове снова заиграли картинки из прошлого. И из глаз снова брызнули слезы. Вера понимала, что война не щадила никого и многие теряли своих родных, близких. Но ощутив все это на своей шкуре, Вера не могла смириться с этим, разрываясь на кусочки от боли. А перед глазами так четко рисовался Его образ, что хотелось взвыть белугой. И Вера понимала, что не смогла противостоять своим чувством, слишком близко подпустив к себе капитана Филатова, который погиб в далеком 43-ем году спася ее. - Зачем он это сделал? – всхлипнула Вера, не заметив, что произнесла это вслух. - Не горюй, голубка, - мягко произнесла бабушка. – Не твоя это война… И она, поднявшись со стула, медленно направилась к двери. - Бабуль, ты куда? – спохватилась Вера, шмыгнув носом. Но бабушка даже не обернулась, выходя в больничный коридор, где к палате только что подбежали два запыхавшихся молодых человека. - Спасибо вам, сынки, - улыбнулась Вера Ивановна и, не дожидаясь реакции, медленно поковыляла к выходу. Недоуменно переглянувшись не первый раз за день, Сергей и Олег выдохнули скопившийся в легких воздух и, открыв дверь палаты, осторожно шагнули внутрь. Но в последнюю секунду Олег остановился, слегка улыбнулся и, сделал шаг назад, закрывая дверь за Филатовым. - Сережа… - только и услышал он, прежде чем дверь плотно закрылась за ним. *** Солнце палило нещадно, оповещая о том, что этим летом от жары не удастся спрятаться никому. Но двое друзей, вооружившись лопатами, совершенно не обращали на это внимание, не первый час роя землю неподалеку от небольшой деревеньки под Питером. Пот лился градом, перемешиваясь с землей, перепачкавшей их лица. А они продолжали копать, в надежде найти отголоски прошлого, чтобы снова и снова возвращать потомкам погибших солдат память о них. Лопата глухим звуком ударилась обо что-то, заставив Олега нахмуриться. Отбросив инструмент в сторону, он начал разгребать землю руками, постепенно обнажая прогнившие доски, скрывающие за собой что-то. - Серега! Серега! – заорал он, обернувшись в направлении друга. - Скорее сюда! - Че случилось? – тут же подбежал Филатов - Там, кажется, блиндаж, - с широко раскрытыми глазами оповестил Васильев. Спрыгнув в выкопанную яму, Сергей, так же, как и Олег, начал руками раскидывать землю, пока перед ними не обнажилась стена, принадлежащая блиндажу времен Отечественной войны. Без труда вырвав из хлипкой стены прогнившую доску, друзья осторожно заглянули внутрь. - Ни черта не видно, - проворчал Олег, пытаясь разглядеть в темноте обстановку блиндажа. - Вер! – крикнул Сергей, на секунду высунувшись наружу. - Ну что, опять кого-то перебинтовывать? – послышался через секунду голос. - У меня вообще-то заслуженные каникулы! А перевязок мне и в институте хватает. – Вера спрыгнула вниз и любопытно уставилась на находку. - Что это? - Блиндаж, - улыбнулся Сергей и, протянув девушке фонарик, попросил: - Посвети. Под тонким лучом фонарика, друзья медленно обходили блиндаж, рассматривая вещи из прошлого и пытаясь найти что-то стоящее, раскрывая ящики, поднимая упавшие вещи. - Ребят, вы ничего не слышите? – вдруг нахмурившись, спросила Вера. - Нет, - мотнул головой Олег, продолжая осмотр. - Что-то тикает, - снова прислушалась Вера, идя на звук. – В углу… Сергей, разбирающий вещи в одном из ящиков, тут же выпрямился. Его лицо вытянулось, а в глазах отразился испуг. - Быстро, валим!!! – выкрикнул он и, схватив Веру за руку, потянул наверх. И едва все трое выскочили из ямы, раздался оглушительный взрыв, разнесший блиндаж в щепки и поваливший друзей на землю, щедро присыпав их землей. Сколько они пролежали без движения, никто из них не помнил. Но когда все трое пришли в себя, в ушах звенело, в воздухе витал запах гари, а где-то вдалеке раздавались хлопки. - Все живы? – не вставая с земли, поинтересовался Сергей, слыша свой голос в голове. - Что? – выкрикнул Олег, видя, как шевелятся губы друга. - Ребят, у меня в ушах все звенит, - поморщилась Вера, помотав головой. Так они и лежали, медленно приходя в себя, пока до их возвращающегося слуха не стали доноситься голоса. - Сюда! Сюда! – послышался громкий крик, перемешивающийся с хлопками. И перед взором друзей тут же появилась пара грязных кирзовых сапог. Они медленно подняли головы, обозревая человека и их глаза тут же расширились от увиденного. Перед ними, облаченный в советскую форму, покрытую пеплом и грязью, стоял мужчина, обеспокоенно смотревший на них. Заметив, что все втрое реагируют на его присутствие, он присел на корточки и зачем-то спросил: - Живы? - Твою ж мать… - только и смогли произнесли Олег и Сергей, уже понимая, что война для них не закончена…