Аукцион потерянных душ... Книга 2

Среднего роста мужчина выхаживал перед окном в кабинете, его тёмные волосы развевались, обрамляя довольно миловидное лицо, на котором читалось глубокое отвращение к происходящему. Древние эпохи сменяли одна другую. Поколения сменялись, но одно оставалось прежним — неизменная династия и право на неё. Всё плохо. Император неожиданно помер, а наследник, наследник — мальчишка! — Чёрт, чёрт! — он ударил по стене, пытаясь выпустить пар. Как могло случиться, что трон перешёл к бастарду, а не к наследнику по прямой линии? Он никогда не был женат на этом даргоне. Почему старейшие признали его — мальчишку — наследником? Ответов на вопросы не было. Все до единого подтвердили права бастарда на трон. Ну и что, что он похож на него как две капли воды? Карту хотелось все крушить. Попавшаяся саранская ваза с громким треском разбилась о стену. Раздался глухой стук в дверь, приземистый старичок поклонился и произнёс. — Милорд, там капитан Ханой приехал. — Хорошо, я сейчас спущусь. Он посмотрел, как старый слуга исчезает за дверью и двинулся к подвальным помещениям. Гулкие шаги отдавались эхом от стен древнего замка, где ступала нога многих родов — знать даргонов. Они, великие правители, гордились своим народом и своими корнями, генами. И вот что теперь — бастард на троне! Помесь даргона и демона. Неужели нельзя его было оставить просто наложником? Теперь ему, чтобы закрепить чистоту крови и искоренить это адское племя, придется марать свои руки в крови совершенно безгрешного ребенка. Почему брат не назначил его наследником? Чем он хуже этого мелкого недоразумения? Дверь с треском распахнулась, стукнувшись о каменную стену, в камеру вошел высокий мужчина, его глаза смотрели презрительно. Тайн вздрогнул от холода, который пронизывал его тело. Ему говорили, что придёт время и его могут выбрать младшим мужем. Неужели этот день настал? Но он ещё несовершеннолетний. Почему так рано? — Сэр, Вы мой суженый? Но я не достиг брачного возраста. — Я суженый?! Он посмотрел на нежное, невинное выражение лица ребенка и раздражённо произнёс. — Мне не нужен такой невзрачный муж. Ты мелкое недоразумение, которое никогда не станет мужем и не родит долгожданного наследника. — Разденьте его и сделайте так, чтобы он никогда не смог понести. И хорошо, что он не достиг брачного возраста. Его матка не должна работать. Хоть полк через него пропустите, — он отвернулся и кивнул доверенному лицу. — Но… как же так? Сэр, пожалуйста, нет, не нужно этого. Я всё сделаю, не трогайте меня. Я убегу и спрячусь, меня никто не найдёт, — заплакал Тайн. В душе поселился страх, он старался вырваться из цепких рук стражи, которая уже сдирала с него одежду, безбожно мяла нежную кожу, оставляя царапины и синяки. Карт подошёл к парнишке и взял его за подбородок, окинув диким взглядом. — Жаль, что ты родился с предназначением. Видишь эти наросты красно-чёрного цвета? Они означают, что ты предназначен правителю. А я не хочу, чтобы ты рожал. Печально, что такой экземпляр, как ты, достанется… такому, как он. Для полного комплекта уберите ему член и сферу. Без рода он не сможет восстановиться и зачать. Сделайте всё правильно и отправьте его отсюда, чтобы даже нить силы не отзывалась. Отчёт на кристаллах предоставите. Он ещё раз бросил прощальный взгляд на мальчишку и вышел, не желая наблюдать за изнасилованием. — Нет, пожалуйста, нет! — услышал он истерические крики. — Ааа… Нет… Пожалуйста, отпустите, — тело корчилось в конвульсиях, когда первый из охранников на сухую ворвался в него, разрывая, внутри болезненно скрутило, стало влажно, и из ануса потекла тонкая струйка крови. — А мальчишка-то девственник, но ничего. Давай сжимай крепче, — отовсюду неслись шлепки и довольно ощутимые удары о кожу. — Хотя с нашими членами мы быстро разработаем твою сладкую дырку, — заржал один из охранников. — Нас много, примешь всех, так что давай, работай попой, — он получил сильный удар по заднице. — Нет… Нет, мне больно, пожалуйста. Не надо, — захныкал он, сжимаясь вокруг большого члена. В комнате запахло спермой, сексом и кровью. Первый самец кончил в него. — Эй-эй, оставь нам такую сладкую жопку, — его оттолкнули в сторону и вместо него пристроился другой охранник. Он врывался в распростёртое тело с остервенением, сжимая до синяков и царапая кожу мальчишки. Тайну показалось, что его посадили на кол, настолько здоровый хрен вошёл в задницу, нанизывая его как перепёлку. Кто-то встал спереди, просовывая член в рот, заставляя его сосать и глотать вонючую сперму. Он кричал, дёргался, слыша сверху подбадривающий смех. Сколько это продолжалось — он уже и не понимал. Один сменял другого, сперма текла чуть ли не из ушей, и тело будто било током. Настолько его растрахали. А потом его накрыла ослепительная вспышка боли, всё, что было до этого, — лишь отголоски. Его скрутило, Тайну что-то вкололи, и он провалился в беспамятство. — Что ты делаешь, Сант? — одёрнул охранник своего командира, который оттолкнул его с парня ногой. — У нас приказ. — Я знаю, но он ребёнок. И не виноват, что попал в передрягу в борьбе за власть, — невысокий мужчина, плотного телосложения, оглядел своих сотоварищей. — Он, между прочим, один из немногих, кто смог бы возродить население. А вы, вы ведёте себя как звери, губя наше возможное возрождение и ведя расу к уничтожению. Посмотрите на себя, — он скривился от омерзения, — вы как скот его трахали. Вас даже не смутило, что он один из пантов. Я на подобное не подписывался. — Он смотрел на искалеченное тело ребёнка и внутри всё переворачивалось. Изрезанная кожа на спине, отрезанные гениталии, порванный задний проход, сочащийся кровью вперемешку со спермой. Сейчас от него осталась безвольная оболочка. Он скривился. — Вы омерзительны. Сотворить такое с ребёнком. — Ты сам не лучше. Что же ты нас не остановил, раз такой правильный? Или как пачкаться, так мы, а как лавры загребать, так начальство? Раз ты хочешь остаться весь в геройской славе, — ему кинули под ноги парня. — Забирай, отправь его куда подальше. Вообще-то приказано отправить его в бордель и продать с аукциона. — Что здесь продать? За него теперь ни копейки не выручить, вы испортили такого красивого ребёнка. Я завтра улетаю. И если он не загнётся до утра, заберу его с собой. Служить на этого изверга больше не собираюсь. А вы, надеюсь, так и сдохнете здесь в своей глупости и ханжестве. Сантэр поднял окровавленное тело на руки и вынес его из камеры, накинув плащ, чтоб не пугать окружающих. Мальчишка был без сознания. И он морщился от мысли, что не смог сразу вмешаться и не успел предотвратить трагедию. Пант действительно теперь не сможет зачать. Вся нижняя часть тела начинала темнеть, казалась куском мяса со свисающими ошмётками, кое-где появились синяки от многочисленных пальцев и царапины. Он достиг корабля и бегом отправился в медицинский отсек. — Мартон, где ты, чёрт возьми? — рассержено сорвался на крик. — Тащи свою задницу сюда, если хочешь, чтобы я увез ваши задницы с Маргата, — телосор-кристалл в его руках дрожал, а с рук капала кровь мальчишки. — Что так срочно? — красивый демон появился в кристалле и улыбнулся другу. — Ты уже готов? Тут он увидел его руки и вздрогнул. Друг был слишком нервный, постоянно оглядывался и, видимо, о чём-то беспокоился, взгляд уходил куда-то дальше телосора. — Да, мне нужны твои профессиональные качества врачевателя. Твои готовы? Давай тащи их сюда быстрее, я улететь должен в течение часа. Пока никто не спохватился. — Да всё готово, мы на подходе. Походные вещи и лекарства с нами. Вот только Тарин тоже бежит, итого нас трое. Корабль в гавани? На прежней стоянке? — Да. Быстрее, я почти взлетел. Поторопись. Не прощу себе, если он сдохнет. Темноволосый демон вопросительно поднял бровь, но комментировать не стал. Кивнул своим спутникам, остановился и открыл телепорт. Они оказались на комендантском мостике, где никого не было. Бросили вещи и, осторожно перемещаясь по чужому кораблю, двинулись в глубь звездолёта. — Сант, где ты? — крикнул Мартон. Корабль порадовал своими размерами и вместительностью. Он даже не подозревал, что они будут бороздить космос на подобном гиганте. — Медблок, — крикнули откуда-то сбоку. — Сделай всё, что можешь, я пока задам курс. Постарайся, чтобы мальчишка выжил. Сантэр покинул помещение, отправляясь бегом на мостик. Здесь не стоило задерживаться. Он нарушил приказ, захотел угнать биомашину и вмешался в политические игры. Мартон вбежал в помещение и содрогнулся, пытаясь сдержать рвотный порыв. Лежащее на столе тело и телом-то назвать было сложно. Раскуроченный анус, из которого стекали сперма, кровь, вперемешку с фекалиями и ошмётками, по его мнению, едва сформировавшейся матки. Сквозь кожу торчали мускулы. Тело искорёжено и изрезано ножами, рот порван с двух сторон, как будто в него пытались запихнуть предмет, намного превосходивший его размерами. Гениталии тоже оказались раскурочены, отрезаны пенис и сфера, содержащая феромоны привлечения. Он содрогнулся и его всё-таки вырвало в оказавшуюся рядом раковину. Он много повидал на своём веку, но, чтобы так искорёжить ребенка, надо быть зверем. — Чёрт! Где ты это взял и кто он? — вытирая рот, спросил Мартон, надевая халат и кивая брату. — Во что ты вляпался? Я ведь понимаю, что подобная спешка неспроста. И тебе повезло, что мы оказались здесь рядом, хотя должны были заехать в пару мест. — Прости, но я не могу тебе сказать. Просто сделай всё возможное и невозможное. Мы должны улететь из этой системы. Я достал одну штуку, мы можем попробовать гиперпрыжок. Важно, чтобы меня никогда не нашли. «И не только меня», — подумал он, оглянувшись и посмотрев с экрана на стол с почти трупом. — Постарайся восстановить всё, что сможешь. — Тарин, что скажешь? — Мартон спросил брата, он был более способным лекарем. Двое мужчин посмотрели на блондина в ожидании его вердикта. — Что я могу сказать? Если мы заедем в Дарлит, то, вполне возможно, я смогу восстановить многое. Здесь не хватает двух нужных видов оборудования. Он надел перчатки, осмотрел растраханный проход и скривился. — Его надо обмыть, тогда я смогу сказать точнее. Наливай, Мартон, сауру*. Если сделаем быстро, то я, может, смогу даже зашить матку. И нам нужен натонбокс*. Здесь, — он осмотрел помещение, — я его не вижу. Сферу возможно со временем вырастить, а вот с членом… можно, но он будет в зачаточном состоянии и лишь как спускающий канал. И то не обещаю. С кожей, наверное, тоже ничего не получится, останутся шрамы. Лицевые мышцы очень сильно повреждены. А вообще мы теряем время. Поднимайтесь. — Ребята, там какой-то шум снаружи, много солдат, — окрикнул их Арман, привлекая к себе внимание. Сант оглянулся, чертыхаясь. Сейчас только не хватало, чтобы его схватили. На борту с правящими демонами и предназначенным. — Взлетаем. Он усмехнулся, оглядывая прощальным взглядом планету, на которой вырос. Он надеялся, что там, где-нибудь, будет место и для них. — Всем на борт беглеца, — скомандовал он, оглядывая немногочисленных пассажиров. — Тарин, сделай всё, что можешь. Не факт, что будет возможность зайти в порт. Возможно, этим ты спасёшь живую душу. Мартон и Тарин провозились с едва живым телом около суток. В порт они зашли только на полчаса, чтобы приобрести всё необходимое. Тело поместили в камеру и запустили биороботов для восстановления системы жизни. Оба мужчины повалились в кресла, оставив Армана рядом с камерой с указанием звать при малейшем изменении. Им надо было поспать. Мартон, было, пробовал выудить информацию у друга, но тот отворачивался или игнорировал его вопросы. Попытавшись, но так ничего и не добившись, он вынужден был сдаться. Ответ на его вопрос был только один. — Пожалел ребёнка, найдя изнасилованным, принёс на корабль. — Чёрт, я так ничего не добьюсь. Каким извергом надо быть, чтобы так покалечить живое существо? — задавался Мартон вопросом, рассматривая замотанного в бинты мальчишку. — Жаль, наверное, он был красивым парнем. По хрупкому телосложению видно, что не краген*. — Всем пристегнуться, — раздалось по голосовой связи корабля. — До гиперпрыжка пять менув*. Всем занять свои крио-камеры*. Корабль входил в режим автопилота. Он прикрепил к камере длинный шнур и быстрыми шагами двинулся к каюте. Времени оставалось всё меньше и он не собирался стареть. Сейчас жизнь только начиналась, оставляя за собой прошлое.