Как анимешник, атеист и феминистка в беду попали

       Как-то раз анимешник, атеист и феминистка очнулись на острове. Смотрят - в одной стороны море синее, глубокое, с другой – пустыня сухая, жаркая, с третьей - горы высокие да склоны крутые, а с четвертой – лес темный, дремучий. Смотрят на это трое, диву даются, как это их занесло в такую даль? Посмотрели друг на друга: феминистка увидела мужчин ужасных, до прав женских охочих, да и молча отвернулась. Атеист увидел верунов дремучих, в науке не сведущих, и возмутился, стал убеждать их в том, что Бога великого, во всем сведущего, нет! А анимешник видит: тяночка няшная да кун кавайный, и стал про свое аниме веселое, для разума опасное, рассказывать. И стояли они так с утра раннего до глубокого-глубокого вечера: атеист спорит, анимешник рассказывает да слюни пускает, феминистка молчит, хмурится (хочет заткнуть мужчин неразумных, да боится, стесняется). Стояли бы и дальше, да голод не тетка: заурчал живот, захотели есть герои интернета. Огляделись еще раз, а еды нет – дом далек-далешенек, да и мамы, что накормит, нету. Что же делать? Почесали затылок трое, подумали, да и решили идти в лес.        Идут они по лесу, а вокруг темным-темно, неведомые насекомые стрекочут, листья от ветра шумят – страшно, аж слова никто не молвит! Идут они, а деревьям конца-края не видно. И тут замечают – свет забрезжил вдалеке. Обрадовались трое, побежали на свет скорей! Подходят, да и видят: свет из окошка хижины небольшой, кривой, мхом и дерном обросшей. Испугалась феминистка жилища ужасного, да и позабыла о голоде. Попробовал атеист внутрь зайти, а не смог: дверь косая, кривая, а закрыта плотно, не поддается. а анимешник взял и постучал в окошко, да так, что чуть не разбил его: выходи, дескать, хозяин, гостей принимать!        Затрясся тут дом, зашатался ходуном, и выходит из него Тролль большой, толстый. Пузо чешет, брови хмурит: кто это его в такой час будить пришел? Увидел тут он анимешника и феминистку, и обрадовался, заулыбался: пришла еда к нему, да вкусная какая! Только рассказал ему анимешник, что за беда с ним приключилась, как Тролль тут же и ответил: сможет его кто переспорить, всех троих Тролль накормит да спать уложит, а не сможет никто – станут они его обедом вкусным, желанным.        Испугались тут трое, да делать нечего, пришлось согласиться. Выходит сначала феминистка, указывает голоском своим дрожащим, что Тролль толстый, страшный, и неправ, потому что мужчина. Так тот лишь отмахнулся. Выходит атеист, и тут же начинает тираду: дескать ты, Тролль, в Бога веришь, а вот наукой доказано, что Тролли всегда неправы, значит так оно и есть! Ну здоровяк сначала удивился, рот открыл, а потом рассмеялся: не переспорить тебе, атеист, меня. Пришлось и ему отступиться.        Выступает тут анимешник, и тут же слова из его рта полились, как вода из водопада. Говорит про тайтлы, которые посмотрел, про друзей своих анимешных, някает и кривляется. Тролль слушал-слушал, слушал-слушал, да устал, притомился. Глазки его закрылись, и упал Тролль на землю, храпеть стал громко – заснул, не разбудить. Обрадовались трое, зашли в хижинку, а там внутри всего кровать большая, широкая, компьютер дряяхленький, да шкаф. Раскрыл его атеист, а там еды видимо-невидимо! Наелись они до отвала, и спать легли: кровать большая, все поместились!        Наутро встали наши герои, позавтракали, и отправились дальше. Идут они, идут, а леса все еще конца-края не видно. И сами того не ведая, зашли они на территорию туземцев-каннибалов. Эти люди всех, кого ловили, жарили и съедали, а из костей их делали копья и украшения, страшные и красивые. Окружили они наших путников, копья точеные наставили, и видят деву среди них, да такую, каких раньше не видали никогда: ноги небритые, взгляд страшный, тяжелый, ноги-руки мощные, большие. Выходит тут из зарослей главный каннибал, весь в костяных украшения, в раскраске, и объявляет на своем языке, что это явился к ним их бог людоедства, ужасный и злой! А бога этого злить нельзя никаким образом, иначе он тут же обидчика и съест, не поглядит даже, что свой! Так что туземцы сразу расступились и скрылись в листве, как будто их и не было, а наша троица, ничего особо не поняв (и не придав, впрочем, этому значения), вскоре продолжила свой путь.        К вечеру, устав и вновь проголодавшись, наши герои, наконец, выбрались из леса, и им открылся вид берега, точь в точь такого же, на каком они очнулись два дня назад, за исключением небольшой часовенки с небольшим причалом, стоявшей в отдалении. Увидел атеист ее, и обрадовался, решил что и ему представился шанс себя показать! Постучались они в дверь черную, резную, и открыл им старичок добрый в черной рясе. Старик этот приехал на остров давным-давно, сам построил часовню и причал, а все чтобы местных дикарей на путь истинный наставить, грамоте да счету научить. Обрадовался монах, увидев наших путников, впустил, накормил, и только хотел спросить их, как они на остров-то попали, как атеист перебил и начал выпаливать все свои шутки про глупых попов да религию бесполезную! Монах услышал, сначала побледнел, потом покраснел, а потом и вовсе прервал атеиста, рассказал, как им с острова на большую землю выбраться, да и ушел в свою келью! То-то атеист обрадовался: задал жару такому дряхлому мужичку! Нарадовавшись своей победе, он пошел спать вместе со своими спутниками.        Наутро трое наскоро позавтракали (едой, любезно предоставленной монахом) и, вооружившись новыми знаниями, уехали с острова на лодке старичка. И когда они попали на континент и добрались домой, каждый из них отпраздновал это, и тут же про все приключение, как и про своих спутников, забыл. И трое продолжили дальше жить так, как они привыкли раньше: анимешник смотрел аниме да пускал слюни, атеист сидел в интернете и насаждал свои убеждения, а феминистка общалась, не выходя из дома, со своими подружками.