Поспорить на омегу

Сехун сидел в кресле у распахнутого окна с бокалом вина в руках и рассеянно смотрел на залив. Странный сегодня выдался день. Его раздирали противоречивые чувства. «Он меня боится, я ему отвратителен, наверное, он думает, что я монстр. А что еще он мог подумать, когда я ворвался в студию и начал мутузить Чанёля?..» Альфа и не думал, что со стороны это выглядело так отвратительно, а сегодня… Сегодня альфа повел себя еще хуже. Наверное, он сильно прогневал кого-то там, наверху, если ему придумали такую невыносимую пытку. Тут мысли его перескочили на Минсока. Интересно, все дети такие или ему по специальному указанию свыше попадаются исключительные экземпляры? Хотя… Кай был еще хуже. Утром того же дня Сехун проснулся рано, но вставать не спешил. Слушание дела в суде только в пятницу, материалы он все подготовил, чтобы накануне просмотреть еще раз и успокоиться. А значит, сегодня можно просто побездельничать, сходить на корт и просто прогуляться. Его приятные размышления прервал телефонный звонок. - Се, я знаю, у тебя выходной, я знаю, ты собирался на корт… Приезжай, а? - голос Криса был каким-то неуверенным и испуганным. - В чем дело? - Тао ушел на работу, я остался один на один с Минсоком… Меня это нервирует. - Подожди, разве Лухан не должен был его забрать сегодня с утра? Я думал, ты составишь мне компанию на корте. - Давай лучше ты составишь мне компанию на кухне? - Ладно, скоро буду. Минут через сорок альфа вошел в квартиру Криса. Маленький омежка уже проснулся и теперь с несчастным видом ковырял ложкой в тарелке с кашей. Напротив него сидел Крис с еще более несчастным видом. - Тао сказал, что он должен это съесть. - Сехун недоверчиво покосился на кашу. - А ты это пробовал? - Пришлось… - И как тебе? - Но нельзя же ребенка голодным оставлять? - Сехун вздохнул и повернулся к Минсоку. - Омлет будешь? - Да-а!!! - радостно завопил Минсок в ответ. - Ну? Ты дозвонился до Лухана? - Сехун начал терять терпение, когда Мин в десятый раз поставил одну и ту же сказку. - Он стоит в пробке на въезде в город. Мы можем сами отвезти к нему Минсока по дороге на корт, и время сэкономим, и посмотрим, какие фотографии Чанёль отобрал для выставки.

***

Хань очень нервничал, он собирался выехать утром как можно раньше, чтобы успеть забрать Мина до того, как Тао уйдет на работу. Но сначала он решил быстренько сделать зарисовку восходящего солнца, потом хозяева уговорили его позавтракать с ними. И вот теперь омега стоит в пробке и неизвестно, когда доберется до дома… Два звонка раздались практически одновременно. Первый – от Ханя, он звонил сказать, что дома и ждет Мина, второй – от Джунга, помощника Криса, который был в панике и требовал немедленного присутствия босса. - Се, отвези Мина к Лухану. Пожалуйста, буду тебе должен! - крикнул Крис, вылетая из квартиры. Минсок подошел к Сехуну и дернул его за рукав. - А нам обязательно прямо сейчас ехать? - Конечно, Хань тебя ждет. - Но я хочу-у мультики посмотреть… - У Лухана посмотришь. - У Хань-Ханя таких не-ет. - Ну так возьми их с собой! - Сехун уже начал терять терпение, он схватил диск с мультиками и засунул его к Минсоку в сумку. - Пошли? - Я пить хочу! - Воду? - Омежка скривился. - Давай. - Давясь, он выпил воды. - Ну? Ты готов? - Мин сидел на стуле и задумчиво смотрел на свои кеды. - Не лезут, - вдруг сказал он. Альфа заскрежетал зубами, но сел перед ребенком на корточки и помог одеть обувь. - Пошли? - Ладно. Знаешь, ты хороший. Почти как Кай, - неожиданно заявил омежка и перестал вредничать.

***

Лухан носился по квартире. К приезду крестника он пытался убрать подальше все самое ценное. «Главное, убрать рисунки и эскизы», - думал омега, когда в дверь позвонили. - Открыто, - крикнул Хань, будучи уверен, что это Крис привез Минсока. И действительно, через секунду омега почувствовал запах ирисок, и его обняли детские ручки. - Привет, Хань-Хань! Мы привезли новые мультики! - Замечательно, - улыбнулся Лухан и повернулся поблагодарить Криса. Но у входа, оперевшись о косяк двери, стоял вовсе не Крис. «О, боги! За что ж вы так меня ненавидите?» омега немедленно побледнел как мел. Он не выспался, немытые волосы были собраны в хвост на макушке, несколько кучеряшек обрамляли бледное лицо и вдобавок ко всему на нем была пыльная с дороги одежда. А перед ним стояло воплощение элегантности... Альфа был одет в сине-серые джинсы, черную футболку с белой абстракцией, пиджак из тонкой бежевой замши и такого же цвета спортивные замшевые туфли. - Здравствуйте, Лу Хань, - его мягкий спокойный голос прошиб омегу не хуже пистолетного выстрела. - Здравствуйте, Сехун, - чуть слышно выдавил омега. Сехун смотрел на омежку перед собой. Боги очень постарались, создавая такое чудо. Необычные для азиатов волосы в крупные рыжие кудри, собранные в забавный хвостик, и полное отсутствие косметики лишь подчеркивали его естественную красоту, а большие оленьи глаза, обрамленные длинными ресницами, были широко распахнуты и смотрели чуть испуганно. «Господи, когда же я увижу в этих глазах что-нибудь, кроме испуга? Неужели он меня боится?» Обстановку разрядил Минсок. Он подбежал к Сехуну, схватил его за руку и потащил вглубь квартиры. - Пойдем, пойдем… - Он подвел альфу к столу, на котором лежали краски, карандаши, альбом и стоял стакан с водой. - Нарисуй мне меня! – потребовал омежка. - Но я не умею, я не художник. - Ладно, тогда я нарисую тебе цветок. - Малыш уселся за стол и принялся рисовать, высунув от усердия язык. Где-то зазвонил сотовый, Лухан бросил быстрый взгляд на Минсока, занятого делом, и вышел. Через несколько секунд Мин закончил рисовать, встал из-за стола, отодвинув стул, и сказал: - Пойдем посушим у окна. Сехун послушно пошел с ним на другой конец комнаты. «Интересно, куда делся Лухан?» Вдруг что-то привлекло внимание Минсока, он схватил Сехуна за руку и показал пальцем наверх. - Достань!!! - Это не наше, Минсок, чужое без спросу брать нельзя. - Это не чужое, это мое! Там на рисунках я, папа и Кай! - Сехун боролся с искушением. Он уже заметил, что Минсок никогда чужое не брал, всегда спрашивая у папы-омеги разрешения, поэтому он достал папку. Мин развязал веревки, внутри действительно оказались рисунки с Минсоком и его близкими. Кенсу, Минсок, Кай и Бекки. В парке, дома… Кай за пианино с задумчивым и одновременно расслабленным лицом... Бекхён в офисе за работой… Рисунки передавали самую суть, как будто художнику удалось увидеть душу и запечатлеть ее на полотне. Альфа перелистывал рисунки и слушал комментарии Мина, где и когда это было. У омежки была замечательная память, он помнил все имена, события, даты, числа… «Интересно, как в такой маленькой головке умещается столько информации?» – подумал Сехун. И вдруг… На самом дне папки лежало несколько рисунков. Но на них были не Минсок или Кенсу... Там были они вместе с Чанёлем. И они дрались. «Я и не думал, что это так ужасно выглядело со стороны, теперь понятно, почему этот омега меня боится. Думает, наверное, что я псих, на людей бросаюсь. И ведь рассказать-то я ему ничего не могу, иначе Кай меня убьет». Лухан вошел в комнату и застыл от ужаса. Минсок и Сехун рассматривали рисунки драки в студии. Хань инстинктивно рванулся, чтобы забрать их, зацепился ногой за стул Мина, задел стол и перевернул на себя воду и краски. Краски были непростые. «Надо срочно смывать, иначе я потом неделю буду желто-зеленый ходить». Хань рванул в ванную, не заметив, как ему вслед посмотрели две пары изумленных глаз. В ванне Лухан сорвал с себя мокрую футболку, схватил специальный растворитель и стал отирать пятна краски с кожи. Злые слезы катились из его глаз. Альфа снова взглянул на рисунки и нахмурился. Им придется объясниться, когда омега вернется. Он не заметил, что Минсок пошел за Ханем. Он смотрел на плачущую омегу и боялся к нему подойти, но тут его внимание отвлекла такая симпатичная блестящая палочка. Мин поднял ее и стал вертеть в руках, а потом он увидел небольшое отверстие в двери около ручки. «Интересно, влезет?» - подумал он. И тут же решил попробовать. Палочка влезать не хотела, но Минсок поднажал. Язычок замка выскочил, палочка резко вошла внутрь и обломилась. Глаза омежки испуганно расширились, он отскочил от двери, покосился на Ханя, который ничего не заметил, и помчался обратно в комнату к Сехуну. Тот по-прежнему задумчиво разглядывал рисунки. Минсок подошел к нему и стал дергать за рукав, пытаясь привлечь его внимание. Малыш заметил наверху свою игрушку, которую Лухан засунул туда по ошибке, и теперь хотел получить ее назад. Когда альфа не отреагировал, Мин огляделся и решил, что он, пожалуй, справится сам, если залезет на стул, потом на высокую подставку под цветок, и на ту полку, где стоят фотографии. Ему почти удалось… Альфа был выведен из задумчивого состояния диким грохотом. Он оглянулся, мгновенно среагировав и успев поймать Минсока до того, как он упал на пол и разбился. Кругом падали книги, альбомы, летали по воздуху рисунки. Он поставил Мина на пол. - Минсок, что… - закончить фразу он не успел. Мин попятился от него, задел полку, и балансировавший на грани поднос с подготовленными к работе красками и кисточками полетел на Сехуна. - Мин, где ванная? - Альфа в ужасе посмотрел на мальчишку. Тот повернулся и выбежал из комнаты, показывая дорогу. Лухан не сразу сообразил о чем идет речь, когда услышал голос Минсока. - Вот ванная. - Он обернулся и оказался нос к носу с Сехуном. Они стояли посреди ванной и в ужасе смотрели друг на друга. - «Я же почти раздет…» - «Он… он…» - «Он весь в краске. О, Боже…» - Сюмин! – закричал Лухан. Мин, стоявший за спиной у альфы, сделал большие страшные глаза и попятился. Потом развернулся и вылетел из ванной, громко хлопнув дверью. Хань бросился за ним. Он дернул ручку двери и… ничего не случилось. Омега дернул сильнее, дверь не поддавалась. Хань сделал шаг назад и попытался открыть дверь с разбегу, но дверь даже не пошевелилась. - Мы заперты, - прошептал Лухан. - Дай, я попробую, - Сехун подошел к двери и осмотрел замок. - Разве дверь не должна открываться изнутри при любых обстоятельствах? - спросил он. - Должна… Альфа скинул пиджак и стал осматривать замок. Хань отступил назад, судорожно оглядываясь в поисках хоть какой-нибудь одежды. Ничего. Конечно, он же все перестирал как раз перед отъездом. Черт, черт, черт! Омега посмотрел на своего «мучителя» и не смог оторвать глаз от обтянутой черной футболкой спины альфы. - Похоже, там что-то застряло, что-то блестящее, - через некоторое время сказал Сехун. Они переглянулись. Минсок… - Сю, - позвал Хань. Тишина. - Сюмин! - Ничего. - Минсок, ты где? - Лухан был в панике. - Я тут, - раздался тихий и очень расстроенный голосок Минсока. - Сю, подойди сюда, - позвал Хань. - Нет. - Почему? - Я стою в углу. - Сю, тебя никто в угол не ставил. Подойди сюда. - Я сам встал. Я плохой, - Минсок тихо заплакал. - Сюмин-и, ну не плачь, пожалуйста… Подойди к двери, - Хань держался из последних сил. «Еще чуть-чуть, и я сам разревусь…». Послышались шаги. - Сюмин-а, дверь заело. Попробуй открыть с той стороны. - Наверное, палочка мешает. - Какая палочка, Сю? - Не знаю. Красивая. На полу лежала, - раздалось из-за двери. Сехун не выдержал, он сел на ванну и рассмеялся. О, Мин! Ты чудо! Наконец-то Кай узнает, что такое маленькая ходячая катастрофа рядом. Лухан удивленно повернулся к Сехуну. - Что смешного? Как мы отсюда выберемся? - Альфа достал из кармана сотовый и набрал номер. - Чанни, ты дома? Ты не мог бы подняться наверх к Ханю? И захвати слесаря. Нет, просто Мин запер нас в ванной, самим нам не выбраться. Эта дверь, наверное, выдержит попадание бомбы. Надо разобрать замок. Ладно, хорошо. - Сехун повернулся к Ханю - Он придет минут через десять. - Сюмин-а, не уходи никуда, стой прямо тут. Скоро придет Чанель и освободит нас, - Хань прислушался. - Ладно, - донеслось из-за двери. Сехун поднял с пола пиджак и включил воду. - Интересно, это еще можно спасти? - тихо произнес он. - Можно попробовать. Только не водой, - Лухан протянул руку и взял пиджак. Он достал растворитель и стал аккуратно отчищать краску, стараясь не обращать внимания на стоящего рядом альфу. А это было ой как нелегко! Стыд и смущение боролись в нем с одним давно забытым чувством. Омеге хотелось прижаться к нему, залезть рукой под футболку, провести пальцами по упругому животу… коснуться губами губ… «Боже, о чем я думаю? Идиот!» - одернул сам себя омега и постарался сосредоточиться на пиджаке. Сехун ловил себя на мысли, что больше всего сейчас ему хочется подойти к омеге сзади, обнять, зарыться лицом в волосы. Он безотчетно сделал шаг вперед. В этот момент Лухан поставил растворитель и повернулся. - По-моему… - начал омега. Они оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Запахи резко усилились и окутали альфу и омегу. Альфа наклонился и легко коснулся губами его губ, в следующее мгновение неконтролируемая, давно сдерживаемая страсть вырвалась наружу. Он целовал его исступленно, страстно… Глаза, щеки, шею… Хань дрожал, он откинулся, давая альфе лучший доступ. Альфа прижал омегу к стене, чуть отодвинулся, нежно провел рукой по лицу и попытался заглянуть в глаза. Хань застонал и потянулся к нему. На этот раз поцелуй был глубоким страстным, таким, что огонь побежал по жилам. Руки альфы, обнимавшие его за талию, опустились к застежке пояса… - Эй! Вы еще живы? - из-за двери раздался веселый голос Чанёля. - Сейчас мы вас вытащим! – Сехун отпрянул. Лухан покраснел, его глаза наполнились ужасом, и он забился в самый дальний угол ванной. Когда альфа увидел выражение его лица, сердце у него упало. Он нахмурился и отвернулся. Через несколько мучительных минут дверь распахнулась, и Хун увидел безумно довольного собой Чанёля, в глазах которого светилось любопытство. - И как вы тут оказались? - Сехун быстро вышел, прикрыв за собой дверь – Потом. Но Пак успел увидеть полураздетого, забившегося в угол Ханя. "Ого", - подумал он, но вслух сказал: - Ты весь в краске. Пойдем ко мне, у меня где-то валяются твои старые джинсы, а футболку я тебе, так и быть, дам свою. - Он уже выходил, но оглядев разгром студии, добавил громко: - Ханни, я, пожалуй, заберу с собой Минсока. Приведешь студию в порядок – приходи! - Он взял омежку за руку, прихватил по дороге какую-то детскую книжку и вслед за Сехуном спустился к себе. Хань быстро приводил в порядок студию. Молчаливые слезы лились у него из глаз. Он все испортил. Боже, Сехун был так близко… Его руки, его губы... Омега отдал бы все на свете, чтобы вернуть те мгновения. Он повел себя как последний дурак, забился в угол, как потерянный щенок. Что альфа прочитал в его глазах? Страх, боль, стыд? Прошлое?.. Он не сказал ни слова, молча ушел с Чанни и Мином. Слезы с новой силой полились из глаз. - Почему у тебя открыто? Ой, что здесь случилось? Минсок? - У двери стоял ошеломленный Бекхен. Хань быстро вытер слезы и повернулся к омеге. - Сю у Чанни. А ты что здесь делаешь? - Ну… Завтра презентация, я волнуюсь, и мне не хотелось одному сидеть в пустой квартире. Я подумал, может вы с Мином переночуете у нас? - Ладно, спускайся к Чанни. Я сейчас. Бекки спустился в фотостудию и обомлел. На стульях, на стенах, на полу, везде лежали фотографии разных размеров. Посреди всего этого счастья на шкурах на животе валялись Чанёль и Минсок. Омежка мотал в воздухе ногами и внимательно слушал. Чанель читал ему сказку про Золушку. Бекхён залюбовался открывшейся ему картиной и тихо сел на уголок стула, чтобы не мешать. - Золушка была хорошей, поэтому фея ей помогала? - задумчиво спросил Минсок, когда Чанни закончил. - Конечно. - А я плохой, я обидел Хань-Ханя, поэтому мне фея не поможет, - грустно сказал Минсок, и в его глазах заблестели слезы. - Ты меня не обижал, это случайность, - Лухан спустился как раз в этот момент и слышал последние слова Минсока. - Я хороший? - Замечательный! - не сговариваясь воскликнули трое взрослых. - А у тебя есть желание для феи? - добавил Чанёль, взглянув на омежек. - Есть…- тихо-тихо прошептал Мин. - Если ты его скажешь вслух, фея может услышать и выполнить его. - Мин поднял голову. - Правда? – Лухан и Бекки дружно закивали. - Я просто подумал… Если я хороший как Золушка, может быть… может быть Кай захочет стать моим папой-альфой? - Он с надеждой посмотрел на Чанёля. В комнате наступила гробовая тишина, такого поворота событий никто не ожидал. Затянувшуюся тишину прервал телефонный звонок. - Легок на помине, - удивился Чанёль, взглянув на номер. - Привет, Кай, - сказал он в трубку и усмехнулся, увидев как удивились обе омеги. - Да, все хорошо, они все здесь. Да, у меня в студии. Сейчас дам. - Он прикрыл трубку ладонью. - Кенсу вас потерял, ни один не берет трубку, а Крис уверил его, что Мин уже у Лухана. - И передал телефон Ханю. В трубке раздался взволнованный голос Кенсу. Поговорив с другом пять минут и уверив его, что все в порядке, Хань положил трубку и повернулся к Чанёлю. - Ты с кем разговаривал? - С Каем. - А я с Кенсу. Они что, вместе? И если они вместе, то где? - Они обменялись удивленными взглядами и повернулись к Минсоку. - Минсок, а где Кай? - Он уехал давно. Крис сказал, у него срочное дело. - Ля-ля-ля, Фея за работой, - пропел Чанни, улыбаясь кончиками губ. - Сю, пойдем собираться домой, - позвал Чанёль, и они вышли из комнаты. - Я вас сейчас догоню, - Бекхён не мог оторвать глаз от рассыпанных тут и там фотографий. - Ты собрался переезжать? - Нет, у меня скоро выставка, нужно отобрать работы и сгруппировать их по темам. Я не знал, что фотографий так много, - Чанель печально огляделся. - У меня завтра презентация, а потом я свободен. Если хочешь – могу помочь, - Бекки чуть покраснел, но альфа этого не заметил. - Бекхён-и, ты ангел! Это было бы замечательно. - Значит, до субботы, - и Бекхен повернулся, чтобы уходить. - Бекки… - окликнул альфа. – Какой он был? Муж Кенсу? - Ну… Симпатичный, образованный, из состоятельной семьи. Он очень красиво ухаживал. - А Кай как ухаживает? - Чанни поднял бровь. - А никак, - рассмеялся Бекхен. – Кай просто пришел и все. Как будто он был всегда. И это самое замечательное. - Почему они расстались? - Сухо очень любил Кенсу, но он не хотел иметь детей. Он не любил Мина и ревновал к нему. - Как это? - Чанёль действительно не мог взять в толк, как можно не любить собственного ребенка. - Вот так. Однажды Сухо предложил ему сделать выбор – или он, или Минсок. Что выбрал мой брат, ты уже знаешь. Ладно, пойду я. И, Чанни, не распространяйся особо про все это, ладно? Это не секрет, но я не хочу, чтобы Кенсу было больно. - Не волнуйся, - Чанель ласково посмотрел на омегу.

***

В четверг вечером прямо из аэропорта Кенсу позвонил Бекхёну. - Ты где? - Дома. - А презентация? - Все отлично! Клиенту понравилось, и мы получили контракт на весь комплекс. - Поздравляю, Бекки! А почему ты не празднуешь? - Я сижу с Мином. - А Хань где? - Тут, только он немного того… неадекватен. - Скоро буду, - Кенсу был не на шутку взволнован. - Папа! - Минсок бросился навстречу вошедшему в квартиру Кенсу. - А где Хань? - Я тут! - Омеге совсем не понравилось то, что он увидел. Глаза и нос омежки распухли, губы были опущены. Похоже, Хань опять впадает в уныние, и нужно срочно что-то предпринимать. Но для начала неплохо было бы узнать причину. - Папа! Что ты мне привез? - Минсок полез в сумки. - Сейчас, сейчас, - Кенсу засмеялся над сынишкой и стал доставать подарки. Но когда он посмотрел на Кая, в его глазах была тревога. - И как ты провел эти дни? - спросил Кенсу Минсока, когда сумки были распакованы, подарки розданы, и выпит чай с привезенными конфетами. Минсок начал свой рассказ. Хань в это время сидел тихо, уткнувшись лицом в колени. И кто мог подумать, что его крестник такой наблюдательный. - А потом мы вернулись домой. И я сегодня даже в парк не ходил! - возмущенно закончил Мин свой рассказ. Кенсу прижал сынишку к себе и поцеловал его. - Ты меня дождался, но уже очень поздно, тебе пора спать. - А сказку? - Кенсу задумался. - Ты не будешь против, если сегодня сказку тебе расскажет Кай? - Ага! - Только сначала душ! - Минсок был так воодушевлен, что без возражений позволил себя вымыть и переодеть. И тут же утащил альфу в детскую. - Нам есть о чем поговорить, Ханни-а, - Кенсу обнял сидящего неподвижно Ханя за плечи и повел в спальню. Кенсу смотрел на забывшегося тревожным сном Ханя. Как все непросто. Лухан влюблен. Влюблен серьезно. Хань не умел ничего делать наполовину, если уж он любил, то всей душой, и поэтому так остро ощущал предательство. Ох, Исин, Исин! Гореть тебе в аду! Кенсу укрыл пледом плечи Ханя и вышел из комнаты. В зале у окна стоял Кай, омега тихо подошел к нему. Альфа обернулся, обнял и прижал его к себе. - Если он причинит Ханю вред, я просто убью его! - тихо сказал Кенсу. - Не причинит. Он тоже любит его, только не знает, как сказать, все это в новинку для него. Сехун не привык жить чувствами, только логикой. - Значит, придется ему научиться. Кай нежно поцеловал Кенсу в шею и потянул в спальню.