Реальность или миф
21 июля 2017 г., 10:01
«Дурное и хорошее — их нет. Есть то, как мы решим назвать их сами». Уильям Шекспир
Проснувшись утром, я впервые за долгое время чувствовала себя по-настоящему отдохнувшей. Казалось, что сама госпожа удача снова решила почтить меня своим вниманием. Я была уверена, что сегодняшний день обязательно принесет мне только лишь положительные эмоции. Я чувствовала себя спокойно. Говорят, что решение многих проблем лучше отложить до утра, ведь ночь многое расставляет на свои места. Приводя себя в порядок, я размышляла о том, что данное высказывание во многом правдиво. Сегодня я была уверена в себе, как никогда раньше. Та странная женщина заставила меня взглянуть на себя со стороны, смогла открыть мне глаза на то, во что я начала превращаться. Разумеется, все ее рассуждения о силе женской хитрости были просто нелепы. Мне претила даже мысль о том, чтобы пытаться добиться своих целей не честными и открытыми действиями, а хитростью и лукавством. Нет, я определенно никогда не позволю себе опустится до такого уровня. Однако, в одном я была с ней полностью согласна — меня больше не устраивает роль жертвы. Я — человек, и заслуживаю нормального отношения. Я не собираюсь и дальше позволять этому тирану манипулировать мной при помощи моих страхов. Не собираюсь изображать слепое подчинение, подстраиваться под него и его желания. Не собираюсь мириться с положением девочки для битья. В первую очередь мне нужно обезопасить родителей, и я примерно представляла, каким образом смогу это сделать. К сожалению, моя задумка требовала довольно длительного времени, которого у меня попросту не было. Да и возможности реализовать свой план до начала каникул у меня тоже не было. Оставалось надеяться только на то, что в ближайшие несколько месяцев мне удастся свести контакты с Волдемортом к минимуму. Сегодня я собиралась продолжить изучение оклюменции, поэтому, сразу же после занятий отправилась в Выручай-комнату, сказав друзьям, что буду работать над исследовательским проектом. Оказавшись в уже привычном помещении, я уселась на небольшой коврик и сделала глубокий вдох, постаравшись расслабиться. Я пыталась выкинуть из головы все ненужные мысли, сконцентрировавшись только на искусственно создаваемом воспоминании. Мне даже казалось, что у меня начало немного получаться, как вдруг в комнате неожиданно раздался чей-то звонкий смех. Вздрогнув, я резко открыла глаза и испуганно осмотрелась. Увиденное просто повергло меня в шок, в углу комнаты стояла вчерашняя незнакомка, с улыбкой глядя на меня. Я знала, что никто не может попасть в комнату, пока в ней находится другой человек. Если, конечно, он не знает, чем именно является комната в данный момент. — Кто вы? — поинтересовалась я, стараясь не показать женщине, что ее присутствие здесь меня пугает. — Можешь звать меня Геката, — нехотя ответила моя новая знакомая. Я с трудом подавила рвущееся наружу раздражение. Очень информативно, ничего не скажешь. Мне не нравилось то, как Геката смотрела на меня. Мне казалось, что она видит меня насквозь, считывая все мои мысли и планы. — Что вам нужно от меня? Женщина снова звонко рассмеялась, а затем нагло уселась прямо рядом со мной, упрямо продолжая молчать. Меня жутко бесила сложившаяся ситуация. Я всегда предпочитала мыслить рационально и никогда не верила во всякие предсказания, мистику и прочую ерунду. А сейчас эта невозможна женщина каким-то непонятным образом сумела проникнуть в Хогвартс, да еще и попасть в Выручай-комнату в то время, пока в ней находилась я. В тот самый момент, когда я готова была просто закипеть от скопившегося во мне раздражения, Геката заговорила. — Ты сама с собой споришь. Говоришь, что хитрость для тебя неприемлема, но сама сейчас именно этим занимаешься. Что такое создание ложных воспоминаний, если не хитрость? Что такое попытка скрыть свои мысли, если не лукавство? Если позиционируешь себя как честного человека, ты должна быть открыта каждому, разве нет? Я буквально задохнулась от возмущения. Эта женщина точно ненормальная. Как можно сравнивать хитрость и лукавство с желанием защитить себя?! Или, по ее мнению, мне теперь нужно на блюдечке выложить Волдеморту все, что я планирую сделать для борьбы с ним? — Ты мыслишь слишком рационально, пытаешься всему найти объяснение, но когда-нибудь ты поймешь, что все в нашей жизни предопределено заранее. Мы не можем изменить свое будущее, но с легкостью можем его узнать. Ты никогда не прислушиваешься к своей интуиции, а ведь она очень часто могла помочь тебе избежать множества неприятностей. Ты подавляешь свои инстинкты, вытесняя их на самую грань своего сознания, отказываясь принять себя такой, какая ты есть. Я не хотела и дальше слушать всю ту чушь, которую несла эта ненормальная. Я хотела покинуть комнату, но поняла, что не могу сдвинуться с места. Посмотрев на Гекату, я увидела, что ее зрачки стали еще темнее и больше, чем раньше. Я чувствовала исходившую от нее силу, которая давила на меня, заставляя и дальше внимать тому, что она говорит. — Ты стремишься добиваться собственных целей, но позволяешь своим нелепым принципам загонять себя в определенные рамки и никому не нужные условности. Стремишься все делать правильно, в соответствии со своими бессмысленными моральными устоями, не понимая, что это только мешает и усложняет твою жизнь. Окружаешь себя эмоциональными связями, которые делают тебя слабой и уязвимой. Ты слаба, Гермиона, и если ты действительно хочешь выйти победительницей из сложившей ситуации, то должна меняться. Я чувствовала, что голос Гекаты постепенно обволакивал меня, лишая возможности мыслить самостоятельно. Она убеждала меня с такой самоотдачей, что становилось не по себе. Женщина пыталась повлиять на мое мнение, используя при этом в своих высказываниях мои собственные мысли, словно искушая. Искушая… Резко дернувшись, я испуганно посмотрела на свою новую знакомую. — Вы демон, — хрипло прошептала я, пытаясь отодвинуться как можно дальше. Мое предположение, безусловно, было просто абсурдным, но как еще объяснить все происходящее? Сначала эта женщина появляется из ниоткуда, потом неожиданно начинает разговаривать мужским голосом, затем начинает искусно манипулировать мной, пытаясь склонить на путь хитрости и обмана. — Можешь считать меня кем угодно, — холодно произнесла Геката. — Сути это не меняет. Человек, который однажды открыл свое сердце тьме, уже не сможет от нее избавиться. Ты слишком пестовала свою ненависть к Темному Лорду, и поэтому я здесь. Разве тебе не говорили, что ненависть разрушает душу? Я резко замотала головой. Зажмурившись, я некоторое время просидела с закрытыми глазами, стараясь отвлечься от всего происходящего. Спустя некоторое время я с трудом открыла глаза и поняла, что в одиночестве лежу на полу. Кажется, я начинала сходить с ума. Безусловно, все происходящее было просто плодом моего воображения. Я никогда не верила в подобную ерунду, определенно, все это было не по-настоящему. Демонов не существует. Скорее всего, я просто заснула во время медитации. Успокаивая себя такими мыслями, я направилась в библиотеку, желая поискать там какую-нибудь информацию о демонах. Мне нужно было убедиться, что все это не более чем глупый сон. Кроме того, имя Геката казалось мне смутно знакомым, словно я уже где-то читала про нее. К моему глубокому разочарованию, я не нашла ничего. Облазив всю библиотеку, я не нашла ни единого упоминания о демонах. Даже заглянув в запретную секцию, я не смогла узнать ничего стоящего. Я была крайне раздражена. Сначала я несколько недель нахожусь под жесточайшим прессингом, что приводит к внутренним противоречиям, потом начинаю позволять эмоциям брать верх над разумом, загоняя себя в еще более глубокую яму, а теперь еще и это. Я пыталась найти рациональное объяснение происходящему, потому что отказывалась верить в существование подобных, необъяснимых науке вещей. Магия — это ведь тоже наука, поэтому я стремилась не просто заучивать нужные заклинания, а пыталась понять, как именно это работает. Идя по коридору, я была настолько поглощена своими мыслями, что не заметила, как вместо гостиной вновь направилась к Выручай-комнате. Оказавшись возле нужной стены, я удивленно замерла, не понимая, как именно тут оказалась. Видимо, я подсознательно воспринимала это место как самое безопасное в школе. Вздохнув, я решила все-таки вернуться в гостиную. Я уже была на пол пути к башне, как вдруг почувствовала, что меня ухватили за руку и резко потянули назад. Потеряв равновесие, я чуть не упала, но в последний момент успела удержаться, ухватившись за чью-то мантию. Отдышавшись, я медленно подняла глаза и вздрогнула. К такой внезапной встрече с Волдемортом я была не готова. — Полагаю, нам есть, что обсудить, — преувеличенно мягко сказал мужчина, высвобождая мантию из моего захвата. — Идем. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Безусловно, мне было очень страшно, но я старалась держаться уверено. Когда мы снова оказались в его комнате, я не смогла сдержать нервную дрожь, предательски расползающуюся по всему телу. Я прекрасно помнила о той боли, которую мне дважды пришлось испытать здесь, корчась на полу в жутких муках. Однако, взяв себя в руки, я пыталась выглядеть невозмутимой. — Ты хорошо вела себя эти два дня? — с издевкой спросил Волдеморт, глядя на меня с легким прищуром. — Как видите, — процедила я сквозь зубы, мысленно представляя, как вцепляюсь в его глаза. — Мы ведь оба знаем, что твоим словам доверять нельзя, — с преувеличенным огорчением произнес мужчина, доставая палочку. — Поэтому, мне лучше убедиться в этом самому. Когда я поняла, что он собирается проникнуть в мой разум, то запаниковала. Меня сбило с толку то, что он впервые открыто заявил о том, что собирается залезть ко мне в голову. Раньше он предпочитал действовать незаметно. Я боялась, что он может увидеть Гекату и узнать о том, что случилось в той лавке, поэтому я лихорадочно пыталась создать ложное воспоминание о походе в Хогсмид. Естественно, все это было бесполезно. У меня и в спокойной обстановке не получалось достичь нужного результата, что уж говорить о нынешней ситуации. Воспоминания начали мелькать у меня перед глазами одно за другим. Я понимала, что еще чуть-чуть и Волдеморт окажется в опасной близости от того, чтобы узнать не только о существовании моей новой знакомой, но и о моих планах по возможному спасению родителей. Я пыталась сосредоточиться, но ничего не получалось. Внезапно в голове снова зазвучал голос Гекаты. — Что такое создание ложных воспоминаний, если не хитрость? Неожиданно для себя я разозлилась. Хитрость никогда не была моей отличительной чертой, но, может быть, оно мне и не нужно? Вздохнув, я снова сконцентрировалась, но вместо того, чтобы создать ложное воспоминание, я представила, как воздвигаю крепкую стену, которая плотно и надежно укрывает мои мысли от вмешательства извне. Почувствовав, что атака на разум прекратилась, я с удивлением посмотрела на стоящего передом мной волшебника. На долю секунды мне даже показалось, что он был приятно удивлен. — Ты же понимаешь, что если я действительно захочу сломать твой блок, то это займет меньше двух секунд? — ровным голосом поинтересовался Волдеморт, поигрывая палочкой. Кивнув, я лихорадочно пыталась придумать, как отвлечь его внимание от моих мыслей. Наконец, осознав, что ничего лучше уже не придумаю, а риск — дело благородное, я решилась. — Вы верите в демонов? — выпалила я на одном дыхании. На лице Волдеморта застыло просто непередаваемое выражение. Мне казалось, что он из-за всех сил сдерживает смех. — А ты умеешь удивлять, — ответил мужчина, слегка покачивая головой. — Откуда у маленькой гриффиндорки появился столь внезапный интерес к темным сущностям? — Значит, вы считаете, что они существуют? В этот момент я забыла о том, с кем разговариваю. В данную секунду передо мной был не просто темный волшебник, а идеальный информатор, который мог дать ответы на большинство из мучивших меня сегодня вопросов. — Нет, малышка, их не существует, — медленно протянул мужчина, задумчиво глядя на меня. — Но, признаюсь честно, меня удивляет такая заинтересованность. С каких пор ты стала забивать голову подобной мистической ерундой? — Мне просто стало любопытно, — ответила я, борясь с искушением отвести взгляд. — Вы уверены, что их действительно не существует? На этот раз мужчина все-таки рассмеялся. Я нахмурилась, пытаясь понять, что происходит в голове у этого человека. Еще два дня назад он безжалостно пытал меня, а сейчас спокойно разговаривает и смеется, как будто ничего и не было. — Благодаря твоему дружку Поттеру, я несколько раз умудрился побывать за чертой, — сказал Волдеморт, ухмыляясь. — Заверяю тебя, никаких демонов там не было. Впрочем, ангелов тоже. Это не более, чем миф. В этот момент мне показалось, что у меня гора упала с плеч. Не знаю почему, но я ему верила. Да, он был жестоким и беспощадным тираном, но он еще ни разу не обманывал меня. Поэтому, я решила, что пока Волдеморт открыт к диалогу, этим нужно воспользоваться. — Тогда почему на свете так много зла? — с осторожностью поинтересовалась я. — Почему некоторые люди становятся такими… — я замолчала, не зная, как лучше выразить свою мысль, чтобы не разозлить мужчину. Как бы сильно я не храбрилась, мне не хотелось снова испытывать на себе действие Круцио. Но, к моему изумлению, Волдеморт вовсе не был зол. Напротив, он казался заинтересованным в диалоге. — Ты хотела сказать, такими как я? — спокойно спросил мужчина. — Поверь, демоны тут точно не при чем. Людям свойственно перекладывать ответственность за свои поступки на других. Не важно на кого: на других людей, на судьбу или на преследующий их злой рок, — его голос звучал необычайно мягко, словно он просто читал одну из своих лекций. Сейчас передо мной был не вызывающий страх и ужас Волдеморт, а заставляющий ловить каждое свое слово профессор Мракс, который прекрасно разбирался в том, о чем говорил. — Правда заключается в том, что самые страшные демоны — это мы сами, — воодушевленно продолжал говорить мужчина. — Люди не делятся на добрых и злых. Также как и волшебники не делятся на светлых и темных. Это всего лишь категории, истинное значение которых на самом деле никто не знает. Человек — это прежде всего совокупность поступков, которые мы совершаем под влиянием внешних факторов. И только сам человек решает, как именно ему поступить в той или иной ситуации. Я видела, как горели его глаза. Казалось, что его по настоящему захватило происходящее, и теперь он получает истинное удовольствие, делясь своими взглядами. Я поняла, что в ближайшее время никто не собирается снова пытать или издеваться надо мной, поэтому, позволила себе ненадолго расслабиться, стремясь получше узнать своего противника. — Вы хотите сказать, что мы сами подталкиваем людей к плохим поступкам? — спросила я, с любопытством глядя на мужчину. — Но разве это не значит, что мы можем помочь этим людям вернуться на правильный путь? — Мы можем подтолкнуть, повлиять, попытаться убедить или даже заставить, но конечное решение всегда принимает сам человек. У каждого из нас есть свои цели и желания, к которым мы идем в течении всей жизни, используя различные средства, — продолжил мужчина, опускаясь в одно из стоящих в комнате кресел. Как бы я ни старалась себя успокоить, мне все еще было безумно страшно оставаться с ним в одном помещении. Этот человек был крайне непредсказуем. Поэтому, когда Волдеморт сделал приглашающий жест в сторону соседнего кресла, я напряженно замерла. Мне не хотелось находиться так близко, но и лишний раз испытывать его терпение я тоже не хотела. Успокоившись, я медленно опустилась в кресло и приготовилась слушать дальше. — Человек постоянно вынужден бороться с искушением, и в процессе этой борьбы формируется его личность. По этой причине любым человеком можно с легкостью манипулировать, если знать, на какие точки давить, — продолжил свою мысль Волдеморт, призывая бутылку виски. Я напряженно наблюдала за тем, как он наполняет бокал. Я прекрасно помнила, чем чуть не закончилось наше прошлое с ним общение, когда он был пьян. Повторения мне не хотелось, поэтому я решила ни в коем случае не провоцировать его на агрессию. К счастью, мужчина выглядел очень даже расслабленным. По всей видимости, у него сегодня было хорошее настроение. — У каждого есть свои потаенные желания, признаться в которых человеку стыдно, потому что эти желания идут в разрез с общепринятыми моральными устоями, — заметив мой вопросительный взгляд, мужчина пояснил. — Их может быть великое множество: жажда власти, стремление к обогащению или всеобщему почитанию. Зачастую человек прячет их так глубоко, что даже не задумывается о том, чего на самом деле хочет от жизни. В этот момент мне снова вспомнилась «Психология бессознательного». Ведь там, по сути, говорилось то же самое. Нет, все-таки Фрейд был настоящим гением. За время нашего разговора я смогла понять, что Волдеморт, по всей видимости, так же, как и я, увлекался психологией. Впервые за долгое время рядом со мной находился человек, который не только разделял мой интерес, но и обладал гораздо большими знаниями. Я разрывалась между желанием поддержать разговор и узнать как можно больше новой информации, и между желанием убежать из этой комнаты и оказаться как можно дальше от этого человека. — Я читала нечто похожее ранее, — сказала я, нервно теребя край рукава. — Один ученый считал, что наше сознание — это только верхушка айсберга, в то время как наше бессознательное — необъятно. Он считал, что наша психика состоит из трех компонентов, которые находятся в постоянной связи и формируют самого человека. Заметив, что Волдеморт заинтересованно подался вперед, я удивилась. Никогда бы не подумала, что сам Темный Лорд станет слушать теории маггловского ученого. — Он считал, что в бессознательном содержатся тайные желания человека, противоречащие морали, наши скрытые фантазии, идущие в разрез с нормами поведения, заложенными в обществе, — осторожно продолжила я, внимательно наблюдая за реакцией мужчины. — Он верил, что там хранятся наши темные, животные инстинкты, в существовании которых мы отказываемся признаться даже самим себе. Закончив, я почувствовала, что сердце буквально выпрыгивает у меня из груди. Мне не верилось, что все это происходит на самом деле. Если бы еще год назад мне сказали, что я буду обсуждать с Волдемортом «Бессознательное» Фрейда, я бы послала этого человека к Мерлину, а может и еще дальше. Некоторое время мы просидели молча, и я чувствовала, как нарастает мое напряжение. — Интересная теория, — задумчиво произнес мужчина. — Кто автор? — Зигмунд Фрейд. В тот момент мне казалось, что весь мир сошел с ума. Волдеморт всерьез заинтересовался трудами маггловского ученого. Видимо, в свободное от пыток и убийств время, он занимается саморазвитием. Мысленно улыбнувшись подобному предположению, я почувствовала, что если в ближайшее время не покину эту комнату, то просто свалюсь с ног от скопившейся усталости и напряжения. Кроме того, мужчина продолжал не спеша потягивать виски, что само по себе ввергало меня в состояние, близкое к панике. Решив, что оставаться здесь дальше просто опасно, я рискнула. — Милорд, можно я пойду? — тихо спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал так же уверено, как и раньше. — Уже очень поздно. Дождавшись кивка, я как можно быстрее покинула комнату, не веря, что в этот раз отделалась всего-лишь разговором. Направляясь в сторону башни, я размышляла о прошедших событиях. После диалога с Волдемортом я была на сто процентов уверена, что Геката не демон. У меня даже появилась теория о ее земном происхождении, которую я собиралась проверить завтра. И, если мои догадки окажутся верны, я с легкостью смогу избавиться от ее вмешательства в мою жизнь.
