Душевно-не-больные

Адриан старался. Рисовал настолько красиво, насколько мог, припоминая каждую ее деталь, улыбаясь тому, насколько эта деталь идеальная; тому, насколько вообще идеальна она. Такая милая, добрая, она просто не могла быть плохой и солгать ему. Так ему кажется, и, значит, вложить душу в этот рисунок просто необходимо. Он нравился ему так же сильно, как и она сама воплоти. Времени было много, в сон тянуло отчего-то сегодня особенно сильно. То ли из-за того, что день был полон приятного волнения, то ли еще из-за чего, а это "чего" в самом деле было чем-то будто обыденным, но оттого не менее приятным. Он заснул практически без задних мыслей. Даже подумать не мог о чем-то плохом, хотя обычно спалось ему беспокойно. Она рядом. Она поможет. Она вытащит его из этой грязи, наступающей со всех сторон: от тесных стен и отвратительно белых халатов. Когда он проснулся, в палате все еще никого нет. Только блокнот на столе оповещал о том, что Адриан забыл убрать его в тумбочку. А портрет напоминал о том, что она вот-вот должна будет прийти. Только дожидаться ее прихода было изрядно мучительно. Мысли в голове суетились, заставляли тонуть в них, и самыми постыдными были вчерашние его слова. Как он только мог вообще спросить у нее про этого идиотского слона? Он же даже не хотел этого, это само вырвалось, но... Но идея со слоном, беспричинно, настолько плотно засела в голове, что Адриан невольно даже начал представлять того самого слона. Тут-то и снова понадобился блокнот. Адриан взял его в руки, принимаясь неторопливо рисовать сначала слоновью фигуру, затем - детали, делая его, слона, таким, каким представлял и видел на картинках, да и в зоопарке тоже. Хотя в зоопарке и не разглядишь толком: близко подойти никогда не разрешают... Слон получился красивый. Но она все равно красивее. Адриан не сразу заметил, что кто-то вошел. Продолжал рисовать уже человечков рядом со слоном, изображая в виде них себя и ее. А потом сообразил, что он не один. Она сидела рядом, смотрела на него и улыбалась. - Хочешь увидеть рисунок? Она согласно кивнула. - Ну... смотри. Он боится услышать то, что рисунок вышел плохим, но улыбка ее становится только шире, отчего и на душе приятно теплеет. Ей нравится. - Это очень мило. Тут-то Адриан и решил, что ей все же стоит увидеть портрет. - Переверни. Блокнот в самом деле оказывается перевернут. Умиление, которое буквально окутывает ее с головой, ему настолько приятно, что он просто засматривается на растянувшиеся в улыбке губы, на засиявшие на пару секунд глаза. Ей точно нравится. - Очень красиво. - Тебе нравится? - Конечно. Улыбка сама собой появляется и на его губах. - Меня это успокаивает. И в самом деле, это настолько скрашивает беспокойное ожидание, что Адриан, наверное, рисовал бы дальше, если бы она не пришла. Он теперь понимает, почему на уроках Натаниэль постоянно что-то у себя там порисовывал. Так легче. Она вдруг достает шприц. Это Адриану не нравится, это заставляет напрячься, ведь она вроде как обещала давать ему витамины, разве нет? Словно читает мысли. - Это те самые витамины, о которых я тебе говорила. Будет немного больно, но только сначала. Давай руку. Когда он подаёт руку, ее взгляд пронзается такой грустью, что становится немного не по себе. Почему она вдруг загрустила? Было немного больно, как она и говорила, но в целом каких-то особых изменений не следовало. - Сегодня с тобой будут другие врачи. Не вздумай расколоться им о нашем с тобой плане. Плане? Уж он-то то-очно не расколется. Черт! Как же ему нравится то, что она такая хитрая. Все везде продумает и узнает - как лучше, а его направит. Приятно чувствовать себя таким мелким обманщиком, который на самом деле строит громадный коварный план. - Тогда я пойду. Нет-нет-нет! Она просто обязана взять рисунок с собой, ведь это подарок! - Погоди, - он берет в руки блокнот, протягивает его, но она брать его не спешит. Только улыбается. - Тебя же это успокаивает. - Да, но... - Ты вроде как стихи пишешь, да? Напиши что-нибудь для меня. Это словно служит кнопкой включения. Тут же вихрем сыплются идеи, заставляя голову буквально взрываться, но Адриан успевает записывать каждую. Одну за другой. Потом они превращаются в одну сплошную кашицу и с ней приходится изрядно повозиться. И все равно ничего не получается. Это злит довольно сильно, весь блокнот оказывается исписан, строчки - перечеркнутыми, кое-где не только строчки; а он постепенно теряет надежду на то, что напишет что-то хорошее. Мысли заняты этим чертовым слоном; этим чертовым рисунком, который он даже не тронул; заняты ею и всем, что вообще хоть как-то с ней связано. Случайно он снова слышит, что дверь открывается. - Адриан, у меня для тебя есть кое-что. Когда в ее руках ообнаруживается огромный и мягкий слон, - игрушечный, конечно, - этого Адриан отрицать не мог, - глаза расширяются сначала от удивления, а затем от прилившей потаенной радости. Она... Где она только смогла достать его? Чувства перемешиваются друг с другом, но главенствует, наверное, все же радость. Такая теплая и до чертиков милая радость. Такая же милая, как улыбка этого слона. - Он просто чудесный! Он сидит на кровати, крепко прижимая к себе слона, утыкаясь в него лицом и улыбаясь так широко, как только позволяют губы. Поистине царский подарок.