Душевно-не-больные

- Что ты будешь, чай или кофе? - У тебя есть красный чай? - Ты имел ввиду черный? - Нет, именно красный, - Адриан качает головой, поднимаясь из-за стола на ноги и открывая дверцы того ящика, в котором у Маринетт обыкновенно лежали всяческие чайные принадлежности. Ищет что-то, но найти не может. - Нет, красного чая у меня не водится, - она покачала головой. - Черный подойдет? - Хорошо, пусть будет черный, - он кивнул, присев на край столешницы рядом с Дюпен-Чэн и поглядывая на то, как она заваривает чай. У нее были не пакетики, она предпочитала заваривать в чайнике. Считала, что так будет вкуснее. В принципе, так оно и было, наверное. Прошло не так много времени с того дня, когда Адриан покинул стены лечебницы. Всего два или три дня, которые для него наверняка были днями какими-то дико свободными, он словно почувствовал себя в своей тарелке, а вот сама Маринетт отчего-то не чувствовала себя спокойной. Она волновалась. Волновалась о том, чтобы Адриан вдруг не сорвался на какой-нибудь мелочи, чтобы вдруг не сделал чего-то плохого, а еще заметные на руках порезы заставляли каждый раз грустно вздыхать. А он словно не замечал их. Словно не знал об их присутствии и каждый раз удивлялся, спрашивая у нее, все ли в порядке. Он каждый раз смотрел на нее с неподдельным беспокойством, а Маринетт оставалось только улыбнуться и сказать что-то о том, что все в порядке, не нужно лишнего беспокойства. Тогда и он улыбался. Боже, улыбка у него такая же красивая, как и раньше. - Что мы сегодня будем делать? - он снова уселся за стол, с интересом рассматривая то, как чай в чашке смешно ходит волнами, если его помешать ложечкой. - Я еще об этом не думала, - Маринетт пожала плечами. - Но я думала, что мы можем сходить за покупками. - Ты купишь мне чего-нибудь вкусненького? - он поднял на нее взгляд, улыбаясь хитро-хитро, как ребенок, который высмотрел для себя конфетку и теперь жаждет ее покупки. Со стороны смотрелось даже забавно. - Естественно, - она улыбнулась в ответ, но уже без этой вот хитрости. - При условии, что ты... Он уже закатил глаза, перебивая Маринетт на полуслове: - Да-да, я помню, мне все еще нужно принимать эти твои витамины. Сколько я там их уже принял? И в самом деле, сколько? Она даже не считала этого, решив, что вся эта ерунда уже не так важна. Важно выполнить нужный курс и следить за прояснениями. Хотя на самом деле со стороны он казался вполне адекватным. И не скажешь, что он рассматривал на пустой стене пауков и игрушек путал с людьми. Не скажешь, что с рычанием не разрешал врачам даже притрагиваться к себе, а вместо простой девчушки во врачебном халате увидел главную парижскую героиню. Но так оно и было. Таким он и был на самом деле. - А что именно ты хочешь? - Орешки в шоколаде, - он отпил немного из чашки с чаем. - Еще я хочу тортик. Любой, главное, чтобы это был тортик. В планы Маринетт тот самый тортик явно не входил, но оставалось только вздохнуть и с этим самым вздохом согласиться на все условия, которые Адриан перед ней ставил. - Тортик так тортик. В магазине они обходили все подряд. Маринетт складывала в корзину то, что было необходимо, периодически вытаскивая случайно брошенного туда, например, шоколадного зайца, напоминая, что они договаривались на торт и орешки, смеясь с забавного выражения его лица и убирая зайца куда-то на соседние полки. Но вот тогда, когда они наконец добрались до большого холодильника с тортами... Глаза у Адриана явно разбежались. Он смотрел то на один торт, то на второй, то на третий, улыбался и все не мог выбрать между шоколадным и сметанным, затем увидел торт с вишневым джемом внутри и уже в самом деле разрывался. - Я хочу их все! - На все у меня денег не хватит, - она улыбнулась, тихо рассмеявшись. - Какой ты хочешь больше? - Я не зна-аю! - как-то обреченно тянет Адриан, выбирая уже между вишневым и шоколадным тортом. - Я и вишню люблю, и шоколад. - А вишневый торт разве без шоколадной глазури? Он, видимо, сообразил, что она имела ввиду, тут же беря в руки упаковку с вишневым тортом и утвердительно кивая: - С ней. - Вот и славно. Свой торт понесешь сам. А Адриан был и не против, потому что в следующую же секунду он пошел следом за Маринетт, высматривая, где же можно взять орешки, о которых он говорил дома. К слову, тогда и орешки тоже оказались в корзине, а Агрест был доволен вдвойне. Уже на парковке они выгружали пакеты с продуктами в багажник машины. Маринетт уже было открыла машину, чтобы сесть, как вдруг увидела, что Адриан замер у противоположной двери на переднее сидение. Смотрит куда-то неотрывно, а она уже готовится к очередному взгляду в пустоту, но когда прослеживает его взгляд, то тоже замирает, но лишь на пару секунд. У одной из бетонных колонн, на которой держалась, собственно, крыша парковки, сидел небольшой пушистый котенок, вжимаясь боком в эту колонну и боязливо озираясь по сторонам. Адриан смотрел на него как завороженный. Тихо вздохнув, она улыбнулась. - Иди. Он мгновенно сорвался с места, но ближе к колонне снова замер. Подошел медленно, аккуратно взял пушистое существо в руки, улыбнулся и вернулся к машине, забираясь на переднее сидение, усадив его у себя на коленях. Котенок озирался, пытаясь сообразить, что происходит, испуганно жался к руке, отчего-то проникнувшись к Адриану доверием, а к Маринетт доверия не испытывая. Они доехали до дома, она даже сама перенесла пакеты, заявив, чтобы Адриан просто взял и забрал котенка вместе со своим тортом. Так он и сделал. Когда продукты уже были на полках, он сидел рядом с импровизированной кошачьей миской, что была в виде маленького блюдца с молоком, и котенком, который это молоко старательно пил. Господи, как это было мило. - Как назовешь его? - Не знаю, - он задумчиво склонил голову к плечу. Подумал немного, а затем улыбнулся: - Плагг, наверное. Маринетт опешила. - Плаггом? - Да, а почему нет? - он поднял на нее взгляд и улыбнулся. А котенок-то был черным.