Философия секса +822

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Пэйринг или персонажи:
Рейли, Дин и другие
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Романтика, Юмор, Флафф, Драма, Психология, Философия, PWP, Омегаверс
Предупреждения:
Нецензурная лексика, Групповой секс, Мэри Сью (Марти Стью), Кинк, Мужская беременность, Секс с использованием посторонних предметов, Полиамория
Размер:
Макси, 167 страниц, 31 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Обалденная работа. Спасибо» от D.T.V.
«За прекрасного Рейли!!!» от Erasmus Darwin
«Очень глубоко и страстно :)» от sasamka1
«За прекрасный квартет!» от pomenjashka
«Очень сексуальная философия ;)» от Ledock
«Отличная работа!» от Slonic
«Отличная работа!» от japan_ja
«Шикарная работа!» от alex3o3o
«Больше Стангов!!!» от собачка-кусачка
Описание:
Из серии ДНТ.
Описание-спойлер:
Дин и Рейли – пара омег, чей брак неофициален. Из-за наследства Дин расходится с Рейли и становится мужем Локи. Крис, бывший парень Локи постепенно соблазняет Дина, а потом утягивает его в групповушку с Локи. Локи знакомится с Рейли и начинает с ним спать, мечтая добавить его в свои отношения с Крисом. А потом они все сойдутся и начнутся оргии :)
ХЭ. Предупреждение: Секс, разврат и содомия! Полигамные отношения.

Посвящение:
Всем любителям истории о Стангах [Райли – старший сын Хуго и Нели]

Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки

Примечания автора:
Относительное будущее - 2040 год. Норвегия, город Осло

История косвенно связана с персонажами из цикла "Дети на троих"
Инфо о серии: http://irizka2.diary.ru/p210535886.htm

Эпилог. Психология отношений

15 апреля 2016, 22:05
Это была трудная и долгая неделя. Или только один день? В суете несложно проглядеть несущееся мимо время. А оно уходит. Бессовестно утекает сквозь пальцы, и не успеешь оглянуться, как ты уже старик.

Дин тяжело вздохнул, разглядывая лежащий на ладони вырванный седой волосок. Всего сорок два, молодость позади или лучшая её часть, но в будущем ещё много долгих дней, когда рядом близкие люди: любимые мужья, дети, вставшие на ноги, и спокойные семейные вечера в кругу родных. А ещё горячие ночи, полные стонов и обжигающих прикосновений, сиплое дыхание у груди и жаркие стоны.

— Ещё не старик, — уверенно сказал он себе, мотнув головой, отгоняя пошлые картинки, и выбросил незадачливый волосок в слив.

Неделя началась с крестин. Или это прошлая ими закончилась? Так или иначе, но выходные прошли бурно. Шумно, сытно, весело… даже местами чересчур. Семья у Рейли огромная, и рождение ещё одного ребенка у его братьев отмечали с размахом. Лин и Лун в который раз объявили, что это последний ребёнок в их и без того большой семье, и Хуго на радостях закатил пир. Дин уже и забыл, какими шумными могут быть Станги. Последний раз так собирались и кутили на свадьбе Олава и Марта. Но с тех пор почти семь лет прошло, и семейство значительно выросло.

Рейли был счастлив всех увидеть, собрать, обнять, поболтать. Дину тоже было приятно увидеться со старшими сыновьями, которые уехали учиться в Берген и с тех пор редко появлялись дома, поболтать с Эрки и познакомиться с новыми племянниками и внучатыми племянниками.

После подобного веселья хотелось отдохнуть, взять отпуск и пару дней поваляться на диване, восстанавливая психику и здоровье. Но, как назло, у Рейли случилась очередная командировка, и они с Кристианом дружно укатили во Францию. Сыновья же остались под его присмотром, а за взрослыми альфами в приближающиеся шестнадцать лет требовался серьёзный надзор. На Локи надежды никакой не было, он, как и раньше, детей старательно не замечал. И за это подростки его очень любили, так как лишнего внимания к себе не желали. Впрочем, Локи все дети любили – он был спокойным и выглядел серьёзно и грозно, к нему тянулись и искали внимания, и чтобы детишки его не доставали, Локи отмахивался от них подарками.

Но своих детей без повода баловать ему не позволяли. Дин держал в ежовых рукавицах и сердобольных мужей, и забияк сыновей, почти все в их доме висело на его плечах, так что за неделю Дин вымотался и устал. Очень хотелось, чтобы Рейли с Крисом поскорее вернулись, у них всегда выходило отлично справляться с мальчишками. Крис так вообще оказался гибким манипулятором, и все дети всегда становились на его сторону, поддерживали и считали лучшим другом и старшим братом. При этом Кристиан так успешно организовал их быт и воспитание, что пятеро подрастающих альф нисколько не удивлялись тому, что у них четверо родителей. Дин же был слишком строг, строил парней и следил за их учёбой и поведением. Потому дети от него прятались и старались лишний раз на глаза не попадаться, чем злили его ещё сильнее.

К субботе сил ни осталось никаких, да ещё без поддержки Криса Дин с трудом справлялся с газетой, поэтому приходилось брать работу домой.

— У тебя пар из ушей идёт, — Локи вышел из ванны и завалился на постель рядом с Дином. Без двух других мужчин комната казалось пустой и холодной, и Дин невольно подвинулся к Локи ближе.

— На работе завал, близнецы стащили мою кредитку, а Рас собрал вещи и ушёл на выходные к другу, даже не спросив моего разрешения!

— Я ему разрешил, — пожал плечами халатный отец.

— Ты всем всё разрешаешь, — махнул на него сердито Дин. — Ему всего пятнадцать, а ночёвка у друга означает сигареты, выпивку и малолетних омег!

— Ну, может, отравится и поумнеет. Или подцепит какую-нибудь болячку и начнёт хуй свой беречь…

— Ты дебил! — рыкнул на него Дин и толкнул локтем в бок. — Лучше бы объяснил сыну, что без должного образования у него не будет будущего, а разгульный образ жизни выкинет его на обочину общества…

— Какой же ты зануда, — прервал его Локи, обхватывая руками вокруг груди и прижимая к своему ещё влажному телу, — давай я на практике покажу, к чему ведёт распутный образ жизни? — Он лизнул ему губы, но Дин заупрямился, попытавшись отвернуться.

Локи над этим только посмеялся, стал шутливо лизать его щёки, шею и попытался стянуть с него штаны. Сопротивление хоть и оказывалось, но было не слишком серьёзным. Подобные заигрывания Дину нравились, уже давно он стал временами уступать Локи ведущую роль в постели, и альфа, имея огромную возможность для тренировок, научился доставлять ему невероятное удовольствие. Дин в этом не признавался, но прикосновение сильных пальцев, терпкий запах возбуждения смешанных фруктов и алкоголя заводил его с пол-оборота.

— Ты уже течёшь, — нагло заявил Локи, добравшись руками до промежности, — ммм, на вкус как самый крепкий кофе, — пошло облизнул он пальцы, заставляя Дина краснеть. Ему сорок два, а слова мужа до сих пор вгоняли его в краску.

— Будешь болтать, и тебе потребуется дантист, — Дин попытался скрыть возбуждение за грубостью.

— Значит, никакой болтовни! — Локи резким движением повернул его на живот и стянул домашние штаны с бельём. Дин только успел охнуть, как его прогнули и развели ягодицы в разные стороны. — Какая красивая дырочка, — нагло прошептал Локи ему куда-то в мошонку.

Дин хотел снова сказать что-то колкое, но вместо этого застонал, когда обжигающий язык Локи прошёлся от яиц до сжатого колечка. Чуть раздвинув пальцами кожу, альфа толкнул язык в дырочку и густо смазал её слюной. От его дыхания по коже пробежался холодок, и Дин мелко задрожал, стараясь сдержать стоны удовольствия. Локи всегда делал это слишком хорошо, ласкал нежно и горячо, но при этом обращался достаточно грубо, чтобы Дин не начал ругаться, что его принимают за течного омегу.

Ещё немного размяв вход, Локи вошёл плавным движением, останавливаясь на мгновение, а потом перешёл на быстрый яростный темп, заставляя Дина кричать от смеси наслаждения и боли. Скоро боль совсем утихла, оставив только жгучее желание, и Дин, не контролируя себя, стал просить, требовать, умолять брать его сильнее и быстрее…

Удовлетворённые и уставшие, они устроились на постели, подпирая друг друга плечами, и крепко уснули. В воскресенье должны были вернуться их мужья, и скоро всё снова станет приторно сладким со вкусом розового масла и шиповника.

Крис прислал сообщение, что самолёт сядет в два, и он сразу помчится в редакцию, так как в командировке набралась куча потрясающего материала. Локи поехал встречать Рейли один, потому что к Дину заявился папа. После того как долги официально были аннулированы, отец Дина – Мортен Осен – подал на развод и укатил в солнечную Испанию с молоденьким любовником. Папа потерю пережить не смог или просто был неспособен решать свои проблемы самостоятельно, поэтому часто появлялся у сына в гостях, жалуясь на жизнь и игнорируя его недовольство. Ивар всё так же не любил Рейли, не желал признавать их детей и ворчал на Криса, когда думал, что тот его не слышит.

— Вот, приготовил для Расмуса суп с клёцками, мальчику надо хорошо питаться!

Дин молча посмотрел на крошечную коробочку для еды и спрятал её в дальний угол холодильника. Суп с клёцками любили все, но Ивар словно специально не замечал никого, кроме альфы, рождённого его сыном. Его семья включала троих мужей и пятерых альф-подростков, но Ивар старательно делал вид, что, кроме Локи и Расмуса, в ней нет больше никого. Дин слушать об этом и даже замечать намёки не любил, но как бы ему ни хотелось - прогнать папу не мог. Он чувствовал к нему жалость, понимал, что Ивар – его единственный, пусть и невыносимый папа, и сожалел, что слишком слаб и ему не хватает твёрдости, чтобы поставить старика на место.

— Пап, Рас уехал на выходные к друзьям, а домой скоро придут Рейли и Крис. Так что ты лучше ступай…

— Придут и придут. Неужели я им помешаю? Спальня у вас на втором этаже, а мы с тобой здесь спокойно пообщаемся, — родитель криво усмехнулся, и Дин вздохнул, чувствуя всю тяжесть своего положения. Не обречённость, не злость, а просто усталость.

— Я тоже хочу с ними время провести, я соскучился.

Ивар что-то забубнил себе под нос про пятна на плите и что ему нужна тряпка… Папа, как всегда, не слушал то, что ему не нравилось. Игнорировал весь мир, кроме своего собственного. Наверное, потому Мортен и сбежал. Он бы сделал это раньше, но его держали долги и ответственность перед сыном. Или просто удобного момента не подвернулось.

Входная дверь хлопнула, и Дин с радостью нашёл повод, чтобы оставить папу. Рейли, увидев его, что-то восторженно пискнул и повис на шее. Локи вкатил чемоданы и коротким кивком поприветствовал Ивара, который не удержался и пошёл следом за сыном.

— Как же ты пахнешь, солнышко, — Дин нежно прикусил Рейли мочку и потёрся пахом о его бёдра. Присутствие папы не смущало. Даже напротив, хотелось ему назло показывать свои чувства и нежность к любимому.

— Мне тебя не хватало, — простонал Рейли, — и течка со дня на день начнётся. Крис тоже заметил, что запах стал сильнее.

— Может, уже и началась, — Дин не удержался и лизнул его в шею, оставив влажную дорожку от ключиц до подбородка. Он соскучился по его теплу рядом, по милому вниманию и заботе, Рейли был их домашним уютным пристанищем, тихой гаванью, ради которой бросались все дела. И когда он уезжал, пусть с каждым годом все реже, казалось, что дом замерзал. И даже дети сбегали. — Очень хочу тебя.

— Да, — Рейли страстно и слишком пошло застонал, заставляя Ивара взмахнуть руками и сбежать на кухню.

— Сейчас выпровожу папу, — Дин с неохотой отпустил мужа, вручая его в руки Локи. — Без меня не начинайте.

— Если не поторопишься, я терпеть не буду, — усмехнулся Локи и подхватил Рейли под попку. Тот сразу же прижался к его губам, и Локи, чуть покачиваясь со своей драгоценной ношей, с трудом вписался в дверной проём и взобрался по лестнице. В спальне были звуконепроницаемые стены, чтобы не смущать детей, но, видимо, до спальни парочка не добралась, потому что вскоре послышались страстные постанывания и порыкивания.

Дин поспешил на кухню, мечтая быстро спровадить папу, но тот с несчастным видом сидел за столом и подтирал невидимые слезинки накрахмаленным платочком. Для большего трагизма с появлением сына омега громко всхлипнул и спрятал в платочке всё лицо.

— Ну, папа… — Дин сел рядом, недоумевая, что теперь стало причиной недовольств и стенаний Ивара.

— Как ты можешь это выносить… твоего мужа прямо у тебя под носом уводит другой омега… и этот… этот… — папа снова всхлипнул, делая паузу и подбирая слово, — этот соблазнитель тебя окучивает, живёт в твоём доме и тратит твои деньги.

Дин устало опустил голову на стол. У него уже давно не было желания врезать Ивару промеж хитрых глазок и вышвырнуть за двери – применять силу тут было бесполезно. Тот не поймёт, обидится и будет доставать с ещё большим усердием.

Откуда-то со второго этажа донеслись страстные крики Рейли, и Дин невольно прикрыл уши – так хотелось к нему сейчас, прижаться к тёплому боку, обхватить ладошкой член Локи, втолкнуть его в податливую, хорошо растянутую за годы совместной жизни дырочку и протолкнуться следом… от жарких картинок в штанах стало тесно – нужно было поскорее прогнать папу, но тот заливался слезами, и Дин невольно застонал от своего безвыходного положения.

— Сынуленька, драгоценный, — Ивар принял его стон и заткнутые уши за что-то другое, — поехали со мной, дорогой, забудь ты про этих омерзительных животных, пусть трахаются, сколько им влезет. Ты такой чудесный мальчик, найдёшь себе настоящего альфу, который не будет размениваться на шлюх и бросаться на них, как на мясо! Локи – козлина старая, как и все альфы, только о своём узле заботится, а о твоих чувствах, о вашем сыне совсем не думает!

— Прекрати, па, — Дин его немного отодвинул и намеренно улыбнулся до ушей. — Они не трахаются, а любят друг друга. Локи тоже соскучился и хочет секса. Со мной не забалуешь, я не люблю снизу, а Локи в этом плане не совсем в моём вкусе, ведь я предпочитаю омег или таких, как Крис. Но когда нас четверо, то всё становится проще, даже мы с Локи уживаемся. Потому что мы любим и понимаем друг друга. Все вместе. Все вчетвером.

Папа с оцепенением и широко раскрытыми глазами минуту рассматривал сына, а потом с ужасом произнёс:

— Это же так мерзко! Дин, о чём ты говоришь? Это просто жуткий омерзительный разврат. Такой семьи не бывает!

— Смотри, папа, — Дин развёл руки, продолжая улыбаться, хотя на душе была горечь, — я живу в этом разврате уже шестнадцать лет. И если тебя от этого кривит, подумай хорошенько, почему тебя так волнует чужое счастье.

В спальню он поднялся мрачный. В своей страсти парочка так и не заперла двери, и пока Дин дожидался, когда папа оденется и уйдёт, гордо вскинув маленькое высушенное личико, они оба прекрасно слышали, чем занимаются наверху Локи и Рейли.

На пороге сбросил одежду, прошёл к постели и забрался рядом с постанывающими мужьями. У них была вязка, Локи с немного замутнённым взглядом притянул к себе лицо Дина и криво мазнул языком по губам. Дин прошёлся ладонью по его широкой влажной спине, прижался ближе к Рейли и утянул его в поцелуй. Запах роз постепенно выбивал из лёгких осадок от общения с родителем. В конце концов, это не его жизнь. Не его семья. И не ему судить о том, как Дин живёт и с кем спит.

Пальцы продолжали ощупывать мышцы на спине альфы, ему нравилось, как они напрягаются во время сцепки и дрожат при каждом подступающем оргазме. Чуть приподнявшись, огладил ягодицы и спустился рукой к промежности Рейли. Два пальца легко вошли, несмотря на узел. Рейли до секса был охоч и никогда никому не отказывал, дырочка у него была хорошо разработана, и во время течки они брали его уже втроём и даже вязали в два узла. От проникновения тот застонал громче, чуть выгнулся под тяжёлым телом Локи и сладко попросил:

— Возьми меня, Дин, очень хочу тебя.

— Позже, — пообещал он и вернулся к ягодицам альфы.

Сейчас он был слишком расстроен и обозлён поведением Ивара. В таком настроении он не хотел лезть к Рейли и чем-то его обидеть, а вот Локи будет даже рад… Дин вставил ему в анус пальцы, и тот замычал, раздвигая ноги шире.

Трахал его неспешно, размеренно, прислушивался к стонам Рейли, успокаиваясь и расслабляясь от каждого прикосновения его нежного омеги и сдавленного сопения Локи. Кончил с вскриком: брать альфу в сцепке – особое удовольствие. После оргазма на душе полегчало, но на бёдрах Локи остались тёмные следы от его пальцев – будут синяки.

Пока сцепка не закончилась, Дин спустился вниз, захотелось выпить воды и покурить. Приготовил сок, и к нему спустился обнажённый Рейли. Глотнул из его стакана с благодарной улыбкой и уставился на своё отражение в зеркале над раковиной.

— Ужас, куча морщинок, — поморщился он, трогая свою кожу.

— Ты прекрасно выглядишь, — улыбнулся Дин, притягивая мужа к себе поближе. — Самый красивый омега во вселенной, сколько бы тебе ни было лет, ты для меня всегда будешь самым прекрасным и восхитительным. — Рейли от комплиментов улыбнулся, крутанулся перед зеркалом, рассматривая стройную подтянутую фигуру, и, довольный собой, одобрительно кивнул. — Нужно уметь принимать с благодарностью свой возраст, чтобы не как твой Себастьян до семидесяти лет тратить время на тусовки и одноразовые связи, а потом уехать в Тибет, объявив себя святым.

— Себбе радовался и своей разгульной жизни, и новому увлечению, — пожал плечами Рейли. — Но как он я не хочу. Собираюсь уйти тихо на вершине славы, чтобы меня не вспоминали старым повесой.

Дин рассмеялся, погладил тёплую кожу, уже не столь идеальную, но для него всё такую же привлекательную и желанную. Про себя отметил, что надо чаще делать Рейли комплименты, чтобы он не забивал голову глупостями о своём возрасте и не изводил себя и Криса, который тоже был помешан на своей внешности, в тренажёрных залах.

— Ты опять расстроился из-за папы? — тихо спросил ему в плечо Рейли. — Я чувствую твоё настроение, улавливаю, как и запахи в воздухе.

Дин не ответил, молча потёрся носом о каштановую макушку, вдохнул полной грудью запах роз и начинающейся течки. Рейли всё замечал, понимал и поддерживал, был рядом, делил с ним горечь и счастье…

— Как хорошо, что ты дома, — наконец, произнёс он, но потом всё же добавил: — Как думаешь, папа сможет меня когда-нибудь понять?

— Уверен, он уже давно всё понимает, и вся его злость и недовольство от зависти, — Рейли расстроенно вздохнул. — Не хочу говорить о нём плохо, но он всегда тебе завидовал – ты лучше, умнее и смог найти пусть необычное, но счастье. А от него даже муж сбежал.

— Мне так хочется, чтобы он когда-нибудь признал Асле и Ветле, порадовался бы их детям – своим внукам, научился бы любить тебя и доверять Крису. Я устал воевать с ним, это словно вечная борьба с каменной стеной. Хоть бы раз он просто промолчал и не был так жесток к моим чувствам.

— Ты любишь его. Это хорошо. — Рейли крепче прижал его к себе и ласково поцеловал в шею, в то самое место, на которой уже шестнадцать лет была их общая метка. — А мы любим тебя. Помни об этом и не переживай из-за его слов. В конце концов, ему за шестьдесят, и ты всегда можешь спихнуть все его ворчания на прогрессирующий маразм.

Дин нервно хохотнул, соглашаясь с любимым. На папу можно было закрывать глаза, к нему он уже давно привык, но что делать с остальным обществом? С теми, кто тычет пальцами в их четвёрку, делает круглые глаза, когда они говорят, что живут вчетвером, и удивлённо переспрашивают «вы родственники?», когда видят общую фамилию в документах. После свадьбы на четверых они все стали Тённессен, но продолжали работать под прежними фамилиями, так как были узнаваемы.

— Люди не верят в необычную любовь, считая правильными лишь свои отношения. Наверное, я не доживу до того времени, когда никто не будет осуждать меня за мои предпочтения, — с тяжёлым вздохом ответил Дин.

— Тебе не должно быть дела до чужого мнения, — ласково улыбнулся ему Рейли.

— Ты прав, — Дин кивнул и почувствовал облегчение, словно это то единственное, что ему действительно нужно было услышать. — Раньше я думал, что моя бушующая ревность напрямую связана с моими чувствами. Что чем проще мне будет делить тебя с кем-то, тем меньше буду тебя любить. Я считал, что неуправляемая жажда обладания, контроль и то, что ты принадлежишь мне, это те самые высокие чувства, о которых пишут поэты. Но спустя годы, наблюдая за Крисом, привыкнув к Локи, я понял, насколько сильно ошибался. Любовь – это не моё эго, с его потребностями и жадностью. Любовь – это моё личное желание сделать тебя счастливым и доставить удовольствие невзирая ни на что. Любовь должна выражаться не моим внутренним удовлетворением, а наслаждением твоим счастьем. Мне потребовалось много времени, чтобы понять это. Но сейчас я уверен и в своих чувствах, и в их понимании. Ты счастлив, любовь моя, и именно это приносит мне радость и убеждает, что я всё делаю правильно. Люблю тебя.

— Я тоже, Дин. Люблю и буду любить тебя до конца наших дней.
Примечания:
https://vk.com/album-67747668_230713816