Игроки +212

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Пэйринг или персонажи:
альфа/омега; бета/омега
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Романтика, Драма, Омегаверс
Предупреждения:
Насилие, Мужская беременность, Смерть второстепенного персонажа
Размер:
Макси, 260 страниц, 30 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Отличная работа!» от burotino
«Очень круто и как всегда мало~» от 68847
«Замечательная работа! Спасибо!» от Retinox
Описание:
Первого убитого альфу нашли в мусорном контейнере без внутренностей. Вместо них в животе оказались разноцветные стеклянные шарики. Что это? Зашифрованное послание антиальфы? Или просто выходка безумного маньяка? Это и предстоит выяснить Роберту Ронвуду, если он, конечно, не потеряет голову от любви.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
История о приключениях Ричарда: На шаг впереди -
https://ficbook.net/readfic/3725602/10908131#part_content;

Ещё одно расследование Антиальфы!
Интимные связи с преступностью - https://ficbook.net/readfic/4606878;

Работа написана по заявке:

Пролог

1 апреля 2016, 12:14
      Роберт Ронвуд — высокий, хорошо сложенный альфа — сидел в массажном кресле в гостиной дома у родителей. Программа работала в полную силу, расслабляя мышцы спины. Он был одет в серые брюки, белоснежную рубашку, застёгнутую на все пуговицы и жилет с атласной спиной. Чёрные волосы Роберта были зализаны назад, и на лице ни намёка на щетину. Он дремал, прислушивался к возне сына и племянника на полу — дети ссорились и никак не могли поделить новенькую игрушечную пожарную машинку.

      — Стэн, отдай Киму, он поиграет, и поменяетесь, — предложил Роберт, не размыкая век. Механизм кресла мерно и тихо жужжал, постепенно усыпляя его.

      — Ким, отбери наконец эту дурацкую машинку! Я же тебя учил, как нужно бить по носу! — возмутился из кухни младший брат Роберта — Ричард.

      Он просунул в комнату голову с лохматыми чёрными волосами и одобрительно подмигнул сыну, разрешая подраться с кузеном. Дети замерли на пару секунд, а затем и правда сцепились друг с другом, через полминуты Ким — младший из мальчиков — сын Ричарда, выхватил машинку из рук Стэна и умчался на улицу сквозь дверь в кухне. Сын Роберта последовал за ним.

      — Ты учил своего сына драться с моим? — приоткрыл один глаз Роберт и покосился на брата.

      Тот усмехнулся и прошёл в гостиную. Он уселся в кресло напротив и закинул ноги на подлокотник. Ричард был младше на три года, но выглядел как безбашенный подросток. Голубые джинсы и чёрная обтягивающая футболка, которая подчёркивала отлично развитую мускулатуру, только дополняли образ бунтаря и возмутителя спокойствия. У него была небритая щетина и вечная чуть нагловатая улыбка. Роб считал, что это из-за марихуаны, которой баловались Рич и его супруг Чарльз. И Ким у них был настоящим исчадием ада, а не ребёнком, не шёл ни в какое сравнение с воспитанными и послушными сыновьям Роберта.

      — Брось, Роб, они же не омеги, пусть немного подерутся. Спать будут лучше, — отмахнулся Ричард. Он перекинул брату свёрнутую в тугой жгут газету. — Тебе интересно на третьей странице.

      Роберт получил газетой по щеке и сердито зарычал, сверкнув тёмно-синими глазами на обозревшего брата. Он рывком снял с газеты резинку и развернул её. На третьей странице в независимой колонке, которую вёл омега-репортёр, была история об альфе, которого подозревали в тройном изнасиловании несовершеннолетних омег, но суд присяжных оправдал его. Репортёр в известной и присущей ему резковатой манере рассуждал о том, хорошо ли платят присяжным и куда, собственно, смотрят правоохранительные органы, если преступника отпускают безнаказанным.

      — И что? Хочешь, чтобы я отправил кого-то из своих бойцов отыметь, наконец, этого острого на язык писюльку? — приподнял бровь Роб, размышляя о том, что так писать может только омега, у которого действительно давно не было секса. Больно уж резко и стервозно.

      — Как вам, альфачам, нравится рассуждать, кого нужно выебать, — усмехнулся Чарльз.

      Он неслышно вошёл из кухни и навис над Ричардом, потершись о щёку, и втянул носом любимый запах. Роберт признавал, что по сравнению с его собственным супругом Чарльз выигрывал на несколько шагов. Он был красивей, умней и интересней, чем Патрик. Но и у него имелись изъяны, о которых не принято было говорить вслух в их семье.

      — Можешь присоединиться и порассуждать с нами, — предложил Роберт, заранее зная, что пожалеет об этом.

      — Если бы ты трахал получше своего благоверного, он бы делал тебе массаж, и ты не приходил бы сюда валяться на массажном кресле, — усмехнулся Чарльз и в подтверждение своих слов принялся мять плечи Ричарда. Брат предательски заурчал и откинулся на спинку.

      — Моё присутствие тебе мешает, Чарльз? — поднял бровь Роберт, улыбнувшись. Что за наглый омега — встал за спину супруга и хамит оттуда.

      — Твой костюм вгоняет меня в тоску, — оскалился Чарльз, окинув Роберта янтарным взглядом. — Ты всегда одеваешься так, как будто готовишься попасть к кому-нибудь на свадьбу или похороны.

      — Его убили, — вмешался Ричард, опережая ответную реплику брата.

      Роберт знал, как он сильно ревнует Чарльза к нему и даже не разрешает одному приезжать в Огайо. Так что не удивился, когда Рич прервал их шутливую перебранку.

      — Писюльку убили? — удивлённо переспросил он и, покосившись на Чарльза, демонстративно выключил массажер.

      — Альфу, — рыкнул Ричард, жестом отправляя Чарльза назад на кухню и прихлопнув его по пятой точке. Он окинул брата сердитым взглядом и приподнял верхнюю губу. Когда Чарльз, посмеиваясь, скрылся за дверью, он недовольно буркнул. — Зачем заигрываешь с ним?

      — Не выдумывай, Рич. Мы просто общались, ну что за глупая ревность? — примирительно сказал Роберт, ухмыляясь вспыльчивости брата.

      — Я оторву тебе член, если узнаю, что он встал на Чарли, — недовольно буркнул Ричард, опять откидываясь на спинку.

      — Теперь-то он точно не встанет, — засмеялся Роберт. — Так что? Альфу убили?

      — Да. Саммерс звонил, пока ты тут релаксировал. Его нашли в мусорном контейнере без внутренностей. Вместо них были зашиты в брюхо разноцветные стеклянные шарики, — рассказал Ричард.

      — Без внутренностей. Стеклянные шарики. Шикарно, — Роберт живо представил себе это зрелище: переулок, ряд мусорных баков и в одном из них, заваленный отбросами и объедками, бывший мелкий чиновник Кливленда. — Ну и что? Причём здесь я?

      — В общем, там всё как-то странно, я не очень вникал в подробности. Полиция мнёт яйца, просит помощи у «Теты». Подозревают омегу из «Дельты» — больно необычное и бессмысленное убийство. Саммерс не прочь вмешаться, хочет, чтобы ты собрал и координировал группу, — Ричард мотал в воздухе ногой и не выглядел серьёзным или сосредоточенным.

      Чего не скажешь о Роберте, который нахмурился и уже напряженно думал, кто мог так обойтись с альфой, вспоминал дела «дельтовцев» и подыскивал того из них, для кого могло быть характерно подобное поведение. Братья Ронвуды, как и их отец и всё их окружение были агентами «Теты» — антитеррористической организации, объединённой по всему миру и направленной на противодействие омегам-экстремистам из «Дельты». Те следовали понятным только им целям и совершали преступления, как частные, так и массового характера.

      — Ты не поедешь! — крикнул из кухни Чарльз. В его тоне была сталь, от которой братья поёжились.

      — Но меня не отпускают, — с досадой буркнул Ричард, поглядывая в сторону кухни и состроив гримасу.

      Роберт встал и размял спину. Он перебирал в уме агентов, которых мог бы задействовать, но в Америке, как правило, никто из опытных не сидел без дела. Он решил связаться с Саммерсом — пусть тот пришлёт новичка, чтобы практиковался. Сам Роберт уже давно не участвовал в миссиях активно, предпочитая только координировать агентов, подбирать для них необходимую информацию и руководить операцией. А вот Ричард таскался по всему миру, редко появляясь дома, и Роба насторожило такое твёрдое нежелание Чарльза отпускать его именно на это задание. Возможно, ему известно больше, чем положено порядочному военному супругу?

      — Рич, это не может быть…

      — Нет, — отрезал Ричард, не позволив брату закончить его дурацкую мысль.

      Он поднялся со своего места и, гневно зыркнув на Роберта, умчался на кухню обхаживать Чарльза и тереться возле него в надежде на ласку и поощрение — как подросток, ей богу! Роберт вздёрнул одну бровь и покачал головой. Его самого с супругом связывали только их дети. Никакого интереса к Патрику у него давно не было, а уж чтобы ластиться к нему или нежничать не шло и речи.

      Роберт покосился на фото альфы, где он был ещё жив, сразу после суда, на котором его оправдали. Он решил, что прежде чем приплетать к этому террористов, нужно проверить родителей якобы пострадавших подростков и выяснить, были ли они действительно изнасилованы.

      В голове Роберта одна за другой возникали идеи, их нужно было проверить. Мозг быстро переключился в активный режим и нуждался в бумаге, карандашах и кофе, чтобы не терять мимолётные мысли. Роб зашёл на кухню и застал брата, который обнимал Чарльза со спины и пританцовывал с ним под красивую мелодию по радио. Эти двое выглядели слишком мило, чтобы оставаться теми, кем на самом деле являлись.

      — Мне нужно уехать. Пусть Стэн останется, его заберёт Патрик вечером, — сказал он.

      — Как будто нам не всё равно, что творится в «казарме», — безразлично бросил в ответ Чарльз, откидывая голову на плечо Ричарда и подставляя шею под поцелуй.

      «Казармой» здесь называли дом Рассела и Харриса Ронвудов — родителей Роберта и Ричарда. Рассел был генералом военно-воздушных сил, его супруг Харрис — военным врачом, и оба они привычно жили по уставу, который автоматически распространялся на всех гостей их дома. Во сколько встать, когда лечь, что есть, кто после кого говорит — как в армии. Вольности были позволены Ричарду и Чарльзу только потому, что они появлялись здесь четыре раза в год и, если что-то шло не в кон Чарльзу, то не появлялись вовсе, а Рассел и Харрис скучали по сыну и внуку.

      Роберт выглянул в окно, убеждаясь, что сына ещё не убил Ким. Оба мальчика уже помирились и сидели на дереве, болтая в воздухе босыми ногами. Он улыбнулся и отправился в гараж, чтобы поехать в свой офис, где можно будет сосредоточиться на работе. Перед глазами опять появился растерзанный альфа, и живой ум стал вырисовывать возможные черты преступника. Роб мотнул головой, откладывая это до тех пор, пока не соберёт больше информации.

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.