Ангел на практике

      Обратно на кухню недружная компания проследовала в мрачном молчании. Впереди Серафим — под конвоем жестко контролирующего его Александра. Последним тащил тяжелые авоськи и жалостливо вздыхал Филя.       На кухне голодный, злой, недоумевающий Серафим был усажен в угол и нейтрализован стаканом молока и булочкой с маком. «Потеряшка» с некоторым недоумением принялся рассматривать всю эту благодать, сглатывая слюну.       — Что ты на нее смотришь? Давай, кушай! Ам — и в рот булочку! — добросердечно посоветовал демон. — Кстати, позволь представиться! Филипп Филиппыч, местный демон-совратитель. Обращайся, если что.       Серафим ответил исконному врагу совершенно не христианским взглядом. Потом вознес коротенькую благодарственную молитву за ниспосланный хлеб и, согласно совету, впился в этот самый хлеб зубами.       — Слушай, курсант Сима, может, перестанешь уже так пыхтеть? — снова попытался найти общий язык демон.       — Я Фима, — мрачно буркнул в ответ курсант, допивая молоко и разглядывая демона. Филипп Филиппыч выглядел маленьким, подвижным, улыбчивым человечком с прилизанными темными волосами. Совсем не похож на ужасного Врага.       Саня, натирающий какими-то пряностями принесенную Филей курицу, не обращал внимания на почти слышное потрескивание молний между ангелом-практикантом и бесом. Обстановку чуть-чуть разрядил новый звонок в дверь.       — Филя, открой, — сосредоточенно распорядился хозяин, отправляя курицу в уже раскаленную духовку и начиная с пугающей быстротой шинковать овощи на салат. Фима против воли загляделся на ловкие движения рук кулинара.       Филя, воспользовавшись причиной сбежать из недружелюбной кухонной атмосферы, вылетел в коридор и распахнул дверь. Его вопль снова потряс квартиру:       — Ирэн! Любовь моя, ты не поверишь, какая у нас новость, Иринка!       — И тебе мира и добра, адское порождение, — прозвенел девичий голосок, и вслед за Филиппом Филиппычем на кухню вошла невысокая, светловолосая девушка.       — Ангел?! — одновременно охнули, взглянув друг на друга, вошедшая и «потеряшка».       — Ираида, — первой представилась девушка. — Ангел-хранитель города сего, Богоявленска.       — Серафим, — парень указал на уже грязноватую футболку. — Курсант Небесного Ангельского Университета, группа «Воители».       — Курсант Сима? — улыбнулась ангелица.       — Я Фима! — печально вздохнул Серафим.       Где-то через полчаса все устроилось. Курица шкворчала в духовке, распространяя нестерпимо соблазнительные запахи. Александр с видом профессионального шеф-повара варил для курсанта Симы… э-э-э, то есть Фимы, настоящую гурьевскую кашу из манной крупы, сахара, сливок и изюма. Ира, которая, собственно, и уговорила хозяина квартиры накормить потеряшку чем-нибудь «действительно вкусненьким», занимала курсанта душеспасительными разговорами. Расспрашивала про обучение в группе «Воители» и с удовольствием вспоминала свою студенческие десятилетия. Филя с тщательно скрываемой завистью поглядывал на беседующих ангелов и наливался пивом, вместо закуси довольствуясь запахом жарящейся курицы.       — Филя, хватит вздыхать, — наконец распорядился Александр. — Сервируй нам стол… И не ставь Симе стопку! Ему все равно только молоко положено.       — Злой ты, Санек! — вздохнул демон и ловко принялся потрошить шкафчик для посуды. — Кстати, пока не забыл. Можно я у тебя недельку перекантуюсь?       — С чего бы это? — не отрывая взгляда от величественно пыхтящей каши, хмыкнул Александр. — У тебя что, своей квартиры нет?       — Своей — нет! А моя Ленка меня опять выгнала, — сообщил демон и пояснил с удовольствием для курсанта. — Подруга моя, Лена. Конечно, она не знает, что я… Ну, временами рогат и хвостат.       — Небось за дело выгнала… — проворчал Александр.       — Да ну ее, — картинно возмутился демон. — Я на ту только посмотрел, только под локоток поддержал… А Ленка сразу — иди, говорит, куда хочешь. Пусть тебя эта шала…       — Не выражайся при детях! — строго перебила его Ира.       — Ну, в общем пусть тебя эта… шальная императрица приютит, если захочет. Сань, так я поживу у тебя?       — Я похож на шальную императрицу? — удивился Саня. Филя пламенно его заверил, что ни чуточки.       — Ладно уж, живи, что с тобой делать, — в конце концов, с обреченным вздохом отозвался Александр. Ираида села на табуретке особенно прямо, сложив руки, как примерная ученица и преданно глядя на хозяина квартиры.       — Ир, только не говори, что тоже хотела напроситься в гости, — устало «пошутил» Александр. Ангелесса потупилась, отвела глаза. — Что, серьезно?       — Я не заплатила за комнату и теть-Люба меня выгнала. Сказала не приходить, пока не отдам за месяц… У меня — ни копейки… А зарплату нам выдадут только через полторы недели…       — Да, дела… А я-то рассчитывал курсанта тебе подсунуть. Что б под присмотром был, и при деле…       — А куда ты деньги потратила? — заинтересовался бес. — Ты же ешь, как канарейка в клетке. Опять, что ли убогого какого спасала?       Голубые глаза ангелессы наполнились слезами и девушка забормотала что-то невнятное. Можно было разобрать лишь: «Распродажа… Джинсы… Я думала, она подождет…». Александр и Фима смотрели на нее с одинаковым недоумением. Быстрее всех сообразил житейски опытный Филипп Филиппыч. Подхватил блондинку за талию, приподнял с табуреточки. Ангелесса только пискнула от такой фамильярности исконного врага. А тот мурлыкнул:       — А ну-ко поворотись, доча! — заценил качество ткани, лейбл, посадку и глумливо заржал. Потом добавил:       — Слышь, модница, если тебе своей зарплаты на шмотки не хватает, хочешь, к нам на подработку устрою? У нас как раз стриптизерша в декрет ушла… — и демон привычно уклонился от карающего подзатыльника Александра.       — Так можно я тут поживу? — жалостливо всхлипнула Ира, умильно глядя на Саню.       — Да, папа, это очень смешно! — поднял глаза к потолку хозяин квартиры. — Я тащусь от Твоего чувства юмора…       — Александр! — взвилась Ира. — Не кощунствуй! Имей уважение!       Фима промолчал, но промолчал укоризненно.       — Это вам он начальник… — негромко пробурчал Александр.       — Ты про курицу не забыл? — пресек начинающийся богословский диспут демон, жадно раздувая ноздри. Кулинар-любитель поспешил открыть духовку и явил миру золотистую тушку невинно убиенной птички.       — Чревоугодие — грех, — машинально пробормотал Фима, пытаясь отвести взгляд.       — А тебе я и не предлагаю, — благожелательно отозвался Александр.       — А может, пусть поддастся искушению? А потом кается, кается… — предложил Филя.       — Грешить он будет за счет твоей доли. Будешь с ним делиться? — «наивно» поинтересовался Александр.       — Ну уж нет! Жадность тоже грех тоже ничего себе. Вот лучше я жадности поддамся, — тут решил демон.       Ангелы внимали этому диалогу. Ира, как всегда укоризненно, Фима — с недоумением.       В этот момент на открытую форточку кухни вспрыгнул роскошнейший кот, огромный, черный, с белыми усами и «манишкой». Зверь издал капризно-укоризненный вопль, типа, «сами едите, а братьев своих меньших не кормите!». Александр стоически вздохнул и выложил на блюдечко несколько кусков филе. Котяра благосклонно принял дань, с урчанием вгрызаясь в мясо.       — Пойти еще, что ли, барбоса с улицы привести? — задумчиво протянул Александр.       — Зачем? — полюбопытствовал Филя. — С ним я точно делиться не буду! Сам своих приблудышей корми!       — А тогда совсем квартирка на Ноев ковчег будет похожа… — устало отозвался хозяин. Кот облизнул усы и удалился. — Вот же зараза соседская. Пришел, пожрал и ушел… Хоть бы остался, помурчал… Зато курицу в духовке за два балкона чует…       — Сима! — между тем поймав чрезмерно пристальный взгляд курсанта, устремленный на курицу, тут же предостерегла новичка Ира. — Нам не стоит. Сначала будет вкусно, а потом плохо.       — Да знаю, — вздохнул курсант. — Но интересно же…       — Результат тебе не понравится. Поверь ангелу, проведшему на земле уже почти семьдесят лет.       — Ты это так сказала, словно девушке таким возрастом стоит гордиться, — хохотнул Филя. — Кстати, курсант, а тебе сколько лет?       — Сто шестнадцать! — гордо вздернул нос Серафим, явно довольный столь внушительным возрастом.       — Ирише триста пятьдесят пять, мне — шестьсот двенадцать, — криво ухмыльнулся демон, не отрывая хищного взгляда от курицы, которую разделывал Александр. Тишина стала какой-то, мягко говоря, неуютной.       — Вопрос повис в воздухе, — вздохнул падший, поводя лопатками, словно чувствуя любопытный взгляд курсанта. — Скажу только, что я старше вас. Давайте есть.       — Эх, опять не проговорился! — разочарованно вздохнул демон, поудобнее устраиваясь за столом.