Ангел на практике

      Серафим все-таки ближе к утру смог задремать, когда Филипп Филиппыч уже выводил носом рулады, и даже Саня улегся, с головой завернувшись в свой спальник. Но надолго удрать от собственных проблем в страну снов курсанту не удалось.       Собственно, первым разбудили Александра. Только он начал проваливаться в дремоту, как с улицы стал доноситься звук бодрого шарканья метлы по асфальту. Дворник Никифор Митрофаныч, как и положено, с утра в субботу вышел на работу. Нет, это бы Сане совершенно не помешало — ему приходилось спать на передовой, не отвлекаясь даже на артобстрел. Но единственное, что напрочь перебивало Сане сон, это…       — Опять спозаранку тебе не спится! — заскрипел на весь двор громкий, надтреснутый голос бабки Агафьи, соседки Александра с пятого этажа. — Шкваркает метлой, шкваркает, людям выспаться с утра в выходной не дает! А двор все равно грязный!       — Уймись, кошелка старая! — тут же разнесся глубокий бас деда. — Я работу делаю! Сказано — подмести, значит, буду подметать!       — Ни черта, тьфу, тьфу, тьфу, ты тут не делаешь! Только будишь всех! Пень бородатый!       — Баб-Гафь, Никифр-Митрофанч, можно потише? — все-таки не выдержал Александр, поднимаясь и тоже свешивая голову с балкона. — Дайте поспать…       — Проснулси, охламон! — с радостью бультерьера, учуявшего крысу, переключилась на сонного и поэтому вялого Саню бабка. — Никифр, а ты слышал?       — Чевось?       — Этого балбеса вчерась опять с работы выперли! — известила весь двор бабка. Александр скривился. Когда только узнать успела?       — Да ну?!       — Ну да!       — Люди-и-и, можно я спать пойду? А вы спуститесь и поговорите на улице? Тихо?! — вклинился в перекрикивания деда и бабки Александр. Но оба тут же переключились на бедного падшего ангела, ругая современную молодежь за неуважительность и грубость. У Александра язык чесался ляпнуть, что он их прадедов мог в пеленках видеть, так что кто тут молодежь? Но это сочли бы лишь грубой насмешкой над почтенными пожилыми людьми и точно бы заплевали и заклевали. Ругательства и пожелания становились все изощреннее, Саня тоже включил воображение.       — Что б у всех твоих соседей одновременно ремонт началси! — ругалась бабка.       — А у меня вместо ремонта — вы с дед-Никифром! — Александр уверенно держал удар.       — Что б ты побухать захотел — а уже 23 по Московскому! — принял «пас» дворник.       — А у вас что б каждое утро с похмелья начиналось! — огрызнулся падший.       — Что б тебе зарплату такую, что на закусь хлеб у голубей надо было воровать! — это уже бабка.       — Да если собака вас укусит, ей прививки от бешенства придется ставить! — уверенный обход защиты, и…       — Ишь ты охальник! Разошелси! Как бабушку обидел! — тут же закудахтала совершенно не расстроенным тоном бабка. Гол!       Дед Никифор с гордостью подмигнул Александру. Обычно такие ругательные дебаты длились часами, но между дворником и падшим. Поэтому сейчас работник метлы мог гордиться своим «учеником». Переругать бабку Агафью было почти нереально, но падший успешно с этим справился. Александр удовлетворенно кивнул дворнику и, ежась от холода (под утро небо затянуло облаками и подул пронизывающий ветер), вернулся в дом.       — А вы чего не спите? — «наивно» удивился Александр, увидел три пары глаз, направленные на него с раскладушки, кресла и дивана.       — А еще меня называют демоном! — ненатурально всхлипнул Филипп Филиппыч. — Вот перед вами вселенское зло по имени Саня! Он не дает спать людям утром в субботу!       — В чужой монастырь со своим уставом не лезь! — отмахнулся Александр. — У меня живет и еще какие-то претензии выставляет!       Да, настроение у падшего уверенно стремилось вверх. Почему-то беззлобные споры и склоки с соседями, особенно с дворником, не давали ему впасть в уныние.       Александр не стал заморачиваться с завтраком — быстро сварганил на всех кастрюлю овсянки. Ира, заспанная и нечесаная, первой застенчиво юркнула в ванную, вернулась оттуда уже проснувшаяся и более-менее похожая на ангела. Торопливо проглотила немного кашки и, крикнув «спасибо!», скрылась за дверью.       — Эй, вы есть будете? — громко окликнул досыпающих в блаженной тишине демона и ангела Александр. — Если вы оба сейчас же не явитесь, я вас оболью ледяной водой! И вообще лень — грех!       — Только попробуй облить! — тут же нарисовался Филя.       — Я… Я не ленюсь! Уже встал! — появился и Фима.       — Молодцы, парни! — хмыкнул Александр. — Я уж думал время засекать.       — Кстати, я не спал, — демон скривился на кашу и принялся мастерить трехэтажные бутерброды с майонезом и остатками вчерашней курицы. — Там по Богоявленску-1 новость передавали. У нас пропали уже четыре девушки, все в возрасте от восемнадцати до двадцати пяти, блондинки. Полиция в недоумении.       — Богоявленск-1? Полиция? — не понял курсант.       — Богоявленск-1 — это местный телеканал, — отмахнулся демон. — Короче, рассказывают все, что случилось в городе, иногда сами новости выдумывают. А полиция — это типа земных воителей.       — А-а-а… — Сима вздохнул и, поерзав, приступил к каше. Овсянка вскоре была съедена, но ерзать курсант не перестал. Выражение лица становилось все печальнее и задумчивее. Непонятное внутреннее беспокойство терзало его сильнее и сильнее. Александр глянул на него с недоумением.       — Ты, может, сказать чего хочешь? Или попросить об чем? — полюбопытствовал Филипп Филиппыч.       — Да я и не знаю… — курсант машинально наклонился вперед, обхватывая себя обеими руками за живот.       — Ах вот оно что, — ехидно разулыбался Саня. — Котика нужно к лотку приучать? Филя, не хочешь заняться? Проведи экскурсию к фаянсовому другу!       — Так это ж я запросто! Это ж я с удовольствием! — оживился Филипп Филиппыч. — Заодно и поглумлюсь вволю! Пошли, бестелесный ты наш!       Александр убирал со стола, краем уха прислушиваясь к тому, что происходило в совмещенном санузле. Филя, пользуясь моментом, развлекался вовсю. Наконец, лекция подошла к концу:       — Ну в общем, вот эту штучку вот сюда, сам сюда, вдыхаешь-выдыхаешь, дальше следуешь своим инстинктам… А когда все получится, дернешь вот за эту ручечку.       Филя вернулся на кухню, живописно вытирая пот со лба. Достал из холодильника пиво и приложился к горлышку.       — На трезвую голову лекцию о гигиене для ангелов я не потяну! — объявил он, выбрасывая в мусорку пустую бутылку. — Ну я пошел. Ты, кстати, не хочешь у нас пока охранником поработать? Смена двенадцать часов, сутки через двое, работников обедом кормят. Платят прилично… Правда, черным налом, ну да ведь тебе пенсионные отчисления не нужны.       Александр как-то неуверенно пожал плечами:       — Ну давай попробую месяц у вас перекантоваться…       — Тогда часам к трем подходи, я со своим начальством перетру, сразу заступишь на смену.       — Вышибалой мне и раньше приходилось… — судя по выражению лица Александра, эти воспоминания не были приятными.       Проходя через прихожую, Филипп Филиппыч столкнулся с Фимой. Демон тут же страшным шепотом вопросил у взъерошенного курсанта, не ожидавшего такой подлянки от собственного земного организма:       — Ну что, все удалось?!       Фима скривился.       — Тогда с облегченьицем вас! — радостно провозгласил демон и скрылся за входной дверью. Курсант побрел на кухню.