Бантаны в своём репертуаре.

*В этот же вечер* Съёмки прошли вполне удачно, кроме одного небольшого инцидента. Их не было. А проблема такая — Техён не явился. Как бы его не заставляли поднять свою задницу с кровати, он лишь зарывался всё глубже в одеяло, прося провести их без него. Остальные ебантаны поддерживали эту идею, лишь бы поскорее их закончить и отдохнуть по полной, но начать съёмки без него и всё-таки им не удалось. Ну странности Техёна не все понимали, а если и понимали, то крайне редко, но решили (для своего же блага) его не трогать. Соседа Техёна, Хосока, расспрашивали о внезапном бзике инопланетного существа, но тот молчал, при этом сильно краснея. Потом же доебались и до Чонгука, ведь после него Ви вышел совсем никаким (Хосок решил всё свалить на Гука, но кто ж знал, что это правда?). Но Чонгук и вовсе пытался не говорить правду и разводил руками, типо, мол, «Не знаю, отъебитесь». Каждый из этих двоих винил себя — не держание языка за зубами; также попытку поцеловать. Мысли Гука были вполне понятными, хоть и сильно ебанутыми. Он просто хотел трахать этого человечка, утолять своё несдержание, начиная с необычного поцелуя. Техён отреагировал вполне так же, как и задумывал сам Чонгук. Где-то в глубине души ему было стыдно за свой поступок, при этом надеясь, что может произойдёт даже что-то большее, чем просто секс. Хоуп же сильно запутался. Его пугала эта ситуация. В голове витала одна единственная поступившая в голову мысль: «Только пидорcтва в группе ещё не хватало!». Хосоку сразу вспомнилось детство и времена в школе, первые бессмысленные отношения, но всё равно извиниться перед Техёном за нежданный инцидент всё-таки нужно. *Один момент при изучении шикарных мест*  — Ну так что? Репмон, Шуга и Джей-Хоуп заняли один из небольших столиков по инициативе самого лидера. Остальные отказались от этой идеи и ушли осматривать достопримечательности. Днём в ресторане было практически безлюдно, лишь изредка пара людей на пятнадцать минут заскакивали, что-то быстро обсуждая за чашкой кофе. Ресторанчик и правда был неплохим, даже уютным. От запаха рядом стоящего буфета со всякими сладостями, бантанам кружило голову. Но они помнили, что сюда пришли по делу, то есть из-за уговоров Реп Монстра. А всё происходило именно таким чередом: ***  — Не хочу, не голоден. — Хоуп сказал это холодно и резко. — Я тебя чё, жрать веду?! У меня ко всем есть разговор, так сказать, открою глаза двум пидоркам. — Мон быстро наклонился голову в сторону Юнги, на секунду, а потом вернул её в прежнее положение. — Я не пидор! — Юнги резко среагировал на эти слова, но резко отвернулся от Мона на Хоупа и продолжил — Да я тоже ахуел, когда этот американский придурок так же привалил ко мне, как снег на голову, прося тащиться с собой по срочняку, слушая его и соглашаясь во всём. — Юнги рассказал свою версию. *** — Начнём с Юнги. — Репмон подмигнул ему, заставляя того нервничать и почувствовать к лидеру отвращение за этот глупый взгляд, которым сейчас смотрел он и смотрел. Но это лишь казалось, что глупо… — Мне тут птичка нашептала, как от тебя, алкаша, Чимин сбежал на следующий день. А как ты его возвращал… Героем себя решил почувствовать? — Он просто моя собака. Вот и всё. Если ты только это узнать хотел, то я пойду. — К ним подошла официантка и Юнги передумал уходить. — Всем кофе, побыстрее. Репмон не унимался. — Да?! А тогда, в самолёте, я видел как он сладко спал на твоём плече, а ты улыбался. — Железный факт. — Что блять? Откуда… — По дороге в туалет заметил. Думал, что я тупой? Все двое за столом уставились на Юнги. Тот думал, что всё обойдётся и никто не увидит до тошноты милую картину, но как же он ошибался. Теперь все за столом знали, что он втрескался в малыша Чимина, но как олень, отрицал это. — Так, теперь наша «Надежда». — Резко перевёл взгляд от ушедшего в свои мысли Шуги на Джей-Хоупа. — Просто признайся, что ты втюрился в нашего инопланетного существа. — Хорошо, признаюсь. Теперь уже две пары глаз уставились на признавшегося. Мон хотел добиться этих слов, но не думал, что это будет так просто. А Юнги просто ахуел и ещё больше захотел свалить. — Пользуйся преимуществом. Вы живёте рядом. И чтоб вам не было стыдно, я расскажу про себя. — Начались признания лидера. — Вы ведь давно поняли, что наша старшенькая запала на меня? — Да у него на ебале написано. — Юнги медлить не хотел. — Так вот. Он до сих пор не рассказал о сломанной кровати. Я её раздолбал слегка, но кто ж подумал, что она такая хрупкая? Ладно, продолжим. Так теперь и горничные к нам не приходят. Улавливайте суть? — В глазах Мона вспыхнул азарт. — Я утром рассказал хозяину отеля лично о поломке кровати и её должны заменить к вечеру. Юнги засунул два пальца в рот, показывая своё отвращение к этой ебанутой идеей. Хосок же хотел попасть в такую же ситуацию, что и Намджун. Он хочет знать, что его любят и так же просыпаться с Ви по утрам в одной постели, зная, что никто не помешает, но это на самом деле очень трудно, скорее невозможно. Мысленно Хоуп уже представил своё фиаско. Позже официантка принесла три чашки ароматно пахнущего кофе. Но остальные минуты проходили напряжённо. Двое ушли в свои мирки, обдумывая всё ещё раз, а сам лидер сидел и светился от счастья, как умалишённый, и рассматривал хмурые мины этих двоих. Шуга не содержался и выдал: — Блять, тут, оказывается, одни пидоры. Может свалить, поберечь ориентацию хоть. В этот момент к Репмону ложится на плечо чья-то рука, что заставило его от неожиданности вздрогнуть и замахнуться на все 180, попадая точно в цель. Но голос, который выдал следующие слова взбудоражили. — Мон, с-сука… Намджун развернулся и перед ним стоял Джин. Он схватился левой рукой за повреждённое ребро, ведь Репмон перестарался, как всегда. За Джином стояли ахреневшие Чимин с Чонгуком. Чимин же подбежал к старшему и положил ему одну руку на плечо, другую на его же руку, что так сильно прижимала свой бок. — Может хоть место уступишь, а? — Истерил Сокджин. — Ну прости, я случайно. — Мон встал со своего места, уступая старшему. *Вечером* И вот настал этот момент возвращения в уже привычный для всех отель, и вечером же Хосок уже сидел на своей кровати и наблюдал за миловидной «Сосиской в тесте». Подбирая хоть какие-нибудь слова, которых на уме было очень много, но вот сказать их не поворачивался язык. Было жалко видеть Ви такого, да и стыдно за свой поступок, за самого себя. В воспоминаниях летал недавний разговор в ресторане. Ещё раз собрав мысли в кучу он наконец-то настроился. Но Хоупу не пришлось первым нарушать тишину, это решил сделать сам Ви, причём очень неожиданно: — Походу мне нравятся парни. — Что? — Хосок переспросил за тихий и неразборчивый голос. — Я гей. — Техён сказал это уже более решительно и внятно. «Надежда» ахуела. «Всё это время он состоял в самых лучших дружеских отношений с геем?!». Но как бы стрёмно это не звучало, ему не казалось это противным, настолько мерзким до ужаса. На Хосок давно осознавал себя таким же, как и Техён, но смирился с этим быстро, будто это было обычное дело. Но представляя себя с кем-то другим, кроме Ви, то… (Тут и думать не пришлось, ответ очевиден) это бы было противнее. Хоуп подсел к Ви, который не очень уж и хотел смиряться с этим открытием (но куда деваться?) и положил свою руку через одеяло на его ляжку. Тот немного подёргал ей и быстро перестал. — Не грусти. Многие так живут и ничего, счастливы. — Он не знал, помогут ли утешения, но подбодрить нужно. — Главное не смей быть в таком состоянии как весь этот грёбаный день! Из белого одеяла появилась сначала тёмная макушка, а после и вся голова Техёна. Хосок готов биться головой об стенку, потому что начал смотреть на него по-другому, то есть больше, чем на просто друга. В глазах Ви он мог увидеть грусть и одновременно счастье, что с ним сейчас очень надёжный друг, который часто выручает и терпит все его причуды. Хосок захотел высказаться ему, что и стало двойным переворотом. — Тогда, получается, и я гей. — Ви удивлённо уставился на Хосока. — Почему? Нравится кто-то? — В этот момент Хоуп мог отшутиться, уйти от темы, да что угодно, но это не произошло. — Ты, наверное. Долго обдумывать Хосоку не пришлось. Раз он и правда заинтересован в этом мальчишке, то зачем отрицать? Но для Техёна это имело большое значение, да и потрясений за день ему сложно переварить. Слишком уж он был чувствительным. Сначала чуть ли не состоявшийся поцелуй с Джей-Хоупом, потом уже состоявшийся с Чонгуком (Который ему, кстати понравился), осознание заднеприводности и само уже признание. Техён не придумал ничего лучше, чем резко сорваться и сбежать в ванную комнату, пытаясь закрыть дверь, навалившись на неё. Шпингалет спокойно валялся на полу около двери. Всё равно завтра её приведут в порядок (Спасибо горничным, которые ежедневно заходят за уборкой). Убедившись, что никто не пытается ему помешать, Техён залез в ванную и укрылся своим одеялом, которое приволок с собой. Было пугающе тихо. Сейчас Ви захотел, что б Хосок сейчас вошёл к нему и попытался сказать, что это всё одна неудачная шутка, от которой бы сам Техён расслабленно посмеялся. Хосок понимал, что такому, как Ви, сложно перенести и уверен, на его чувства никогда не будет взаимности. Впервые он проявил чувства к своему, хотя почему, просто проявил чувства и так же впервые они оказались отвергнутыми. А о первых отношениях хотелось навсегда стереть из своей памяти. Отношения с девушкой его совсем не устраивали. Они были однообразными и скучными, девушка вечно обижалась и требовала многое, что Хосока выводило из себя. После этого он больше не хотел отношений, до сегодняшнего момента не хотел. Хоуп оставался сидеть на кровати своего соседа. Теперь он винил себя ещё больше, хотел постучаться и попытаться хоть что-нибудь сделать, но что именно он не знал. Решив для себя извиниться и поговорить на следующий день, Хоуп хотел развалиться на этой кровати, и он это сделал, а в следующую минуту мирно задремал.