Бантаны в своём репертуаре.

*ВиХоупы* Техён сильно торопился к Хосоку, при этом же запинался на ровных местах, а когда и вовсе добрался до входной двери остановился. Минуту он стоял и смотрел на неё, а сердце начало колотиться всё быстрее. Глупо, но спустя такой короткий путь Ви глубоко дышал через рот, будто пробежал мучительный кросс. В голову влезал случай в ванной, с которого и началась вся эта суматоха. Всё внутри взбудораживалось, даже казалось, бабочки в животе все разом выбрались из кокона и теперь в полном расцвете сил. Все построенные слова извинений с объяснениями забылись сами собой. Он напоминал сейчас школьника на первом свидании. При этом он сильно нервничал. Ведь он столько плохого ему сделал, то есть не смог ответить подобающе и разумно на его признания, а в конце просто сбежал. Техён боялся, что Хосок его не простит и только унизит по полной, даст почувствовать и Ви такое же обращение. В голову лезли мысли, каждая была ужаснее другой, ноги подкашивались, а глаза бегали по всей двери, изучая каждую отметинку. Как только он решился, так сразу потянулся к ручке, а после медленно начал крутить в правильном направлении. Взглянув за приоткрытую им дверь, Техён первым делом обратил внимание на Хосока, который уже не спал, а просто сидел на краю, свесив голову. В груди всё бурлило, что даже заставило Техёна покраснеть, а самому организму стало очень жарко, настолько, что на нём даже можно жарить яичницу. Хоуп приподнял голову, ему хотелось посмотреть на того, кто смог за несколько минут испортить всё настроение, хотя испортить его Хосоку очень сложно. Ви не знал, как ему встать, что сказать и какую часть эмоций проявить, поэтому просто продолжал таращиться на него, стоя, как фонарный столб. — Чего тебе? — Я хочу извиниться. Ви пытался сказать это более серьёзно, но получилось совсем не так, как ему хотелось. Вышло более неувереннее и тише. — Да неужели? Тебе же противны такие как я. Твои извинения кажутся бессмысленными. — Хосок хотел сильно высказать своё недовольство, но понимал, что этого как раз не нужно допускать, поэтому держал себя в руках, говоря необычным для себя равнодушным тоном. — Я… Я поговорил с Намджуном. И он… — Техён на ходу подбирал слова, но это трудно ему давалось. — Я всё понял. — И что? Мне теперь в ладоши похлопать? Внутри Хоуп уже простил все обиды в его сторону. Хосок видел, как Техёну давались эти извинения, как бы он не тормозил, всё равно этот тон звучал искренним, потому что он не умел врать, как и Чимин. «Может это их и сделало лучшими друзьями?» Но Ви даже не шелохнулся с места, продолжал стоять и смотреть на Хоупа, который ответно смотрел на него, как ему казалось, предательским взглядом. Хосоку хотелось немного повредничать, а потом подойти с улыбкой на лице и забыть все обиды. «Да и как можно злиться на того, в кого влюблён?» Техён был разочарован, и это ещё мягко сказано. Всё оказалось так же, как он себе представлял. Только он не ожидал, что это будет звучать настолько больно. Глаза резко наполнились слезами, которые были почти незаметны при неярком освещении в этих четырёх стенах. Но он и не ожидал, что Хосок даже так увидит его нынешнее состояние. Хосок должен был это предвидеть. «Неужели ему была настолько дорога наша дружба?» — на этом ему стало стыдно за себя. Поэтому он поднялся с кровати Техёна и подошёл к нему вплотную, при этом улыбаясь так тепло, как делал это всегда. На лице Техёна, кроме слёз, появилась до жути заразительная улыбка Хосока, но какая-то кривая. Он ничего не понимал, не понимал такие резкие перемены, но дыхание участилось, когда правая рука Хосока оказалась на левом плече Техёна, в знак того, что всё в порядке. — Я не могу держать на тебя зла. Успокаивайся давай. — Голос уже не был равнодушным, а даже наоборот подбадривающим. Но Техён не мог успокоиться. Он был напуган. Напуган произошедшим, но и не только этим. Ещё одна причина была в нём самом, с его резкими перепадами отношения к человеку, который стоял так близко к нему. От этого простого прикосновения Техён готов расплавиться, как пломбир в жаркую погоду. Но как только Хосок начал отходить и только-только отвернулся, капризный мальчишка необдуманно сорвался с места и крепко обнял того сзади. — Прости… прости, прости, прости… — Техён повторял это вновь и вновь, с каждым словом его тон голоса поднимался, он начинал всхлипывать и шмыгать носом. Никто даже не думал разрывать такой момент. Хосок был удивлён такому повороту событий. Первые шаги произошли от того, от кого даже и мыслей не было ожидать. Но и не хотелось спугнуть такой момент, который может быть и просто на радости, а может и нет. И тут эти же руки резко развернули Хосока обратно на все сто восемьдесят, и в следующую же секунду в его губы впились чужие, но в последнее время такие желанные. Сквозь поцелуй, который проходил очень осторожно, Хосок чувствовал солёные слёзы, не дававшие насладиться и чувствовать вину за всё, что он натворил только что. К сожалению поцелуй резко прекратился, как и начался. Телефон Хосока зазвонил на рядом стоящей тумбе как раз в нежданный момент. Оторвавшись от Техёна, Хоуп подошёл к телефону. Звонок был от Репмона. Взяв трубку, лидер, торопясь, затараторил: «Приходите ко мне, у меня новости» — и сразу же сбросил трубку. Хосок положил телефон обратно на тумбу и посмотрел на Техёна. — Нужно идти к Репмону. Идёшь? — Иду. — Ответил Ви и подошёл к своему шкафу с одеждой. Переодевались они недолго, но и не быстро. Бурление внутри Техёна всё никак не хотелось успокаиваться, а с каждым воспоминанием о минуте ранее сердце колотилось, чуть ли не вырываясь из груди. Но и стыд не покидал душеньку ранимого. Сейчас его волновало то, что будет дальше с ними обоими. Назад уже никак не повернуть, поэтому Техён решился и сказал то, что заставило Хосока счастливо улыбнуться. Но в этой улыбке было заметно ещё и частичку победы. — Кажется, ты то же. *** Реп Монстр позвал всех к себе за одной новостью, о которой несколько минут назад говорил с менеджером. Долго ждать его не заставили, и через полчаса вся команда была в сборе. Ещё при ожидании ебантанов Репмон рассуждал, куда пропал Джин. «Его не было всю ночь, как тут не переживать?» Он мог быть где угодно из-за такой злости на лидера, но Мон сразу же пытался отбросить дурные мысли. Джин скорее всего мог переночевать у кого-нибудь из остальных, и этой мысли он пытался не перечить. В глубине души ему было стыдно за свой поступок, и он уже обдумывал перестать издеваться над старшеньким. Но если же перестать, то нужно принять решение в кое-то веки. Решение заключается в том, ответить ли взаимностью Ким Сокджину или же оставить всё как прежде. «Наверное, Джин уже устал от такой неопределённости, поэтому мне нужно с ним поговорить». Как только все оказались вместе, Моня первым делом обратил на некие изменения. Особенно в Джине и Шуге, которые как раз сидели вместе в обнимку на кровати Джина, хотя такого и в жизни не увидишь. Шуга не любил с кем-то обниматься. Он лучше бы врезал за ненужные прикосновения и лёг спать, ведь это как раз в его репертуаре. С Чонгуком и Чимином всё как прежде, второй как обычно лез к первому, а  Ви постоянно таращился на Хосока и краснел. Помирились, значит. Но атмосфера была какая-то другая, не такая, как прежде, это уж точно. Но Мон встряхнулся от всех этих раздумий и начал коротко и ясно говорить факты: — Короче, я недавно разговаривал с менеджером, и он оставил нас ещё на пять дней. Чимин, Ви, Чонгук, Джин и Хоуп резко сорвались с места и начали орать и прыгать по всему отелю, подпевая какую-то песенку G-DRAGONа счастливым тоном. Рады были все, даже Юнги, но тот сохранял похуистический вешний вид, но всё равно слегка улыбаясь, может даже больше, чем просто слегка. Даже сам Моня был рад, он считал что теперь отдых начнётся с новой ступени, а не просто посиделками в четырёх стенах. В этот момент Чонгук от радости продления отдыха поцеловал Чимина в щёку, стараясь как можно чаще смотреть в сторону Юнги, наблюдая за реакцией. Юнги же пытался как можно чаще смотреть на Чимина, но после действий Гука он не на шутку ахуел. Но и он не хотел сдаваться, поэтому сразу подошёл к Джину и сказал очень необычным тоном для себя «Ну что, дорогой, теперь у нас больше времени на отдых» —, а потом мило улыбнулся Джину, закрепляя свои "романтические" действия. На этом опустилась гробовая тишина. Но Юнги быстро нарушил её, когда все перевели взгляд на них обоих. — И чего ты таращитесь? — Юнги закатил глаза и недовольным тоном продолжил. — Ну да, мы теперь вместе. Репмон сразу получил резкий моральный удар прямо в грудь. Его сильно поразило такое резкое предательство Шуги, ведь он знал всё, от отношения Репмона к Джину и наоборот. От такого его сердце сильно ёкнуло, создавая неприятные чувства. Теперь он понял, у кого Джин ночевал всю ночь, а потом сразу дополнил грязными мыслями, что мог с ним вытворять сахарный ночью. Он был на грани наброситься на этих двоих. Вот именно, что на двоих. С Юнги понятно за что, а Джина за предательство своим чувствам к лидеру группы. А вот реакцию Чимина надо было видеть, но кроме Чонгука никто не обращал на него внимания, ибо все были удивлены новой парой пидаров. Сейчас у Чимина было ужасное настроение, все бабочки в животе резко умерли, а на лице вместо улыбки появилась грустная гримаса. Но от порыва слёз его сдерживал шёпот утешения Чонгука, такие как «Не плачь» и «всё хорошо». Но когда Юнги улыбнулся Джину, Чимин уже не мог сдерживать эмоции. Чонгук замечал каждую капельку новых эмоции Чимина, и когда у него только прослезились глаза, Гук подошёл, обнимая того за талию и начал громко, с выразительностью говорить, чтоб все его услышали. — Ох, неужели мы с Чимином не одни решили встречаться? Тут же все резко уставились на ещё одну «пару». Чонгук начал рассматривать реакцию Шуги, которая его вполне удовлетворила. Юнги же в первую секунду посмотрел на них обоих с невероятной злостью, резко вскочил, но потом резко удержал этот порыв, скрывая за своим похуизмом. Этого для Чонгука было уже вполне достаточно. — Может мы уже пойдём, а то мне как-то жутко. — Техён тихонечко шепнул это на ухо Хосоку, который поддержал его идею. Обстановка всё ухудшалась. Репмон, будто услышав слова Ви, сказал уже более громче. — Спасибо что пришли, а теперь уматывайте. Спасибо. — заранее уже дополнил благодарностью. Сейчас Репмон хотел, что бы Джин никуда не уходил, а остался с ним, но он сразу же следом пошёл за Шугой по направлению к нему в номер. «Всё, доигрался» — повторял и повторял он себе, до сих пор не веря в то, что произошло буквально три минуты назад. Но на этом сдаваться и опускать руки он не собирался. Вместо этого Мон глубоко вздохнул и начал придумывать планы по возвращению Джина или же, проще говоря, вернуть его к себе, только на этот раз без игр с его чувствами. Чонгук, уходя за Чимином следом победно улыбался, ведь ещё ничего не потеряно, а этих двоих стоит немного подтолкнуть друг к другу. Они должны поговорить, но так просто от этих двоих ничего не дождёшься. Один ссыкует от последствий, а другой ведёт себя как упёртый баран. Зайдя за порог в свою комнату, он начал придумывать план дальнейших действий, но обсуждать их с Чимином ему не особо хотелось. Как только Чимин первый зашёл к Чонгуку в комнату, то сразу сел на кровать и застыл безэмоционально, как манекены за витринами магазина. К счастью, через пару минут он заговорил, но таким же безразличным тоном. — Всё потеряно. — Не ной. Ещё ничего не потеряно. У меня план. Слушай. — И Чонгук начал, нехотя, выкладывать ему дальнейшие действия. Удивительно, но этот план идеально сошёлся с планом Намждуна, пусть и разницей всего в пару часов.