Бунтари и Революционеры

      Люси не верила, что действительно идёт на это. Она стояла около двери и уже десять минут, не решаясь войти. С одной стороны Люси себя морально подготовила к тому бесчисленному потоку ругательств, которым ее польют в очередной раз. Но с другой стороны… она не хотела вновь чувствовать себя убийцей.       Забавно. Так чувствует себя каждый, кто хоть единожды убивал? Или есть люди, которые считают подобное нормой?       Люси устала от собственных мыслей. Она несильно ударилась о дверь головой, чтобы вернуть себе самообладание. — Кто? — раздался голос за дверью. — Х-хартфилия, — крякнула Люси от неожиданности. Она моментально зажала рот рукой. Чёрт! — Входи.       Биение сердца отдавалось пульсацией в ушах. Она, напряженная, словно натянутая струна, нерешительно вошла в лазарет, не позволяя себе пройти дальше порога. Она чувствовала на себе тяжёлый взгляд. Хартфилия не хотела смотреть на избитую Лили. Уж лучше смотреть на носки своих кроссовок, чем видеть, во что ты превратил лицо человека. — Я… пришла извиниться. Все, что ты сказала в зале — правда. — Хартфилия горько усмехнулась. — Ненавижу признавать правду. — Брата я тебе никогда не прощу, так и знай. — Люси кивнула. Лили устало вздохнула. — Заходил ко мне тут один доставала… Короче, я устала от всего этого. Давай притворимся, что мы друг на друга не злимся. — Да, будет неплохо. — В комнате повисла тишина. Они обе не знали, как закончить столь неловкий диалог. Лишь спустя минуту взгляды девушек встретились. — Мне правда жаль. — Верю. Вали давай.       Люси усмехнулась уголками губ и, кивнув, собиралась уйти, как Лили ее окликнула. Старшая обернулась, на лету поймав подвеску на золотой цепочке. — В следующий раз сдам в ломбард. — Хартфилия любовно погладила медальон. Девушка с интересом наблюдала за этой картиной. — Спасибо.       Люси вышла. Всю дорогу до комнаты она рассматривала подарок Драгнила. Даже от его имени на душе становилось невыносимо тяжело. Она нашла его поступкам бесчисленное количество оправданий, решила, что найдет его и разрешить все недопонимания. Однако, стоило ей представить его лицо, затуманенный нежностью взгляд… Становилось невыносимо.       Девушка предвкушала, как холодный металл приятно обожжет ее кожу. Придя в комнату, Люси повертела цепочку в руках и положила ее в нижний ящик тумбочки.       За делами незаметно пролетела неделя. В жизни Рейзера почти ничего не изменилось: тренировки, персональные задания от Мастера, негласное наблюдение за порядком в гильдии. Он и сам не понял, как стал нянькой для всех младшеньких и новичков. «Старички» уважали стремление парня поддерживать мир и спокойствие в столь буйном коллективе. Младшие, глядя на старших, быстро смекнули, что с Рассом лучше не шутить, иначе получат по самое не балуй. И всех это вполне устраивало.       Но последние две недели превратились в сплошную головную боль. Спасибо Хартфилии, которая совершенно не могла контролировать себя и свой гнев. Расс устал шикать на гильдийцев, дабы те отцепились от девчонки. Его послушали. Но проблем меньше не стало.       Он и сам видел, как она старается сдерживаться, но выдержки хватало не больше чем на час.       Расс вышел из столовой, закинув разъяренную Хартфилию себе на плечо. Весь молодняк стоял из-за нее на ушах, пытался накинуться. Однако авторитет и предупреждающий взгляд Рейзера не дали им этого сделать.       Парень поставил Люси на пол и схватил ее за плечи. Знал, что она опять побежит в пекло. Нахмурившись, он тряхнул ее. — Это ни в какие ворота, — злобно процедил он. — А что я могу сделать? — крикнула Люси. — Ну не знаю, — Расс повысил голос. — Например, перестать бросаться на всех как собака. Тебя провоцируют, а ты как дура ведешься. — Спасибо за заботу. Но я взрослая и сама разберусь! — Парень с иронией улыбнулся, убрал руки с ее плеч. — Ты малявка. Одно дело, что у тебя в паспорте, другое, что в башке, — он ткнул ей пальцем в лоб. Хартфилия резко шагнула назад, всем своим видом показывая свое недовольство. — Попридержи язык. — А то что? — Рассел наклонился, их глаза были на одном уровне. — Все, что ты делаешь — показушно рискуешь жизнью и поешь свои песенки о том, какая ты сильная и независимая. — Хартфилия стиснула зубы. — Взрослые люди решают проблемы, а не бегают от них. — Ты обо мне знаешь только по слухам. — Я хорошо разбираюсь в людях, — прищурив глаза, сказал Рейзер. Он сложил руки на груди и сделал шаг вперед. — Ты запуталась и из-за этого путаешь всех остальных. — В психологи заделался? Так обломись. И хватит лезть мне в голову!       Она пискнуть не успела. Ладонь Рейзера с оглушающим хлопком оказалась в нескольких сантиметрах от ее головы. Она знала, что, если вцепится в него, то драка, скорее всего, будет в ее пользу. Но девушка не могла пошевелиться. Рейзер говорил спокойно и размеренно, но нее все внутренности дрожали от страха: — Гильдия — единственное место, где я могу чувствовать себя комфортно. А сейчас здесь творится чертовщина из-за твоей неопределенности. Либо принимай наши правила, либо свали. Нарушать спокойствие моей семьи я тебе не позволю…       Дверь за его спиной открылась, пропуская Ванессу. Люси вздрогнула, оттолкнула Рейзера и чуть ли не бегом ушла. Парень смотрел ей вслед. — Как там Лили? — Девушка опешила, удивленно подняла брови. — Ну-у… идет на поправку. — Хорошо, — Расс повернулся к ней и, пристально осмотрев, вдруг сказал: — Поможешь втащить Хартфилию в коллектив? — Чего? — рассмеялась Ванесса. — Да проще Атлантиду найти… — взгляд Расса мгновенно потушил искру шутки. Она устало потерла лоб. — Каким способом?       Улыбнувшись, Рейзер положил ей руку на плечи и принялся рассказывать свой план.       У Хартфилии дернулся глаз, когда Ванесса и Лили позвали ее с ними пообедать. Сначала она хотела отказаться, придумывая различные отговорки. Что она только себе не напридумывала. Но, вопреки страху, она все же спустилась на следующий день в столовую и села с недавним врагом за один стол. — Что у вас там с Рассом? — сразу же спросила Лили с напускным безразличием. Ошарашенная мина Хартфилии ее сильно веселила. — Здесь слухи разлетаются со скоростью света. — Может, мы сможем помочь? — улыбнулась Ванесса. — Чтобы стать командой, нужно сделать хотя бы первый шаг. — Лили посмотрела на Хартфилию и добавила: — Нам необязательно становиться друзьями. Можем просто ими притворяться. — Что же, мне нравится этот план, — Люся села рядом с ними.       Сначала она говорила сухими фактами. Как ни крути, а заводить новых друзей Люси не планировала. Не бьют друг другу морды, и на том спасибо. Так она думала, пока не почувствовала, как проведённые вместе пару часов, немного раскрепостили её. Люси подумала, что хвостатые используют на ней какие-то умелые манипуляции. По-другому объяснить своё расслабление рядом с ними он не могла. Люси не побоялась рассказать про последний год своей жизни. Без конкретики имён и дат. Она рассказывала истории, будто все пугающие моменты в её жизни были материалом для стендап шоу.       Ванесса и Лили были в восторге, хотя и не хотели этого показывать. Им нравилось слушать эту странную, но от чего-то неосязаемо живую историю. В некоторые моменты возникало ощущение, что они сами становились участниками тех событий и видели всё своими глазами.       Они проболтали до поздней ночи. Глаза слипались и очень клонило в сон, но девушки не хотели расходиться. Притворство Лили и Люси привело к тому, что они действительно заинтересовались жизнями друг друга. Колкости сменились приятельскими шутками. Холод между ними не исчез, но теперь друг на друга они смотрели заинтересованностью.       Ванесса внимательно следила за рассказами Люси и вскоре пришла к выводу, что в этих историях есть определённая личность, при упоминании которой Бунтарка тушуется и закрывается. Этот человек волновал девушку, постоянно присутствовал в её мыслях и, когда она замечала это, становилось до ужаса неловко. В один момент Ванесса не выдержала: — Так что это за парень? — Люси запнулась, натянуто улыбнулась. — Ну серьёзно! Мне чертовски интересно, что между вами?! — Всё… слишком сложно, — она грустно улыбнулась. — Я и сама не понимаю. — Тогда расскажи обо всём по порядку. Будем вместе думать, — Ванесса подсела чуть ближе и одобрительно улыбнулась. — Хочешь моё мнение? — Люси кивнула. — Тебе больно и ты ничего не понимаешь. От этого твои поступки иногда кажутся… — Тупорылыми, — усмехнулась Лили. Ванесса закатила глаза. — Грубо, но да. Расскажешь? — Хартфилия вздохнула.       Рассказать о Драгниле?.. А что вообще можно о нём сказать? Очень хотелось поделиться своими чувствами и эмоциями, но, как и сказала Ванесса, она сама ничего не понимала. Хотела понять, но чувства столкнулись с разумом, превратив её сознание в поле битвы, где не будет победителя. Лишь поражённая своими же воспоминаниями Люси. Одинокая и израненная.       Девушка хотела рассказать историю с самого начала, но постоянно путалась. Говорить про тихоню из школы или про Фокса? Или про главу Ока? А может про парня, который назвался её женихом, когда она пришла в себя в больнице?       Несмотря на хаотичность рассказа, Ванесса всё же смогла нащупать логическую связь. Она смотрела на растерянную Люси, и в её душе расцветала жалость. Любовь, приносящая столько боли. А стоит ли она того? А из-за того ли человека стоит так убиваться? Ванессе казалось, что она читает плохо написанный роман писателя-новичка. Поэтому, спустя час рассказа, она выпалила: — Вам нужно расставить все точки над «и». И как можно быстрее. — Лицо Ванессы стало беспристрастным, будто она говорила не с потенциальной подругой, а со своим клиентом, пришедшим на психотерапию. — Вы и себя мучаете и окружающих. Самим не надоело? — Можем провернуть финт и устроить вам встречу, — тут же оживилась Лили. — И как ты собралась это делать? — насмешливо спросила Ванесса, на что подруга просто отмахнулась, мол: «Разберёмся». — Я сама всё устрою, — вдруг тихо сказала Хартфилия. На её уставшем лице появилась благодарная улыбка. — Я чертовски от этого устала… — Я тебя прикрою, — Лили достала телефон, начала копаться в приложениях. — Трёх часов хватит? — Думаю, да. — Я пойду с тобой. — У Ванессы было такое выражение лица, по которому Хартфилия поняла, что спорить с ней — бесполезная идея. — Сделаем так, чтобы Мастер и уж тем более Расс ничего не узнал. — Люси рассмеялась. — Интересная расстановка приоритетов. — В пять вечера сваливайте. — Спасибо, — Люси улыбнулась, Лили подмигнула и ушла. — Нес, у тебя есть телефон? дашь телефон позвонить? — Конечно. — Правда, влетит в копеечку. — Это куда ты звонить собралась? — Люси загадочно улыбнулась. — На другой конец света. — Ванесса усмехнулась, дала Люси свой телефон и сказала: — Не забудь потом положить на него деньги.       Хартфилия кивнула и быстро набрала номер.       Несколько секунд ожидания по ощущениям превратились в минуты из-за нарастающего чувства тревоги Она очень хотела услышать собеседника, но боялась, что тот будет зол на неё. — Привет. Не узнал? Нэм, я думала мы друзья, — девушке засмеялась, услышав ответ. — Ладно-ладно. Да, я в порядке. Поверь, это не важно. Слушай, Нэм, есть просьба. Да не кипятись ты! Сможешь мне кое-что привезти из Лондона? — лицо Хартфилии пару секунд было напряжено, но вскоре хмурость рассеяла улыбка. — Нет, это не оружие.       Ванессу позвал кто-то из парней, задав ей глупый вопрос, который она, конечно, не запомнила. Она прослушала, что же Хартфилия попросила у Нэма. — Я знала, что ты меня не подведешь. Когда ты можешь приехать? Даже так?! Супер! Да, конечно жду! Все, давай. Я встречу тебя.       Люси вернула телефон хозяйке. Она не успела испугаться собственных действий. Наконец дело было запущено, а значит убежать не получиться. Оно и к лучшему.       Хартфилия надела неприметную серую толстовку и джинсы. Она заперла комнату и быстро пошла к чёрному ходу, где, судя по времени, ее уже должна ждать Ванесса.       Люси тихо шла по коридорам, стараясь ни на кого не наткнуться.       Кошачьими шагами девушка двигалась к выходу, как вдруг услышала шаги за углом. Она испуганно оглянулась, и, поняв, что дело может пойти насмарку, если ее увидят, дернула за ручку первой попавшейся двери. Та, к счастью, оказалась не заперта. — Какие люди. — Хартфилия резко развернулась. Перед ней стоял Расс в одном полотенце. По мокрым волосам девушка поняла, что парень только вышел из душа. — Если пыталась меня соблазнить, то… — Не в этой жизни, — почти шепотом выпалила она, стараясь прислушаться к происходящему за дверью. Тихо — Тебя как ко мне занесло? — Парень осмотрел ее, заострив внимание на ее встревоженном взгляде, и сразу же все понял.— Куда бы ты там не собиралась, ты не идешь! — Я твоего разрешения не спрашивала, — Люси хотела выйти, но Расс схватил ее за руку. — Что во фразе «ни шагу из гильдии» тебе непонятно? — Расс, отпусти меня! — шикнула девушка, пытаясь выдернуть руку. — Сам сказал, что нужно решать проблемы, а не… — Но не когда на тебя охотится мафия! — грозно перебил Рассел. Он глубоко вдохнул, стараясь вернуть себе самообладание. Он разжал пальцы, выпуская запястье Люси. Поняв, что переубедить ее он не сможет, парень устало сказал: — пообещай, что будешь осторожна. — Обещаю. — Едва слышно сказала она. — Смотри, звезда моя, если попадешь в передрягу, отшлепаю.       Хартфилия на мгновенье замерла от удивления, а после, громко рассмеявшись, ушла. Парень еще полминуты смотрел на закрытую дверь, после чего буркнул. — Ты баран? Отшлепаешь? Рассел, приди в себя!       Люси и Ванесса вышли из здания, незаметно проскользнули во дворы. Они час петляли по городу в абсолютном молчании. Погода стояла теплая, и девушки почувствовали себя простыми подростками, гуляющими после школы. Однако, когда Хартфилия свернула в сквер и остановилась около магазина, эта мимолетная иллюзия развеялась.       Блондинка скинула капюшон, открыла дверь магазина. Лишь войдя внутрь, Ванесса поняла, что это тату-салон. — Эй, хозяин, ты здесь? — громко спросила блондинка. В соседней комнате что-то загремело, будто упал стакан. В комнату вошел высокий парень. — Хартфилия? — удивленно спросил он. — Привет, — Люси улыбнулась. — Даже не обнимешь меня?       Гажил молчал. На его лице смешалось столько эмоций, что в какой-то момент Люси поежилась. — Я даже не знаю, что сказать, — отведя взгляд, сказал парень. — Думаю, мне не стоит говорить, что мы чуть не сошли с ума, пока искали тебя! — его голос стал жестче. — Не стоит. Я знаю, что виновата.       Редфокс с недоверием посмотрел на девушек, чертыхнулся и стремительно подошел к Люси, заключая ее в крепкие объятия. — Я так боялся, что ты пострадала. — Стараясь не поддаваться чувствам, проворчал он. — Я так по тебе скучала… Прости, что вот так пропала. Знаю не права, но я испугалась. — Она отстранилась, посмотрела ему в глаза. Люси не стала подбирать слов и выпалила все, что так долго ее терзало: — Правда испугалась. Когда два месяца тебе говорят одно, а потом ты понимаешь, что все это — ложь, то… — Я понял, что ты ушла из-за этого. Мы все виноваты. — Он глухо рассмеялся. — Я правда думал, что ты умерла. — Интересная реакция, — Хартфилия рассмеялась, посмотрела на стоящую у двери Ванессу. — Ты можешь за меня не переживать. Я вернулась… в общем, я в безопасности. Меня могут защитить, так что пока можешь не волноваться. — Вот именно что «пока», — устало сказал Гажил. — Не переживай, — вклинилась Ванесса, — Люси, конечно, заноза в заднице, но без неё было бы не так интересно жить.       Они рассмеялись. Витающее в воздухе напряжение наконец рассеялось. Люси хотела бы остаться в этом тесном салончике как можно дольше, но время не терпело. Нужно решить все вопросы. — Как там Джувия? — осторожно спросила Хартфилия.       Люси заметила, как его спина выпрямилась, улыбка сошла на нет. Гажил закатил глаза, будто что-то вспоминал, после чего сказал: — Тяжело. Она винила себя в произошедшем, не отходила от тебя, пока ты валялась в больнице. Когда Драгнил рассказал, какую тактику твоей реабилитации он выбрал, она первая согласилась переспать с тобой общаться. Типа… чтобы свести все риски к минимуму, понимаешь? — Люси поджала губы, кивнула. Несмотря на злость, живущую где-то на глубине ее души, сердце не переставало скулить из-за ссоры. Локсар… не заслужила этого кошмара. — Никто не смог вывести ее из коматозного состояния. — И как она теперь? — Она ушла. — перехватило дыхание. В голове промелькнула робкая надежда, что она ослышалась, но по хмурому лицу Редфокса стало ясно, что сейчас не время для слуховых галлюцинаций. — В к-каком смысле? — борясь с подступающей тошнотой, выдавила Люси. — В самом прямом, — спокойно сказал парень. — У нас много что произошло, пока тебя не было. Это правда долгая история, поэтому Джувия сама тебе всё расскажет. — Гажил замер, почесал затылок и криво улыбнулся. Поняв, что ляпнул лишнего, он засуетился. — Да хреновый из меня джентльмен. Сядете? — Нет. — Ванесса отрицательно покачала головой. Люси неотрывно смотрела другу в глаза. Все ее естество кричало о том, что лжи она не потерпит. Она строго спросила: — что произошло? — Ушла в неизвестном направлении. — Ты что-то знаешь. — Знаю, — он положил руку ей на плечо. — Джу в безопасности. Клянусь. — Может перейдем к делу? — недовольно спросила Ванесса. Хартфилия, поняв, что не дождется от друга ответа, согласно кивнула. — Не думала, что приду к тебе именно с этой просьбой, но… можешь организовать мне встречу с Нацу?       Гажил не поверил своим ушам, но решительный взгляд Хартфилии сразу во всём убедил. Редфокс почесал затылок и сказал: — Он, скажем так, в деловой поездке, но… он будет в шоке узнав, что ты хочешь с ним встретиться. — Мне надоело бегать. Хочу поговорить с ним и расставить все точки. В общем, скажи ему что… — она задумалась. — Скажи, что я буду ждать его через три дня в «Белой сове». — Вот это у вас вкус мадам, — усмехнулся Редфокс. Он улыбнулся, подумав, что лучший ресторан города как нельзя лучше подойдет для разговора этих двоих. — Неприятные разговоры должны происходить в приятном месте, — девушка пожала плечами. — Почему неприятный? — Предчувствие.       Редфокс тяжело вздохнул. — Я бы хотел, чтобы оно тебя хоть раз подвело. Ладно, все устрою. — Спасибо, — Люси тепло улыбнулась другу. Она подошла и заключила его в объятия, будто стараясь спрятаться в крепких руках от плохих ощущений — Всегда пожалуйста, — усмехнулся Редфокс, поцеловав девушку в макушку. — Ты только не пропадай, ладно? — Как скажешь.       Ванесса улыбнулась, проверила время. От мысли, что у друзей есть еще пятнадцать минут на объятия, на душе стало тепло.