Драбблы +230

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Noblesse

Основные персонажи:
М-21, Раджек Кертье, Сейра Дж. Роярд, Су Юна, Такео, Тао, Франкенштейн, Хан Шинву
Пэйринг:
всех помаленьку
Рейтинг:
G
Жанры:
Романтика, Юмор, Флафф
Размер:
Драббл, 14 страниц, 5 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Прекрасные и тёплые драбблы!» от Lan-ja
Описание:
всякое разное, смешное и не очень, местами до неприличия флаффное

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

М-21, Тао, Такео. Лесные гномики.

6 июля 2013, 15:39
– Всё!.. – Такео устало плюхнулся на видавшую виды скамейку, всем своим видом выражая полную покорность судьбе и готовность умереть здесь и сейчас. – Франкенштейн нас убьёт. Предлагаю всем сразу сделать харакири.
Тао, до этого медленно и грустно машущий платочком вслед уезжающему в закат автобусу, вдруг с негодованием повернулся к нему.
– Э-эй, народ, побольше оптимизма!
– Тао! – М-21 хотелось одновременно застонать и оторвать ему голову. Пять часов невыносимой жары, адской езды в скрюченной позе эмбриона на задних сидениях всяких попуток, а также нескончаемой болтовни Тао вперемешку с нытьём Такео превратили его в помесь выжатого лимона и озлобленного носорога. – Ты хотя бы понимаешь, что мы в жопе?!
Одуряюще стрекотали в траве кузнечики, медленно опускалось за горизонт солнце, а вокруг них на протяжении черт знает скольки километров простирался великолепный и девственно-нетронутый зелёный лес.
– Поправка: мы в полной жопе! – с мрачным торжеством добавил Такео и осторожно отодвинул свой рюкзак подальше от края скамейки. Там, помимо розовых тапочек босса, коробочки элитного черного чая и ещё кучи всевозможной фигни, лежала любимая чайная пара Райзела, завёрнутая в десять пышных слоёв ваты, газет и упаковочной плёнки. И Такео лично был готов продать свою душу, душу М-21 и всего Тао целиком – лишь бы белоснежный фарфоровый сервиз оказался утром перед Мастером.
Ввиду того, что Франкенштейна разрывала на части подготовка и организация ежегодной школьной летней поездки, огромный список всяких домашних мелочей вкупе с вымораживающим обещанием открутить голову, если они что-то забудут, он передал своим подопечным, а сам отправился днём ранее обустраивать старшеклассников на месте. А так как аккуратная и ответственная Сейра и дотошный до нытья зубов Регис в этот момент были в Лукедонии… короче, половину списка школьные секьюрити благополучно забыли. Пришлось в ужасе возвращаться, обвиняя друг на друга в идиотизме, невыносимой жарище и потопе Атлантиды, потом обменивать билеты, сломя голову мчаться на поезд, и, в итоге, последний на сегодня рейс до курорта они всё-таки упустили.
– Если к утру мы не явимся в Хайону, Франкенштейн нас на рагу пустит. Даже без Черного Копья.
– Фигня! – Тао провернулся на пятках и весело сощурил глаза. – Тут же вполне можно дойти пешком до курорта часа за три, если напрямик через лес.
– А ты знаешь, куда идти? – М-21 подозрительно покосился на сияющего от своей гениальности лидера РК. – Твой хвалёный GPS отказался принимать сигнал ещё три часа назад.
– У меня есть карта! – Тао с гордостью вытянул вперёд развёрнутый и изжеванный в хлам листок бумаги, когда-то бывший распечатанной фотографией со спутника.
– Давай её сюда.
– Ну уж нет, поведу я!
– Тао…
– Иначе буду плестись в конце и ныть вам обоим в уши.
– Получишь в глаз.
– А потом ещё запрошусь на ручки.
Такео переглянулся с М-21, скорбно вздохнул и поднялся, с кряхтением надевая рюкзак снова.
– Переверни карту, придурок.
Всеобщее харакири откладывалось на неопределённое время.

После одуряющей летней жары прохладный сумрак леса показался всем троим чуть ли не благодатью небес. Полузаросшая тропинка вела прямо под гору, и М-21 даже немного повеселел. Правда, его не отпускала смутная мысль, что топографические способности лидера РК оставляют желать лучшего, но, глядя на уверенно вышагивающего Такео, он успокоился.
Как показала практика, зря.
Чуть ли не впервые оказавшись на лоне природы без малейших признаков цивилизации, Тао радостной белкой скакал между деревьев, два раза потерял карту, с восторгом первооткрывателя обнаружил какое-то дупло в дереве и ни на секунду не переставал трещать, то и дело напарываясь на ветки и колючки. Новоявленного навигатора уже в пятый раз вытаскивали из зарослей кустарников, когда в лесу стало катастрофически быстро смеркаться.
– Тао, ты задолбал! – шипел Двадцать первый.
– У меня уже все волосы из-за тебя в колючках!
– Но я видел там белочку! – громко возмущался лидер РК, пока четыре руки весьма неэлегантно выдёргивали его из кустов шиповника за штаны. – Такео, хочешь, косичку заплету?
– Не хочу! – рявкнул тот и озлобленно поглядел на непроходимый бурелом впереди. – Мы точно туда идём?
– Конечно туда! Вот сейчас мы выберемся из этой бодяги, а там должна быть поляна… Как насчет костерка? Сядем вокруг него и будем рассказывать страшные истории!
– Деточка, тебе сколько лет? – М-21 с усилием потёр висок. Сгущающиеся сумерки и полнейшее отсутствие признаков цивилизации вокруг подтверждали его и так очень нехорошие подозрения.
– Кстати, а зефирки никто не прихватил? – Тао пропустил риторический вопрос мимо ушей и бодро подтянул сваливающиеся после приключений в кустах штаны.
– Конечно. И какао тоже! – М-21 скрипнул зубами, шагнул вперёд, с усилием раздвигая густые ветви дерева… и тут же почувствовал, как у него задёргался правый глаз.
На модифицированных, словно по волшебству, выпрыгнула автобусная остановка с уже знакомой скамейкой. Мертвецкую тишину разбавлял грустный скрип фонарного столба с мигающей лампочкой и одинокий стрёкот кузнечика.
От участи быть битым горе-штурмана спас только затяжной героический прыжок обратно в кусты.

В небе большим круглым глазом светила полная луна, отбрасывая лучи света на верхушки деревьев. Нагретая за день земля остывала и засыпала. Изредка ночная идиллия нарушалась далёким уханьем совы, тихим шелестом крон под порывами тёплого ветра и громким то и дело повторяющимся воплем «Блять!» со склона холма.
Вытаскивая из-за шиворота рубашки длинную склизкую водоросль, М-21 ощущал удивительное и несвойственное ему желание шарахнуть по всей планете метеоритом. Позади оставались четыре часа увеселительного моциона по живописнейшим местам горного массива, внезапно порвавшийся рюкзак и последующее ползание по траве в попытках отыскать всю ту хрень, что там находилась, потрясающая по зрелищности драка за единственный бутерброд с колбасой, несколько секунд кувыркания по склону и общее грандиозное падение в какой-то водоём.
– В итоге мы имеем: клочок туалетной бумаги, гордо именуемый географической картой, одинокий коробок спичек, зажигалка, сто тридцать пять… точнее, уже сто пятнадцать пунктов списка Франкенштейна и карманный фонарик. – Такео со скорбью на лице щелкнул брелком, поглядел на слабый трепыхающийся лучик и вздохнул. – С полусдохшей батарейкой, кстати. Я ничего не забыл?
Двадцать первый посмотрел на приятеля. На голове Такео колыхалось и вздрагивало нечто, что при очень большом воображении можно было принять за творение рук парикмахера-сюрреалиста. Или за результат незапланированного купания в болоте, после которого троица объявила временное перемирие, дабы подсчитать ущерб. М-21 перевел взгляд на свою позеленевшую от болотной тины рубашку, потом на скособоченный костерок, над которым торчало невероятное приспособление из веток и резинок для волос Такео с подсыхающими тремя парами штанов…
– Клинический идиотизм в анамнезе, – добавил он.
Слева от него с покоцанными коленками и видом оскорблённой добродетели сидел Тао. Под глазом у него сиял лиловый фингал.
– Жрать охота, – только и буркнул он, до сих пор обиженный за то, что у него отобрали карту, заставили идти позади всех, плюс ещё и его собственный бутерброд слопали, не поделившись.
– Да неужели наше топографическое дарование наконец-то подало голос! Личный рекорд трёх минут побит в хлам!
– О, Боже… – округлил глаза Тао и поднёс дрожащую руку ко рту. – Только не это… Апокалипсис близится, галактика в опасности, Такео только что выдал что-то похожее на шутку!
– Я тебе сейчас голову оторву!
– Подожди-подожди, попробуй ещё раз, тебе понравится!
– Заткнитесь оба! – вдруг рявкнул М-21 и молниеносно поднялся на ноги, к чему-то прислушиваясь. Такео и Тао мгновенно притихли – среди всех модифицированных жителей квартиры Франкенштейна он единственный обладал слухом наравне с Ноблесс.
Несколько секунд он постоял столбом, а затем сорвался с места. Не успели оба раскрыть рты, как Двадцать первого и след простыл – парни только и увидели мелькнувшую среди покачнувшихся веток тень.
– Ну и что это сейчас было? – тихо поинтересовался Такео. Неожиданная тишина будто коконом окружила их, казалось, что даже костёр внезапно опал и притаился. В воздухе вдруг разлилось странное напряжение.
Руки на автомате потянулись к поясу и тут же безвольно опустились – Франкенштейн под угрозой смертной казни через удушение фиолетовой аурой запретил ему брать на отдых оружие. Время тянулось невероятно медленно, хотя на самом деле прошла всего минута-другая. Такео молча поглядывал по сторонам, но, как ни старался, так и не сумел заметить ничего мало-мальски сверхъестественного, что могло бы заставить сорваться параноика М-21 с места.
– Не нравится мне всё это…
– Нет, я так не могу! – Тао подскочил и едва не перевернул священный рюкзак с тапочками босса и сервизом Райзела. – Пошли за ним!

М-21 медленно возвращался к месту их привала, озадаченно поглядывая на свой трофей. Услышав подозрительный и взбудораживший кровь шорох в кустах, он даже не подумал, что это вполне мог быть кто-то из здешней фауны – то ли отточенные годами и тренировкам инстинкты сработали раньше головы, то ли крайне не к месту «проснулась» память оборотня-охотника. Глас разума постучался обратно только тогда, когда рука с моментально отросшими когтями схватила что-то пушистое, тёплое и определённо живое. М-21 фыркнул, поднялся с примятой травы и поднял добычу на уровень глаз.
– Твою мать… – тихо застонал Двадцать первый, сразу представив себе вытянутое лицо Такео и гомерический ржач Тао.
Заяц нервно водил носом, поджимал лапы и даже не пискнул, когда его бесцеремонно перехватили другой рукой за уши и в таком положении потащили куда-то. Шагнув на уже знакомую поляну, отгороженную со всех сторон деревьями, М-21 с недоумением оглядел пустую стоянку, брошенные рюкзаки и затем перевёл взгляд на ярко и весело пылающий костёр.
Ноги у него внезапно подкосились.
В эту же секунду за спиной послышалось сопение, треск веток, и на поляну с громкими ругательствами выползли Тао и Такео – все в паутине и листьях, ещё больше исцарапанные и донельзя злые. Игра в шпионов им явно не понравилась.
– Ну и где ты шлялся? – Такео нахмурился.
– Жратва! – Тао радостно подпрыгнул и бросился к зайцу.
– Штаны-ы-ы! – трагически выл тем временем Двадцать первый, опускаясь на колени и протягивая руку к огню в жесте отчаяния.
Заяц верещал на одной мозговыносящей ноте и презабавно дрыгал лапами в его руках. Не будь М-21 столь шокирован видом дотлевающих на костре трёх пар штанов, то со стопроцентной уверенностью заявил бы, что ушастая сволочь над ними ржёт.

***
Облокотившись на дверной косяк своей комнаты и прикрыв ладонью глаза, Франкенштейн мысленно убеждал себя, что людей убивать нельзя. Даже идиотов. Даже если вред от них уходит куда-то в минусовую бесконечность. И вообще, Мастер очень огорчится, если он их прямо сейчас голыми руками нашинкует в салат к завтраку.
Хотя, принимая в расчет ровный пятисантиметровый слой грязи, паутины, мелких веток и травинок и ещё какой-то болотно-зелёной фигни, которыми с головы до ног были покрыты модифицированные, Франкенштейн тут же со скорбью признал, что подобное блюдо вызовет у его старшеклассников как минимум несварение желудка. Опять же – мучайся потом с массовым отравлением…
Коротко мотнув головой, чтобы вытряхнуть оттуда нелепые, но такие приятные мысли о разнообразных способах убийства его подопечных, он тяжело вздохнул, отнимая руку от лица.
М-21 громко и судорожно сглотнул, продолжая стоять памятником застывшего ужаса перед смертью.
Такео со скорбью прижимал к груди последний уцелевший рюкзак с сервизом для Райзела, как самое дорогое, что у него было в жизни. Такой короткой…
Тао топтался на месте и уныло косился на коленки товарищей. Интересно, о чем сейчас думал шеф? Тао искренне надеялся, что не о том, почему вся троица стояла перед ним в одних трусах и с видом, будто они прошли через девять кругов ада.
Наконец, Франкенштейн открыл глаза, спокойным взглядом уставился куда-то на дверной косяк и выдохнул:
– Вещи – здесь. Сами – через чёрный ход. У крыльца стоит бочка с дождевой водой.
Подождав, пока грохот и неистовый топот убегающих ног затихнет в конце коридора, он двумя пальцами поднял многострадальный рюкзак и шагнул обратно в комнату.
Пришла пора готовить чай Мастеру. А в процессе можно было спокойно и с удовольствием подумать о том, как именно его трио домохозяек и извечная головная боль по совместительству будет возмещать причинённый ущерб.



ЗЫ. Награда за призовое место на втором туре Ноблесс-феста ^_^ - http://www.picshare.ru/uploads/130807/4F26kex1l8.png