Прогноз погоды +267

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Пэйринг или персонажи:
омега/омега
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Романтика, Омегаверс
Предупреждения:
Мужская беременность
Размер:
Мини, 24 страницы, 6 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Истинные подходят друг другу, даже если они одного пола. Так парочка омег живут счастливо, они женаты и ожидают скорого пополнения в семье. Но над ними нависли опасные тучи, которые грозят перерасти в серьёзную грозу, способную разлучить их навсегда.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Работа является частью сборника "Истинные", в котором представлены различные не стандартные случаи истинных. Все фанфики читаются как отдельные произведения.

Разница в возрасте -
https://ficbook.net/readfic/3694094/9661157#part_content;
Против системы -
https://ficbook.net/readfic/3814856/9952482#part_content;
Атеизм, отчаяние, ненависть -
https://ficbook.net/readfic/4030892/10473857#part_content;
Был счастлив тебе -
https://ficbook.net/readfic/4287008;
Поцелуй или жизнь -
https://ficbook.net/readfic/4007511/10413360#part_content;

Работа написана по заявке:

01. Аппетитная картина

24 июля 2016, 16:56
      Весёлая попсовая музыка разносилась на весь дом, её можно было слышать в подвале, на чердаке и в гараже, даже соседи слышали её. Одна песня сменяла другую, и иногда их прерывал приятный бархатный голос диктора-омеги Найла Кроуфорда. Это был самый популярный парень на радио, который вёл аж четыре шоу, тогда как его коллеги расхватали оставшиеся и не очень востребованные. Виной всему был соблазнительный низкий тембр, который заставлял альф звонить в эфир и голосовать в различных викторинах втрое больше, чем любой другой. К тому же Найл был умён и остроумен, он перекидывался со своим напарником Энисом Джойсом шуточками, которые иногда находились на грани фола, и вся его манера поведения очень нравилась слушателям. Программа «Пузатое утро» вещала в девяти штатах, включая Калифорнию, Аризону и Неваду. Вот и сейчас он принимал звонки слушателей и рассуждал с ними о беременности. Вопросом дня была странная еда, которую порой требовали омеги, и забавные случаи, как несчастные альфы носились в поисках невероятных заказов своих ненаглядных.

      Джеймс Кроуфорд — супруг Найла — был в прекрасном настроении, подпевал песням, которые тот ставил, и хохотал над смешными ситуациями, что рассказывали слушатели. Он стоял в большой и светлой мастерской, где одна стена была полностью стеклянной и открывала прекрасный вид на долину и горы, перед мольбертом, вымазанный краской и страшно довольный своей работой.

      Никто не называл его Джеймсом, только Барби. Потому что внешность у него буквально просилась к этому прозвищу. Светлые, очень густые и кудрявые, как у барашка, волосы спадали до поясницы. Пытаясь собрать их в хвост, Барби испортил не одну заколку, наученный горьким опытом, теперь он связывал их лентой. Большие и невинные глаза с длинными белёсыми ресницами и пухлые губы бантиком добавляли образу кукольности. Глядя на него, любой альфа подумал бы — мечта! И всем им было вдвойне обидно, что мускулы, щетина, узел и прочие атрибуты сильного пола совсем не возбуждали Барби. Он любил своего истинного омегу Найла и никогда с альфой даже и не был.

      Именно Найл был музой и натурщиком для работ Барби. Последняя картина вышла особенно удачной, и он даже подумал, что не станет её продавать, чтобы кто-то другой любовался на красивое обнажённое тело его супруга. Он с трудом подавил в себе порыв чмокнуть смуглое лицо, вспомнив, что краска не слишком вкусная. Засмеявшись такой идее, Барби вытер пальцы о тряпку и взял со столика мобильник, уже сильно испачканный, и набрал номер радиостанции.

      Его, по просьбе Найла, всегда соединяли в первую очередь, так что дозвониться оказалось не проблемой.

      — Доброе утро, представьтесь, пожалуйста, — приветливо ответил Найл.

      — Барби. Я хочу рассказать забавный случай из своей беременности, — улыбаясь, сказал тот.

      Он уселся на высокую табуретку и, рассматривая свежую картину, радостно улыбался. Звонками на радио он никогда не злоупотреблял, оставляя их себе как бонус — на случай плохого настроения или вот таких внезапных порывов.

      — Что ж, интересно будет послушать, — голос Найла неуловимо изменился, стал мягче, теплее.

      — Я художник. Написал картину со своего супруга. Теперь сижу и думаю, что не прочь слизать краску, которой я нарисовал его кожу. Она кажется мне такой аппетитной, — тягучим, соблазнительным голосом рассказал Барби.

      Он убрал тугую спираль волос за ухо и стал ждать ответа, но его никак не поступало. Найл затих по ту сторону связи.

      — Может, лучше дождаться супруга домой и облизать его? Передадите ему привет? — наконец предложил Найл.

      — Да! Пусть купит домой что-то сладенькое, — Барби забавляло, что они говорят о таких интимных вещах во всеуслышание на девять штатов. И его это слегка возбуждало.

      — Мёд?

      — Ам, да, можно мёд или вишнёвый сироп, — согласился Барби, тут же решив чуть подправить картину.

      Если он добавит на тело Найла красной краски, то каждый сможет интерпретировать её по-своему. Для кого-то это будет кровь, а другим покажется сладкий джем.

      — Спасибо за звонок, Барби. И не облизывайте картину, иначе её никто не купит.

      Барби засмеялся и скинул вызов. Он ласково погладил свой круглый беременный живот и подумал, что когда уже родит, их сексуальная жизнь вернётся в прежнее русло. Осталось ждать совсем немного. Доктор поставил дату родов на конец этой недели. Вспомнив об этом, он вскочил со своего места и глянул на часы. Его занятия по подготовке к родам должны были начаться через пятнадцать минут.

      — Вот мартышка! — поругал себя Барби и кинулся в ванну, на ходу стараясь подобрать копну волос повыше, чтобы они не намокли.

      Он специальным средством смыл с рук и лица краску и встал под душ. Сквозь шум воды он слышал бодрый и весёлый голос Найла, настроение которого явно улучшилось после рассказа о картине.

      — И между прочим, наш город удостоился большой чести! Его выбрали новым объектом для расположения отслеживающих систем Национальной Метеорологической Службы. В данный момент у нас на радиостанции устанавливают кучу всякого оборудования, — рассказал Найл после очередной песни.

      Барби хмыкнул, подумав, что давно пора это сделать, учитывая, как часто у них меняется погода с совершенно безоблачной на грозовые тучи и мощнейший ветер. Он надел на живот поддерживающий бандаж — в последнее время ходить без него долго не представлялось возможным, так как спина начинала дико ныть, а живот тянулся к земле — просторные белые брюки, в которых будет удобно заниматься, и футболку со смешной рожицей на пузе. Он выключил радио и поторопился сесть в машину и повернуть ключ зажигания, чтобы опять услышать голос Найла. Соседский пёс противно лаял, глядя в небо и подпрыгивая на своём месте. Всё-таки хорошо, что они установили по всему дому колонки и не слышали, что творится на улице.

      — Итак, наш гость сегодня — Шон МакКензи — ведущий специалист калифорнийского отделения Н. С. Сейчас он устанавливает оборудование и не знает, что он наш гость, но мы обрадуем его после песни Рия Лоуса «Лестница любви».

      После этого заиграла очень навязчивая песня, которая была лидером хит-парадов уже месяц, и единственными двумя вещами, что нравились в ней Барби, были припев и клип. На самом деле пел Рий паршиво, и слова в песне интеллектуальностью не отличались. Но молодёжи нравилось, и приходилось слушать это чаще, чем хотелось бы. Он выехал на шоссе, решив срезать путь, так как опаздывал, и придумывал какую-то отмазку. Но всё, что он не перебирал в уме, уже использовалось ранее, и в группе все наверняка думали, что у него очень сложно протекает первая беременность и организм ослаблен. Или же догадывались, что Барби просто врун и опаздун.

      Он заметил, как солнечная погода стремительно портится и собираются тучи. Именно то, о чём он и думал перед выездом — прогноз погоды никогда не бывает точен в их местности. На зеркале у лобового стекла покачивалась золотистая кисточка от шапочки выпускника Барби. Она напоминала ему о родителях, которые категорически прервали всякое общение с ним после известия, что его будущий супруг так же, как и он, омега. Анатэ* говорил, что Барби — порочное отродье и извращенец, запретил ему общаться с младшими братьями, и все открытки и письма, которые он слал родителям, возвращались назад. Вот уже четыре года единственной семьёй Барби был Найл и его сын от первого брака с альфой — Брайан. Альфёнышу было десять, и он, не стесняясь, высказывался, что раз уж его анатэ не желает жить с отцом, то пусть хотя бы найдёт себе альфу. Особенно испортились отношения, когда Барби забеременел. Брайан бесился, даже сбегал из дома, истерил и устраивал долгие бойкоты.

      Барби поджал пухлые губы при мыслях о пасынке. Что он только не делал, чтобы понравиться ребёнку. Но тому ничего не было нужно, кроме альфы рядом с Найлом.

      — Так-так. Шон, рад, что ты согласился немного поболтать с нами. У тебя есть дети? — заговорил супруг, и Барби, стараясь больше не думать о неприятностях, прислушался к разговору.

      Ему оставалось ехать всего пять минут до центра здоровья, и он свернул с шоссе на городскую дорогу. Живот стало тянуть, как часто бывало в последнее время. Доктор говорил — это нормально, ребёнок укладывается так, чтобы было удобно во время родов. На вопрос Найла ответил ровный альфий голос.

      — Не согласиться было сложно, учитывая, что меня не спрашивали, а поставили перед фактом. И да, у меня есть сын.

      — Сколько ему? Ты ещё помнишь, как чудил его анатэ во время беременности? — заинтересовано спросил Найл.

      — Ему почти шесть. И скоро у него будет брат, так что я всё отлично помню, — чуть усмехнулся Шон.

      — Ну, что самое необычное хотел твой супруг поесть?

      — Самым ярким воспоминанием было черничное пирожное, он макал его в кетчуп и запивал пивом, — очень доверительным тоном произнёс альфа.

      Барби представил себе это и заливисто засмеялся, паркуясь возле центра. Ему даже стало интересно, как же это было на вкус. Но раз уж кто-то ел и не умер, нужно и им с Найлом попробовать. Он не услышал, что ответил супруг. Повернул ключ и выбежал на улицу. Возле прозрачных крутящихся дверей Барби ругнулся:

      — Вот макака! — и вернулся назад к машине, чтобы забрать из багажника спортивную сумку.

      Он бросил короткий взгляд на посеревшее небо и деревья, которые ещё утром стояли в полном спокойствии, а теперь раскачивались и шумели. Припомнив, что в машине есть зонтик, Барби успокоился и забежал в центр здоровья с опозданием на десять минут.

________________________________________________________________________

Анатэ* — родитель-омега

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.