Отряд, стройся! +19

Другие виды отношений — сексуальные или романтические отношения, которые нельзя охарактеризовать ни как слэш, ни как фемслэш, ни как гет ни в одном проявлении.
Кук Глен «Черный Отряд»

Основные персонажи:
Гоблин, Госпожа, Ильмо, Костоправ, Одноглазый
Пэйринг:
Костоправ и компания
Рейтинг:
R
Жанры:
Ангст, Юмор, Драма, Фэнтези, Даркфик, POV
Предупреждения:
Насилие, UST, Элементы гета
Размер:
планируется Драббл, написано 24 страницы, 14 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Сборник драбблов по "Черному отряду"

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Простой укур на тему

Сказка о будущем (Костоправ, Госпожа. Юст, ангст, G).

22 апреля 2016, 15:08
“Хочешь, я расскажу тебе сказку, лекарь?”

Легкая ладонь едва коснулась спутанных волос, не рискуя прервать крепкий сон крайне утомленного человека. За окном метались огни, гудели голоса и бряцало оружие — Курганье, разбуженный муравейник, готовилось к последнему походу.

“Про четверых сестер с такой разной судьбой. Про двоих из них, чьи судьбы оказались крепко связаны, а имена — перетасованы так, что концов теперь почти не сыскать”.

Спящий вздрогнул, не размыкая век и чуть слышно застонал. Лицо исказила странная гримаса — то ли диковатая улыбка, то ли болезненное удовольствие. В камине, прогорев посредине, со стуком развалилась на две части деревяшка.

“Я расскажу тебе про одну из них, что возжелала править миром. Про ту, что сделала своим весь Север, поставила на колени и объяла страхом. Про ту, что отрубила голову своей сестре, когда сестра решила поиграть по чужим правилам. Про ту, что не знает жалости и идет до конца”.

Где-то, за границей Леса Великая Скорбная Река все глубже и глубже подмывала берег, подбираясь к средоточию древнего зла. Упал в воду и провалился на дно очередной древний фетиш. В эфире раздался звук — будто лопнула тонкая нить, одна из многих. Одна из немногих, что остались целыми.

“Я расскажу тебе про женщину, которая больше всего боялась одиночества. Как-то она выбрала того, чья душа неожиданно показалась ей знакомой и близкой. Она, облачившись в золото призрачного сияния, приходила к нему по ночам. Радовалась, когда удавалось его настичь в бесконечных скитаниях. Когда не получалось дотянуться умом хотя бы на мгновение — чувствовала, будто холодная каменная клетка ее покоев начинала давить со всех сторон. Будто жадная пасть вечно голодного зверя смыкалась на шее. Одиночество стало ее сокровенным страхом, единственной настоящей болью”.

За стенкой кто-то беспокойно ходил, глухо кашляя. Даже ночью во дворе каркали вороны. Грай, бесприютный, настороженный грай.

“Я расскажу тебе о мужчине, чей разум скрывал секреты — скрывал и от него самого, потому что в желаниях своих он боялся признаться даже себе. Ему было проще убедить себя в том, что все обстояло совсем не так. Он умел убивать, умел забывать о тех, кого убил, умел лечить, умел складывать буквы в слова. Но лгать не умел. Как бы ни пытался”.

Самое темное время ночи, собачий час, мрачный час. Под тяжелыми облаками на горизонте прятался хвост кометы. Черное, древнее шевелилось в своих могилах, почти готовое вырваться в выстуженный воздух. Ждало удобного момента. Предвкушало.

“Я расскажу тебе о будущем, которое видела, Костоправ. В нем нет меня. Нет твоей крестьяночки. Вернее, есть, но… это будем уже не мы. Это будешь уже даже не ты. Я расскажу тебе об ужине в Садах Опала. Как я выйду из кареты, как, увидев твои одежды, подобострастный слуга сделает вид, что не испугался до смерти. Я расскажу, как ты возьмешь мою руку, пусть не в первый раз, но в самый первый — иначе. Я расскажу тебе, что будет потом. Далеко потом. Пока ты спишь — ты будешь в это верить и спишешь на собственную горячечную фантазию. Я расскажу, как впервые за многие сотни лет почувствую, что я — жива. Что я не одна”.

Грядущее утро не готовило ничего светлого или хотя бы на толику сдобренного надеждой. Это утро ждут там, за стеной жалкой халупы, в стены которой сквозь щели сочится концентрированный страх и предвестие катастрофы. Это утро ждут те, кто не дождется следующего. Ждут те, чьи жизни изменятся до неузнаваемости. Ждет тот, кто многие столетия мечтает освободиться — роскошью надеяться грешит только он.

“Я видела и будущий вечер, и то утро, которое наступит за ним, Костоправ. Я знаю, чьи губы, прервав многолетний обет, произнесут мое имя. Я знаю, кто упокоится на погребальном костре. Я видела, что будет после. Видела, куда отправлюсь за тобой”.

Дверь скрипнула, заставив спящего проснуться и, нехотя продрав глаза, уставиться в темноту. Не было видно никакого золотого сияния, да и очаг уже прогорел, оставив лишь красные венцы на истлевших головешках. Комната была пуста и холодна.

До момента, когда вода неумолимо закончит свое дело, осталось всего несколько часов.

“Все будет, как будет, Костоправ. У меня. У тебя. У нас. Хатовар так Хатовар”.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.