Духовная метаболия

Вы смогли бы сбежать на неделю из собственной жизни? Просто потеряться, оставив дома включённым свет, недоеденный завтрак и открытое настежь окно в гостиной. Уличная прохлада будет развивать одинокие серые занавески, стрелка настенных часов будет рассекать своим звучанием могильную тишину, а открытый шкаф с разбросанными вещами будут напоминать о не столь давнем визите хозяина квартиры. Поздняя ночь мягко растворялась в просторах комнаты. Свежий воздух просачивался сквозь приоткрытую форточку, приятно развивая белоснежные волосы. Гостиную освещал лишь голубой экран телевизора, проходясь своими лучами по острым чертам лица полусонной девушки. Сознание темнело в преддверии сладостной дремы. Довольно внезапный звук открывающейся входной двери заставил Василису судорожно сглотнуть, медленно оборачиваясь на источник её мимолетной тревоги. В дверях застыла пошатывающаяся то ли от усталости, то ли от прозрачной доли алкоголя в организме, фигура парня. Он неторопливо щелкнул замком, лениво снял кроссовки и, включив в комнате свет, прошёл вглубь. Снял надоедливую толстовку. Поправив майку, облегченно свалился на диван, заинтересованно косясь на Василису, чей спектр эмоций в данный момент Глеб никак не мог различить. — Я с первого дня думал о том, насколько твои волосы похожи на до безумия переливающийся снег в январскую вьюгу. И это так чертовски тебя олицетворяет! — проведя пальцем по её волосам, он сладко вздохнул. Василиса с безразличием убрала от себя его холодную руку, встав с места. Затем размеренно последовала в сторону барной стойки за стаканом воды. — Что случилось? — изумленный Глеб тут же поднялся с дивана, возмущённо проследовав за Васей и встав за её спиной. — Ты меня спрашиваешь, что случилось? — она в мгновение развернулась к нему лицом, уперевшись взглядом в его вечно холодные глаза. — Тебя не было больше недели. Ты просто внезапно ушёл, не оставив даже гребаной маленькой записки на холодильнике, — они все также продолжали сверлить друг друга взглядом. — А потом ты внезапно возвращаешься и думаешь, что все будет как прежде? Я легко кину тебе «привет» и позову смотреть фильм? Минутная тишина разразила комнату. Парень, задумавшись, устало сел за барную стойку, приложившись к стакану с отрезвляющей холодной водой. Василиса сидела напротив Глеба и смотрела куда-то поверх него, сверля глазами пустоту. — Теперь запомни одно, пожалуйста, — Голубин холодно прошёлся взглядом по понурой девушке, складывая руки на стойке. — Я не твой парень, и ты не моя девушка. Я всегда буду делать то, что, блять, угодно моей душе, и оповещать буду тебя и кого-либо ещё только тогда, когда мне это заблагорассудится. Девушка вмиг приняла на себя изумленный вид, с долей обиды сканируя каждый сантиметр обречённого парня. — И я не хочу тебя обидеть, — он раздраженно вздохнул. — Говорю как есть. Если бы я докладывал поминутно свою жизнь каждой мимолетной девчонке, я бы свихнулся к хренам. Снова тишина. И никто не знал, перед бурей ли. Девушка по-кошачьи сощурила глаза, после чего медленно вышла из-за барной стойки, последовав в сторону комнаты за долгожданной порцией сна. Но у дверей внезапно обернулась. — Дело не в том, кто чей парень, а кто чья девушка. И я думала, ты это понимаешь, — Василиса наблюдала за грустными глазами Глеба и будто видела в них себя. Злость постепенно отступала, и на её смену приходило горячее желание зарыться с головой в длинные светлые волосы парня, подарив ему долгожданное успокоение. — Дело в человеческом отношении. Я места себе не находила, — челка неуклюже упала ей на глаза, пряча её отчаяние. — Ты мог бы отправить одну чёртову смс-ку с жадным «со мной все хорошо», — она уже начала закрывать дверь в комнату, но напоследок кинула. — Тебе никогда не измениться, Фараон. Обескураженный парень ещё долго сидел посреди темной комнаты и обдумывал этот сумбур, потягивая странную жидкость из фляги. И в голове у него четко застряла мысль, что так не может больше продолжаться.