Бар +28

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Начало

Основные персонажи:
Артур, Имс
Пэйринг:
Имс/Артур
Рейтинг:
R
Жанры:
Романтика, Флафф, Повседневность, AU, Songfic
Предупреждения:
Нецензурная лексика
Размер:
Мини, 3 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Он заходил в Бар каждую пятницу. Всегда садился к стойке, брал бутылочный крепкий будвайзер и, если к этому времени столик в углу под неоновой уже еле горящей вывеской был свободен, он обязательно пересаживался туда. Цедил пиво и следил внимательным прищуром за посетителями, выхватывая детали местной этники.

Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки

Примечания автора:
Коллаж, на который писалась работа - http://redtotems.tumblr.com/post/142775481573/begin-again#notes
Песня, которую поёт Артур - The Smiths – I Know It's Over
Перевод, который я использовала - http://www.amalgama-lab.com/songs/s/smiths/i_know_it_s_over.html
Совершеннолетние.
18 апреля 2016, 21:43
Он заходил в Бар каждую пятницу. Всегда садился к стойке, брал бутылочный крепкий будвайзер и, если к этому времени столик в углу под неоновой уже еле горящей вывеской был свободен, он обязательно пересаживался туда. Цедил пиво и следил внимательным прищуром за посетителями, выхватывая детали местной этники.
Бар стоял на самом отшибе, за старым неработающим заводом, и Имс понятия не имел, что этот парнишка тут забыл. Бар был типичным, старым и еле живым, и будвайзер Имс заказывал только ради него, потому что основной контингент предпочитал ёрш, чтобы спрятать омерзительный вкус разбавленного пива за ещё более жутким вкусом виски.
- Сегодня? - спросил Имс, почёсывая свою козлиную бороду.
- Ага, - кивал парнишка. - Как всегда.
Он теребил манжеты рубашки, чесал коленки ладонями.
- Что, день не задался?
Парнишка был ужасно стеснительный. Он всегда приходил один, в одно и то же время; всегда молчал или кивал в пустоту, если Имс что-то ему говорил. Мальчишка будил в Имсе любопытство, его хотелось поспрашивать о всякой ерунде, развязать на так любимые Имсом пьяные разговоры, но парнишка смущался, прятался и сосал своё пиво.
- Так, - выдохнул он. - Да.
- Работа? - Имс смахнул со стойки пепел серо-жёлтой салфеткой и поставил перед парнем бутылку. - Родители? Может, ммм, девушка?
- Да если бы, - парнишка засмеялся. - Работа, чёрт бы её...
- Начальник - хуесос?
- Ну типа того, - он выдохнул тяжело. - Завалил работой для стажёров, лишь бы мне насолить. Увольнять не увольняет, но и работать нормально не даёт.
- А кем ты работаешь?
- Я редактор. А вместо этого вычитываю какие-то паршивые статейки.
- У нас тут другого не пишут.
Парнишка вздёрнул брови и протянул через стойку руку.
- Я Артур.
- Имс,- он пожал протянутую руку.- Приятно, Арти.
Сегодня Артур решил не прятаться в темноту, остался около стойки и открывал как рыба рот, пытаясь сам заговорить с барменом, но Имс то и дело проходил мимо, махал ему руками, улыбался и подмигивал, мол, прости, но сегодня аншлаг.
Чем ближе дело было к полуночи, тем накуренней было в Баре. Третья пятница месяца - ночь караоке, и специально для этого Имс целое утро натягивал над небольшой барной сценой уличную гирлянду, которая не видела свет с рождества, а старая так неудачно перегорела в прошлом месяце.
- Ну чего, может споёшь? - Имс махнул тяжёлой рукой второму бармену, подзывая встать за стойку, но обращался он к Артуру.
- Ой, - парнишка смутился.
- Давай, Арти, гульни вечерочек, - Имс похлопал его по плечу.
Имс влез на сцену, подключая провод микрофона к одному из ветеранов-маршалов. Малиновый хмельной Артур мялся около сцены, закатывая рукава.
- Раз-два, раз-два, - кашлял бармен в микрофон. - Ну чего, народ? Зажжём в этой дыре?
Веселый и без того народ повёлся на движуху, отозвавшись радостью, криками и смехом.
Имс уступил Артуру сцену, уточнив песню. Парнишка шепнул снова название ему на ухо, подставившись под горячий пытливый взгляд. Бармен протиснулся в угол, к той безвкусной, как и всё здесь, неоновой вывеске, где был ещё один поживший маршаловский комбик. Он махнул парню на сцене, мол, начинай, сейчас заиграет. Парень заулыбался, отпил из бутылки, перешучивался с кем-то, кто стоял около сцены.
- О-о-о, мама... - запел Арти. - Забираясь в свою пустую постель, я чувствую, как земля ложится мне на голову.
Он смотрелся потрясающе не к месту. В своём терракотовом жилетике, в свотч на керамическом ремешке с тяжёлым циферблатом, которые Артур поправлял, потряхивая рукой, в своей почти немятой рубашечке, у которой только сегодня была расстёгнута верхняя пуговица, потому что в Баре было жарко словно в кострище.
- Я знаю, что всё кончено, но по-прежнему цепляюсь за прошлое, потому что я не знаю, куда мне теперь идти.
Имс сидел на маршале, сложив руки под грудью. Он хмуро оглядывал паренька, жмурившегося от удовольствия - это была его любимая песня, решил бармен. Он не везде попадал в мелодику, но с точностью Робина Гуда попадал в настроение, особенно тоскливо выводя нераспетым голосом каждое "о-о-о, мама!..". Народ подпритих, музыка заиграла чуть громче, а Артур вошёл в раж, помогая своему вокалу жестами, расплёскивая пиво из бутылки, в которую вцепился крепко своей некрупной ладонью.
- Почему же в эту ночь ты ложишься спать в одиночестве? О, я знаю почему, - он глядел, краснея то ли от песни, то ли от выпитого, на Имса из-под ресниц. - Потому что на самом деле эта ночь не отличается от остальных.
Бармен подвывал себе под нос, он тоже очень любил эту песню, но всё равно был серьёзен, отвечая Артуру внимательностью на кокетство.
- Пока ты лелеешь свои успехи, другие блаженствуют в объятьях друг друга.
Этот парнишка: простой, застенчивый, молодой; приходит к Имсу в Бар каждую пятницу уже два года.
- Любовь естественна и чиста, но не для тебя, любовь моя, но не для таких как мы, любовь моя.
И Имс, кажется, знает почему.
- О-о-о, мама!..

В подсобку задувал сентябрьский вредный ветерок, пробираясь за шиворот, словно щекоча, а левая коленка стояла в какой-то липкой луже. Артур даже с одной несчастной лампочкой понял, что Имс здесь, возможно, не убирался с первого дня аренды.
- Ты мне так аплодировал, - краснел Артур, ломая пальцы об имсову ширинку. - Так улыбался.
- Ты был… - бармен зарывал руки ему в волосы, разлохмачивая офисную причёску. - Хорош, пусть и петь не умеешь.
Парнишка открыл было рот сказать что-то ещё, но он наконец справился с замысловатой застёжкой, и Имс застонал от облегчения — неэластичные джинсы сильно давили.
- Меньше слов, больше дела, - шипел он, надавливая Артуру на голову.

Было почти пять утра; никто никогда не задерживался в Баре дольше. Имс курил, вольготно оглядывал разорённую за ночь вотчину, сидя на барном стуле, откинувшись спиной на стойку, широко разведя колени. После потрясающего отсоса в подсобке, Артур разошёлся, растанцевался и неудачно подвернул ногу, поэтому теперь морозил лодыжку на диванчике, поглядывая на Имса. Такси опаздывало.
- Я приеду в следующую пятницу.
- Знаю, - ответил Имс, затягиваясь.
- Я не хочу сюда, - настойчиво продолжал Артур.
- Я понял. Меня есть кому заменить.
- Ты, как хозяин, можешь взять выходной.
- Я возьму два выходных.
Забытые временем завсегдатаи допивали свой виски в молчании, подглядывая за барменом и неприметным парнишкой, которого видели здесь каждую пятницу. Красный Артур сдувал с лица волосы, пытаясь не потревожить ногу и добраться до куртки, в кармане которой был телефон, ведь таксист должен был позвонить ещё пятнадцать минут назад. Имс стряхивал пепел прямо на грязный вытоптанный пол, затягиваясь снова, размышляя: он теперь вряд ли будет засыпать в одиночестве, ведь Артур обещал приехать в следующую пятницу.