Одиночество

Я смотрю на такой привычный вид из окна. Разглядываю торопящихся людей и пью кофе. Осеннее солнце приятно греет плечи и я прикрываю глаза. Выходной, начинающийся с яркого солнца и кофе, по определению хороший. Улыбнувшись, и оставив пустую чашку на столе, я переодеваюсь в спортивный костюм. В уши наушники, музыку погромче, и выбегаю на улицу. Бег всегда успокаивал меня. Ритм и легкий ветер. Я оббегаю людей, улыбаюсь знакомым. Всё как всегда. Я уже целых полгода выбегаю из своего старого дома, вот уже целых полгода я просыпаюсь с улыбкой на лице. Бракоразводный процесс почти завершен. Джейс благородно оставил мне всё в Нью-Йорке, а сам переехал в Идрис. Мы общаемся только в зале суда. Ну как — общаемся, Джейс смотрит на меня с укором, а я отворачиваюсь. Он несколько раз просил меня вернуться, но в конце концов успокоился. Я стараюсь не лезть в его жизнь и не знаю, как он и… с кем. Саймон помогает, чем может. Ускорил процесс ремонта своей-моей квартиры, так как я категорически отказалась возвращаться в наш с Джейсом дом. Пока я занималась делами, взял всю работу на себя, так что без денег я не осталась. А сейчас, почти каждый вечер, приходит и развлекает меня. Хотя на деле, мне не нужны развлечения. Мама восприняла новость о разводе спокойно, пожелав мне просто слушать своё сердце. Люк, наверно, был более огорчен, но его глубокая убежденность, что каждый сам волен выбирать свой путь помогли мне. Иззи была в шоке. Долго не могла поверить, но позволила мне решать самой, и пообещала поддержать моё решение. Я бегу вперед и шевелю губами, подпевая песне. Ставший родным маршрут и тщательно выбранные песни. Одна за другой улицы, одна за другой песни. В моей душе ставшее уже привычным спокойствие. Я размышляю насколько быстро привыкают люди к хорошему, хмыкаю, и машу рукой знакомой девушке. Отматываю привычные километры и бегу в сторону дома. Звонит телефон. — Да, Саймон. — Не забудь, завтра надо подписать документы на поставку картин. — Не забуду. Когда я чего забывала, — я фыркаю и качаю головой. — Ты сейчас вся в делах, я — как хороший друг, напоминаю, тем более, что ты до сих пор не завела записную книжку! Он отключается, а я усмехаюсь. Ну теряю я их! Дома меня ждет душ, еще одна кружка кофе. Звонит Иззи и мы долго болтаем ни о чем. Потом звонит Магнус и приглашает на какую-то «классную» вечеринку. Я обещаю подумать и обсуждаю с ним аукцион. В конце концов всё решено и я прощаюсь. Кофе выпит и день в разгаре. Надо бы встать и сделать накопившиеся домашние дела, но проходит минута за минутой, а я сижу и черчу что-то на салфетке. Линии привычно складываются в образ. Пока была в браке совсем забросила рисование, но сейчас, мне как будто хочется сохранить каждый момент. Отпечатать и потом пересматривать. Еще одна салфетка с эскизом отправляется в коробку. Там их уже очень много и я каждый раз клятвенно себе обещаю пересмотреть и выбрать хорошие. Но всё не до этого. Брожу по дому, начиная и не доделывая дела. В конце концов оставляю попытки отвлечься и быстро собираюсь. На улице ловлю машину и торопливо называю адрес. Мы, ну с моим-то везением, застреваем в пробке, а минуты неумолимо убегают. Целый час я добираюсь до нужного дома и сейчас, взбегая по лестнице, не в силах ждать лифта, я тороплюсь, как никогда. Быстро оказываюсь на нужном этаже, чуть запыхавшись и стучу в дверь. Секундная стрелка неумолимо ползет вперед, отменяя минуты. Я стучу настойчивее. Бормочу под нос проклятья. И вот дверь наконец распахивается. — У меня выходной, бессовестная ты женщина. А я смеюсь и повисаю у него на шее, утыкаюсь носом в голую грудь, потому что на нем из одежды только быстро накинутые шорты. — Молчи, несчастный, — приподнимаюсь и впиваюсь в его губы. Он пытается что-то сказать, но сдается под моим напором и отвечает, подхватывает под ягодицы и закрывает за нами дверь. Поцелуй становится всё глубже, но я чуть отстраняюсь и смотрю в его голубые глаза. — Алек, я соскучилась… — А я говорил. Семьсот шестьдесят три раза — переезжай ко мне. — А я тебе еще раз говорю, только после официального развода. — Тогда мучайся, упрямая моя.