Время четырёх стихий

      «Программа №3102 запущена. Постарайтесь не умереть».       Что значит «Постарайтесь не умереть»? Эти слова дротиками, наполненными немаленькой порцией страха, вонзились в подсознание. Колени из-за волнения стали подрагивать, руки вспотели и начали чесаться, но услуга избавления от зуда временно находилась вне зоны действия сети. Мурашки бегали по телу, какая-то непонятная тревога засела в животе и очень враждебно кололась изнутри. Снаружи я оставался бесстрастным на вид, хладнокровным, но внутри давно превратился в отвратительное на вид пюре, которое в любое время готово было сбежать из кастрюли. Послышался оглушительный хлопок — закрылась дверь — и я от неожиданности дёрнулся, сердце ускорило и сбавило темп, заставив дыхание ненадолго сбиться. Ноги и руки в какой-то момент стали свободными, и теперь можно было спокойно встать с пола и сбежать отсюда. И я, воспользовавшись этим, поднялся, почувствовав секундную тяжесть в затылке. Отец стоял возле стены, широко улыбаясь. Ему что, было смешно?       — Ну, удачи вам, — сказал он, как-то зловеще усмехнувшись, и пропал… в стене.       — А ну стоять! — крикнул я, бросаясь к нему, но не успел и врезался в преграду. — Да как… — я ударил по стене несколько раз, но мои кулаки не проникали сквозь металл, покрывающий бетон. Или из чего состоит это здание? Надеюсь, что не из шоколада и крем-брюле?

~

      Док прошёл сквозь стену, в которой соорудил пять месяцев назад потайной ход (который мог исчезать и появляться по одному лишь секретному жесту), и оказался в небольшом коридорчике с лестницей, ведущей наверх. Было темно, ничего не видно, даже собственной руки. Но один щелчок пальцев изменил всё. Зажёгся свет, чёрные ступеньки и прозрачные стены выступили из тени закрытого пространства, которое было окружено строительными блоками и арматурой. Бен шагал с трудом из-за недосыпа, по телу гуляла усталость, которая иногда давала о себе знать, подталкивая его то влево, то вправо, а пару раз он чуть не свалился с лестницы, оступившись на одной ступеньке.       — Сэр, а вы уверены, — начал говорить какой-то человек, сидящий в кресле напротив множества мониторов, когда доктор Хейл оказался в просторном круглом помещении с приглушённым освещением, — что эта полоса испытаний не лишняя?       — Кофе, — только и пробормотал Бен, проигнорировав вопрос своего коллеги, придерживаясь за голову одной рукой, а другой как бы нащупывая дорогу. — Срочно кофе, потом отвечу, — устало говорил он, идя к столу, на котором стояла кофеварка со стёртыми названиями кнопок.       — Вам не кажется, что вы пьёте слишком много кофе? — спросил этот человек, обеспокоенно смотря на Бена. — Ваша сонливость именно из-за него. И не только она. Вы становитесь всё раздражительнее, хотя стараетесь не показывать этого. А ваши боли в икроножных мышцах? А ваша воскресная традиция поблевать в уборной, а потом только приступать к работе? Вам эти симптомы ничего не говорят? — коллега Бена спрыгнул со стула, подходя к столу с кофеварочной машинкой, пытаясь преградить собой доступ к ней. Но его маленький рост ничем не помешал доку, лишь вызвал раздражённую гримасу на его лице.       — Ты что, Стив, ведёшь график того, когда меня одолевает тошнота? — недовольно произнёс Бен, взяв в руки керамическую рукодельную чашку, которую когда-то ему подарила Элизабет, его жена. Бывшая жена.       Тот, кого назвали Стивом, с обеспокоенностью посмотрел на Бена. Угольные волосы, местами с едва заметной сединой, торчали в разные стороны, делая причёску похожей на ёжика. С первого взгляда можно было подумать, что этот мужчина использует лак для волос, чтобы они не падали и оставались с заострёнными концами. Старые круглые очки еле держались на курносом носу, и при каждом движении головы они съезжали вниз, но Стив их упорно поправлял. Серых глаз с бирюзовыми прожилками за стёклами старинных очков было не различить: мешал свет от ламп или от экрана монитора. Белый халат местами был в дырках, а из левого кармана торчал сырный крекер. Да и от самого Стива ярко пахло сыром.       — Я просто слежу за вашим здоровьем, — нахмурился Стив, пытаясь отобрать чашку.       — Ты лучше не за мной следи, а за парнями, — устало вздохнул Бен, отпустив кружку, из-за чего Стив чуть не упал. — Я, если что, пытаюсь заснуть. Пожалуйста, не мешай мне, — док развернулся и направился к потрёпанному и засаленному тёмно-зелёному дивану, который был невероятно мягким и удобным.       — Хорошо, — раздражённо буркнул Стив, но победно улыбнулся и поправил очки, когда отвернулся от Бена.

~

      Отец оставил нас одних и сейчас явно смеялся от души над нами, где бы он ни был. Вот же зараза. Когда я в очередной раз занёс руку для удара по стене, пол затрясся так, будто рядом находился источник землетрясения, заставляя мысли идти в бешеный пляс, совершенно игнорируя какие-либо мои попытки подумать над происходящим как следует. Потолок, кажется, начал стремительно приближаться, и я даже сжался от ужаса, что он вот-вот раздавит меня и Джея с Джимом. Но не прошло и минуты, как я понял, что это всего лишь галлюцинация, вызванная моим напуганным воображением, и мне не грозит превратиться в лепёшку. Я ненадолго расслабился, легкомысленно подумав о том, что это конец и больше ничего не будет. Но как же я глубоко и глупо ошибался на этот счёт. Пол неожиданно пошатнулся, заставив меня потерять равновесие, и медленно начал подниматься вверх, одновременно наклоняясь вбок. Как потом выяснилось, под ним ничего не было, лишь пугающая пустота и отсутствие какой-либо опоры. Джим был ближе всех к появившемуся обрыву, Джей медленно катился за ним, растерянно смотря по сторонам. А я, как ни пытался схватиться хоть за что-нибудь, тоже присоединился к ним. Но потом всё резко вернулось в изначальное положение, отчего дыхание спёрло, а стопы превратились в ледышки от нарастающего внутри ужаса. Но пол в одну секунду стал похож на диск, который поставили балансировать на одной палке, раскрутив перед этим. Это было похоже на карусель, которую слишком сильно толкнули, не приняв во внимание ту скорость, которую она может развить. С каждым разом опора под нашими ногами накренялась в бок всё больше и больше, пока мы с ребятами не поударялись друг о друга возле стен.       — Что происходит?! — закричал я, сделав жалкую попытку встать на ноги, но упал, поцеловавшись подбородком с ледяным бетоном. Окружение плясало разноцветными красками перед моими глазами, ощущение равновесия улетело в глубины космоса, оставив меня один на один с бешеным полом.       Но на меня внезапно наехал Джей, сильно прижав к стене, и я резко выдохнул весь воздух, что был в лёгких. От нехватки кислорода я стал судорожно заглатывать всё новые и новые его порции, но доступ к нему был ограничен. Тело било панику, что нет, дудочки тебе, воздух закончился, нам конец! У нас тут всеобщая беда, и нам не до какого-то там кислорода, который, кстати, очень нам нужен в данный момент! Но в следующую секунду Джей скатился вниз, забрав с собой наконец оковы моих органов дыхания, которые обрадовались долгожданной, относительно нормальной обстановке, и я судорожно вдохнул — лёгкие немного зажгло. Но сейчас меня испугало другое, не менее дикое чувство: подо мной что-то начало шевелиться. От этого появилась небольшая тяжесть в желудке, и я подумал, что сейчас меня стошнит, а потом я и вовсе отключусь. Чуть позже меня увезут в какой-нибудь местный захолустный морг, где работает великанище-доктор с невероятно толстенными пальцами, больше напоминающими сочные, но протухшие сосиски.       — Р… Ребята… Слезь… те… — прохрипело нечто подо мной нечеловеческим голосом.       Но этим «нечто» оказался Джим, на которого я наехал, и паника отпустила меня на волю.       Но только я хотел встать на ноги и пойти к папе начать разборки по поводу того, что вообще за чертовщина здесь происходит, как пол резко наклонился вправо, и мы втроём покатились в сторону наклона, протирая свою одежду чуть ли не до дыр. Однако всё тут же приняло свой изначальный вид, будто бешеной лежачей пляски и вовсе не было. Я наконец-то встал на ноги, неистово покачиваясь из стороны в сторону, словно прокатился целых пять километров с крутого склона в бочке. Перед глазами всё плыло, я не мог сориентироваться. Тошнота возвратилась с новой, удвоенной силой, и меня, бывшего уже не в состоянии сдерживаться, вырвало, я почувствовал, как резко сжался желудок до болевых ощущений. Выпрямившись, я пытался ровно устоять на одном месте, чтобы не быть неваляшкой, но выходило это не так уж и просто. В помещении всё было подозрительно тихо и спокойно, словно мы оказались в жутком сне, а сейчас бодрствуем с его последствиями.       — Объясни, что за чёрт творится? — выкрикнул я, угрожая пальцем отцу, слегка пошатываясь. Не самое лучшее зрелище.       — На самом деле, это круто, — подал голос Джей, а потом я услышал, как кто-то упал на пол. Наверное, это был он. — Только если бы Тима не стошнило, здесь бы сейчас не воняло рвотой, — невнятно пробормотал он, кажется, лёжа на полу и прислонившись к нему щекой.       — Не вижу ничего крутого здесь, — пробормотал Джим, придерживаясь за живот. — Никогда не любил американские горки… — тихо простонал он, присаживаясь на пол.

~

      — Сэр, ваш сын требует объяснений, — проговорил Стив, поворачиваясь на стуле к дивану, где лежал Бен.       — Соври ему. Я всегда так делаю, — сквозь сон буркнул док, повернувшись к нему спиной. — И я сказал не отвлекать меня, — он поднял руку вверх, помотав ею из стороны в сторону.       — Поэтому он вам не доверяет? — усмехнулся Стив, на что получил сонный, презрительный, полный ненависти взгляд Бена.

~

      — Мы проверяем ваши способности к выживанию в экстремальных условиях, — чей-то незнакомый голос прозвучал в комнате.       — Это и дураку понятно, — прорычал я, опираясь о стену. — А конкретнее?       — Пока вам это необязательно знать.       Не успел я высказать своё возмущение, как отлетел на пару метров. Удар был сильный, и всё тело сейчас так и ныло. Казалось, что кости давно перекрошились в песок, однако каким-то чудом я до сих пор был жив. В голове жутко звенело, в уши какой-то умник напихал непереработанный хлопок, что намного жёстче ваты и колол изнутри. Я не совсем соображал, что творилось вокруг, но проснувшиеся ощущения так и орали мне, что я застрял в чём-то. Открыв глаза, я через силу посмотрел по сторонам, чувствуя, как даже глазные яблоки побаливали. Я едва смог понять, что находился где-то наверху, а на меня нёсся… огромный молот!       Я попытался освободиться, но боль сковала меня, и мне оставалось только находиться на месте, ожидая сильнейшего удара, от которого, скорее всего, сломаются все мои рёбра, может, и позвоночник. Молот всё приближался, и через секунду-четыре он меня настигнет, сделав из меня сочную отбивную, которую можно будет подавать в ресторане для любителей необычных блюд. Я закрыл глаза от страха и мысленно уже начал обратный отсчёт: пять, четыре, три, два… Но в последнюю секунду я почувствовал сильное жжение в запястьях, всё тело наполнило странное тепло. Оно приятно щекотало, выбираясь наружу. Я приоткрыл один глаз: меня озарял неяркий свет, исходивший от странного красно-оранжево-жёлтого блеска впереди меня, который был похож чем-то на огонь. Я вначале подумал, что это очередная галлюцинация от сильного удара головой, но как мне объяснить то, что молот уже летел обратно, а я так и не почувствовал удар по своей тушке?

~

      — Интересно… — пробормотал рядом со Стивом Бен, отчего его коллега дёрнулся, и уставился в экран мониторов, где крупным планом было видно лицо каждого.       — Как вы… вы же только что спали! — лепетал он, круглыми глазами смотря на Бена, который потягивался и зевал.       — Это слишком интересное зрелище, чтобы его пропускать, — усмехнулся док, поправляя помятый белый халат. — К тому же без кофе я не могу заснуть.       — Но ведь кофе бодрит… — не понимал Стив, косо поглядывая на Бена.       — Для меня оно и как снотворное, и как бодрящий напиток, — усмехнулся док, ещё раз потянувшись и размяв шею. — К тому же кое-кто так и не дал мне его выпить, — укоризненно произнёс Бен, зевнув.

~

      — Остановите это! — в растерянности кричал я, чувствуя, как потихоньку начинал наклоняться вперёд, отделяясь от стены. Сердце в который раз ускорило свой темп, глухими ударами отзываясь в груди. Что-то мне подсказывало, что безболезненным падением это точно не закончится: переломанные рёбра, вывихнутая нога, а может, и разрыв мениска. Кто знает, что случится со мной? Может, аппендицит удалится сам собой, исчезнув куда-нибудь? Но если я положу коньки на полку, то всё это будет неважно, ведь я больше никогда не буду кататься на коньках.       Но внезапно в голову врезалась мысль о том, что других посторонних звуков слышно не было: ни криков Джея или Джима, ни шума других странных механизмов, которые только мог бы придумать мой папаша-псих. Оглядевшись по сторонам, пока ещё не упал, я увидел их, но за какой-то красной, почти прозрачной стеной, которая со стороны Джима становилась плотнее, и вскоре его стало не видно.       — Что это? — чуть слышно промолвил я, расширив глаза.       — Вы отделены друг от друга, чтобы не мешать проходить каждому индивидуальные испытания, — бесстрастное эхо отца окутало это странное помещение.       — Ты реально сошёл с ума, — только и успел сказать я, когда камнем полетел навстречу полу.

~

      Тим встал на ноги, еле держась на них, словно был пьян, и пошёл куда-то вперёд, вот только его вырвало и завоняло рвотой. Так, надо тоже попробовать подняться. Стоило мне встать на ноги, как меня тут же понесло в разные направления, и стало даже сильно крутить желудок, который как-то странно пробулькал несколько раз. А потом я упал, ударившись щекой и прикусив её изнутри. Было больно. Но пока я лежал на полу, Тима сбил какой-то молот, и он жёстко отлетел в стену. Интересно, он вообще жив?       — Вот круто! Стоп. Нет, чувак, не круто, — говорил я сам с собой. — Эй, там, наверху, почему здесь стена? — я постучал кулаком по красному стеклу, которое стало появляться из пола, перекрывая направления и к Тиму, и к ворчуну Джиму. — Ой, какой прелестный звон! Пре-лест-но!

~

      — Сэр, вы уверены, что этот мистер Нил нам подходит? Он же немного… как бы мягче выразиться… не в себе! — Стив обеспокоенно посмотрел на Бена, грызя ногти вместо крекера.       — Да он же гений! — возразил док, недоверчиво смотря на Стива. — У него столько первых мест за участие в научных выставках! — пробормотал Бен, вставая с дивана.       — Сэр?..       — Ну что опять?! — раздражённым тоном выпалил Бен, посмотрев на Стива презрительным взглядом.       — Он имеет склонность к психическому расстройству, — серьёзным тоном сказал Стив, заглядывая в какие-то бумажки, которые лежали на столе перед ним. — А ещё у него проблемы с памятью… — мужчина сделал паузу, читая дальше, — из-за этого самого расстройства, — он отложил бумагу с данными Джея к другим таким-же бумажкам, и посмотрел Бену в глаза. — Если честно, то он не внушает мне доверия. К тому же неизвестно, где он живёт, а в его личном деле нет упоминания о родственниках, — Стив нажал какую-то кнопку на панели, мельком пробежался по экранам и, убедившись, что всё нормально, перевёл взгляд на дока, который уже направлялся к дивану.       — Погоди-ка, — сказал наконец Бен, — ты сказал, психическое расстройство? — док озадаченно посмотрел на Стива.       — Эм, ну да, — Стив хмуро свёл брови к переносице и уставился на Бена, явно не понимая, что такое творилось с его коллегой.       — Чёрт, всё-таки программный сбой взял вверх... — раздражённо буркнул Бен, плюхнувшись на диван.       — Что?       — А, да так. Ничего особенного. Ничего особенного...