Поцелуй
2 мая 2016 г., 18:16
Примечания:
Вдохновилась этой песней
Lana Del Rey – Born to Die
Не могу отвести от нее взгляд. Сам не знаю, что со мной. Я думаю о Келли постоянно. Утром, днем, вечером. Даже когда сплю. Думаю о ней, когда мы рядом. И когда порознь тоже. Чувствую себя психом. Может быть, так оно и есть.
— С тобой все в порядке? — поинтересовалась сестрица, когда мы сидели у костра в лесу, а я словно школьник боялся посмотреть на нее и краем глаза.
— Не знаю, — ответил я, наконец осмеливались взглянуть на нее.
Дальше последовала примерно минута неловкого молчания.
— Я говорил когда-нибудь, что люблю тебя? — я задал вопрос, хотя прекрасно знал ответ. Никогда я этого не говорил.
— Нет, — Келли заметно засмущалась.
— Я тебя люблю, — я аккуратно взял ее за руку. — Решил сказать сейчас. Вдруг такого шанса больше не будет.
— И я тебя люблю, братан, — она развеселилась, но глаза покраснели и заслезились. Может, слёзы счастья? Вряд ли.
Невольно залюбовался ею, внимательно очертив пристальным взглядом выразительные глаза и брови, медленно опускаясь к губам. Я облизнулся, подумав, какие они, должно быть, нежные и сладкие. В эту минуту я даже не задумывался о том, насколько это странно и отвратительно, что брат так хочет свою сестру.
Наклонившись к ней ближе, прижался к ее губам своими. Да, они оказались именно такими, какими я их и представлял. Пока она была в замешательстве я настойчиво проникнул языком в ее тёплый и влажный рот. Я чувствовал ее обжигающее дыхание у своей щеки. Мне казалось, что это мгновение длилось вечно, словно время вокруг нас остановилось.
Все прервалось так резко, что я никак не ожидал. Сказка оборвалась. Келли оттолкнула меня от себя, посмотрела на меня удивленно, почти со злостью.
Не заставляй меня грустить, Не заставляй меня плакать. Иногда одной любви недостаточно, А путь становится тяжелым — Я не знаю, почему.
— Какого черта, Джонни?! Я хотел провалиться под землю от стыда. Зачем я поцеловал ее? — Прости, я не хотел, — я попытался хоть как-то оправдаться. — О, нет, судя по тому, как ты присосался ко мне — ты очень даже хотел, — было такое чувство, что она ругает меня, будто нашкодившего ребенка. — Я же извинился, — проговорил я, уже тверже. — Никогда больше не целуй меня так, — сказала Келли. Звучало это как что-то между приказом и просьбой. — Не посмею.
