Верность и предательство Зеврана Аранная

0. Наверное, писать статьи про интересных мне героев – это уже своеобразная традиция. И, конечно, не могу обойти вниманием новый для меня, но уже вполне себе родной фэндом. Для меня одним из показателей того, что какой-либо персонаж – глубок, интересен и хорошо продуман его создателями, является то, что этот персонаж производит диаметрально противоположное впечатление на людей. Линейка игр «Dragon age» зацепила меня, в первую очередь, именно такими персонажами. И на одном из них я остановлю своё пристальнейшее внимание. Почему? Ну, исключая тот факт, что он меня заинтересовал, скажу, что по поводу его характера и поступков у меня возник некоторый спор с близким другом. До драки дело не дошло, но доказать другу, что герой не так уж плох – это дело чести. Итак, Антиванские Вороны приветствуют Вас… 1. Если зайти в обсуждения одной, посвящённой играм группы, то о Зевране там можно найти следующие мнения: «Зевран, сцука, предатель. И педик. И эльф. Без шансов...» «…он ука эльфов позорит» «А не фиг было жопу подставлять» «Подлый убийца бьющий в спину» «Зато опытный, и массаж антиванский умеет делать» «Зевран не предаст вас никогда, если вы с ним подружитесь» «Зевран - маленький и слабый, уголовник.» «А Зевран. он веселый и к жизни не боится, умеет трезво смотреть на вещи и взвешивать все "за" и "против", умеет извлекать хорошее даже из самых неприятных моментов жизни. по-моему, отличные качества.» «Он бежит от реальности и плывёт по течению, живя одним днём. К тому же, у него нет моральной ответственности ни перед кем (кроме Серого Стража, при определённом прохождении)» «За ним Вороны по следу идут, а он и в ус не дует» «Когда он высказывал свое мнение по поводу определенных событий, давал советы, я заметила, что он в общем-то дело говорит, и что он на самом деле не такой уж озабоченный балбес, каким пытается казаться.» «Пошлый «испорченный» Зевран, если Ваша ГГ погибнет, будет грустить о ней до конца своих дней, или любить, если выживет.»* Как видите, мнения совершенно различные. И зависят они, главным образом от двух факторов: 1. Степени гомофобии и зашоренности взглядов игроков; 2. Предал или нет Зевран Стража в момент встречи с Тальесеном в «грязном закоулке». Собственно, наш с другом мирный диспут начался именно с того, что друга Зевран «предал». А, так как с гомофобией я ничего поделать не могу (хотя и ориентации Аранная в статье коснусь, полагаю), думаю, стоит поговорить о возможном предательстве Антиванца. 2. Предать Зевран вас может после Собрания Земель. Во время перемещения между локаций, вы попадаете в «грязный закоулок», где вас уже поджидают Антиванские Вороны, во главе с Тальесеном. Кто такой Тальесен? Ферелденский мальчик, один из восемнадцати купленных Воронами в 9:12 Дракона. И один из двух, доживших до конца обучения. Как вы понимаете, вторым выжившим является Зевран. Получается, что на момент встречи в Денериме, Вороны знакомы друг с другом восемнадцать лет. Более того, они обучались бок о бок и вместе работали почти все эти годы. Какие отношения их связывают? В одном из диалогов со Стражем Зевран говорит такую фразу: «У Воронов друзей не бывает». Так ли это? И можно ли назвать Тальесена и Зеврана старыми друзьями? Если Зевран собирается предать, именно «старым другом» он и величает Тальесена. И, наверное, он не сильно кривит душой. Эти двое явно много пережили вместе и, вероятно, некоторой формой «дружбы» их отношения можно назвать. Но тогда, можно ли вообще считать предательством то, что Зевран оставляет Стража? Да. Потому что он нарушает собственную клятву: «Сим клянусь я в преданности Вам, покуда не будет Вам угодно освободить меня от сего бремени. Безоговорочно отдаю себя в Ваше распоряжение. Клянусь». При всём при этом, сам он это предательством не считает, так как с самого начала прямым текстом говорил, что присоединяется к Стражу и его команде не из патриотических и героических побуждений, а из-за того, что Вороны провал не прощают. А тут, кажется, прощение пришло, да ещё и в облике старого боевого товарища, с которым уж точно не один пуд соли съеден. О том, что не факт, что Араннаю действительно позволят вернуться, я говорить не буду, так как информации о чём-либо подобном нигде нет. Итак. Даже если Тальесен – «старый друг», боевой товарищ, человек, который Зеврану дороже Стража и его спутников, возвращение Аранная к Воронам – предательства, с точки зрения общепринятой морали. И, само собой, стоит порицания. А вот если абстрагироваться от этой самой общепринятой морали, получается гораздо более интересная картинка… интересная и, местами, непонятная. Стража Зевран предаёт, только если ваши с ним отношения ниже +26. Порог не так уж высок и, если уж у вас не вышло завоевать уважение Зеврана, не вышло достичь хотя бы отметки «тепло» в шкале отношений, то, возможно, дело вовсе не в беспринципном убийце? Зевран каждым своим поступком даёт понять, что за годы своей жизни он обзавёлся одной полезной привычкой: привычкой выживать. А вот к чему он привыкнуть так и не смог, так это к… рабству. 3. Чтобы продолжить разговор о предательстве, я бы хотела поговорить о вышеупомянутом рабстве. «Рабство - это тип стратификации, который характеризируется экономической, юридической и социальной формой закрепощения людей, которая граничит с крайним социальным неравенством и полным бесправием» - примерно такое определение мне удалось найти на просторах интернета. Вообще, почти во всех странах Тедаса, рабство запрещено. Однако мы видим обратную картину в эльфинаже Денерима, если берёмся спасать местных эльфов. Мы можем наблюдать толпы работорговцев и во второй части эпопеи в Вольной Марке. Про Антиву нам известно немногое, но уж что точно известно, так это то, что своих убийц Вороны покупают ещё детьми. Зеврана выкупили из борделя, в котором он рос после того, как мать-куртизанка умерла родами. Купили его за три золотых, что по его словам являлось вовсе неплохой ценой, учитывая, что он был «кожа да кости, и не мог отличить рукоять кинжала от лезвия». Цена-то неплохая, но меняет ли это суть? В возрасте семи лет, Зевран, по сути, стал рабом. Хоть он и говорит, что Воронов в Антиве уважают, что, если ты Ворон, то ты богат и все женщины (и мужчины) – твои. Однако правда ли это, учитывая тот факт, что буквально при первой встрече, Араннай говорит, что деньги за заказ получает гильдмастер, а сам убийца беден, «как церковная мышь»? Единственное объяснение таково: Вороны, ставшие полноправными убийцами, получают некоторые суммы денег, так сказать, на «карманные» расходы. Не удивлюсь, что и оружие и обмундирование выдаётся организацией. Юные же «воронята» не имеют права даже на хранение личных вещей, о чём Зевран упоминает, рассказывая о перчатках своей матери-долийки. Стало быть, права владения частной собственностью у Воронов, по сути, нет. Могут ли Вороны добровольно покинуть своих господ-гильдмастеров? Как мы видим на примере Аранная – нет. Воронов, как и беглых рабов, преследуют, разыскивают, а то и убивают за бегство. А что насчёт наказаний? Вспомним, что шестнадцать детей, купленных в 9:12 Дракона погибли, не дожив и до конца обучения. Достоверных сведений о том, как они погибли, нет, но, думаю, я не сильно ошибусь, если скажу, что учителя их приложили к этому руку. И не только руку. Кроме того, одним из «выпускных экзаменов», как мы видим во время прохождения квеста «Разорванный Круг» (если, конечно, берём с собой Аранная) – это пытки. С одной стороны, в этом есть определённая логика: убийцы не должны боятся боли. А с другой… вряд ли неподготовленных подростков будут растягивать на дыбе. Значит, устойчивость к боли им прививали значительно раньше, верно? Но можно ли говорить о «крайнем социальном неравенстве»? На примере Зеврана мы можем понять, что и да, и нет. Единственный способ избавления от преследования Воронов, который этот далеко не глупый и очень хитрый персонаж смог придумать – это возглавить гильдию. Стало быть, Ворон вынужден исполнять все приказы гильдмастера… если только сам не станет таковым. А подняться так высоко можно только убив всех прочих претендентов. 4. Из вышесказанного можно заключить, что Зевран почти всю свою жизнь был рабом. Но рабом, кажется, более свободолюбивым, чем хочет казаться. Он предаёт Воронов без зазрения совести в первую очередь именно потому, что не считает себя обязанным быть им верным. Раб служит господину, да. Но должен ли он это делать с желанием? Должен ли он и не помышлять о свободе? А теперь, давайте подумаем вот о чём. Если гильдмастера Зевран считает своим «хозяином» (нелюбимым и жестоким), то почему он должен относиться иначе к Стражу, который вовсе не стал (а то и не пытался стать) его другом? Араннай говорит про себя так: «Я, вообще-то, сама верность… но ровно до тех пор, пока меня не заставляют расплатиться жизнью за ошибку». К этому определению я бы добавила вот что: он действительно сама верность. Но только для того, кого по-настоящему уважает. И кто не использует его. Позиция «раба» для убийцы привычна. Даже в его клятве есть то, что явно намекает на это: «отдаю себя в Ваше распоряжение». Он готов служить, да. Но искренности ждать и не приходится. Не приходится ли?.. 5. У каждого из спутников ДАО есть переломный момент, после которого они могут покинуть главного героя. Причём, что примечательно, почти у всех вероятность ухода не зависит от степени одобрения в шкале отношений. Например, Алистер в любом случае покинет вас, если вы пощадите Логейна, а Лелиана – если оскверните урну с прахом Андрасте. Здесь в дело вступают исключительно принципы самих героев. Почему так? Во-первых, все они сражаются в первую очередь из-за того, что борьба с Мором – это то, что они считают своим долгом. То есть личность Стража не имеет для них принципиального значения, а вот его решения, противоречащие их личному представлению о морали – это действительно важно. Исключение – Морриган. Она уйдёт, если вы откажетесь ей помочь, да и отправилась в путь вовсе не из патриотических чувств. Что же до Зеврана, то тут всё куда щекотливее. Он может возражать против решений Главного героя, но его, почти всегда, можно переубедить. Или же он просто останется при своём и не будет настаивать. Так, например, он не покинет Стража, даже если тот в Бреселианском лесу встанет на сторону оборотней, хоть и будет умолять его пощадить долийцев. Война с Мором – это не война Зеврана. Ферелден – не его родина. Он встаёт на сторону Стража лишь из соображения собственной выгоды. И при этом фактически только для него единственного первостепенным являются именно отношения со Стражем. Если Главный герой добивается его расположения хотя бы на уровень «тепло», то Араннай не предаст его уже ни в каком случае. Он чётко скажет Тальесену – нет. Возможно, не будет сражаться против него на стороне Стража, но тут я его упрекнуть не могу: Тальесен ему не чужой. А уж если одобрение выше +71, да ещё и роман… тогда Зевран выбирает сторону Главного героя целиком и полностью. И вполне может сам убить «старого друга». Будет ли это предательством по отношению к Тальесену? Возможно, если принимать на веру его слова о возможном возвращении. Однако лично мне то, что друг сам пришёл «захомутать» беглого товарища, кажется странным. Не кажется ли вам, что и это пахнет предательством? А можно ли предать предателя? Вопросы морали очень сложны и, если честно, мне не хочется в них углубляться очень уж сильно. Давайте лучше поговорим о пресловутых «+71». То есть, о любви… 6. «Я, вообще-то, сама верность». Я не могу не повторить эту фразу снова. Именно во всём, что касается любви, она очень чётко отражает Зеврана. Хотя по первому впечатлению и не скажешь… В DА:О, в отличие от DA2 есть только два персонажа-бисексуала: Лелиана и Зевран. Араннай говорит герою, что если выбирать, то он предпочтёт женщин. Однако в связи с мужчиной он, как и все Антиванцы, не видит ничего порочного. Более того, во всём, что касается секса, он весьма свободно мыслит и действует. Зевран, кажется, не оставил без своего внимания ни одного из спутников: он восхищается грудью Винн (которая, по её словам, в бабушки ему годится), подкалывает, предлагая секс, Огрена, при первой же встрече называет Лелиану красавицей… Его очень быстро можно «попросить пройти в палатку». Правда, при не самом высоком одобрении, это приглашение Зевран может воспринять, как намёк на то, что он, помимо того, что должен прикрывать спину Стража в бою, должен ещё и служить ему личной «игрушкой». Хотя, эти слова мало повлияют на дальнейшие отношения. Расположение Зеврана заслужить не так уж сложно. Но оно не поднимется до отметки «любовь», пока не произойдёт встреча с Тальесеном. Как уже было сказано, в случае романа, Зевран остаётся в команде. И после этого дарит Стражу серьгу, снятую с первой жертвы. Тоже очень примечательный момент: Араннай зачем-то рассказывает не самую «чистую» историю этого предмета. Знаете, о чём это говорит? Говорит это о том, что Араннай боится любви. Это же подтверждает и то, что после осознания своей влюблённости в Стража, он в какой-то момент откажется «пройти в палатку», стушуется, начнёт огрызаться. Потом, правда, объяснит, что просто не может разобраться в себе. Зевран, при наличии романа, без каких-либо проблем останется с Героиней, если та в конце станет королевой при Алистере, или с Героем, если тот станет королём при Аноре. Аранная положение любовника вполне устраивает. Его понятия о нормах морали вообще весьма расплывчаты. Но вот одно сказать можно: любовь он вообще ставит превыше всего. Именно любовь или, хотя бы, дружба – залог того, что эльф вас не предаст и будет всегда рядом. Ещё один факт, подтверждающий такую абсолютную верность любимой/любимому, заключается в том, что в эпилоге игры, если Герой Ферелдена погиб, будет сказано, что Зевран, несмотря на частые предложения сексуальных партнёров, никого не полюбил снова. Но и однолюбом, конечно, Аранная назвать нельзя. Нет, речь идёт не о массе сексуальных партнёров в прошлом и даже не о том, что в DA2 он, даже при романе с Героем/Героиней Ферелдена, принимает предложение Изабеллы (весьма недвусмысленное). Секс и любовь для Зеврана – это совершенно разные понятия, что, в общем-то, вполне логично для эльфа, выросшего в борделе и использующего методы обольщения для убийства своих жертв. Речь идёт о Ринне. О девушке, про которую известно не многое, но в которою Араннай был влюблён. И которую убил Тальесен у него на глазах, с его же собственного разрешения. А потом Зевран «плюнул на её тело». Ринну обвинили в предательстве и Араннай, видимо, посчитал её вину достаточной для смерти. А узнав, что обвинения были ложны… Стражу он говорит, что в Ферелдене он искал не славы, которую могло бы ему обеспечить убийство последний Серых Стражей, а смерти. Что же заставило его изменить решение? Любовь к жизни, как он говорит в первом же разговоре: «жить мне нравится». Можно ли считать, что он предал свою любовь, свою Ринну? Предал тогда, когда позволил её убить? Или тогда, когда отказался расстаться с жизнью из чувства вины? В первом случае – возможно. Во втором – вряд ли. Оправдывать его не стану, лишь скажу, что сам себя он, видимо, корит куда сильнее, чем мог бы укорить хоть кто-нибудь другой. Возможно, именно эта роковая ошибка привела к тому, что, полюбив Стража, он ни за что не предаст его. Даже, что показательно, не предложит секс Хоуку в DA2. А Изабелла… о, это совсем другая история, не имеющая отношения ни к любви, ни к изменам… со стороны Зеврана, конечно же. Особенно, что секс с нею возможен и для Героя Ферелдена. И даже в компании самого Аранная… 7. И, всё же, почему именно личное хорошее отношение Зеврана – залог его преданности? Здесь мне, почему-то, вспомнились строки из монолога Золушки из пьесы Евгения Шварца: «А сколько заботливости… обо мне ещё никто никогда так не заботился». Зевран не знает, что такое любовь, дружба и забота не потому, что он негодяй. Он просто ничего из этого не видел. Очень показательна его реакция в тот момент, когда даришь ему долийские перчатки. Замешательство, какая-то подозрительность, поиск подвоха… а потом он прямо говорит, что ему никогда не дарили подарков. Не удивительно, что человек, не только слушающий его истории (Зевран каждый раз намекает на то, что сомневается, что Стражу они интересны), но ещё и делающий подарки становится для убийцы объектом абсолютной верности. Потому что это уже не рабство. Это уже не вынужденное сотрудничество и подчинение. Его признают равным, о нём думают, его слушают… для человека, выросшего в ужасных условиях, хорошее отношение – это нечто неизведанное и… желанное. 8. Что я хочу сказать в итоге? Да, Зевран может покинуть Главного героя, но и каждый из спутников может сделать это. Да, у Зеврана расплывчатое понимание морали, но это вполне закономерно, учитывая то, что некому ему было прививать нормальное понимание. Да, Зевран – бисексуален, но как это может быть претензией лично я представить не могу, особенно учитывая то, что это действительно гармонично вписывается в характер, поведение и, собственно, род деятельности. Да, он нарушает собственную клятву, но… нет, тут, пожалуй, без «но». Нарушает и, да, это показывает его не с лучшей стороны. Однако ожидать иного от свободолюбивого в душе раба, как я уже писала, нельзя. Относиться к персонажу можно по-разному. Но рубить с плеча и делать выводы по одному поступку, на мой взгляд, неверно. Для меня то, почему Зевран может предать Стража, очевидно и понятно. Очень надеюсь, что мои аргументы оказались достаточно объективными и понятными. А ещё надеюсь, что мой друг, всё же, изменит своё мнение об этом герое. О герое, который полюбился мне невероятно сильно, столь же сильно заинтересовал и, конечно, охотно сразился с Тальесеном на моей стороне.