Измена

Когда последняя битва в войне с Темным лордом была закончена, весь мир, казалось, рухнул. Боль утраты накрыла всех. Эта победа далась им слишком тяжело. Но они все же были живы... Всех павших хоронили в один день. Это был самый "черный" день для магического мира. Но она справилась. Рядом, плечом к плечу, были ее верные друзья. И в этом океане боли лишь они помогали не утонуть окончательно. Когда боль поутихла, а воспоминания притупились, бывшие члены Ордена и другие добровольцы начали восстановление Хогвартса. Рутинная работа помогала хотя бы на время забыться. Но вот ночами, одиночество и кошмары не давали спать. Все справлялись по разному. У кого-то были любимые, чтобы вытаскивать из липких кошмаров, как у Гарри с Джинни, кто-то отдался полностью поддержке родителям и друзьям, а кто-то просто подсел на зелье "Сна без сноведений". А у нее не было никого. Они с Роном так и не смогли после всех потерь стать поддержкой друг другу. Быть друзьями им было легче и правильней. Когда они наконец поговорили, то Рон вернулся к Лаванде, которая потеряла в битве своих родителей. На этом они и сошлись - оба потеряли членов семьи в этой бойне. А Гермиона просто проживала каждую ночь в объятиях кошмаров и острого одиночества. У нее больше не было родителей, у нее больше не было возлюбленного, друзья были заняты восстановлением своего внутреннего равновесия. И как-то так вышло, что она осталась совсем одна. Даже зелья не спасали. Через неделю после начала восстановления замка, к ним присоединились несколько слизеринцев. В их числе был ОН. Драко Малфой. Он уже не был тем самовлюбленным трусом. Война как будто пережевала его и выплюнула. Глаза потухли, волосы потускнели, он сам весь как-то осунулся и побледнел даже больше, чем раньше. Никто не сказал ни слова. Все понимали, что они, вчерашние дети, не выбирали сторону и не должны отвечать за грехи отцов. Когда Малфой зашел в Большой Зал, где шли основные работы, воцарилась тишина. И в этой гробовой тишине Гарри подошел первый к слизеринцу и протянул руку. Драко с опаской пожал руку национальному герою и все, без лишних слов, приняли выбор их нового предводителя. Новая вражда в это и так печальное время не нужна была никому. Гермиону и Драко поставили в пару восстанавливать стену за преподавательским столом. Они молча работали, выполняя каждый свои обязанности: он левитировал камни на места, а она закрепляла их заклинаниями. Но каждый день случайно соприкасаясь взглядами, видели отражение своих глаз, полных одиночества и боли. Через четыре дня Малфой в первый раз заговорил с ней. Они сидели на оставшихся камнях и молча ели, когда парень сказал: - Мне снятся твои пытки. Гермиона с удивлением на него посмотрела. - Как тебя пытает Беллатриса у нас в гостиной. Я хочу тебе помочь, но не могу никак сдвинуться с места. И это самый страшный мой кошмар. Она долго молчала. Потом встала и молча подала ему руку, предлагая продолжить работу. В тот день, они больше не проронили ни слова. На следующий день первой заговорила Гермиона. - Мне тоже снятся эти пытки. А еще как мы прячемся в палатке от егерей и вокруг только липкий страх и безысходность. Так одиноко... И я всегда кричу. А ты кричишь, Малфой? Тебе это знакомо? Он ничего не ответил. Только крепко сжал ее хрупкую руку. Этот порыв стал началом. Началом их спасения. Каждый день они молча работали, а после так же молча гуляли вокруг озера. И эта молчаливая поддержка двух одинаковых людей, которые потеряли все и, кажется, самих себя на этой войне, помогала хоть на какое-то время обрести мнимое спокойствие. Через неделю он ее поцеловал. Просто, проводив ее до комнат, вдруг мягко и целомудренно коснулся ее губ своими. А потом молча ушел. В эту ночь она не кричала. На следующий день, она сама поцеловала его. В эту ночь он наконец помог ей в своем кошмаре. Они целовались украдкой каждый вечер на прощание и тьма, окутывающая их каждую ночь, отступала. Когда замок был почти восстановлен, она попросила его остаться у себя. В эту ночь им не снилось ничего. Через два долгих года, они поженились. Друг в друге они нашли спасение своих душ. Их любовь не была яркой и всепоглощающей. Она была словно спокойная гладь озера, вдоль которого они гуляли каждый вечер тогда, в замке. И никто не посмел тревожить их хрупкий мир. Все понимали, что если человек смог спасти тебя от сжирающей пустоты внутри, значит этот человек тебя достоин. И теперь, спустя семь лет их спокойного брака, случилось это. Гермиона Малфой плакала в саду их большого дома...