Хранитель.

— Юлечка привет! Можешь сейчас приехать домой? — Мамочка, ты мое спасение или Стас сейчас получит по харе!!! — Конечно мама, скоро буду! — гляжу в недовольное лицо Стаса. Я ухожу от разговора, хотя обычно он так делает. Какое такое срочное дело, что мне нужно бросить все и вернутся домой? Ладно, узнаю об этом только дома! Целую на прощание Стаса и ухожу в сторону остановки. Открываю дверь ключом, бросаю сумку на тумбу и застываю на месте. В прихожей стоят мужские туфли, как у отца Стаса. Если это он то, что он здесь потерял! Перевожу взгляд на вешалку — мужская куртка, явно дорогая. Ну что же пойдем дальше! — Мама я дома! — кричу ей, снимая ботинки, вешая свою куртку на вешалку. — Мой руки, проходи ужинать! — кричит мама с кухни. Переодеваюсь в более легкую одежду, причесываю волосы, снимаю браслет, потому что не хочу отвлекаться от чего-то важного для мамы и я еще обижена на Стаса, за его молчание. Осматриваю себя в зеркало, вроде вид более менее приличный, мысленно пожелав себе удачи, иду на кухню. На кухне сидит счастливая мама, упершись подбородком в ладонь, смотрит с каким удовольствием мужчина поедает салат. На нем дорогая одежда, явно не с рядовых магазинов, синяя рубашка в тонкую цветную полоску, синий пуловер, джинсы. Часы. Даже не могу предположить сколько стоят. С большим аппетитом поедает салат, запивая чаем, не сводя блестящих глаз с мамы. Казалось, что я лишняя здесь, уж сильно гармонично они смотрелись вместе. — Есть будешь? — мама поворачивается к буфету за тарелкой. — Не хочу, но чай буду! — мужчина не сводит с меня глаз, а я с него. После того как мы оба оценили друг друга и сделали определенные выводы, сажусь за стол. — Юлечка, познакомься это Виталий, мой друг. — Очень приятно! — серьезным голосом проговорил он, прищурясь. — Как курсы? — Взаимно. — изучаю его взглядом. Мужчина среднего роста, мамин ровесник, может года на два постарше. Среди светлых волос проглядывает седина, загорелый, светлые широкие брови, серо-зеленые глаза, круглое лицо, небольшая щетина, классический аккуратный нос, не пухлые, но и не худые губы и волевой подбородок. Он в молодости был наверно очень красив. — Не плохо. Только много времени занимают. — Ну ничего. Это очень похвально, что ты решила поступать в медицинский, сейчас очень мало компетентных врачей. — Спасибо, Виталий! — я скромно улыбаюсь, прогиб засчитан! — А вы чем занимаетесь? — У меня не большой бизнес! Так, кручусь помаленьку. — Ааа, — протягиваю я, прикидывая сколько стоят его вещи. — а в какой сфере? — Наверно, ничего нового для тебя не открою. Общепит и торговля… — Виталя не успел договорить, его прервал звонок моего мобильного, лежащий в комнате. — Юлечка, ты не ответишь? — интересуется мама, доставая тарелку. — Нет, это Стас. Пусть побеспокоится и я еще обижена. — мама недоуменно посмотрела на меня, пока я делала глоток чая, а потом перевела взгляд на Виталю. — Стас после ВУЗа собрался в Москву, а мне об этом не сказал. Я об этом узнала случайно, и то его мама проболталась. — пояснила я, что бы окончательно развеять завесу тайны над ситуацией. — Он поступил не правильно. — постановил Виталя, улыбаясь, как-то очень по отцовски. Что показалось странным, ведь он для меня чужой. — Правильно, пусть помучается! — подмигнул мне и весело улыбнулся. Я улыбаюсь в ответ, но почему-то он мне все-равно не нравится. Какой-то он сильно мутный и как его мама подпустила, так близко к себе. Хотя… он так на нее смотрит, Стас на меня никогда так не смотрел. А зря! — Юлечка… — голос мамы вырывает из моих думок. Я поднимаю на нее глаза. — Телефон звонит! прислушиваюсь и правда, но мелодия уже общая, придется подойти. — Извините! — скомкано бросаю я и удаляюсь к себе в комнату. Лилька! Ну не раньше, не позже! Услышав расстроенный голос подруги и просьбу встретиться, я просто не смогла отказать. — Мама, я ухожу. У Лильки очередное ЧП вселенского масштаба. — кричу в кухню, что бы туда не заходить. Наскоро одеваюсь, выскакиваю на улицу и сажусь в машину ее отца, их водитель отвозит нас в ближайшее кафе, Лилька заказывает нам по гляссе и десерту и начинает рассказ… Ох, чую это надолго! Когда Лилькины слезы высохли и мы изрядно поржали над ситуацией, работники сообщили, что кафе закрывается, подруга платит по счету и мы снова устраиваемся на заднем сиденье их автомобиля. Водитель заводит мотор и выворачивает в сторону моего дома. Стараюсь бесшумно войти в квартиру, но запинаюсь и влетаю в спину какому-то мужику…

***

В квартире темно и тихо. Нет больше того света, что излучала мама. Я не могу заходить в ее комнату или в места общего пользования. Теперь здесь пусто и холодно. Холодно как в могиле. Перед глазами до сих пор стоит картинка: зеркала зановешанны, телевизор тоже, мама в черном платье в темном дубовом гробу на табуретках, а вокруг плачущие люди, в черных одеждах, женщины с повязанной головой, вытирают слезы платками, только двое мужчин с каменными лицами, но все-равно видно, что они сожалеют. Один из них Виталя, они встречались с мамой до ее смерти, а второго я не знаю, да и не особо хочется знать, но даже в таком состоянии и при наличии Стаса, могу отметить, что он очень красив. Тетя Алина встретила их не очень радужно со словами: «Это ты? Как ты мог… после стольких лет.» Все оглянулись на это, занимая все общее внимание, но вскоре затихли и погрузились в траур. Не помню как прошли похороны, помню, что Стас стоял рядом поддерживал меня, в первом ряду рядом со мной стоял Виталя с этим мужиком, чуть дальше Алина с родственниками, а дальше ученики и коллеги мамы. Я сейчас никого не хочу знать, видеть и слышать тоже. Верните мне маму! Я требую!!! Стас каждый день рядом, каждый день со мной. Помогает мне физически и поддерживает морально, его мама не остается безучастной в моей беде. Регулярно звонит поддерживает меня, Стас ночует со мной, потому что мне одной страшно.

***

Виталя смотрит на Алену в гробу и не может поверить, что его любимой женщины больше нет. И ее не стало на его глазах. Они сидели в кафе, смеялись, улыбались друг другу, Виталя крал невинные легкие поцелуи, которые были такими сладкими, нежными и долгожданными для них обоих. Алена улыбнулась и ушла в туалет, вернулась Виталя разговаривает по телефону. Она не успела присесть за столик как упала замертво. Виталя подскочил к ней, забыв про разговор, но было уже поздно — остановка сердца раз и навсегда решила их судьбу. Ее смерть была мгновенной. Он не помнил, что было дальше, как тряс ее пятаясь привести в чувства, кричал, что бы вызвали скорую, звал ее по имени. Администратор набрал 03, но было уже поздно, приехавшие врачи скорой помощи констатировали время смерти, накрыли простыней и сев за столик, стали заполнять необходимые бумажки. Среди фельдшеров был ее выпускник и он узнал женщину лежащую под белой простыней. Она была учителем от бога! Виталя молча, как на экране телевизора наблюдал за работой фельдшера. Парень подносит два пальца к шее его женщины, на пару секунд замирает, смотрит на часы и называет время смерти. Его коллега аккуратным каллиграфическим почерком выводит цифры в определенных графах бланка и начинает задавать определенные вопросы, на которые Виталя сбивчиво, но отвечает. Потом звонок Илье и за ним приезжает Макс с кем-то, уже не важно с кем, сам он вряд ли смог бы вести машину. Юлька. Прошло примерно около двух недель с момента смерти мамы… Я уже не помню как они прошли. Помню, что Виталя звонил и звонит, каждый день, узнавал как у меня дела, но в ответ слышал одно и тоже. Сухое безжизненное — нормально! Где-то раз в три дня приезжает, этот… как его… Илья кажется. Привозил какие-то продукты и очень расстраивался, когда видел, что я почти ничего не ем. Один раз помог приготовить ужин, когда мне было совсем скверно. Вот такая помощь от посторонних мне людей. Тетка Алина почти не звонит, забыв практически, что у нее есть племянница.