Дворняжка

УХён чувствовал себя абсолютно счастливым человеком. У него и раньше всё было неплохо: заботливая семья, любимая работа, отличные друзья... а теперь ещё и любимый человек рядом, который принимает любовь Наму и отвечает ему взаимностью. Ладно, может, и не полной взаимностью, но в том, что Киму УХён нравится, последний не сомневался ни на грамм. В их отношениях воцарилась идиллия: Гю больше не отталкивал Наму, и теперь они делили постель каждую ночь. И, даже если они не занимались сексом, объятия и поцелуи стали неотъемлемой частью их совместной жизни. УХён засыпал, чувствуя рядом тепло СонГю, слыша его размеренное дыхание, крепко прижимаясь к нему в особо холодные ночи, не обращая внимания на ворчливые возражения сквозь сон. Но в то время как Нам был абсолютно всем доволен и счастлив, Гю внезапно стал всё больше нервничать и мрачнеть то и дело, замыкаясь в себе. УХён это видел, и всеми силами старался расслабить парня, не понимая, что именно его беспокоит, но надеясь на то, что виной всему просто волнение из-за перемен в жизни старшего – те действительно были значительными. Теперь СонГю работал в школе Наму, и это была хорошая работа. Наконец-то, Ким почувствовал уверенность в завтрашнем дне! У него была крыша над головой, стабильная зарплата и близкий человек рядом. И первое время Гю был искренне счастлив и благодарен судьбе! Но... в какой-то момент его радостное возбуждение незаметно для самого парня переросло в волнение иного рода. Он испугался. Теперь, когда всё, казалось бы, было хорошо, СонГю охватил страх того, что стоит лишь его жизни наладиться, как произойдёт что-то ужасное, и он снова потеряет всё. А ведь это было легко! Достаточно было лишиться расположения УХёна или, что совсем уж страшно – его самого, и всё рухнет. У СонГю даже в телефонной книжке до сих пор был номер одного лишь Наму. Ким зависел от парня полностью и понимал это. А, что, если УХёну надоест эта игра в отношения с парнем? А такое вполне могло случиться. Из-за постоянных мыслей об этом СонГю боялся отказывать Наму, когда тот ластился к нему и соблазнял на секс. В то же время, Гю было страшно и продолжать всё в том же духе, ведь он привязывался к УХёну всё сильнее с каждым разом, тая от его ласк, жадно целуя, отвечая на его поцелуи, крепко обнимая, в ответ на его объятия... СонГю не хотел, чтобы они стали слишком важны друг для друга, ведь он как никто другой понимал, что вся эта радужная сказка может закончиться в любую минуту. Но так трудно было остановиться! И потому Гю снова и снова оказывался в объятиях УХёна, старался быть добрее к нему, делать вид, что его попытки порадовать Кима, увенчиваются успехом. Наму и правда делал всё, что мог, чтобы СонГю порой не выглядел, как в первые дни их совместного проживания – так, словно готов был в любую минуту оставить его. СонГю проснулся среди ночи от тяжёлого сна и больше не мог уснуть. Уже не первый раз его посещали кошмары о том, как вся его нынешняя жизнь оказывается иллюзией, или как УХён прогоняет его, а все вокруг от него отказываются, но теперь даже не потому что он нищий голодранец, а потому что он ко всему прочему гей. Да, этот факт тоже беспокоил Гю. А убедить в том, что он не педик, Ким не мог теперь даже самого себя, что уж говорить о других? Может, он и не влюблён в УХёна, но ему определённо нравится заниматься с ним сексом, а одного этого уже достаточно, чтобы считать себя геем. Гю сидел на краю дивана, держа в руках свой телефон, глядя на одинокий номер УХёна в его списке контактов. У Кима был только Наму и никого больше. Это пугало, заставляя сердце болезненно сжиматься в груди. Быть может, стоило стать независимым от него? Найти себе жильё – теперь Гю мог себе это позволить, накопив денег за время проживания у парня. Но... не придётся ли ему тогда отдать УХёну долг за всё то время, что он жил у него? Хотя... разве он не отдаёт его теперь своим телом? Парень горько усмехнулся, ненавидя себя за такие мысли и зная, что Наму тоже возненавидел бы. - Хён... – услышал СонГю негромкий голос парня у себя за спиной и быстро обернулся к нему. Он думал, что УХён спит, но тот проснулся, видимо, потревоженный движениями Гю или же просто почувствовав холод из-за отсутствия рядом согревающего его тела хёна. Наму смотрел на СонГю внимательно, но старался не показать своего волнения. А он был взволнован. Что с Кимом? Почему он так обеспокоен? Чем? И... зачем он пялится на номер телефона УХёна в своём списке контактов? Он, что... собирался отправить ему какое-нибудь нелепое прощальное сообщение и сбежать под покровом ночи?! Нам почувствовал, как холодеет у него в груди. Ему казалось, что у них с Гю всё хорошо, и тот преодолеет свой временный кризис, причин для которого и не было вовсе, кроме нормального человеческого страха перед переменами. Но... неужели СонГю просто хочет уйти, и потому был таким напряжённым? - Ты мне звонить собрался? – выдавил смешок УХён, в надежде разрядить тяжёлую атмосферу, что повисла между ними в этот момент. СонГю перевёл взгляд на телефон в своей руке, а затем вновь посмотрел на Наму и помотал головой: - Нет... Нет, конечно. Я... просто. Ким не знал, что сказать. Признаться в своих страхах? Но он не хотел втягивать в это УХёна, волновать его, да и показывать свою слабость тоже не хотел. Он отложил телефон на подлокотник дивана и забрался под одеяло, придвигаясь к УХёну. - Всё нормально, – Гю мягко поцеловал парня в губы. – Давай спать. - Ага, – только и отозвался Наму и, обняв СонГю, закрыл глаза. Наутро Ким проснулся чуть позже обычного – УХён не разбудил его, перед тем, как уйти на кухню, и СонГю из сна выманил лишь запах кофе. - Хён, подъём! – радостно возвестил Наму, заглядывая в комнату. - Почему ты не разбудил меня раньше? – недовольно проворчал Гю, сонно щуря глаза и взъерошивая волосы на голове, садясь на краю дивана. - Не ворчи, – насмешливо фыркнул УХён, умиляясь виду домашнего сонного СонГю. – Идём завтракать. Наму вышел из комнаты, а Ким, посидев ещё немного, окончательно просыпаясь, встал с постели и потянулся рукой за телефоном, чтобы посмотреть на время, но гатжета не оказалось на месте. Он его уронил что ли ночью? СонГю наклонился посмотреть на полу, заглянул под диван – но смартфона нигде не было. - УХён-а! – Гю побрёл в кухню. – Где мой телефон? Ты не видел? - Хмм? – Наму разливал кофе по чашкам. – А зачем он тебе? – невинно поинтересовался парень, заставляя своего хёна непонимающе хмуриться. – У тебя ведь в нём, кроме моего номера и нет ничего. УХён поднял на СонГю взгляд – искренний и заинтересованный, а Ким в ответ напряжённо уставился на парня, закусив губу и ожидая подвоха. Наму, не получив ответа, отставив чайник в сторону, сложил руки на груди и серьёзно произнёс: - СонГю, – он даже не назвал его хёном, пытаясь придать значимости своим словам, – ты уже месяц живёшь со мной... У Гю словно сжалось что-то в груди – он знал, что Наму скажет дальше. Чёрт... он так боялся этого, готовился... но не ожидал, что всё произойдёт настолько внезапно! Ким тяжело сглотнул, пытаясь избавиться от комка, подступившего к горлу, но УХён, словно не замечая его реакции, продолжал: - У тебя ведь теперь есть работа, и там много людей. От тебя больше никто не шарахается... СонГю мелко закивал: да, да, это всё так, и УХён помог ему всё это получить. Конечно, он больше не обязан тянуть Гю на себе! Тот и сам это понимал... - Так почему у тебя до сих пор в телефоне только моё имя? СонГю, прислушивающийся уже только к своим тоскливым мыслям, а не к словам Наму, не сразу понял, обращённый к нему вопрос, встрепенувшись, лишь, когда УХён с досадой, оттого, что его не слушают, окликнул строго: - Хён! - А?.. – Гю показалось, что он перестал улавливать суть разговора. - Почему ты не пытаешься завести новые знакомства? – с непониманием вопрошал УХён. – Тебе не нужно избегать всех тех людей, с которыми ты сталкиваешься теперь – всё нормально, тебя никто не обидит. Знаешь, в нашей школе работают исключительно порядочные люди. Посмотри на меня! – Наму указал на себя обеими руками с выражением полной уверенности на лице, хотя и дураку было ясно, что он сказал это просто чтобы развеять напряжение, повисшее между ним и Гю. – Слушай... – парень устало вздохнул. – Найти жильё и работу – это только первые шаги к нормальной жизни. Ты должен вернуться в общество, хён. СонГю молча смотрел на Наму, медленно осознавая то, что тот только что сказал ему. УХён не собирался его выгонять. Он просто... Чёрт, он говорил очень правильные вещи. Видя, как меняется выражение лица Гю, как с него сходит напряжение и проявляется осознание, а следом лёгкая грусть, УХён со вздохом вытащил из кармана своих домашних штанов телефон Кима и протянул его парню: - Вот. Держи. Я, просто внёс туда кое-что. СонГю взял телефон у Наму из рук и быстрым движением разблокировал его, тут же удивлённо уставившись на милую и нелепую селку УХёна на экране. - Это... что? – Гю удивлённо моргнул. - А... это чтобы ты всегда мог мной полюбоваться, – игриво улыбнулся Наму. – Но не в этом суть-то! Открой контакты... СонГю послушно полез в список контактов, с удивлением обнаруживая, что он не так пуст, как был ранее. УХён внёс в телефон Гю номера своей мамы, отца, старшего брата и даже лучшего друга, с которым успел уже познакомить хёна пару недель назад. - Это на всякий случай, – прокомментировал Наму, когда СонГю, вопросительно приподняв бровь, показал ему номер друга. – Вдруг я пойду выпивать с друзьями, буду не в состоянии отвечать на звонки, а ты не будешь знать, где меня искать, – УХён очаровательно улыбнулся. – В любом случае, хён, – парень снова стал серьёзным, – номера моих родных уж точно давно должны были у тебя иметься. И, пускай, у тебя всё ещё не много контактов в телефоне, мне, по крайней мере, уже не будет там так одиноко, – Наму опять улыбнулся и шагнул к СонГю, обвивая его талию руками, прижимая к себе. УХён потянулся за поцелуем, и Гю с готовностью прихватил его пухлую нижнюю губу своими, обнимая в ответ, крепко держа в ладони телефон. Наму снова спасал его – теперь от одиночества, страха, новых ошибок. СонГю не знал как он сможет отплатить ему и сможет ли вообще когда-нибудь. Гю жадно целовал УХёна, всё крепче сжимая его в своих объятиях, потираясь о него низом живота, напирая. Наму отступил назад, утягивая хёна за собой, и прижался задом к краю стола. Ким пытался выразить в поцелуе и жарких ласках всю свою благодарность УХёну, и младший чувствовал это. И был счастлив. На самом деле УХёна раздирали противоречивые чувства. Ночью он, как ему показалось, понял, чем именно обеспокоен СонГю – своей зависимостью от Наму, своим одиночеством. И это реально нужно было исправлять. УХён знал, что поступает правильно, заполняя телефонную книгу Гю номерами, которые действительно давно должны были там оказаться, но... Чёрт возьми, УХёну безумно нравилось быть единственным, особенным! Ему дико льстило то, что он необходим СонГю, незаменим. А теперь он сам сделал себя менее значимым. Ладно, может быть, пока и не так – учитывая то, что в списке контактов СонГю были телефоны лишь его семьи и самого лучшего друга. Но ведь это было только начало, которое Наму сам и положил. Киму необходимо было найти новых друзей, общаться с людьми, заводить полезные или просто приятные знакомства. Это было правильно. И ведь УХён всё равно останется особенным, правда? СонГю оторвался от губ Наму и плавно опустился на колени перед парнем, скользя руками по его торсу, скрытому лишь тонкой домашней футболкой. УХён, затуманенным взглядом наблюдал за Гю, который уставился на внушительный бугорок в штанах младшего. Ким поднял глаза на лицо Наму и усмехнулся, а тот ответил такой же усмешкой: - Ты в таком виде, что я не могу не возбуждаться. СонГю, на котором были только трусы, хмыкнул, но спорить не стал – он без сомнения знал, что его тело привлекательно для УХёна, и уже даже не задавался вопросом, почему. Тем более что он и выглядел теперь гораздо лучше, чем месяц назад – Наму откормил его и даже заставил заниматься спортом (чёртов учитель физкультуры!), и теперь Гю не был похож на болезненного подростка. Хотя до поджарого крепкого УХёна ему было далеко. Впрочем, СонГю и не стремился к этому, считая, что в их паре роль красавчика вполне может играть один Нам. - Мне это даже льстит, – мурлыкнул Гю и, зацепив пальцами широкую резинку домашних штанов и трусов парня, потянул их вниз. УХён едва не захлебнулся воздухом, когда губы Кима прикоснулись к головке его члена оставляя влажный поцелуй, а язык старшего затем прошёлся вдоль венок, выступающих под нежной горячей кожей. СонГю не делал такого с тех самых пор, как это было платой за куртку. Наму никогда больше не просил и не настаивал, а сам Гю не стремился отсосать у него. Но сейчас под влиянием эмоций, полный нежности и любви к этому парню, Ким с готовностью ласкал его возбуждённую плоть своим языком и мягкими розовыми губами, которые, как он уже знал от самого Наму, сводили того с ума одним своим видом. УХён запустил обе руки в волосы Гю, и так растрёпанные после сна, ероша их ещё сильнее, сжимая между пальцами, притягивая голову парня ближе, не сдерживаясь, то и дело толкаясь в его горячий влажный рот. На этот раз Нам не позволил себе кончить СонГю в рот, на краю сознания помня, что в прошлый раз тому это не понравилось, и, почувствовав подступающий оргазм, УХён, потянул Кима за волосы сильнее, отталкивая от себя и, когда тот с пошлым чмокающим звуком выпустил член Наму изо рта, младший в ту же секунду кончил хёну прямо на лицо, сладко простонав что-то об офигенности Гю, блаженно прикрыв глаза. Ким вывернулся из-под пальцев УХёна и встал, быстро потянувшись за салфетками, чтобы стереть сперму с лица. Наму, наблюдая за хёном сквозь ресницы, рассмеялся негромко: - Ты такой неумелый... СонГю с искренним возмущением уставился на парня, а на кончике языка у него так и крутились слова о том, что Наму-то при всей кимовой неумелости всё равно быстро кончил! Но УХён, не дал Гю заговорить, привлекая его к себе за талию и сам стирая пальцами сперму с его щеки, выдохнул ему в губы: - Но мне всё равно нравится. Наму поцеловал СонГю, опуская руку ему на задницу и сминая ягодицы. Разорвав поцелуй, Ким указал взглядом на чашки с кофе на столе: - Кофе остыл, – усмехнулся парень. - Не важно, – мотнул головой УХён, забираясь ладонью в трусы Гю и обхватывая пальцами его возбуждённый член. - И мы опозд... а-а... еем... – СонГю закусил мочку уха Наму, прильнув к парню, плавясь от удовольствия, что дарили ему ловкие пальцы любовника. Но это, по всей видимости, тоже было не важно. Да и действительно – гораздо важнее было избавиться от напряжения. И Гю больше не возражал.

***

Близился День Святого Валентина, и УХён явно чего-то ждал от СонГю. Ким это понимал, но даже и не собирался дарить парню шоколад или что-то в этом роде. Что за глупости? Он не девчонка! Он уже поздравил Наму на День Рождения – этого вполне достаточно! День Рождения... Они провели его очень весело. УХён собрал в их семейном ресторане всю толпу своих друзей, и они праздновали всю ночь. Шумно, суматошно, немного дико – но всё это очень нравилось СонГю. Он чувствовал себя неловко сначала в этой компании малознакомых и вовсе не знакомых людей, но быстро втянулся и радовался вечеринке едва ли не больше самого виновника торжества. Только наутро он был уже не так весел. И не только из-за похмелья, раскалывающего его голову болью на множество частей. Нет, больше всего СонГю удручало то чувство опустошения, что охватило его, когда все друзья УХёна разошлись. Это ведь были именно друзья УХёна – не его, не СонГю, друзья. Ким в очередной раз ощутил собственное одиночество, а Наму, словно специально подлил масла в огонь: - Хён, было весело? – отпаивая себя кофе после бурной ночи разудалого веселья, УХён выглядел не очень здоровым, но, тем не менее, вполне довольным. СонГю постарался, как можно более искренне улыбнуться, ответив: - Да, отлично. У тебя классные друзья, – всё же добавил он и не сумел скрыть в голосе завистливые нотки. УХён, и так понимая, что примерно чувствует Гю, помолчав пару минут, спросил: - А где твои старые друзья, хён? – поймав напряжённый взгляд парня, Наму пояснил свой вопрос: – Ну, были же они у тебя когда-то! - Были, – Ким ответил холодно. – Но я уже рассказывал – от меня все отвернулись, когда начались проблемы... - Так уж и все? – УХён не мог поверить в это. Вот он был уверен, например, что его друзья – по крайней мере, самые близкие – ни за что не бросят его в беде. Что ж тогда за друзья были у Гю и были ли вообще? Ким помялся немного, отвёл взгляд в сторону и, наконец, произнёс: - Не все, конечно... Но... - Что? – УХён даже подался вперёд, заинтересованный. - Я же убежал из родного города тогда, спасаясь от кредиторов... Правда, меня всё равно нашли, – СонГю горько усмехнулся, вспоминая те страшные дни своей жизни. – Я потерял с ними связь, а потом... всё закрутилось так стремительно, и я даже сам не заметил, как оказался в такой глубокой заднице, что выбраться самостоятельно было уже невозможно. Мне было не до друзей – я только и делал, что пытался выжить изо дня в день. УХён покачал головой, не принимая того, что сказал СонГю: - Неужели, ты ни разу не пытался никого найти? - Мне было совсем не до того, чтобы искать друзей, поверь. Да и... поздно уже. Я даже не представляю, как их можно теперь разыскать, – Гю помотал головой, глядя в чашку с кофе, словно там были ответы, где отыскать старых друзей. - Такого не может быть! – УХён был настроен решительно. Впрочем, как и всегда. Он вытянул из Кима всю важную для поисков информацию про его друзей, единственных, что не оставили его тогда, когда Гю потерял всё. Их было двое – ДонУ и ХоВон. Наму выяснил у СонГю, где они учились на тот момент, когда их с Кимом пути разошлись, чем занимались, где жили. Гю, разумеется, не помнил номеров их телефонов, но, по мнению УХёна, это не было проблемой, если он мог вспомнить их адреса. Ведь можно было просто поехать туда и встретиться! Что может быть проще? Раньше СонГю этого позволить себе не мог, но теперь-то ничто ему не мешало! Но Гю боялся хоть что-то предпринимать. Зачем ворошить прошлое? Прошло больше шести лет, возможно, друзья уже и забыли о нём. Конечно, теперь Ким не был обузой, и проблем никому не доставит, но всё равно – зачем он им? К тому же, не хотелось разочаровываться. Что, если и ХоВон, и ДонУ давно переехали куда-то? И, даже если Гю попытается их найти, то не сможет. Это было бы для Кима тяжелее, чем даже не попытаться их отыскать. УХён сначала пробовал убедить СонГю, но потом сдался, не желая давить на парня и навязывать своё мнение. Но Наму не был бы собой, если бы оставил всё, как есть. Он уже очень хорошо знал Гю и то, каким нерешительным порой он мог быть. А потому УХён просто взял дело в свои руки. Но пока он не добился определённых результатов, Наму молчал, сделав вид, что ничего не происходит, и их с Гю жизнь протекала, как обычно. За исключением лишь того, что на носу был День Святого Валентина, и УХён хотел получить от Кима подарок. И очень надеялся подарить ему свой. СонГю вошёл в спортзал, когда пронзительный свисток возвестил об окончании тренировки баскетбольной команды. По средам у Гю и Наму почти в одно время заканчивалась работа, и старший приходил сюда, подождать УХёна, чтобы пойти домой вместе. Киму нравилось наблюдать за тем, как тренируются ребята из команды, а старшеклассницы, приходящие посмотреть на своих любимчиков, возбуждённо перешёптываясь и звонко смеясь, болеют за них. Сегодня же в зале было народу больше чем обычно, что не удивительно – ведь был День Влюблённых, и у многих девушек Гю увидел симпатичные пакетики, где вероятно прятался шоколад, который они намеревались подарить парням из команды. Или, может, даже тренеру этой команды... А что, УХён вполне мог быть популярен у учениц! СонГю презрительно фыркнул: вот пускай Нам шоколадом от этих девчонок и наслаждается, и не ждёт, что Гю ему что-то подарит! А вот и на самом деле две девочки поспешили с трибун вниз, но явно не к мальчикам из команды, а к УХёну. Ким усмехнулся, едва сдерживая раздражение, и отвернулся, останавливаясь на верхних рядах трибун, не желая спуститься к Наму и прервать его «идиллию» со старшеклассницами. Но УХён уже заметил его и помахал рукой, приветливо улыбаясь. Одна из девочек захихикала, пряча улыбку ладошкой, и что-то прошептала почти на ухо своему учителю. СонГю нахмурился и всё же начал спускаться вниз – а то Наму ещё реально закадрит несовершеннолетнюю и сам не заметит! Нужно присматривать за этим дураком. А УХён в это время удивлённо смотрел на свою ученицу, заинтригованный её вопросом: «Учитель, а СонГю-оппа ваш друг?» Оппа? С каких это пор он им оппа? Но Наму, хоть и недовольный вниманием девушек к Гю, всё-таки мило улыбнулся, отвечая: - Да, близкий друг. А что? – УХён бросил взгляд на коробочку, перевязанную лентой, которую девушка держала в руках, и его осенила догадка: – Ты хочешь подарить ему шоколад?! Голос Нама прозвучал настолько удивлённо и громко, что девушка и её подруга возмущённо и испуганно зашикали на него, обеспокоенно поглядывая на медленно приближающегося СонГю. - Учитель! – укоризненно сказала старшеклассница громким шёпотом. – Да, хочу! И что такого? – она обиженно надула губы, крепче сжимая коробку. УХён был поражён. Нет, он-то находил Гю безумно привлекательным... но даже и предположить не мог, что тот нравится хорошеньким ученицам! А ведь и эти самые хорошенькие ученицы могут нравиться СонГю! У Наму аж глаза расширились от страха, стоило ему представить Кима, принимающего любовное признание от смущённо краснеющей школьницы! Тот ведь точно поведётся на такое! Вот сто процентов! - Что ты в нём нашла МиНа? – выпалил первое, что пришло в голову, ошарашенный УХён. Девушка явно оскорбилась пренебрежительным отношением к её вкусу и быстро ответила, краем глаза поглядывая на Гю остановившегося у первого ряда трибун в нескольких метрах от них. - Он очень мужественный... и я люблю парней с маленькими глазами, – девушка мечтательно закусила губу. «Йа! Йа! Йа!» – проносилось у Наму в голове. – «Это «мои» маленькие глаза! Не смей тянуть к ним свои ручонки! Не малы ли вы ещё, детки для этого «мужественного» парня?!» Но УХён был хорошим учителем и очаровательным парнем, а потому просто не мог ответить так девочкам, которые к тому же ещё почему-то решили ему довериться. Да и вообще – разве не его они должны любить? - У меня тоже глаза не огромные, – надул губы Наму. – Разве я не должен нравиться тебе больше? – УХён состроил взгляд попрошайничающего щенка. - Учитель Нам! – окликнул его СонГю, который, хотя и не слышал половины из того, о чём говорил парень с ученицами, но зато прекрасно расслышал последнюю фразу и больше не мог терпеть этот спектакль. – Вас могут арестовать за такое. УХён обернулся к СонГю и тут же, обхватив ладонями своё лицо, протянул: - Айгууу!.. – он скосил глаза на девочек, щёки которых немного покраснели, выдавая их смущение. – Вы только посмотрите, как он ревнует. - Йа! – Гю раздражённо нахмурился, а УХён всё не унимался: - Похоже, ты ему очень нравишься, МиНа... - Йаа! – Ким не сдержался и с силой толкнул захохотавшего Наму в плечо. – Прости, – обернулся он быстро к уже совершенно смутившейся девушке, – он идиот. - Не компрометируй учителя перед детьми, – сквозь смех попытался возмутиться УХён. СонГю хотел было что-то ответить, но тут девчонка склонилась в поклоне, протягивая ему коробку с ленточкой и говоря быстро, но чётко: - Пожалуйста, оппа, возьми! Ким опешил, уставившись на девушку, удивлённо моргая. УХён с замиранием сердца ожидал его реакции. Хотя, что такого необычного Гю мог сделать? Не бросится же он тут же целоваться с этой малолеткой? И почему вообще он должен хоть как-то реагировать на всё это? Нет... то есть, он должен, конечно, отказать ей или вежливо принять шоколад... И ничего больше. Почему Наму нервничает? Справившись с чувствами – нерациональными и глупыми – УХён слабо пнул Гю ногой по голени, вынуждая отмереть: - Тебе дарят шоколад, тормоз. Ответь что-нибудь. - А... А! Спасибо большое, – СонГю неловко поклонился девушке, беря у неё из рук коробку, и затем поклонился ещё раз, смущённо улыбаясь. Девчонка распрямилась, тоже сильно смущённая, и закрыла пол-лица ладошками, только глаза блестели счастливым блеском над ними. УХён чувствовал тяжесть в груди, наблюдая эту сцену. И даже уговоры разума, шепчущего, что волноваться совершенно не о чем, почти не помогали. - Теперь тебя, а не меня арестуют, – бросил Наму насмешливо, и Гю резко обернулся к нему, услышав в его голосе раздражение и желание задеть. Что за фигня? УХён ревнует? К школьнице? Серьёзно? - А это вам, учитель! – вдруг подала голос вторая ученица, до того скромно стоявшая возле подруги, протягивая Наму милый бумажный пакет в горошек. – Шоколадное печенье... я сама пекла. - Оу... – УХён взял пакет. – ЧанМи, ты такая милая. Спасибо тебе! Хотя бы ты уважаешь своего учителя... Гю треснул Наму ладонью по плечу, и тот прыснул: - Ладно-ладно... МиНа, ты тоже просто прелесть. Такие милые у меня ученицы. Девочки, хихикая, снова поклонились и, попрощавшись, упорхнули из уже опустевшего зала. СонГю и УХён, оставшись там только вдвоём, смотрели друг на друга, ничего не говоря, переваривая то, что только что произошло. Спустя несколько минут Ким первым подал голос: - И часто тебе дарят шоколад ученицы? УХён пожал плечами: - Это мой первый День Святого Валентина в качестве учителя, но это уже шестой шоколад, – Наму тряхнул пакетиком. – И ещё четыре были от коллег, – он с удовольствием отметил, как недовольно поджал губы Гю, и добавил хитро: – А от тебя – ни одного... - И не будет, – безапелляционно бросил Ким и развернулся, зашагав к выходу. УХён поспешил следом: - Если ты не удосужился купить мне шоколад сам, можешь отдать тот, что дала МиНа! - Не-а! – протянул Гю, покачав коробкой перед носом у Наму. – Ни за что! Мне семь лет девочки не дарили шоколад на День Влюблённых! - Ты должен радоваться только моим подаркам! – фыркнул себе под нос УХён, выходя следом за Гю из зала и запирая дверь. – А у меня, между прочим, он для тебя имеется... СонГю усмехнулся игриво и, понизив голос до шёпота так, чтобы их не смог услышать какой-нибудь случайно проходящий ученик, спросил: - Он такой же извращённый, как и ты? УХён насупился и возмущённо воскликнул: - Нет! Гю рассмеялся и, потрепав Наму по голове, обхватил его локтем за шею, притягивая к себе и увлекая в сторону лестницы, желая поскорее уйти домой: - Ну, конечно, сравниться с тобой в извращённости мало чему под силу. - Йа! – УХён вывернулся из-под руки Кима. – Не будь засранцем! Я подготовил отличный подарок. Тебе понравится! – Нам улыбнулся, но потом почему-то не очень уверенно добавил: – Я надеюсь...

***

СонГю удивлённо смотрел на лежащий на столе перед ним листок с номером телефона. - И мой подарок – это... - Телефон Чан ДонУ, – подсказал УХён, с затаённым волнением следя за выражением лица Гю. Старший сглотнул. Неужели, это правда номер ДонУ?.. Наму поёрзал на стуле, нервничая из-за того, что Ким ничего не говорит, и начал тараторить сам: - Я, конечно, не могу быть уверен, но мне сказали, что это именно тот ДонУ. Я искал его, и я нашёл. Ну, то есть, надеюсь, что я его нашёл, – УХён перевёл дыхание и, помолчав немного, спросил осторожно: – Ты... позвонишь? СонГю не знал, что ответить. Позвонить? Но... что он скажет? Узнает ли его ДонУ? Вспомнит ли? Хотя, чего бы ему не вспомнить, если они знакомы с детства?! И всё же... Нет, ну а если он не позвонит? То даже не узнает, номер его ли ДонУ раздобыл УХён. Да и все труды Наму пропадут зря, а ведь он старался. И это же его подарок Гю на День Святого Валентина! Ким просто обязан был позвонить. Он взял в руки телефон и медленно, подрагивающими от волнения пальцами, ввёл номер под внимательны взглядом Нама, который, казалось, даже затаил дыхание. А Гю, нервничая с каждым мгновением всё больше, вслушивался в гудки, раздающиеся из трубки. Это может быть и не его ДонУ, и он может не ответить, так что вообще не стоит волноваться и... - Алло! СонГю аж подскочил на стуле, услышав после третьего гудка бодрый голос из динамика. Он растерянно посмотрел на УХёна, чувствуя, как пересохло у него в горле, а в трубке всё раздавалось: - Алло! Кто это? Алло!.. Гю глубоко вздохнул и сказал, с трудом контролируя голос: - ДонУ? - А? Да, это ДонУ. А кто говорит? СонГю узнал этот голос и манеру речи – быстро, непонятно, громко и бодро. Это точно был его ДонУ. Ким закрыл глаза, борясь с эмоциями, и произнёс слишком тихо, но надеясь, что друг услышит: - Это Ким СонГю. В трубке воцарилось молчание, и слышалось теперь лишь шумное дыхание, и Гю, взволнованно распахнул веки, боясь, что его не узнали, и уже собираясь бросить трубку, как полный недоверия голос ДонУ прорезал тишину: - Гю-хён?.. Это правда ты?! - Да, – выдохнул СонГю с облегчением, закрывая ладонью лицо и опуская плечи. - Гю-хён! – ДонУ буквально орал. – Где ты пропадал?! Мы уже не знали, жив ли ты! Хоя! Хоя! – закричал парень куда-то в сторону. – Хённим звонит! Наш Гю-хён! - Т-там ещё и ХоВон? – СонГю даже запнулся от волнения, но ДонУ не ответил ему, а вместо него, явно вырвав у него трубку, заговорил другой парень: - Хён! – хриплый голос ХоВона раздался так громко, что Киму даже пришлось отодвинуть телефон от уха, поморщившись. – Какого чёрта?! Мы тут с ума сходили! Где ты? Что с тобой? Блять... Я так рад, хён... Кажется, в этот момент ДонУ снова отвоевал свой телефон, и теперь уже сам зачастил, запинаясь и перебивая самого себя, желая узнать всё о своём так надолго пропавшем друге. СонГю, слушая взволнованный голос, с мягкой улыбкой на чуть подрагивающих губах одними глазами поблагодарил УХёна за этот подарок. Наму встал со стула и, положив руки на плечи Гю, коснулся его виска в невесомом поцелуе и вышел из комнаты, оставляя хёна, не желая мешать его воссоединению с друзьями.