break up 2 make up 27

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
iKON

Пэйринг и персонажи:
Ку Чжунхэ, Ким Чжинхван, broken!чжунхваны
Рейтинг:
PG-13
Размер:
Мини, 5 страниц, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: ER Hurt/Comfort Драма ООС Повседневность

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
О гордыне.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Около полугода назад фф публиковался на профиле подруги, с которой собирались мутить сборник драбблов, но, по некоторым обстоятельствам, эта затея провалилась. Просто было жалко убирать в стол чжинхванов, которых я обожаю всей душой, поэтому вот вам "старая песня о главном".
Так что, ребятушки, не удивляйтесь, если найдёте этот бред немного знакомым. Я предупреждала.
10 мая 2016, 01:11
— Вы не пара, хён, — говорит рассудительный Ханбин, оставаясь в очередной раз у Чжинхвана с ночёвкой. Ханбину хочется верить, потому что глупо, наверное, отрицать настолько очевидную правду. Даже Чживон, который предпочитает воздерживаться от открытой конфронтации с парнем своего хёна, всегда говорит уклончивое «вы совсем разные». Ханбин и Чживон лучшие друзья Чжинхвана, его самая настоящая опора, и он только устало потирает гудящие виски, когда слышит подобное от близких людей. Ку Чжунэ высокий, красивый и немного себялюбивый, как считает сам Чжинхван. «Да в нём гордыни столько, что хватит на всех нас троих вместе взятых, — ворчит Ханбин и совсем не замечает, как Чживон недовольно пихает его локтем в бок. — Что? Позавчера мне хвастался, что его утвердили на ту дурацкую рекламу крема для лица. Говорил, что отбирали лучших среди лучших. Вы же понимаете, что он имел в виду, да?». Чжинхвану, правда, по большей части плевать на такие нюансы, потому что это то, чем Чжунэ живёт. Ку младше него на три года, выше на целую голову и с целью стать востребованным. Он по кастингам ходит, заваливает полки в ванной косметикой и любит себя. «Сильнее, чем тебя, хён», — Ханбин порой надоедает своими замечаниями, но без них уже никуда. У Чжинхвана небольшая квартирка на втором этаже рядом с шумным Хондэ, потому что на что-то более приличное денег жалко. Пять дней в неделю он встаёт с рассветом и плетётся в скучный офис, печатая в метро «С добрым утром, Чжунэ-я», немного раздумывает, но в конце даже смайлик улыбающийся ставит. Чжунэ ответит только ближе к середине рабочего дня, потому что спит до полудня. — Как вы вообще смогли не то чтобы общий язык найти, а ещё и начать встречаться, — тон Донхёка весьма такой риторический, но Чжинхван всё же недовольно пялится на него из-за дымящейся кружки с чаем. — Намекаешь, что я его не достоин? — Ким не обижается, потому что работает с Донхёком уже долгие три года. — Слишком прост? Обычный офисный планктон? — Вы просто разные. *** Чжунэ любит переполненные клубы, яркие огни и громкую музыку. У него много друзей, порой ничего не значащих. У Чжинхвана нет сил как-то активно отдыхать в выходные, потому что пятидневка на работе отнимает у него абсолютно всё. В субботу днем ему в скайпе звонят Ханбин и Кимбаб. Чжинхван худеет на три килограмма за две с половиной недели. Розоватые успокоительные, которые он принимает, чтобы хоть как-то снимать стресс, уже ассимилировались в его изнурённом и уставшем теле, и практически не помогают. — Я знаю, что тебе трудно приходится. Чжунэ появляется на пороге скромной квартиры Чжинхвана в воскресенье на удивление рано. — Ты должен делать хоть что-то, чтобы не умереть на этой работе, — говорит Ку, наблюдая за тем, как Чжинхван старается найти в своём скудном гардеробе что-нибудь, что подойдёт для выхода в кафе. — Я сегодня во всём тёмном, так что постарайся не надевать что-то очень яркое. Будем смотреться, как отморозки. Чжинхван почти верил, что Чжунэ о нём позаботится, но он только подбирает с прикроватной тумбочки баночку с успокоительным и какое-то время безразлично изучает этикетку. *** Под тёплое пальто Чжинхван надевает белую рубашку и рабочий пиджак. Благодаря этому он не чувствует себя инородным комичным пятном рядом с Чжунэ и даже думает, что на их столик почти никто из посетителей кафе не обращает внимание. — Я рад, что нам вместе удалось куда-то выбраться, — говорит он как бы невзначай, когда миловидная официантка приносит им заказ. — Честно говоря, я скучал. Из-за работы почти не получается… — У меня тоже завал, — Чжунэ вздыхает, подпирая рукой подбородок и разглядывая Чжинхвана. — Ханбин рассказывал, что меня утвердили? В глазах младшего непомерная гордость за свои успехи, и Чжинхван почти радуется вместе с ним. — Ханбин рассказывал. Ты молодец. Они проводят в кафе почти полтора часа; крепкий кофе, заказанный Чжинхваном, остывает совсем нетронутый. У Чжунэ много новостей (некоторые он давно выложил при телефонном разговоре), много забот и переживаний по поводу того, что на следующем кастинге будем Нам Тэхён, которого он недолюбливает всеми фибрами своей души. «Ты красивый и старательный, не надо переживать по таким пустякам», — Чжинхван улыбается искренне, но не может дотянуться до ладони Чжунэ, чтобы сжать её в крепком и успокаивающем жесте. У Кима тоже есть жизнь и проблемы, на которые Чжунэ, кажется, тактично наплевать. А рассказать о них хочется, пусть они даже останутся неуслышанными. Они прощаются у пойманного Чжинхваном такси. Чжунэ напоминает ему о своём дебюте в качестве главного лица в рекламе и просит не забыть посмотреть, потому что крутить будут в прайм-тайм, какая честь. Вечером Чжинхван безвольно лежит на кровати в своей скучной и серой квартире, игнорируя Ханбина и Чживона, бомбящих каток сообщениями «Ну как прошло, хён?!» и «Давай уже выкладывай всё». Завтра ему снова вставать в 5:40, чтобы из-за пробок не опоздать на работу. Он пытается прикинуть, насколько важен для Чжунэ и сможет ли побороться за место в его сердце с той же сулящей известность рекламой в прайм-тайм. *** Терпение Чжинхвана лопается, словно чересчур натянутая нить, где-то в середине ноября, когда срок их отношений переваливает за гордую отметку «пять месяцев». Это не много, но и не мало. Он считает, что его забота совершенно не окупается. Наверное, так думать немного меркантильно, но только отдавать, не получая ничего взамен, совершенно неправильно и как-то слегка жертвенно, пожалуй. Да и внутри всё потихоньку остывает, едва не покрывается хрупкой корочкой льда. Когда Чжинхван был маленький и морозными днями бегал в школу с соседским парнишкой, то крошил носком ботинка точно такое же тонкое серебро на лужах. — Давай, я с ним поговорю, хён, — Ханбин всегда полон энтузиазма. — Не может же он на все сто быть такой жопой. — Поговоришь? Или лицо его рекламное набьёшь? — Чживон смеётся в вэбку, растягивая губы в улыбке от уха до уха. Чжинхван не слушает ни одного, ни другого, а в субботу утром, когда Чжунэ, наверняка, еще спит в своей квартире, печатает короткое «давай уже перестанем пытаться, я устал», и удаляет его из контактов. Кажется, что так проще всего. Внутри ничего не болит и не рушится, как любят это описывать в сопливых девчачьих романах, которыми его сестра Сэён зачитывалась, когда была еще школьницей. Ему не хочется плакать и бить кулаками в стену, как это показывают порой в дорамах. Просто что-то внутри неприятно скребётся, но он этого даже легче. *** Следующие несколько недель Чжинхван просто живёт. Встаёт в 5:40, едет в переполненном метро, отрабатывает свою смену, возвращается и после приёма таблеток засыпает крепким сном. Всё почти так же, как и всегда. Но не так, он не может себя обманывать. Удалённый контакт в какао не забирает с собой то самое поначалу весьма неназойливое скребущее чувство. Оно с каждым днём разрастается и не даёт забыть о себе. С ним Чжинхван двадцать четыре часа в сутки. Он уже готов признать, что скучает по самодовольному Чжунэ и без него чувствует себя намного хуже, чем с ним. В шкафу ещё висит длинный кардиган, который Ку одолжил ему при их последней прогулке. Вечер был холодным, а Чжинхван — озябшим до мурашек на тонких запястьях. Кардиган так и остался висеть в шкафу, словно провоцирующая красная тряпка. Ким, собираясь ко сну, иногда открывал дверцу шкафа, и засыпал, развернувшись на небольшой кровати лицом к нему. *** Чжинхван открывает дверь своей квартиры с привычных двух оборотов вправо короткого и немного проржавевшего ключа, скидывает на пол тяжёлые утеплённые ботинки и замирает как вкопанный. В его комнате горит свет. — Какого хрена? — шепчет он под нос. Осторожно ставит сумку на пол, на всякий случай сжимает вмиг взмокшую ладонь на мобильнике в кармане строгих брюк. Чжинхван абсолютно точно помнит, что выключает свет перед тем, как уйти на работу, а потом перепроверяет. У него нет лишних сбережений, чтобы оплачивать подобную расточительность. Из комнаты доносится тихое пение. Чжинхван узнаёт голос почти в тот же момент, когда слегка опасливо заглядывает в собственную комнату. — Объясни, как ты здесь оказался! На его кровати лежит Чжунэ, как всегда красивый и ухоженный, только что не лоснящийся в своей вечной холености. Он переводит меланхоличный взгляд с, без сомнения, интригующего потолка на растерянного Чжинхвана, стоящего в дверях. — Вошёл в дверь. Внутри Кима всё почти кипит от злости и смеси всех чувств, которых только можно испытывать к Ку Чжунэ. Встреча неожиданная и почти что неловкая. — Для того чтобы войти в дверь, нужен ключ, — для подтверждения своих слов Чжинхван демонстрирует поднявшемуся с кровати Чжунэ поцарапанный кусок железа, открывающий его квартиру. — Кажется, у меня есть что-то такое, — Чжунэ вальяжно опирается на соседний дверной косяк и из кармана рубашки достаёт точно такой же ключ. — Откуда? — Кимбаб одолжил. «Кимбабу не жить», — думает Чжинхван, но злиться сил почти нет, потому что главная его проблема находится прямо здесь и сейчас. — Что-то конкретное хотел или просто так пришёл? Чжинхван проходит в комнату, стараясь игнорировать на удивление серьёзного и собранного Чжунэ. Он педантично поправляет скомканное покрывало на кровати и слегка отодвинутую тумбочку. Делает всё, чтобы не встречаться лицом к лицу со своим бывшим. Пытается занять руки, по привычке тянется к баночке со спасительными розовыми таблетками, но не находит её. Ни на тумбочке, ни на кровати, ни даже под ней. Чжинхван проверяет даже свою сумку, надеясь, что мог по ошибке закинуть её туда. — Успокойся, хён, я выкинул твои таблетки. Чжинхван несколько секунд зависает в странном эфемерном ступоре, ожидая, что сейчас объявят о розыгрыше и скрытой камере. Но голос Чжунэ серьёзный, взгляд собранный, а слова никак не похожи на ложь. Без таблеток снова будем мучительно тяжело и больно. Ку настоящий ублюдок, если пришёл сюда только ради того, чтобы таким образом отплатить ему за разрыв. Что движет его поступком вообще не понятно. Чжунэ не знает, как Чжинхвану будет плохо без них. Он снова думает только о самом себе. Ким с болью отмечает, что даже сейчас его отношение к окружающим не изменилось.  — Они тебе больше не понадобятся, потому что я пришёл извиниться, — Чжунэ делает несколько шагов вперёд и опускается на корточки перед сидящим на краю кровати Чжинхваном. — Только то твоё короткое сообщение помогло мне осознать, каким редким мудаком я был. И друзья у тебя хорошие, потому что мозги мне вправили. Правда, Ханбин был слегка груб, материл последними словами, когда выловил меня у подъезда, — Чжунэ слегка улыбается и кладёт ладони на колени Чжинхвана. — Мне было непросто без тебя. Если ты позволишь мне ещё один, я клянусь, последний шанс, то я помогу тебе побороть всё это. Он кивает куда-то в сторону тумбочки, на которой раньше стояла та самая пресловутая баночка с успокоительным. Сейчас там остался только небольшой округлый след на слегка запылённой поверхности. Чжинхван видит перед собой того Чжунэ, которого он знал до всего этого, но, в то же время, и не узнаёт его. Новый Ку Чжунэ, действительно, кажется не холодным и отрешённым от чужих проблем, а уже слегка участливым и делающим небольшие шажки навстречу такому чувству как сопереживание. Чжинхван хочет доверять ему. Хочет избавиться от зависимости в виде розовых и немного кисловатых пилюль.  — Обещаешь, что у тебя и для меня будет немного времени? Чжунэ улыбается так, как Чжинхван ещё никогда не видел.  — Если ты обещаешь не убивать себя таблетками и научишься верить мне.  — Я обещаю. Чжинхван не может сказать, кому из них принадлежат эти слова, но он точно уверен, что как прежде между ними уже никогда не будет.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.