Только мой

Домой я, не смотря на боль в пояснице да и во всем теле, очень быстро добрался. Покидав одежду на пол в ванной я забрался под согревающие струйки воды. Зажмурившись от боли я все же прикоснулся к саднившему месту от грубого проникновения. вода окрасилась в красный цвет. Я непроизвольно застонал от боли. -Ненавижу, ненавижу, - шептал я себе под нос стараясь не переходить на крик, дабы стенки в доме тонкие. Не хотелось бы что б соседи слышали мои крики. - Алан, мне так тебя не хватает, - усевшись в ванную под теплые струи воды, я старался не рыдать, сдерживая рвущиеся слезы наружу. И они на удивление так и не пробежались по моим щекам. Я не заплачу. Я никогда не буду плакать. Мама снова пропадала на работе, поэтому я успел и постирать одежду и успокоиться. И даже просмотрев фильм по телевизору, решил, что пора пройтись. Подышать свежим воздухом. Уже под вечер, когда солнце прощаясь с сегодняшним днем, скользнув согревающими лучами по моей щеке, скрывалось за горизонтом, я снова оказался около Алана на кладбище. Сегодня я пришел без книги, без веселой истории. -Алан, я так хочу к тебе. я так скучаю, - я так хотел что бы он сейчас появился рядом. Снова защитил меня от Макса. Я словно беззащитный маленький котенок, желал оказаться в его сильных руках, зная, что рядом с ним мне ничего не угрожает. Смеркалось и я все же решил отправиться домой. Хотя в какой-то момент было уже все равно. возможно я даже и мечтал ,что бы меня пристрелил какой-нибудь маньяк. И мне повезло. Правда я получил не то что ожидал. Стоило мне скрыться в темном переулке, как кто-то сильно ударив меня в живот, схватив за шкирку потащил за собой. Не было сил сопротивляться. Не было сил и кричать. Да я минутой спустя я понял что мой мучитель не маньяк из подворотни, а Макс. Хотя второй, намного хуже обычного маньяка. Я нова оказался на его кровати. Он снова придавил меня к ней тяжестью своего тела. - Какой же ты упертый, сученок! - затем последовал укус моего плеча, довольно сильный. - Отпусти меня! - я не сдерживал крик. Как же я устал от него. - Обойдешься! - Макс, попытался поцеловать меня, но я отвернулся от тошнотворных поцелуев. - Я не люблю тебя, ты не Алан, - снова повернувшись к нему ,я без страха посмотрел в его глаза. - Его нет ,и не будет! - Макс слез с меня и уселся рядом. - Он всегда со мной, вот тут, - я робко коснулся пальцами груди с левой стороны, там где бьется сердце. - Черт! Надо было туда и стрелять! Даже после смерти он мне мешает, - злился Макс и снова на меня навалился. - Это ты? - ведь я не ослышался в его признании сейчас?! Нет я не мог ослышаться. Это он, он убил моего Алана. - О да, плач! Я так люблю твои слезы, - Макс, стягивал с меня джинсы, а я кажется забыл как дышать. Лучше бы действительно забыл и умер. Но вместо этого, я снова чувствовал боль, невыносимую, когда Макс по свежим разрывам поникал в меня и не заботясь о моих чувствах вколачивался, зло поблескивая глазами. Но уж лучше эта боль, физическая, от каждого прикосновения, чем та, что разливаясь по моим венам, клеткам, жилам, убивала, разрывая на части. Лучше стонать от грубых проникновений Макса, чем существовать без улыбки Алана. В этот раз я не закрыл глаза. Я хотел запомнить все до секунды. Каждое изменение мимических мышц лица парня, каждое его слово:"Сучка, шлюшка, ты мой!", каждый его стон и укус на моем теле. Я видел все, словно со стороны. Будто кто-то свыше, разрешив мне выйти из своего тела, показывал порнографичное кино с моим участием. - Ну, тебе понравилось? - я не сразу сообразил, что Макс сидел рядом и убирал липкую челку с моих глаз своими шершавыми горячими пальцами, что заставило меня вздрогнуть от отвращения. - Вижу что понравилось, - ответил он сам же на свой вопрос и довольно ухмыляясь потащил меня в ванную комнату. Я молчал. Я больше не хотел с ним разговаривать. Не хотел его прикосновений. Не хотел вообще сохранять в памяти имя - Макс, но реальность жестока. - Ну, мой хороший, давай, не упрямься, - грубые пальцы парня смывали с меня следы насилия. И самое странное, я больше не чувствовал боли. Боли от его укусов, его ласк и проникновения. Да, он снова вколачиваясь в меня, трахал, как бездушную куклу, без души и сердца. в этот раз я не смог смотреть на это и мои глаза закрылись. потеряв счет времени и тому, сколько раз за ночь он насиловал меня и мыл, мыл и насиловал я кажется уснул. мне впервые не снились сны. Чернота. Я видел только глубокую, необъятную и увлекающую в свои недра темноту. - Проснись. Тебе пора домой, - Макс тряс меня за плечо. Я продолжая молчать, не ощущая ни боли, ни страха, ни усталости, словно кукла, оделся ожидая следующего приказа. - Ты матери ничего не скажешь, иначе она будет там же, где сейчас твой Алан, ты понял? - Я молча кивнул. - Вот и отлично, вечером я жду тебя тут же. Не явишься, приду за тобой сам. Иди, - Я не дожидаясь когда его руки вызывающие лишь отвращение снова потянуться ко мне, дабы заключить в объятия, вышел из комнаты. Дома, меня снова ждала записка; " Сынок, прости буду поздно, так что не жди меня и пораньше ложись спать". - Мама ,я очень люблю тебя. Мама ,прости меня, но боюсь мы с тобой больше не увидимся. Мама. Я не принимал ванную. Я не обедал и не ужинал. Я весь день просидел на полу в гостиной, надеясь, что мама все же вернется пораньше, но увы чудес не происходит в этой жизни. возможно там, где-то в параллельной реальности могло бы быть и иначе, но не тут и не со мной. Ближе к вечеру в мою дверь постучали. Я знал что это Макс, ведь я не пришел к нему домой. Мне осталось открыть дверь и снова оказаться в его власти. Я готов. Потому что ему достается лишь мое тело - мешок с костями и мясом. Моя душа, давно уже не здесь. *** - Итак обвиняемый, что вы можете еще сказать в свою защиту? - Судья снова обратил свой взор к молодому парню, явно растерявшемся от прочитанных последних страниц дневника погибшего Андрея. - Но все было не так, - едва различимо шептал он дрожащими губами. - А как? - не выдержала молодая женщина в черном, прикрывая глаза ,которые уже много дней не знавшие косметики и отдыха от слез. - Но я не делал этого, - теперь тряслись не только губы парня, но и он сам. - Ты, насиловал его, ты убил его друга, ты столкнул с крыши моего мальчика. Что б ты сгнил живьем в тюрьме! - срываясь на крик женщина, едва не подбежала к подсудимому, но ее вовремя удержали мужчины оказавшиеся рядом. - Тише, успокойтесь, - судья проговорил громко. Но в зале суда, снова воцарился гул. который еще очень долго вещал о назначении мальчику максимального наказания. Макс молчал. Его тело не переставая била мелкая дрожь. Он все еще не верил, что Андрей пошел на это. - Я люблю тебя, мой сученок, - бормотал Макс, когда его в наручниках выводили из зала суда после вынесения приговора о пожизненном заключении