Пишет сладкий может письма +151

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Видеоблогеры

Основные персонажи:
Дэн Хауэлл (danisnotonfire), Фил Лестер (AmazingPhil)
Пэйринг:
Дэн/Фил
Рейтинг:
R
Жанры:
Первый раз, Дружба
Размер:
Мини, 12 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Ты всегда такой кудрявый по утрам?

Посвящение:
Посвящаю это трем людям сразу: Галантерее (!), с которой мы ездили в Англию увидеть ребят, Касс, которая давно просила меня написать что-то про них по-русски, и Ист, которая неустанно следила за тем, чтобы я писала, в режиме реального времени по всяким кафешкам в том числе.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Название - первая строчка песенки, не знаете, сделайте себе одолжение, послушайте, она смешная.
19 мая 2016, 17:05
2009

- Кола, чай, райбина! Хот-доги, шоколад, сандвичи! Хочешь чего-нибудь, дорогой?

- Нет, спасибо, - хотдоги не избавят от спрута, который поселился в животе и скручивает внутренности, точно надоевшие пластилиновые игрушки.

Дэну страшно. Он смотрит в окно, на проносящиеся мимо фонарные столбы и деревья, на серое небо, которое, несмотря на выходной, вовсе не выглядит празднично, скорее уж - обреченно. Собственный страх его злит, он закусывает губу посильнее, и во рту появляется металлический привкус.

Еще вчера в животе танцевали что-то радостное, сегодня танец заменился на пресловутого спрута, и Дэн уже не понимает, почему все это казалось отличной идеей. Поезд до Манчестера, да еще такой ранний - наверняка веки опухли, а лицо напоминает видавшую виды картофелину. Он собирался как следует подготовиться утром, провести неприличное количество времени у зеркала (точнее, не то что собирался - скорее, зная себя, понимал, что такая ситуация вероятна), но оспрутивающиеся бабочки (его учитель биологии бы плакал) не давали ему заснуть аж до пяти утра, поэтому он, конечно, проспал будильник, и подскочил буквально за пару минут до выхода. Даже носки на нем были теперь не вполне одинаковые, что уж говорить об идеальной прическе и свежем цвете физиономии.

- Следующая станция - Манчестер, центральный вокзал.

"Не забыть сумку, - лихорадочно думает Дэн, - не забыть куртку, и еще - выйти и посмотреть, и если... и если что. Можно сразу прыгнуть в поезд, который стоит на соседней платформе, и уехать, куда-нибудь, неважно, потом разберусь, хотя денег, конечно, впритык, но..."

Поезд останавливается с характерным скрипом. Автоматические двери распахиваются, оглушительно стуча. Дэн встает и немедленно роняет с колен сумку, подбирает ее, роняет куртку, наклоняется снова, везет рукавами по грязному полу, мчится к двери, наступает на собственные шнурки и чуть не падает. В эту секунду в кармане пищит сообщение, и Дэн почти застревает в дверях, хотя они и не думали еще закрываться.

По всем законам подлости Фил сейчас должен стоять прямо напротив него и внимательно наблюдать за всеми его бедами, но за дверьми никого нет.

"Сделай глубокий вдох", - велит себе Дэн. Подбирает рукава, так и волочащиеся по полу, вдевает в них руки, застегивает молнию, подбрасывает лямку школьной сумки повыше, лезет в карман джинсов за телефоном.

"Я под расписанием", - лаконично значится в сообщении, и Дэн сглатывает, обнаруживая, что горло у него абсолютно сухое. Фил не вставил ни привычных смайликов, ни шуточек, и, наверное, он тоже волнуется. Или сожалеет обо всем. Нет, нет, он не может сожалеть, потому что вчера в скайпе все ведь было в порядке, и...

- Простите, - Дэна толкает какая-то женщина в широком пальто, и он старается взять себя в руки.

Мозг так и просит отключиться и действовать на автомате, как еще давно научился делать в школе, особенно во время длинной перемены, общей с параллельными классами, и еще на сборищах дальних родственниках, которые задают дурацкие вопросы и все ждут от него чего-то, и еще... но это ведь Фил, с ним на автомате - нет, только не с ним.

Фила еще надо найти, для начала.

Дэн никогда еще не встречался ни с кем из интернета. Он знал, что народ на форумах и в чатах знакомится и потом встречается и дружит в реальности, видел десятки удачных случаев и совсем мало - неудачных, в конце концов, на дворе две тысячи девятый и идея о том, что в интернете тебя сплошь поджидают маньяки, уже ушла в закат под ручку с культом анонимности. Максимум неприятности, который тебя ждет - неожиданно скучный или, наоборот, чересчур назойливый собеседник, но ведь вовсе не обязательно отвечать потом на его звонки, достаточно дотянуть приличные сорок минут в кофейне или парке до победного финиша, а дальше сбегай себе на здоровье. Но Дэн боялся вовсе не того, что собеседник окажется чересчур скучным.

- Ты просто снобствуешь, - зевнул Фил.

- Конечно - чей жалкий умишко достоин того, чтобы в реальности встретиться с... великим мной.

- В таком случае, шансы имеются только у королевы и, может быть, Джастина Бибера?

- Думаешь, у Бибера что-то есть внутри черепа?

- Нет, не поэтому, - кончик языка Фила уперся в зубы, - по другим причинам.

- Прекрати смеяться надо мной, - взвыл Дэн, - ты же понимаешь, что всегда есть опасность того, что человек усядется напротив меня и воцарится торжественное молчание.

"От того, что будет скучно - ему".

- Честно сказать, ты довольно много болтаешь.

- Это с тобой, - Дэн моргнул и улыбнулся краем рта. Подобные моменты искренности переставали быть редкостью, и именно это - именно это, наверное, и было причиной того, что в кармане сумки уже несколько дней как лежал билет, приобретенный на тщательно откладываемые деньги, и "мам, мне уже восемнадцать лет, от того, что я съезжу в другой город, земля не разверзнется".

- Значит, у меня есть шанс наряду с королевой и Джастином?

- Если останется время от первых двух аудиенций.

- Ура!

- Не радуйся заранее. Возможно, Бибер отнимет больше времени, чем изначально предполагалось.

- Это мы посмотрим, - Фил на экране улыбнулся и потянулся поправить камеру, по дороге своротив свою чашку с чаем на пол, - упс.

- Залил что-нибудь ценное? - у Дэна в груди защемило от нежности, и он сразу стал говорить как можно более сухо.

- Нет, но пол теперь мокрый. И липкий. Пойду за тряпкой.

- Ладно. Думаю, мне пора поспать.

- До завтра. Увидимся.

- Да... до завтра.

На вокзале страшно людно, но Дэн старается пользоваться преимуществами своего роста и глядеть поверх голов. Кто-то еще раз толкает его, и он давит секундное желание пихнуть этого человека в ответ, зная, что раздражение - от дикой нервозности, а не от существенных причин.

- Дэн, - слышит он живой голос, не встречающий по дороге ни одного электронного фильтра.

Фил.

Фил стоит на ступеньках, ведущих к выходу, на нем черная куртка и никакой шапки, и он высокий и какой-то гораздо более.. угловатый? подвижный? настоящий?... чем Дэн ожидал, и у него перехватывает дыхание, и он отчаянно пытается сообразить, какое выражение лица ему надо принять, а ноги уже несут его сами вверх, и вот он уже рядом, и Фил улыбается ему немножко, и надо сделать то же в ответ? Оказывается, губы уже сами давно растянуты в широчайшей улыбке, а рука тянется вперед, зачем? Чтобы что, пожать, какой ужас, филову руку? Их пальцы встречаются на полпути в неловком жесте, это и не рукопожатие и не приветливое касание, это черт знает что, это, это могло бы быть катастрофой, но Фил вдруг смеется и тянет его к себе, и их пуховые куртки вминаются друг в друга, как мягкие игрушки, и сквозь сто слоев синтетической ткани Дэн чувствует тонкое - тоньше, чем у него - тело, а в нос ему лезут мягкие черные пряди и холодное ухо, и, кажется. Кажется, он счастлив.

**

- Может, пойдем домой? - спрашивает Фил, и Дэн благодарно кивает, хотя вслух мямлит что-то вроде "разве уже поздно". Они обошли полгорода, побывали в двух разных старбаксах, Фил оба раза заказывал что-то невыносимо сладкое, от чего у Дэна прилипал желудок к печени, но он хотел пробовать все, что пьет Фил, поэтому не жаловался, хотя вслух этого, конечно, не объяснял. В эпплстор они опробовали все возможные девайсы и оставили в них на заставках с десяток своих идиотских фотографий. И вот - вечер. Снаружи посвежело. Они на верхушке небоскреба, и диваны здесь мягкие и уютные, но вокруг полно взрослых, хорошо одетых людей, и - Дэн устал. Прошедшая ночь, состоявшая из двух часов сна, наконец, начинает сказываться, и ему хочется прилечь на любую горизонтальную поверхность, но чтобы вокруг не было людей, только - Фил. На этой мысли он сам себе удивляется и порывисто встает.

- Ой, - говорит Фил, - что это с тобой?

Дэн пытается найти его в черных точках, которые всполохами застилают ему глаза, вцепившись в край стола. Наконец, ему это удается:

- Ничего, голова закружилась, у меня бывает. Слишком быстро расту.

- Обгонишь меня? - недовольствует, вроде как, Фил.

"Да мне этого не надо, - мелькает в голове у Дэна, - дело же, вообще, не в этом". Он неопределенно хмыкает и надевает свою многострадальную куртку. Фил прячет карточку в кошелек - банковская карта, конечно, он взрослый, а Дэн только закончил школу, и все это так нелепо, на самом деле - особенно нелепо то, что иногда ему кажется, что Фил смотрит как-то... выжидательно, что ли, но чего он может от него хотеть, ну чего? Теперь, когда он увидел в реальности, что Дэн не более чем - вот это, вот то, что он есть. Не более, чем это, и не спрячешься за экраном, за смайликами и за неоконченными фразами.

Но пальцы живут собственной жизнью, и в лифте, когда они спускаются вниз, и Фил не смотрит на него, отвернувшись к панели с кнопками, он тихонько вытягивает руку и дотрагивается до завязки на филовой куртке, и вокруг только мерный гул и кондиционированный воздух, и он гладит черный шнурок двумя пальцами, тихонечко, и никто об этом никогда не узнает, никогда.

**

- Доброе утро, - говорит Фил, - конечно, будить людей нехорошо, но я жду, и жду, и когда ты уже проснешься. Вдруг ты все проспал, а мы уже давно в альтернативной реальности?

- Если в ней есть блинчики, то мне все равно, - сонно отвечает Дэн. Он пытается оценить обстановку вокруг себя. Он заснул без майки, но в штанах, поверх одеяла, но за ночь переполз, видимо, замерзнув, под него, накрутив на себя материю и слегка запутавшись в пододеяльнике. Фил стоит в дверях, и в руках у него кружка.

- О господи, - продолжает Дэн, закрывая глаза, - я в доме ЭмейзингФила. ЭмейзингФил стоит в трусах у меня в спальне. Сейчас умру, - один глаз он все-таки, на всякий случай, открывает обратно.

- Заткнись, - беззлобно отмахивается Фил, - во-первых, это не трусы, а шорты. Во-вторых, это не мой дом, а родителей. В-третьих, кофе?

- Райбина?

- Ты из этих марсиан, что не пьют кофе по утрам?

- Кофе портит мой девичий цвет лица, - Дэн вываливается-таки из кровати и подтягивает штаны. На ногах наверняка остались красные полосы, по месту сгибов джинсовой ткани.

- Знаешь, - задумчиво тянет Фил, - твой ремень пора уволить.

- Что... да ну тебя, - Дэн краснеет и вторично подтягивает штаны, - так что насчет блинчиков?

- Посмотрим, - Фил исчезает в сторону кухни.

Дэн переводит дыхание. Шутки шутками, конечно. Но на что он похож? И где его зубная щетка? И что с его...

- Ты всегда такой кудрявый по утрам? - доносится из кухни.

Черт.

- Нет, это твоя компания так на меня повлияла, - орет он и, поджав губы, идет в ванную. Нужно оценить масштабы катастрофы.

- Сэм написал, и еще пара ребят, - говорит Фил, ставя перед ним тарелку с горячим дырявым блином, который он почти полностью поймал в процессе переворачивания, - хотят встретиться вечером, ты как?

Подавить разочарование. Не показать виду.

- Я же говорил, что не всякий достоин моей компании.

- Если ты не хочешь, - начинает Фил, но Дэн тут же перебивает его:

- Почему бы и нет! - никто не обещал ему, что Фил будет в его полном распоряжении. Хотя вчера, когда Фил заметно нервничал, и дергал его за рукав без повода, и смеялся своим тихим смехом, ему показалось, что... Впрочем, неважно.

- Хорошо. Тогда, пока что... как насчет кино?

- Ты имеешь в виду, отправиться в опасное снаружи или поваляться на диване перед телевизором?

- Поваляться, - в глазах Фила усмешка.

- Давай поваляемся, - серьезно отвечает Дэн.

До вечера еще далеко.

**

Он нашел Фила случайно. Ютуб тогда еще был странной территорией, на которой неожиданной популярностью могло обзавестись видео про столкновение автобусов или с ворчанием какой-нибудь старушки. Мало кто вел постоянные блоги, само слово "каналы" большинство скорее раздражало, чем манило. Но у Дэна случилось временное необъяснимое помешательство на мальчиках с эмо-прическами, и после очередного двадцатого подряд видео с подборками майспейсовых фотографий под заунывные мотивы (кривые челки, железо во рту и бровях, зовущий взгляд, едва ли пускают в паб), он случайно наткнулся на него - улыбающегося, дующего губы, валяющегося по кровати, задирающего ноги, снимающего видео с настоящим сюжетом, и не просто сюжетом - а действительно смешным, трогательным, захватывающим, заставляющим нажать на "заново" сразу по окончании. Может быть, это не было по-настоящему крутое кино, Оскаров за него бы не дали. Дэн часами не мог оторваться от экрана.

Ему не захотелось оставлять это просто экраном. Впервые в жизни внутри него поселилось отчетливое желание найти человека, находящегося по ту сторону. Так никогда не было с ребятами из смош или коммьюнитиченнел или пейперлилиз. Они были - потоки картинок, с персонажами, а не с живыми людьми - так казалось Дэну. Фил же - Фил был настоящим.

Он начал писать ему. Твиттер, дэйлибус, комментарии на том же ютубе. И может быть, именно потому, что Фил был настоящим, прошло не так много времени - и он ответил.

**

Друзей Дэна, фактически, не существовало в природе. А вот друзьям Фила досталось.

"Тебе не нравится Дэн, я знаю", - Сэм трет виски и несколько секунд глядит на экран, прежде чем ответить. Неизвестной бесцеремонной девочке в твиттерном подпространстве. Но почему бы и нет.

"Он делает Фила счастливым чуваком, а значит, это неважно".

**

Дэн, вообще, мало кому нравится.

**

2011

Дэн просыпается от тяжести в паху и, не успев выровняться с реальностью, бесцельно тыкается в сторону. В ответ - сонный звук. Фил всегда спит очень крепко, но в такие моменты его что-то будто толкает, и он реагирует на дэновы бессловесные посылы, ловит их, как радиоволны, чует, что нужно сделать. Не открывая глаз, он поворачивается на бок и тянет руку, проходит преграду из складок одеяла, и - сдавленный возглас, нащупывает свою цель, горячую и уже влажную. Дэн, задохнувшись, смотрит на его профиль - острые углы и четкие контуры, белая кожа, тень от ресниц на щеке, он все еще в полусне, так и не открыл глаз, но движения его уверенны и привычны, Дэн выгибается, упирается поясницей в матрас, поджимает пальцы ног. Зубы больно рвут губу, и жаркое туманное красное начинает заволакивать его зрение, пока ничего в мире не остается, кроме пальцев Фила и его профиля в темноте, почти фосфоресцирующего.

- Давай, - шепчет Фил, и пружина внутри Дэна лопается, мир накреняется вбок, и, чтобы выправить его на место, он судорожно подается вперед, находит губы Фила своими, втерзывается в них, и якорь этот медленно возвращает его назад. Между ног мокро, и Фил дышит слегка сбито, и так и не смотрит на него, и неожиданно - середина ночи, а Дэн совершенно не хочет спать, и потому он встает и бредет сквозь квартиру, садится на холодный стул на кухне и роняет голову на руки.

**

- Ты волшебный. Ты моя Луна Лавгуд, - Дэн икает сквозь слезы, и Фил гладит его неловкой рукой по спутанным волосам.

- Завтра ты пожалеешь о своих словах.

- Завтра будет завтра, а сегодня я утоплю тебя в глупости.

- И в соплях.

- И в соплях, - соглашается Дэн и жмется к теплому шершавому плечу щекой. - Я ведь, знаешь, правда не пойду больше в университет.

- В этом году, по крайней мере.

- Посмотрим.

- Посмотрим.

Дэну так хорошо от этого "им" на конце, что он снова начинает хлюпать носом.

На кухне тикают часы, они сидят на полу и им совершенно некуда торопиться.

**

- И что, ты просто не говоришь с ними об этом?

Фил мастерит какой-то гигантский - плакат, что ли, лепит на картон цветные фигурки и буквы. Дэну лень спрашивать, зачем, он упрямо ведет по поверхности экрана телефона большим пальцем - вниз, вниз, вниз, не вчитываясь, но продолжая листать.

- Дэн.

- Что?

- Ты просто не...

- Да, я просто не говорю с ними об этом. И ты это знаешь, сто раз уже обсуждали.

Фил некоторое время молчит, пачкаясь в клее все больше.

- Послушай меня, пожалуйста, я ведь не прошу превращать твой канал в канал Тайлера Окли.

Дэн морщится, палец вдавливается в экран все с большей силой.

- Просто, нам нужно понять, как дальше в принципе...

- Слушай, - не выдерживает Дэн, - это ты послушай. Я один раз уже потерял друга, просто потому что сказал ему, почти в шутку еще тогда... я... у тебя ведь все не так, - он чувствует, что его несет, но не может остановиться, - все твои друзья обожают странного прикольного Фила, и что бы ты не... ты не потеряешь никого из них, к тому же... ты вообще не знаешь, что это такое, как это!

- Мой лучший университетский друг умер, - тихо говорит Фил.

- Знаю, но это не то! - Дэн всерьез не может заткнуться, щеки его горят, - не то, вечно ты все переводишь на себя!

Он открывает рот, чтобы сказать еще что-то, но Фил встает из-за стола, аккуратно кладет тюбик с клеем на место и уходит наверх.

Дэн тоже встает, и не знает, что делать со своими руками, ногами, со всем собой. Плакат на столе сияет зелеными и красными пятнами, это что-то смешное и невинное, совсем не то, что на самом деле мог бы сделать Фил - Фил, любитель Стивена Кинга и странных сайтов про деформации тела и обряды древних культов, Фил, который может, не мигая, смотреть фильмы, сюжеты которых потом снятся Дэну в самых жутких кошмарах, Фил, который понимает все сомнительные намеки с полуслова и Фил, который просыпался когда-то в чужих постелях в обрамлении двух пар ног - когда-то давно, до Дэна, с Дэном уже не вышло, хотя они и обсуждали всякие разные... варианты. (Дэн не может делиться, что бы он там не выдумывал иногда). Это то, каким Фила видят через экран, то, каким Фил предпочел себя показывать, спустя пару лет отшлифовки образа - отбросив даже намеки на то, что ему больше восьми лет. Так почему, черт побери, Фил не понимает, что Дэн тоже - тоже должен ставить фильтры, и самое главное - этот фильтр, и что скажет отец. Что скажет бабушка. Отец, правда, уже как-то высказался. Не лучший день в жизни Дэна. Но то был личный разговор,о невнятном и недоговоренном, а если представить...

Может быть, первые аргументы - совсем не про это, они должны быть про контент, про то, что они станут "одними из этих ютуберов", что аудитория может не одобрить, несмотря ни на что, и что Англия - не Америка... но настоящий первый аргумент, это всегда то, с каким лицом Дэн будет входить в старую гостиную, или что он будет говорить, после маминого "привет, как дела", по телефону, хотя он всегда считал и говорил, что ему наплевать, но внутренности знают лучше, их не обманешь, их выжимает при одной только мысли, и холодные мурашки бегут по телу, ероша волосы.

"Ты просто с ними не говоришь об этом". Хороший вопрос. Конечно, когда-то пытался, но так, намеками, и конечно, они не дураки и все равно все знают, скорее всего. А еще через пару лет... Если эта пара лет случится, то только полный кретин не додумается, почему они с Филом живут вместе.

- Не в этом суть, - говорит Дэн вслух, по своему обыкновению, а потом хватается за волосы и начинает бегать по комнате, - не в этом суть, казалось бы, просто очень страшно, неизменимые решения, я не знаю, где я буду через пять лет, и необратимые моменты - это не для меня, может быть, я просто трус, ну так что же, так что же. А они мне скажут - почему ты врешь, но я ведь не вру, я просто решил так. Это мое дело. Это только мое дело. Нет, не так, - он останавливается, - конечно, не так. Фил! - кричит он, и пугается вдруг ужасно того, что тот не ответит. Шагая по три ступеньки за раз, взлетает наверх -  дверь не заперта.

Фил на кровати читает книгу и не поднимает головы.

- Это и твое дело, - говорит Дэн, - это, конечно, и твое дело тоже.

- Я просто пытался с тобой поговорить, - тихо отвечает Фил.

- Я знаю, - Дэн залезает сверху, садится, тыкается лбом, как собака. Фил откладывает книгу в сторону.

- Если бы ты немного меня послушал, ты бы понял, что я сам понятия не имею, как правильно поступить.

- Рационально говоря, - мямлит Дэн куда-то ему в шею, - можно просто ничего не делать. А будет нужный момент - мы поймем. И сделаем тогда. А пока - так.

Фил задумывается.

- В какие-то моменты придется напрямую врать.

- Мы никому и не обещали говорить правду. Это наше дело. Это наше наше наше дело.

Фил хмыкает неопределенно, но, кажется, он согласен.

- Прости, - добавляет Дэн, не глядя на него.

- Нет уж ты на меня посмотри.

Дэну двадцать, но к слову об образах, сейчас он чувствует себя лет на шесть, не больше. Он отстраняется и с трудом смотрит в светлые странные глаза - самого родного.

**

2012

- Мне это не нравится.

- Брось, - просит Фил.

- Нет уж, ты все время играешь эту роль... ведь я знаю, что тебе не все равно. Никто настолько не свят!

Счет уже идет не на десятки. Тысячи людей теперь смотрят Дэна, но не Фила. Весы качнулись и упали на другой бок, и Дэну хочется выкинуть их к херам в космос.

- Дэн. Послушай. Все равно все хотят видеть вещи, которые мы делаем вместе, а по отдельности...

- Но мы разные люди.

- Ты очень часто это повторяешь последнее время.

- Потому что это так.

Фил задумчиво смотрит на него. Дэну становится стыдно, потому что сам он в таких случаях всегда начинает орать, что Фил вечно все переводит на себя, несправедливо и злобно. А ведь сейчас речь совсем не о том, не кажется ли случайно Дэну, что из всех жизненных путей он выбрал один, довольно странный и не очень обратимый, и не потерял ли он, бедняжечка, индивидуальность свою драгоценную. Ах, ах, какая трагедия. Дэн ненавидит себя, презирает искренне, и в то же время - не может перестать думать об этом. Обо всем этом. О том, чего хотят от него массы, каким хотят видеть его, и не тащит ли эта многотонная толпа девочек его на дно, где нечем дышать и некуда стремиться.

- Ты считаешь, что я виноват? - спрашивает Фил.

- Я не знаю, - честно отвечает Дэн.

В повисшей тишине у Фила пищит телефон, и он, взглянув на экран, чертыхается сквозь зубы.

- Что там? - шепчет Дэн, потому что голос отказывается его слушаться.

- Кто-то снова выложил, - не нужно объяснять, что.

Три минуты признания в любви, которые видятся им обоим в кошмарах уже который месяц. Юный Фил, кусающий губы на экране, рисуночки в пэйнте. Ты лежал в снегу. А потом ты поцеловал меня. Музыка, от которой когда-то щемило сердце, теперь щемит кишки.

- Чертов интернет. Чертов ютуб. Иногда я ненавижу это, просто, просто...

- Давай выключим все и уедем на несколько дней.

- Куда? - не спрячешься же. Путешествие Дэна и Фила кажется Дэну заманчивой идеей, если бы там не было Дэна.

2015

- Я иду по улице и я могу взять тебя за руку.

- Да, думаю, японцам все равно. Хотя мне как-то странно, если честно.

- Мы приедем сюда еще раз. И мы не будем развивать фанбазу в Японии.

- Думаю, у нас вряд ли бы это получилось, даже если бы мы приложили все усилия.

- Я хочу поцеловать тебя, - говорит вдруг Дэн.

- Давай в номере?

- Давай сейчас.

Они забегают в какую-то подворотню, хихикая, как подростки. Руки Дэна тянутся под куртку Фила, гладят по узкой спине. Все его существо - счастье. Зеркально отраженное, хотя Фил и пытается хмуриться.

- Ты меня от этого всего отучил.

- Да брось, - в кои-то веки не обижается Дэн, - мы оба "этого всего" - никогда не знали.

Он целует Фила, быстро, легкими касаниями, по скулам, по губам, по векам.

Фил жмурится в ответ, как кот.

2016

Я не хочу жить в мире, в котором я - без тебя, вот что я знаю точно, Фил. Может быть, это единственное, остальное вращается, меняется, переворачивается. Но ты. Ты моя Луна Лавгуд. Ты мой волшебный.

**

- Снова переживать тур вдвоем. Целый день с тобой и только с тобой. Удавиться можно. И - твоя кровать мягче.

- Интересно, откуда ты это знаешь? Правильно, потому что ты на ней лежишь. А я, заметь, стою в проходе.

- Ночью мы все равно вдвоем тут не поместимся. Водителя хоть предупредили?

- О чем, о нашем тайном романе? Конечно. Королева английская выслала к нему гонцов еще месяц назад.

- А Джастин Бибер не спел об этом песню?

- К счастью, нет, иначе некого Хауелла хватил бы инфаркт.

- Так, - Дэн резко садится в кровати, и знакомые черные точки в который раз заполоняют зрение, - у меня кружится голова, так что ты иди.

- И что сказать ему, что ты знаешь, насколько мягка моя кровать?

- Нет - насколько тупа твоя голова.

- Так что говорить-то?

- Не знаю, - откидывается Дэн обратно, - не желаю этой ответственности.

- Дэн. Ты же понимаешь, что он подписывал контракт о неразглашении, как и все.

Дэн молчит некоторое время.

- Действительно. Забыл. Странно все это, да?

- Такая у нас жизнь.

- Такая у нас жизнь.

Фил садится на кровать рядом, смотрит в окно. Его пальцы бездумно гладят дэнову коленку.

- Люблю тебя, - говорит Дэн.

- Хочу блинчиков, - одновременно с ним говорит Фил.

Они смотрят друг на друга, секунду, другую.

- Что вы тут ржете? - просовывает водитель голову в дверь. Оказывается, они давно уже как стоят на заправке, а еще - стемнело.

- Ничего, - машет рукой Дэн, - превеликий христос на ржавом велике верхом. Ни-че-го.

Завтра первое шоу в Америке. С утра осмотр зала. Пора спать.

Fin.