Долгий путь домой

      Сегодня я решила устроить романтик для моего нового лучшего друга и угостить Валерчика завтраком. Пока мы с аппетитом уплетали подгоревшую лепешку, что лежит у меня со вчерашнего вечера, и обсуждали творчество великих поэтов, дверь удивительно бесшумно распахнулась, и на пороге появился ассассин. Благополучно не заметив пришедшего, я восхищалась мастерством Валерия цитировать Шопенгауэра.        — ما هي اللغة التي تتحدث عنه ؟ * — неожиданно спросил визитер. Испугавшись внезапного громкого звука, подавилась лепешечкой, а мой друг уполз в настенную щель. Подожди милый, я с тобой!       Ассасин с удивлением наблюдал за моими попытками запихнуть в неприметную щель на стене хотя бы палец. Поняв, что это безнадежно, прекратила попытки, мысленно назвав Валеру предателем, повернулась к посетителю. Убедившись, что я окончательно успокоилась, он продолжил:       — Ξέρεις την ελληνική γλώσσα? français? deutsch? español о italiano? Si Latin? **       Немного офигев от такого изобилия разных языков, до меня не сразу дошло, чего ему надо. Но, собравшись и вспомнив, на которых из них могу сказать "Привет", ответила:       — Эм, русский… — он с непониманием смотрел на меня. Вспомнив ситуацию в борделе, я применила стопроцентный ход. — Ээээ… English?       Было видно, что он меня понял, но явно не обрадовался. Что-то пробурчав себе под нос, судя по лицу, ругательство, спросил:       — How... you know about the assassin? *** — сложно было разобрать слова из-за ужасного акцента. Ага, полиглот, блин. Но сейчас самое время начинать писать кипятком, ибо я не знаю, что ответить. И тут в мою голову снова постучалась мысль из раздела "гениальное". Быстренько вспомнив слова одной из любимых песен на английском, я затараторила как можно быстрее, дабы араб не успел ничего понять:       — Carry on my wayward son, Thereʼll be peace when you are done, Lay your weary head to rest, Don't you cry no more**** — после чего я выдохнула и сделала вопросительное выражение лица.       По виду немного охреневшего араба, было ясно, что он ни слова не понял. Но, как я и задумала, мужская гордость не позволяла ему переспросить. Вместо этого, быстро собравшись, он кивнул, промямлив "A… Ok…", и вышел из комнаты. Докладывать руководству, наверное. Как только дверь за ним закрылась, на меня накатила волна смеха, я схватилась за живот и повалилась на подстилку, не переставая ржать. Но триумф продлился недолго: минут через пять меня снова удостоил визитом тот же ассасин. На ужасном английском он объявил, что будет учить гостью арабскому. Мда. Шутканула, Петросян, молодец. Знаете ли, отличные условия для обучения: один плохо знающий английский человек учит другого плохо знающего английский человека языку, на котором ученик не знает ни буквы. Ну разве только пару фраз, благодаря сериалу "Великолепный век", но это уже мое темное прошлое, не хотелось бы о нем вспоминать.       Я, если честно, вообще не представляла, как будет проходить обучение, и получится ли у нас что-нибудь вообще. Но его методы оказались просты до невозможности: указав перстом на стену, многозначительно произнес: "لجدار", вопросительно посмотрел на меня. Я кивнула, не понимая, чего он хочет. Не дождавшись нужной реакции, он снова показал на стену и снова повторил: "لجدار". Я попыталась повторить это слово, но вышло просто ужасно. Ассасин сморщился и покачал головой, добавив: "No". Подойдя к стене вплотную, положил на нее руку и снова произнес: "لجدار". Снова повторив этот непонятный для русского человека бред, с удивлением заметила, что стало намного лучше. Араб тоже оценил мои труды и, улыбнувшись, кивнул головой, произнеся только одно слово: "Yes".       Так, по системе "Yes/No", мы с ним прозанимались несколько месяцев. В процессе обучения мне удалось выяснить, что ассасина зовут Аль-Сахад и что именно он привез меня в крепость Масиаф. Когда я довольно сносно говорила на их языке, парень объявил, что занятия подошли к концу, и завтра утром меня поведут к Повелителю на допрос. То есть, в моем распоряжении всего ночь, чтобы придумать разумное объяснение тому, откуда я знаю о существовании двух секретных орденов. Да, я как всегда в заднице.