Never Let Me Go

На улице уже начинало темнеть, но я решил, что это даже хорошо – так меня могло увидеть гораздо меньшее количество людей вообще, и фанатов в частности. Нет, я невероятно люблю всех наших поклонников, благодаря им мы и имеем все, что у нас есть. Вот только сейчас не хотелось не то что улыбаться и общаться на отвлеченные темы, а даже просто открывать рот, и здороваться с соседями. Натянув поглубже капюшон своей толстовки, я тихо закрыл за собой входную дверь, стараясь не звякнуть ключами. Гарри вовсе необязательно знать, что я не дома, а, тем более что я собираюсь гулять по городу один. Наверное, он даже снесет мне голову, когда узнает, впрочем, меня это мало волновало, по крайней мере, сейчас. Кого вообще волнуют последствия его поступков, если на душе так мерзко? Засунув в уши наушники и подсоединив их к телефону, я включил песню из своего плейлиста специально для таких пеших прогулок в не слишком оптимистичном настроении. Отлично – это оказалась Coldplay – Fix you, что определенно направило мои мысли в еще менее веселое русло. Вернее, они все время крутились вокруг Гарри. Вокруг одного чертового Гарри. Я стиснул зубы, пытаясь сосредоточиться на прогулке, выкинуть все лишнее из головы, но это не выходило, а с каждым шагом становилось все хуже, хотелось кричать, рвать на себе волосы, что-то бить, упасть на колени и вырвать изнутри все, что было там. Самому себе я не мог ответить на вопрос, почему это так меня зацепило. Вернее, что вообще меня так могло зацепить. Ну, сказал он Лиаму раньше, но ведь он его друг, это понятно. Сложно ведь признаться парню, с которым ты в одной группе, что он тебе нравится, сложно с этим справляться, когда не с кем поговорить и выговориться. Сложно. А я еще и набросился на него, вместо того, чтобы поддержать. Теперь он будет думать, что я сбежал потому, что жалею о том, что сделал. А я не жалел. Ни о чем не жалел. Ну, разве что, о том, что не воспользовался ситуацией с самого утра, когда он лежал на мне в мокрой после душа и чая одежде. Возможно, тогда бы все случилось не так. Возможно, курьер не прервал бы нас в самый ответственный момент, возможно, я бы никогда не увидел эту дурацкую книжонку, которую проспорил Лиам, возможно, я никогда бы не узнал, что они спорили. Но ничего из этого уже не могло осуществиться, так что оставалось только грызть себя изнутри и пытаться понять, что же меня так задело. Да черт тебя побери, Гарри Стайлс! Я со злостью пнул какой-то камешек, который лежал на моем пути, и поморщился – кажется, я ушиб палец. И вот как тут можно что-то утверждать, кроме того, что я последний идиот, даже отфутболить ничего нормально не могу. Я непроизвольно сжал и разжал кулаки – непонятно, кого я думал бить, но в таком состоянии, я уверен, у меня была возможность навредить только себе, а это не слишком-то входило в мои планы. Я посмотрел по сторонам – кажется, я пришел к какому-то скверику. Это было весьма неплохо – я опустился на лавочку и закрыл лицо руками, пытаясь сосредоточиться. К этому времени вокруг было совсем темно, только фонари освещали аллею, на которой была расположена моя лавочка. Ни одной души не было, стояла тишина, лишь изредка прерывавшаяся легким порывом ветра да шелестом листьев. Подумав о звуках, я вдруг понял, что музыка почему-то выключилась уже, а когда – я не мог понять, потому что, погрузившись в свои мысли, вовсе не вникал в окружающий шум. Потерев виски руками, я все же вернулся к мысленному своему вопросу к себе же на тему моей реакции. Почему я так бесился? Ну не может же быть это просто так, обязательно должен быть смысл и причины, хотя бы одна и страшненькая. И тут я понял. Понял и засмеялся. От того, что отгадка лежала на поверхности, от самой этой мысли, от того, как я сразу не подумал, и, в то же время, насколько сам факт этот был смешон. Я ревновал. Ревновал Гарри к Лиаму. Если он рассказывал ему про меня, чувства, совещался об этом, значит, он проводил с ним больше времени, чем со мной. Ну, или столько же. А как это так, если то Пейн, а это – я, Луи, и я вообще-то ему нравлюсь, по его же словам. Странно и непривычно звучит, но, тем не менее, правдиво. Вау. Я улыбнулся про себя этой мысли – «Я нравлюсь Гарри Стайлсу, своему лучшему другу!» Хотя, пожалуй, для меня эпичнее была вторая фраза в моей голове: «А он нравится мне», только еще не знает об этом. Должен догадываться, но не знает наверняка, так нельзя, нужно прийти и все рассказать ему. В голове цветным ворохом картинок всплыли наши с ним общие воспоминания. Взгляды, жесты, действия. Кто мог предположить, что наши невинные заигрывания, флирт и дружеские… ну, ладно, не совсем дружеские прикосновения доведут нас до такого. Я не жалел, нет, вовсе нет, просто слишком это было странно. Я не был уверен ни в чем, абсолютно ни в одной вещи касательно нашего… теперь уже нашего совместного будущего. Как это будет, что это будет и… Ох, как все сложно. Единственное, что я понимал как никогда ясно сейчас, так это тот факт, что мне нужно домой. Я хочу увидеть Гарри, обнять его и прижать к своей груди, показать, что ему нечего бояться, я с ним и защищу от всех и всего. Просто для того, чтобы он знал, что у него есть на кого положиться. Я быстро шагал, не задумываясь особо над дорогой – в конце концов, мы уже давно живем в этом районе, так что заблудиться было практически нереально. Ноги сами несли меня домой, и вот уже на пороге я подумал, что Гарри вовсе необязательно знать, что я вообще отлучался куда-то, так что нужно тихонько проскользнуть обратно, и сделать вид, что никуда не уходил. Но, как оказалось, все просто не могло так пройти. Хотя бы потому, что когда я зашел в дом, в коридоре, практически перед самой дверью, лежал он. Горло сдавила паника, и я закричал то ли ему, то ли на него: - Хаз! Хаз, что с тобой??? В голове промелькнул миллиард самых худших предположений, я мысленно настроился звонить в скорую, уже достал телефон и начал набирать короткий номер, как вдруг Гарри пошевелился и поднял голову. Мои глаза уже привыкли к темноте, так что я увидел, что он смотрит на меня с немым ужасом, а в руках у него моя куртка. У меня немного отлегло на сердце, но не совсем. - Стайлс, ты что тут делаешь вообще? Он казался не менее удивленным, чем я. - П-почему ты вернулся? – спрашивает он удивительно высоким для самого себя голосом. - Мне нужно было прогуляться, обдумать все, что накопилось, - уклончиво ответил я, понимая, впрочем, что ему совсем неважно, что я делал на самом деле, ему нужно знать, что я вернулся. Но как я мог не вернуться? Он словно читает мои мысли и говорит: - Я боялся, что ты не вернешься, - от этих слов ему становится, видимо, не по себе, так что он крепче сжимает в руках мою куртку. Наконец я понимаю, что если его обниму я, это будет полезнее и продуктивнее. - Не хочешь сказать мне, что тут произошло? Он всхлипнул: - Через минут пять, после того, как ты ушел из спальни, я начал жалеть и сходить с ума, так что я стоял у твоей двери, долго стоял. Потом столько же стучал в нее. А потом зашел. И оказалось, что тебя там и в принципе не было. И тогда я посмотрел, что нет телефона, толстовки, кед и подумал, что ты ушел. Чтобы больше не оставаться в одном доме со мной, потому что все, что было ошибкой. - Чего ты боялся? - Я сбежал вниз по лестнице, но тебя тут уже не было. Тебя не было вообще, а и я испугался, ну блин, это стремно. Я обнял его за плечи, и повернул к себе: - Я не брошу тебя никогда и никому. Он удобнее устроил свою голову на моей груди и мирно засопел. - Хаз? - М-м? – спросил тот. - Я... ты мне нравишься. Мне без тебя сложно, совсем. - Я буду рядом, если ты будешь моей поддержкой. - Буду, - поцелуй в губы. – Всегда не обещаю, но длительно, почти всю жизнь.